Phoenix

      Сегодняшний закат был невероятно красив. Небо над океаном полыхало ярко-красным огнем, а вода отражала этот свет, словно подожженная небосводом. Редкие облака походили на розы, выросшие прямо в вышине.       «Интересно, сколько еще закатов, подобных этому, я увижу? — думал только что оживший Юнги. — Хотя, мне уже все равно. У меня нет семьи, нет друзей, даже знакомых. Возможно, поэтому я вырос таким растяпой…       Он расправил огненные крылья, оглядел их. На каждом из них было по одной бусине.       Зато никто не будет грустить из-за моей смерти.       Юнги был фениксом — огромной огненной птицей, способной запросто заменить солнце в пасмурный день. Он любил в величественном одиночестве восседать на скалах, смотря на закат, которому годился в родственники. А когда закат заменяли сумерки, Юнги улетал, плавно размахивая огромными крыльями.       Лишь один недостаток был у этой по истине королевской птицы. Юнги был неуклюж: постоянно врезался в скалы, попадался в когти лесных хищников, не успевал уворачиваться от стрел охотников. Поэтому за несколько лет своей жизни феникс растерял почти все попытки возрождения.

***

      Юнги никогда не спал по ночам. Он укрывался в маленькой теплой пещере, дабы своим светом не привлечь постороннее внимание. Там он закрывал голову крыльями и погружался в долгие раздумия. Обычно его голова была занята познанием мира, но каждый раз он приходил к выводу, что не сможет путешествовать, ибо попросту не выживет.       Но в это утро, когда раздумия Юнги уже подходили к однообразному печальному выводу, кто-то клюнул его в крыло, заставив вздрогнуть и неуклюже отпрыгнуть назад. — Что ты… — угрожающе начал он, но осекся.       Прямо перед ним сидел феникс. Точно такой же как сам Юнги: большие крылья, крепкий изогнутый клюв, аккуратная голова на длинной шее и яркое огненное оперение. Лишь два различия было между гостем и хозяином: гость был крупнее, а на его крыльях было гораздо больше бусин, чем у Юнги. — Феникс? — только и смог вымолвить хозяин после недолгого молчания. — Да. Но вообще-то у меня есть имя. — Извини, просто… Я раньше не встречал других фениксов. Как… твое имя? — Меня зовут Хосок. А тебя? — Я Юнги. Смотрю, — сказал он, еще раз оглядев крылья Хосока. — Ты недавно живешь на свете. — О, нет, — беспечно улыбнулся тот. — Мне полторы тысячи лет. Я три раза умирал от старости. А тебе, похоже, намного больше. — Да… — протянул Юнги в ответ, не желая открывать свой главный минус новому знакомому. — Ты живешь здесь? Уютно. — Да, я знаю. — А что, здесь больше нет фениксов? Там, откуда я родом, их было очень много. — Почему улетел оттуда? — Много охотников развелось. Стаей нас лучше выследить, поэтому мы разлетелись кто куда. — Понятно.       Повисло молчание. Юнги никогда не принимал гостей, поэтому не знал, как себя вести. Хосок же не хотел показаться навязчивым, поэтому чинно ждал, пока хозяин предложит поесть или прогуляться вместе. — Думаю, ты мог бы жить со мной, — наконец сказал Юнги. — Хорошо, — согласился Хосок. — Тогда, может, порыбачим? — Что?       Глаза Юнги мгновенно округлились. За всю свою жизнь феникс ловил рыбу три раза, и каждый из них заканчивался провалом. В первый раз он нырнул за большой аппетитной рыбой и захлебнулся. Второй раз во время слежки за маленькой рыбой он не заметил акулу, из пасти которой он с трудом вырвался. А в третий раз Юнги наткнулся на лодку людей-рыбаков, подстреливших его из арбалета.       Именно поэтому при упоминании рыбалки тело Юнги покрылось холодным потом, который он чувствовал под перьями. — Ну, поймаем пару рыбешек. Это было одним из любимых занятий фениксов моей стаи. Мы даже проводили турниры по рыбалке, но я всегда занимал второе место. Ты что, никогда не ловил рыбу? — Нет, ведь… — замялся Юнги. — Мне просто это не нужно. — Как же ты развлекаешься? — удивился Хосок. — Я… я… Я летаю. Ну, знаешь, выполняю всякие трюки в воздухе. — Ого, наверное, ты мастер в этом. Покажешь? — Да… Конечно. Только дай мне время почистить перья.       Юнги снова врал. Он всегда летал осторожно, внимательно осматривая местность перед, под и над собой. Ведь и в этом самом обыкновенном для птиц занятии он потерял много жизней. Юнги по неосторожности разбивался о скалы, падал в воду и на колючий кустарник, сталкивался с другими птицами и людскими самолетами.       Однако, феникс не хотел казаться таким слабым перед Хосоком, который, в отличие от него, экономно расходовал свои жизни.       «Будь, что будет», — подумал Юнги и выпорхнул из пещеры, жестом прося Хосока следовать за ним.       День только начинался, поэтому было свежо. Прохладный ветер забирался под перья, пробивая до дрожи. Чем выше взлетали два феникса, тем холоднее им становилось. Но Юнги старался сильно не ежиться, дабы показать, что он к этому уже привык. — Может, хватит подниматься? — крикнул сзади Хосок. — Тут холодно. — Да, — Юнги пытался сделать уверенный голос. — Думаю, хватит.       Хватит, — повторил он мысленно. — Чтобы в случае чего разбиться об воду. — Готов? — спросил Юнги. — Да! — обрадовался Хосок, не ведавший, что вопрос предназначался не ему.       Юнги выдохнул, осмотрелся и полетел вперед. Сначала он по привычке летел плавно, но вспомнив, что ему нужно сделать, начал набирать темп. Глаза слезились от ветра, поэтому приходилось двигаться вслепую. Набрав достаточно большую скорость, Юнги камнем бросился вниз, потом резко взмыл вверх, выполнив тем самым «мертвую петлю». — Юнги, ты молодец! — кричал Хосок сзади. — Давай еще!       «Что, не насмотрелся?» — подумал изрядно испуганный Юнги, но делать было нечего. Он сделал еще две петли и вернулся к спутнику. — Может, сам попробуешь, раз тебе так понравилось? — Честно признаться, — потупился Хосок. — Я боюсь переворачиваться вниз головой. Не привык видеть небо снизу.       «И почему я так не мог?» — отругал сам себя Юнги. — Ладно, тогда, может, полетим обратно в пещеру? — с надеждой спросил он. — Неужели ты больше не знаешь трюков? — Знаю, просто… — У нас в стае был один трюкач. Он камнем бросался в воду, но в последний момент взлетал. Это было так красиво! Ты можешь так же? — Да, но не то, чтобы совсем… — Вау, покажи мне!       «Он явно хочет моей смерти, » — подумал Юнги, смотря вниз. Но, казалось, Хосока невозможно было переубедить. Поэтому Юнги снова выдохнул, расслабил крылья и начал падать.       Все вокруг кружилось в неистовом танце. Водная гладь была то сверху, то снизу, а в какой-то момент попросту исчезла. Ветер свистел в ушах, заглушая все посторонние звуки.       Юнги посмотрел на бусину, висящую на правом крыле. Он прощался с ней, когда увидел опешившего Хосока, падающего следом и кричавшего что-то, непонятно, но очень отчаянно. Юнги напряг слух, но смог разобрать лишь несколько слов: — Лети!.. Сзади!.. Смерть!.. — Что? — крикнул он в ответ.       Тишина. Она наступила резко, пришла из неоткуда, ведя под руку мрак. Не было больше падения, не было громкого ветра и испуганного Хосока. Лишь тишина и мрак. И что-то холодное в спине.