Без стеснений ....

Дни тянулись друг за другом медленно, но совсем не мучительно. Скорее наоборот. Я впервые наслаждалась жизнью, которой у меня никогда не было. Наслаждалась вниманием, чувствами, эмоциями, теплотой и нежностью…и всё это только от одного и самого дорогого мне человека. В остальном ничего не изменилось, всё такой же холод и безразличие, к которому я порядком привыкла. Родители готовятся ко дню слияния, про который я совсем забыла, практически не появляясь дома; Хейли, по всей видимости, пропадает со своим новым парнем, который совсем незаметно появился.; на Джо дом и близнецы, которые без умолку визжат, бегая по дому. А мы с Каем… просто живём, наслаждаясь секундами, проведёнными вместе. — Розали! — от неожиданного всплеска эмоций, который чётко ощущался в уже знакомом голосе, я непроизвольно дёрнулась, оставляя на бумаге кривой след от карандаша. — Господи… — мысленно бью себя по лбу, пытаясь ластиком убрать ненужный след. — Кай, зачем ты так кричишь? Я не глухая. Устало поднимаю чёрные глаза вверх, машинально растягивая губы в лёгкой ухмылке. Паркер. Он самодовольно улыбается, продолжая стоять в проёме открытых дверей и озорно, очевидно, по-своему, стреляя серо-голубыми глазами, которые последнее время так и светятся от какого-то непомерного счастья, которое невольно передаётся и мне. Неужели мы так друг на друга влияем? … — Нууу, всякое может быть. Я должен был проверить. — привычно ехидно хмыкает ведьмак, ленивым шагом приближаясь ко мне. — Что делаешь? Парень резко падает на диван рядом со мной, запрокидывая руку за спинку дивана и норовит и совсем бесцеремонно пытаясь заглянуть в моей незаконченный «шедевр» — Пытаюсь скрасить одиночество. — на улице прохладно, морозная погода в этом году слишком быстро опустилась на город, не позволив его жителям вдоволь насладиться тёплыми деньками. Кай сидит рядом, кажется, совсем забыв снять с себя серую толстовку, от которой так и тянет холодком, наперекор его горячему телу. Я придвигаюсь к парню совсем вплотную, пытаясь укутать его в тот плед, который согревал меня в моменты одиночества. — Ты ведь меня вновь одну оставил. Не дожидаясь ответа, который, казалось, совсем был мне не нужен, я утыкаюсь аккуратным носиком в его уютную грудь, которая так часто помогает мне забыться. — Зачем тебе на улице свою прекрасную попу морозить? — и опять ни капли серьёзности… а она вообще у него бывает? — Или ты обиделась? Его голос на секунду дрогнул, изменил привычную интонацию, вычленил такое уже родное ехидство, к которому каждый из нас привык. Я медленно вынырнула из объятий ведьмака, поднимая удивлённые глаза вверх. — Нет. — заметно умиляюсь его такому потерянному виду, ладонью плавно дотрагиваясь прохладной щеки. — Просто… мне скучно. Джо постоянно в делах, от Хейли даже глухой сбежит, новых друзей я не завела, а ты постоянно где-то пропадаешь. Не привыкла я постоянно дома сидеть… Казалось, что он ещё на половине реплики готов был перебить меня, начиная доказывать своё, как обычно бывает, но резко осёкся, дослушав меня до конца. — Малыш… — он сделал ещё одну короткую паузу, будто бы, в несвойственной ему манере, продумывая свой ответ, а потом неожиданно продолжил. — Я тебя услышал. — Значит, ты в следующий раз возьмёшь меня с собой?! — я подорвалась с места как ошпаренная, с долей энтузиазма в голосе, вглядываясь в его излюбленный взгляд. — Ещё не время, Роузи. — парень мягко мне улыбнулся, быстро успокаивая тот порыв, что так резко зародился внутри и импульсивно протянул мне тонкую ладонь в приглашающем жесте. — Но я что-нибудь придумаю. Я глубоко вздохнула, возвращаясь на уже излюбленное место и вновь приникая к Каю, который выглядел неожиданно загруженным, но старался привычно не подавать вида. С каждой секундой прижимаюсь к парню всё ближе, одной стороной щеки чётко ощущая его быструю пульсацию сердца, к которому оказалась так близко. Одной рукой он приобнимает меня за плечи, кутая в тёплом бежевом пледе и не менее тёплых объятиях, а второй плавно тянется к моему незаконченному рисунку, который скоропостижно был отложен в сторону. — У меня есть два варианта. — и вновь я чувствую эту издевательскую нотку в его голосе, которая так быстро вернулась к своему хозяину. — Либо я ничего не понимаю в искусстве, что практически исключено, либо малышка-Роуз начала сдавать позиции. Паркер прокручивает в бледных руках чёрно-белый рисунок, поворачивая его на все 180 и 360, пытаясь хоть что-то в нём разглядеть, а я лишь с неприглядным ехидством наблюдая за ним, искренне улыбаясь его «потерянному» виду. — Если честно, то я сама до конца не понимаю что это. — тихонько хмыкаю в тёплую от моего дыхания грудь, перехватывая собственное «творение». — Скорее, просто подсознание так распорядилось… Что тебе это напоминает? — Не знаю… — сквозь непродолжительную паузу, отвечает Кай. — Тебе виднее… Тебе виднее… Наверное, только вот художник запутался, потерялся в собственном творении, забыл, кто является автором, полностью доверившись своему сознанию и «тёмному» сну. Отпустив назойливые мысли, мешающие сейчас наслаждаться моментом, я отставляю рисунок в сторону, сильнее прижимаясь к его мягкой серой кофте, что согревала половинку меня. — Я соскучилась. — игриво закусываю нижнюю губу, проводя тонкой кистью вдоль накаченного торса парня, который моментально отреагировало на моё касание. Придерживая за талию, ведьмак аккуратно пересадил меня на свои бёдра, чуть прохладными пальцами пытаясь проникнуть под футболку. — Детка, мне казалось, что ты сегодня утром мы достаточно постарались. — его голос стал томным, завораживающим, мне хотелось полностью раствориться в нём, забыться, полностью прочувствовать момент… — Дааа… — сдерживая рвущийся из груди стон, нервно сглатываю, начиная нетерпеливо ёрзать на его бедрах, нежась в чувственных прикосновениях парня. — Но в течении дня мне тебя не хватало… Незаметно, его немного робкие и аккуратные поцелуи, начали перерастать в полные страсти касания… сначала моих губ, затем шеи, уже оголённых ключиц. Кай нетерпеливо стягивает с меня белую футболку, медленно поваливая на мягкий диван и лишь поудобнее подминая под себя, заводя колени за свою поясницу. Я извиваюсь, подчиняясь его напору и желанию, полностью, как и всегда, отдаю свои чувства и тело во власть этого самоуверенного парня, которому лишь это и нужно, полное подчинение. — Кааай… — воздуха в лёгких не хватает, страсть охватывает наши тела, приятной дрожью пробегая по напряжённым нервным окончаниям. — Мы… одни дома… Не останавливайся… — Я и не собирался. — самодовольно хмыкает Кай, расстёгивая пуговицы на моих джинсах.

…

Измазанная счастливая мордашка, отражающая полную беззаботность, которая так часто проявляется на его лице, озорные глаза, горящие от одного лишь взгляда на меня и улыбка до ушей, заставляющая моё, обычно холодное сердце, трепетать. Я смотрю на него, а никакого желания, кроме улыбаться у меня нет. Неужели, этот заносчивый, наглый, самоуверенный, эгоистичный и дико обаятельный засранец, растопил лёд в моём сердце? — Эй! — возмущённо вскрикиваю, непроизвольно поморщив нос, на котором абсолютно незаметно для меня, появилось что-то холодное. — Ты чего? — Я думал, ты заснула. — ведьмак довольно улыбается, будто бы выполнил план на день, который уже давно вынашивал в своей голове. — Сидишь, молчишь, мне улыбаешься. У тебя там точно мороженое? Парень резко наклоняется ко мне через стол, бесцеремонно залезая ложкой в моё мороженое, которое уже порядком растаяло, а потом мечтательно закатывает глаза и воспользовавшись моим секундным ступором, отбирает порцию. — Что? — видимо, заметив моё недоумение, удивлённо вскидывает бровями. — Твоё вкуснее. — Я уступлю тебе СВОЁ мороженое, если мы наконец-то начнём делать то, зачем пришли. — тараторю быстро, не позволяя Каю перебить меня, а потом и вовсе показательно складываю руки на груди, ожидая адекватного ответа. — Пойдём в туалет или потерпишь до спальни? — и на что я вообще надеялась, когда ожидала АДЕКВАТНОГО ответа. — Кай, ну я же серьёзно. — нежно промурлыкав, я пересаживаюсь на диванчик к Каю, неожиданно заключая его столь трепетные объятия. — Ты ведь обещал. — Детка, запомни, — на секунду оторвавшись от своего, да и уже моего мороженного, он мягко обхватывает мой подбородок рукой, устремляя взгляд на себя. — Кай Паркер, держит слово… почти всегда. — ведьмак совсем серьёзно поднимает свои задумчивые серо-голубые глаза кверху, а потом продолжает: — Ну на всякий случай, с пьяным со мной не спорь, там я могу оговориться. Оттараторив свой, на первый взгляд, серьёзный монолог, Кай вновь надевает на лицо маску беззаботности, натягивает на лицо привычную улыбку и уверенно впивается в мои губы, с каждой новой секундой углубляя поцелуй. Он не пытается меня придерживать, не пытается приобнимать, прекрасно осознавая, что я никуда от него не денусь и просто целует, оставляя на моих губах сладкий вкус клубничного мороженного и привычной нежности, которую, порой кажется, он дарит только мне. Мои тонкие пальцы задерживаются на его волосах, немного оттягивая их назад, но ни чтобы отстранить его от себя, а просто от желания, которое начинало нарастать в груди. — Воу, принцесса. — напоследок закусив мою губу, ехидно улыбается парень. — Не испытывай меня. Я не из самых терпеливых, могу тебя и прямо здесь взять, если не остановишься. Я продолжаю молчать, всматриваясь в его бездонные глаза и кротко улыбаться, наслаждаясь теми мгновениями, которые мне решила подарить жизнь. Ещё три недели назад, я и подумать не могла, что со мной произойдут подобные вещи. Нет, конечно, я как и каждая девочка надеялась, что когда-нибудь обрету своё счастье, встречу человека, с которым захочу провести жизнь, но не думала, что таким человеком станет Кай… мой так называемый дядя. Чёрт! У меня даже язык не поворачивается его так называть! Ну почему? Почему единственный человек, который меня понял и принял такой, какая я есть, оказался моим родственником? … Знаете, я слишком часто думаю о будущем, думаю о том, как сложится НАША дальнейшая жизнь, думаю, сможем ли мы друг без друга… смогу я ли без него… И ответа не нахожу, потому что его попросту нет. Как можно отказаться от того, кто стал ближе всех? Как можно побороть чувства, бьющиеся в груди, как синица в клетке? Как я могу думать о том, что скажут другие, узнав о наших отношениях, когда сердце болит лишь об одном, о том, кого я… люблю? Я вновь, а точнее продолжаю смотреть на Паркера, расплываясь в своей дурацкой улыбке, которая появлялась лишь рядом с ним и не произношу ни слова, считая это глупой болтовнёй, которая сейчас излишне. Он шевелит такими манящими губами, улыбается, смотрит на меня, не забывая запихивать в себя мороженое, а я… я просто наслаждаюсь уже таким родным человеком, мысленно пытаясь ответить лишь на один вопрос… люблю? — Роузи, — как можно более чётко произносит ведьмак, специально делая акцент на последнем слоге. — ты меня слушала? Пропускаю мимо ушей его очередную попытку меня довести, глубоко выдыхаю, приводя сбившийся ритм сердца в порядок и стараюсь сделать как можно более серьёзный вид. — Конечно. — как по мне, очень даже хорошо лукавлю, где-то глубоко в сознании понимая, что этот засранец меня уже давно раскусил. — Но, если хочешь, можешь повторить. — Я тут недавно со Стивом сосался, — видимо, заметив мой вытаращенный взгляд, моментально продолжает. — ну с тем, с которым на одном ряду с в универе сижу. Так вот, стоим мы с ним значит… — Ч-ч-чего? — слова куда-то разом пропали, а голос неожиданно сел, отчего говорить было только сложнее. — Кай… — Шутка. — ехидно хмыкает ведьмак, щёлкая меня по носу. — Ты где пропадала? Я тут тебе душу изливал, а ты в облаках витала. Смотри, буду тебе в любви признаваться, ты тоже не услышишь… Последние слова парня не сразу, словно молотком ударили меня по голове, а лишь через долю секунды, которая, казалось, тянулась целую вечность. Я прокручивала, столько неожиданную фразу в своей голове уже в тысячный раз, но никак не могла собраться с мыслями, чтобы уже хоть как-то отреагировать, а не сидеть сейчас с каменным лицом и пялиться, на совсем расслабленного Кая, который всё также беззаботно кушал и мило улыбался, размазывая остатки мороженного на своих губах. — Да расслабься ты. — вновь приглушённо доносится на меня, заставляя выйти из глубоких мыслей, так прочно засевших в голову. — Я когда признаваться буду, я тебя за неделю предупрежу. Лааадно, давай уже в твою игру играть. Кто первый спрашивать будет? Окей, уговорила, я первым буду. Почему твои родители к тебе так относятся? Наверное, всегда буду удивляться, как он мастерски он умеет менять темы и выводить человека на те вопросы, который интересуют лишь его. Такая сложная, но уже давно обыденная тема для меня… Да, раньше, ещё в детстве, было больно осознавать, что ты не нужна своей семье, что они предпочли тебе другого ребёнка, хотя ты ничем и не хуже своей сестры, а в некоторым ситуациях ещё и лучше, а сейчас… сейчас я воспринимая всё это, как должное, как некоторый неприятный момент из будущего, который уже никогда не повторится, потому я его забыла, отпустила и больше никогда к нему не вернусь. Я поднимая до этого мрачно опущённый задумчивый взгляд на Кая, который целиком оторвавшись от своей сладости, внимательно следит за каждой моей эмоцией, пытаясь не меняться в лице. Чёрт… только сейчас я осознаю, что всё это я сказала вслух… Проговорила всё то, о чём так давно думала, но молчала, пытаясь не ворошить прошлое… — Я… я не знаю. — говорю сквозь небольшие паузы, всё еще продолжая думать о том, что выпалила минуту назад. — Так было всегда, наверное, даже с рождения, я не помню. Всегда Хейли на первом месте, а я… всегда была как должное. Как второй и бракованный ребёнок, забавно… Всегда отстраняли меня от семьи, но и полностью отпускать не собирались, придерживая на расстоянии. Я, наверное, только лет в 12 поняла, почему всё было именно так. Дело было, да и есть, в моей силе. Они её боятся… — Почему? — буквально оборвав меня на полуслове, вновь пытает Кай, явно оживившись. — Теперь моя очередь. — довольно улыбаюсь, с привычным хладнокровием пряча старые обиды в самый тёмный уголок души, который ещё не знаком никому. — Чем ты занимаешься, там, в лесу? — Но-но. — парень наигранно строго грозит мне указательным пальцем, ещё на корню обрывая уверенный настрой, уже наконец-то вытащить его явно не последний скелет из шкафа. — Запрещённая тема. Можешь хоть сколько пытаться, я всё равно не отвечу. — Хорошо. — временно сдаюсь, продолжая ехидно всматриваться хищным взглядом. — Тогда… сколько у тебя было девушек до меня? — Пф. — ведьмак показательно цокает языком, закатывая голубые глаза. — Я то думал… Не больше, чем ножек у сороконожки. Следующий вопрос. — Чего?! — не ожидав подобного ответа, буквально вскрикивая выпучивая удивлённые черные глаза. — Паркер, это ты сейчас серьёзно?! — Не-а. — возникает такое чувство, будто он упивается моими эмоциями, внезапно проснувшимися внутри. — Сейчас моя очередь. — Какая к чёрту очередь?! — внутри просыпается настоящий демон, желающий разорвать на мелкие кусочки всех, кто когда-то прикасался к Каю. — Это правда?! — Детка… — прервав мою очередную тираду, ведьмак продолжает оставаться спокойным. — Я же тебя не спрашиваю, были ли у тебя мужики до меня. Зачем заводить эту тему? — Потому что ты знаешь, что у меня до тебя никого не было. — продолжаю злостно шипеть, всматриваясь остервенелым взглядом в его блестящие глаза. — Но я ведь мог бы и по-другому вопрос задать. — за одно лишь мгновение, его тон, его взгляд меняется, заполняясь привычными бесенятами, частенько пляшущими внутри. — Я мог спросить, почему у тебя ни с кем не было. Мог бы спросить по какой причине… Глубоко вздохнув, чтобы ещё больше не распалиться, бросаю короткий взгляд на парня, а потом быстро проговариваю: — Думаю, на этом разговор стоит завершить. — нервно запихнув в сумку, случайно выпавшую помаду, спешу встать с места, как очередная реплика доносится до меня. — Скажи, это ты не дала или кто-то не воспользовался? Критическая точка достигнута, обида вперемешку со злостью борятся внутри, доставляя сердцу не самые приятные ощущения… Я стараюсь не поднимать взгляда, чтобы случайно не перепутать борющиеся эмоции и пытаюсь покинуть кафе, как уже знакомое прикосновение моей руки меня останавливает заставляя развернуться лицом. Бросаю блестящий от накатывающих эмоций взгляд на Кая, и собрав последнюю волю в кулак, отвешиваю ему звонкую пощечину, не произнося ни слова. Его хватка чуть ослабевает, я вырываю ладонь и еле заметно шмыгнув носом, выбегаю из помещения, где уже становилось тяжёло дышать…