Уксус четырёх разбойников

Ни за каким французом, ни в какой аэропорт Чижик в итоге не поехал, хотя искренне собирался выполнить приказ примерно до двух ночи. Распрощавшись с Ивановым, Витька поплёлся обратно в кабинет, прикидывая, почему ему дополнительно не назначили в напарники кого-то из своих? Француз французом, а с той же Лизой под боком ему было бы спокойнее. Но как не хотелось побурчать, логичный ответ напрашивался сам собой. Их слишком мало сейчас, чтобы безболезненно выделить второго, полноценного полевого агента для утирания его соплей. Если посмотреть отчет за предыдущий месяц, то отдел зачистки закрыл всего несколько плёвых дел, а сверху им уже прилетело в два раза больше. Они захлёбывались, пока ещё худо-бедно держась на браваде да стальных яйцах. Пришлось смириться с тем, что рядом какое-то время будет отираться посторонний мужик, с которым ещё и сказали держать ухо востро. Они даже работать не начали, а Чижик уже устал от этих политических сложностей. И это не говоря о том, что Витька по всем статьям не годился для любого задания, для выполнения которого требовалось покинуть территорию управления. Вернувшись в родной кабинет, Витька сразу почувствовал себя немного лучше. Не поддавшись соблазну пожалеть себя ещё с часок, он подсоединил к ноутбуку два монитора, предварительно закрыв жалюзи, и приступил к тому, что умел лучшего всего, — собирать информацию. Во всех досье Чижов фигурировал исключительно как «элементалист» с высшим посвящением, потенциалом восемьдесят четыре процента и высокой психологической устойчивостью. Для любого отдела управления отличные показатели, но только не для отдела зачистки. В стажерах Витьке походить не довелось в силу специфичности способностей, но он с интересом просмотрел результаты выпускных экзаменов всех своих коллег. Они действительно были лучшими из лучших, что бы ни говорил Василий. Но в кадровом отделе заявили, что «техномагии» не существует в классификаторе, поэтому в документах это прописывать не будут, а в должностной инструкции просто пометят «аналитик» и «не для работы в поле». Обиженным за ущемление родной школы себя Витька не чувствовал (учитывая, что официально её признали пока только в США, где он стажировался полгода), потому что вообще-то не горел желанием причислять себя к какой-то конкретной школе, категории или любому другому ярлыку, который ограничивал, но ничего не давал взамен. Магия существует исключительно для того, чтобы расширять возможности людей, а не переть по проторённой дорожке, боясь сделать шаг в сторону. Короче, Чижик не задумывался над тем, что он делал. Работал по наитию, на волне вдохновения, так сказать. Особенно после того, как позорно сказал Вернеру «невозможно», изменив собственным принципам, а тот легко доказал ему обратное. Теперь Витька отказывался верить, что в магии есть что-то недоступное. Конечно, с поправкой на то, что Кирилл сраный универсал, а он сам всего лишь маг земли, который немножко научился кодить. Чижик не стал изменять своей традиции и первым делом сварил кофе, бахнув туда убойную дозу сахара. Уселся за рабочий стол, который Коля называл «монструозным», от чего Витька втайне приходил в восторг, и задумчиво огладил пальцами клавиатуру. На повестке дня важная задача и две прихоти, одна из которых бесполезная, а вторая может принести пользу. И времени в обрез. На принятие решения Чижов потратил секунд десять, после чего подгрузил утреннее видео в программу распознавания лиц, которую написал лет пять назад. Это был его первый крупный проект в управлении, стоивший ему обострения гастрита. Неделя без сна, но в результате они умудрились поймать маньяка, орудовавшего в Подмосковье несколько месяцев, а до того десять лет по всей России. Для успешной работы Витьке требовалась оцифрованная информация: видео или аудиозапись, фотографии, образец почерка. Дедукция только в фильмах работает отлично, в реальной жизни нужны факты, потому что за каждый факт может зацепиться следующий. А поможет в этом верно составленный алгоритм. «Если» и «то» ещё ни разу не подводили. Вот почему первым делом Чижов решил начать с нежданного подарка судьбы, который прислал ему один из старых знакомых хакеров. Обработка занимала несколько часов, в особо непростых случаях даже дней. Но результат ещё ни разу не разочаровал Чижика. По тридцатисекундному видео он мог определить очень многое. Хочешь понять, чей локоть маячит в кадре? Легко. Считать магическую ауру? Да, пожалуйста. Проследить конечную точку телепорта с погрешностью примерно километр, а с некоторыми вводными вплоть до метра? Не проблема. Витька обожал, когда ему задавали вопросы, на которые он пока не мог ответить с помощью анализатора. Случалось это, к сожалению, не часто. Секунду понаблюдав, как на левом мониторе хаотично отплясывали цифры и рунические символы, чем-то смутно напоминая матрицу, Чижик решил, что перчатки достанет позже, а пока всё-таки разузнает больше о своём новом напарнике. Смешно сказать, но озаботиться хотя бы минимальным досье начальство не удосужилось, сославшись на сжатые сроки. Безобразная некомпетентность, которую Василий, как новичок, не понимал, поэтому даже не смог оценить весь комизм ситуации. Чижов с трудом удержался от какой-нибудь шуточки на тему «без меня, меня женили», но выразительно стрельнул глазами в сторону Иванова, но тот сосредоточенно хмурился и о чём-то раздумывал, игнорируя ужимки бывшего напарника. К тому же, как оказалось, Василий смутно представлял, кого именно выслали французы в помощь. Наверное, лучшего из лучших, сказал он, потому что не захотят же они позориться перед зарубежными коллегами. Чиж покладисто улыбнулся и снова не стал комментировать, как его обнадеживает это «наверное». Может лучшего, может, нет, а может, приедет какой-нибудь толстопузый начальник с красной мордой и будет только указания раздавать. Не задание, а мечта. Витька искренне сказал спасибо, невинно выдержав полный подозрения взгляд Иванова, когда ему торжественно вручили фотографию с сотовым телефоном на обороте и подписью — специальный агент С.Гербер. За одну только надпись Чижов, тайный поклонник шпионских фильмов, простил почти всё, тем более что этой куцей информации ему хватит, чтобы не только собрать полное досье, но и выяснить ел ли этот С.Гербер манную кашу в своём французском детском саду. Несмотря на ожидания, Иванов безмятежно попрощался и спешно удалился, даже не попытавшись завести отеческий разговор на стопятьсот тем, подходящих к ситуации. Из чего Витька сделал вывод, что бывшему напарнику всё-таки немного стыдно, но стыд этот иррациональный и неосознанный, иначе они всё равно не избежали бы долгой беседы по душам. Но уже про долг и родину, которую не выбирают. В принципе, Чижик не прочь был бы поговорить. Не про родину, конечно, потому что однажды уже получил от Иванова по шее, неудачно пошутив на эту тему. Но поныть, что работать в поле да ещё и с каким-то непонятным «засланцем», это не то, к чему его готовила жизнь, очень хотелось. Может быть, Василий покусал Иванова, и теперь они оба не понимали, как важно напарникам знать друг о друге каждую мелочь? Хотя, ему же клятвенно пообещали, что всё пройдёт тихо-мирно в стенах родного управления, так что волноваться не о чем. При первом беглом осмотре фотографии Чижик выяснил, что, во-первых, француз не был толстопузым и красномордым, а больше всего смахивал на Тома Фелтона, только с цепким взглядом настоящего разведчика в стиле Штрилица. Начало обнадёживало. Витька любил и «Гарри Поттера», и фильмы про советского шпиона. Во-вторых, он был женат, судя по кольцу на безымянном пальце, что к делу не относилось, но мало ли. В-третьих, на нём почему-то был надет белый халат, а не военная форма или черный костюм, или что там ещё положено носить специальным агентам. Исчерпав на этом свои дедуктивные способности, Чижов с помощью сотового считал фото, загрузил его на комп, включил поиск по фото, оставляя его работать в фоновом режиме на правом мониторе. После чего активировал «тора», решив, что неплохо пошарить ручками. Интернет, каким его привыкло видеть большинство пользователей, — просто большая помойка. Хаотичная, противоречащая друг другу информация, разбросанная по всему миру и несущая на себе вездесущий субъективизм социальных сетей, в которых человек показывал себя тем, кем хотел бы быть, но не тем, кем являлся в действительности. Серьёзно, тратить время на просмотр чьего-то инстаграма или твитера? Ну, уж нет. Совсем другое дело «дип-нет» или «дарк-нет», где Чижик чувствовал себя свободно. Десятки закрытых баз данных, зашифрованные сообщества, революционеры всех мастей и гениальные сумасшедшие — бесценные источники информации. Нужно только знать, как искать, на что смотреть и кого спросить. Но вот тут и начались странности, которые приятно отдавались холодком в районе позвоночника. Витька не нашёл ровным счетом ничего. Никакого С.Гербера, словно не было в нём ничего достойного упоминания. Как и в миллионах других людей, честно говоря, о которых всё равно можно было отыскать с десяток упоминаний при желании. Хотя бы статистические данные, которые есть на любого гражданина. Не рождался, не ходил в школу и не пользовался кредитками, не делал прививок и не получал штрафы. Заинтересованно хмыкнув, Чиж выключил «тора» и запустил собственноручно написанную программу для доступа в «дарк-нет», чтобы не тратить время на препирательство с местными антивирусами, которые не терпели такого грубого нарушения и начинали истерично орать на все лады. Осторожно стукнулся в хранилище баз данных одной разведывательной организации, которого, конечно же, никогда не существовало, бочком прошмыгнул мимо системы безопасности и принялся копаться, замаскировавшись под утилиту, сортирующую информацию. На сороковой минуте поиска, Витька вынужден был признаться, что имя явно вымышленное, о чём вообще-то ему стоило подумать раньше. Если бы дело касалось обычных оперативных работ, то он бы даже заморачиваться с поиском по имени не стал, учитывая наличие нормальной фотографии. Но ему-то никто не предложил представиться, например, Иосифом Виссарионовичем, поэтому как-то и не срастил, что у «специальных агентов» могут быть кодовые имена. Окей, тут ловить нечего, а о его бесславном промахе узнает разве что кактус, одиноко засыхающий на подоконнике. Оставалось дождаться, пока анализ фото, запущенный на втором экране, закончится. Кучу отчетов на столе Чижов проигнорировал, хотя должен был закончить их ещё позавчера. Честно говоря, оставшись без Бойцова, он ввел правило третьего напоминания: пока ему трижды не напоминали о какой-то скучной и рутинной работе, браться за неё Витька даже не думал. Можно было бы решить, что он просто разгильдяй, но на самом деле большинство бумажек, которые ему приходилось составлять, нужны были для галочки. Куда эффективнее было бы уточнять у самого Чижов, имеет смысл ему давать заключение в том или ином деле. Но таких уникумов, как Кирилл, который без малейшей подготовки, смог набросать проект блок-схемы, а после внятно и без заиканий озвучить тех задание, в управлении больше не водилось. В основном все хотели получить заключение, что кто-то находился в указанном месте в определенное время (а это можно было бы сделать при помощи других ста пятидесяти двух тысяч более простых способов). Или сами не знали, чего хотели, но кто-то им сказал, что в суде справка от Чижова придаст вес делу (странно и ничем не обосновано, но чистая правда). С изумлением услышав в коридоре голоса коллег, оживленно беседующих по дороге на обед, Чижов с непониманием уставился на часы. Со временем он никогда не ладил. Витька не был ни жаворонком, ни совой, ни любой другой птицей, имеющей понятие о соблюдении режима. Он высыпался впрок, хотя никто не верил, что такое возможно, а потом мог работать сутками. Или мог чинно засыпать в десять вечера, а подскакивать в пять утра, чувствуя себя свежим и отдохнувшим. Комфортно Чижик ощущал себя в том случае, если жил в собственном режиме, избегая давления обстоятельств. Сжевав найденный в холодильнике свежий огурец, Чижов с чистой совестью решил, что это можно зачесть за полноценный обед. Огурцы, кстати, купил заботливый Бойцов, который постоянно третировал напарника (бывшего, напомнил себе Витька) за бытовой инфантилизм. Сварить третью за сегодня чашку кофе Чиж не успел: на правом экране развернулось окно поиска, сообщая, что обработка информации закончена. И выяснилось, что француз оказался вовсе не французом. Не бывает французов, которых зовут Станислав. С фамилией, кстати, вовсе не Гербер, а Гарбар, что можно было списать на простейшую путаницу. Кто-то что-то не так услышал, потом кто-то не так записал, а в итоге Чижов потратил сорок минут своей жизни на ерунду. Итак, Станислав Гарбар, двадцать семь лет отроду. Чижов пролистал несколько ссылок с бесполезной информацией. В возрасте пятнадцати лет переехал с родителями во Францию, где проходил лечение в психиатрической клинике. В восемнадцать поступил в медицинский университет в Париже, который закончил с отличием по специальности психиатрия. После чего переехал обратно в Россию по официальному приглашению частной Московской клиники, где проходил интернатуру, по окончанию которой вернулся обратно в Париж. Чижов недоверчиво хмыкнул и принялся выискивать выписки из больничной карты, но довольно быстро охладел. Если откинуть кучу непонятных терминов, то лечили француза от посттравматического стрессового расстройства. Витька подсознательно ожидал чего-то более внушительного, хотя сам не совсем понимал, почему. Спутал, видимо, с другим психиатром, по которому психбольница плакала кровавыми слезами. Чуть погодя, Чижов порадовался, что не стал варить кофе, потому что неизбежно залил бы клавиатуру. В одной из тщательно запрятанных ссылок нашлись фотографии. Очень много. Этот Гарбар вёл насыщенную светскую жизнь в Москве, что само по себе не так уж странно. Но как только Витька открыл первую же фотографию, сайт мигнул и слетел, выдав ошибку четыреста четыре, заставив его подавиться очередным глотком. Дратути. Тратить время на восстановление информации Чижов не стал, хотя можно было бы сделать себе поддельный доступ, чтобы сайт, который наверняка скоро развернётся на резервном канале, принял его за своего и позволил бы просмотреть файлы. Ничего полезного лично для него на этих фото не было. Интересно только, кто собирал эту базу? Он не успел увидеть точный адрес или запомнить, под кого маскировался домен. В принципе, общее представление Чижик составил о своём напарнике. Холодная голова, горячее сердце и пронзительные голубые глаза. Остальное выяснят по ходу дела. Чижов с удовольствием сделал большой глоток и задумчиво покрутился на стуле. К гадалке не ходи, а завербовали Станислава во время обучения. Подкатили с заманчивым предложением, наговорили сладких речей о долге и родине, а может о приключениях и прочей романтике. Много ли надо восемнадцатилетнему мальчишке? В Москве француз быстро обзавёлся постоянными пациентами, несмотря на отсутствие опыта, среди которых мелькали чиновники разных мастей. Не начальники или вроде того, середнячки, хранившие в своих головах множество тайн, на плечах которых нередко держались целые ведомства, пока руководство усиленно симулировало бурную деятельность. Попробуй докажи, что здесь прямое нарушение врачебной этики, попахивавшее лишением лицензии. Хотя тут доказывать бесполезно, свои же и прикроют в случае утечки информации. Интересно, конечно, что нет ничего о службе этого Гарбара — ни звания, ни магической школы, ни личного дела. Чижов недовольно скривился, задумчиво потарабанив пальцами по столу. Конечно, с ним и раньше случалось, что нужная информация в сети отсутствовала, если был выбран очень узкий диапазон поиска. Некоторые хранили свои данные в бумажных архивах, опасаясь взлома. В глазах окружающих это могло сделать из них параноиков, но Витька, который не раз и становился причиной возникновения этой паранойи, уважал такое ортодоксальное упрямство. Как хохотали бы многие, узнав, что Гугл и Яндекс тратит миллионы на содержание архивов, хотя старается этого не афишировать. Неплохим вариантом были ещё хранилища, без доступа к интернету. Управление, кстати, довольно долгое время отбрыкивалось от перехода на электронный документооборот, но года три назад сдались, начав оцифровывать дела. Видать, французская разведка не особенно доверяла своей информационной безопасности, а потому пользовалась или мощнейшим шифрованием (что потребовало бы от Витьки титанических усилий для поиска), или бумажными архивами. В любом случае ничего кроме похвалы их предусмотрительность не заслуживала. — Чижик! — Коля ввалился в кабинет с пакетами в руках, захлопывая дверь ногой. — Так и знал, что ты опять тут торчишь. Лиза сказала, что ты ночевал за столом. И пожрать ты не удосужился, конечно. Закрывай свою шарманку. Витька не любил спорить. Причины были разные: от лени до понимания полной тупости своего оппонента. С Колей он не спорил, потому что не хотел. Ему нравилась грубоватая забота и прямолинейность, с которой Бойцов обращался с ним с самого первого дня в управлении. — Пока я грею еду, посмотри вот это. — Бойцов сунул бывшему напарнику в руки толстую папку. — Леночка попросила сделать побыстрее, а у тебя опять очередь, судя по завалу на столе. — С каких это пор ты у неё на посылках? — хмыкнул Чижов, просматривая файлы и между делом открывая на компьютере архив, чтобы проверить список собранных улик. — С тех самых, — хохотнул Коля, заглядывая в микроволновку через прозрачную дверцу. — Что ты как маленький, Чижик? Влюбишься, поймёшь. Витька недовольно скривился и замолчал, хотя очень хотелось напомнить, сколько раз за пять лет Бойцов встречал «любовь». Бабником Коля не был. Просто терял голову от длинных ног и пухлых губ, уходя в очередной роман с головой. Твердо каждый раз верил, что с этой девушкой точно проживёт душа в душу до гроба, но быстро охладевал, возвращаясь к Чижику с бутылкой водки и очередной поучительной историей. — Тут работы до вечера, — содрогнулся от ужаса Витька, просматривая дело в архиве и сличая его с запросом на проведение экспертизы. — Вот и проведёшь время с пользой, — наставительно заметил Коля, ставя перед носом разогретый комплексный обед из столовой. — А ты поел? — неохотно втыкая вилку в котлету, спросил Чижик, смиряясь с внезапно привалившей работой. — Обедаю с Леночкой, — сообщил Коля, поправляя галстук у зеркала. — Забегу завтра за отчетом? Чижов сжевал ровно один кусок, отставив тарелку, как только остался один. Аппетит пропал как по волшебству. С ненавистью посмотрев на отчет, Витька сквозь зубы втянул воздух и глотнул из кружки, пытаясь заглушить вкус котлеты. В районе двух часов ночи Чижик закончил, выслав все данные Бойцову на электронную почту. Видеть его довольную рожу не было никакого желания. Устало потянувшись, Витька с сомнением посмотрел на свой телефон. Зверски хотелось спать, а ехать с утра пораньше в аэропорт на такси не хотелось. В конце концов, этот француз говорил по-русски и жил в Москве большую часть жизнь. Зачем его вообще встречать? Быстро набрав смс с просьбой ехать сразу в управление, Чижов с чистой совестью отправился спать, для разнообразия не за столом, а на диван, стоявший в дальней комнате. До двенадцати дня Витька проспал без задних ног, но проснулся злой и разбитый, так что ещё час потратил на душ, кофе и ненависть к себе. Вспомнил о французе из психушки, что не улучшило его настроение. Проверил ход анализа видео, выяснил, что в пять утра выскочила неопознанная ошибка, после чего всё встало. Очень захотелось убивать. Душевно матерясь, Чижов открыл журнал и принялся исправлять ошибки, чтобы запустить обработку повторно. Когда к двум часам дня француз так и не объявился, Чижик предпринял первую попытку позвонить. Но, послушав длинные гудки, пару минут понял, что в аэропорт ехать всё-таки нужно было. Интересно, что скажет начальство, когда узнает о пропаже специального агента? Развернув на большом мониторе карту сотовых вышек Москвы, Чижик сделал два коротких дозвона на номер, отмечая точку. Пинг шёл прекрасный, оставалось только надеяться, что чудо заморское не решит сняться с места. Увеличив масштаб, Витька вынул из ящика свои перчатки положил руку на экран монитора и прикрыл глаза. Смотреть через сотовую вышку было неудобно, но другого варианта сейчас не было. Не бегать же по округе с фотографией, выискивая, где француз коротает обеденный перерыв. Пометив на гугловской карте место, Витька распихал перчатки по карманам, выключил ноутбук и вызвал такси по адресу. Всю дорогу он нервно поглядывал на экран телефона, переживая, что мигающий значок в любой момент сдвинется с места. Но француз все полчаса сидел спокойно, не оправдав опасений. Кафе, возле которого через полчаса затормозил таксист, располагалось в спальном районе. Чижов повертел головой и направился к администратору, но затормозил, не успев даже зайти внутрь. Пропажа обнаружилась за столиком на открытой террасе, мирно попивая кофе и читая газетку. Честно говоря, Чижик успел заволноваться. Не из-за того, что почти наверняка получит по шапке от нового начальства. Просто чисто по-человечески нехорошо получилось. Попросили ведь встретить, так нет, не смог отказать в очередной раз Коле, задвинув все остальные дела. — Станислав? — Чижов остановился рядом со столиком и улыбнулся, с интересом рассматривая француза. — А, это ты. Привет, — несколько рассеянно проговорил Станислав, сдвигая кипу газет к себе поближе и отставляя в сторону тарелку с недоеденной яичницей. — Тебе тоже выдали фотографию? — не удержался от вопроса Чижик, с грацией заспанного бегемота плюхаясь на соседнее кресло. — Фото? Нет, зачем мне твоё фото? — удивился француз, недовольно морща нос и снова ныряя в свои газеты. Витька не удержался, чтобы мысленно не согласиться. К чему все эти фотографии? Всё тлен кроме мировых новостей, судя по тому, с каким вниманием новый знакомый изучал прессу. Учитывая тот факт, что Станислав порвал шаблон в клочья, Чижик решил понаблюдать молча. Интересно же, что будет дальше? Может быть, они всё-таки передут к банальностям вроде знакомства и рукопожатий, а потом удивлённых расспросов о том, как Чиж обнаружил своего напарника. — Я прошу прощения, что не смог приехать в аэропорт, — предпринял очередную попытку Чижик, терпение которого лопнуло через пятнадцать минут. Но француз только протестующе замычал и жестом попросил помолчать. Чиж послушно умолк, но не почувствовал обиду, а скорее жгучее любопытство, грозившее оборвать его жизнь в скором времени. Что такого важного или интересного в этих газетах? — Закажи пока что себе кофе. А мне - чай, — сообщил Станислав, продолжая чтение. — Извини, но мне нужно ещё минут десять. Витька получил свой кофе и окинул взглядом полупустую террасу. Милое местечко. Не многолюдно, интересный интерьер и, Чижик прикрыл глаза от блаженства, оргазмический капучино. — Так почему ты не приехал в аэропорт? — вдруг подал голос Станислав. Он пил чай и уже некоторое время рассматривал Витьку, блаженно улыбавшегося в пустоту. — Эм… А почему ты не брал трубку? — Чижов купился буквально на секунду, но тут же сообразил, что его просто троллят, поэтому мгновенно подхватил. — Забыл включить телефон, — ухмыльнулся Станислав, вынимая сотовый из кармана. — Я ожидал увидеть дядьку лет пятьдесяти. Кто в наше время пишет смс-ки? — Лейтенант Виктор Чижов, отдел зачистки, — представился Чижик, снова расплываясь в улыбке и подавая, наконец, руку для пожатия. — Доктор Станислав Гарбар. Стас, — обаятельно грассируя, сообщил Стас. — Я вынужден был сначала позавтракать. Иначе бы просто умер. Ты на машине? Нам далеко ехать. — Куда? — попытался затормозить Витька, который опять ничего не понимал. — Я просмотрел местные газеты. Нашёл очень подходящее место, где наши господа могли выйти из телепорта, — объяснил Стас, вынимая из кармана сигареты. — По газетам? — захлопал глазами Чижик. — Ну да. Новостные сайты слишком захламлены рекламой и новостями шоу-бизнеса. Неудобно. Может быть небольшая погрешность, но ты же знаешь, что при прорыве контура во время незаконной телепортации случаются аномальные возгорания из-за всплеска энергии. Нашёлся подходящий случай. Повезло, что о нём вообще написали. Чижов завороженно наблюдал, как Стас выпустил дым через ноздри и откинулся на спинку своего стула, щурясь от яркого солнца. И нет, он не знал о таких нюансах, просто потому что ему никогда не приходилось искать конечную точку телепорта в поле. Привычно подняв правую ладонь на уровень своего лица, Чижик развернул её тыльной стороной и, досчитав до трех, медленно провёл вниз. Стандартная процедура, когда ты официально просишь разрешения отсканировать кого-то. Обычно никто не заморачивается подобной ерундой. Но француз мог обидеться на бесцеремонное обращение. Чижов растерянно провел ладонью ещё раз — вверх-вниз, краснея под ехидным взглядом Стаса, который продолжал наслаждаться — кофе, солнечным деньком и смущением своего нового напарника. — Так ты не маг? — ошарашенно выдохнул Чижов, продолжая лихорадочно сканировать пустоту. — Только этого мне и не хватало, — иронично улыбнулся Стас, затушив сигарету в пепельнице. — Погоди. Мне обещали поддержку в поле. Напарника, — скорее себе под нос пробормотал Витька. — Что я с тобой делать-то буду? — С этим проблем не будет, найдём, чем заняться. Не переживай, лейтенант Чижов. Будет тебе и поддержка, и напарник. Если ты точно не хочешь допивать кофе, то поехали скорее, — продолжая улыбаться, спокойно отозвался Станислав, которого очень позабавила такая реакция. — Куда? — уточнил Чиж, первым порывом которого было встать и уйти, но вместо этого потянулся следом за французом. — Для начала нам нужно осмотреться, — поделился Стас, коротко кивая на одну из газет, которую прихватил с собой. — И поговорить. Расскажешь немного о себе, чтобы я понимал, будешь ли ты полезен.