Список контактов / The Buddy List

Рей мне нужно кое-что тебе рассказать Рей как можно скорее Такие сообщения она отправила Финну во вторник рано утром. Финн ладно пропустим первый? Рей закусила губу. Рей да. мамина тачка у меня, они на неделю на конференции. заеду за тобой. Рей надела поверх футболки красную толстовку «Американ Аппарель», взяла ключи от внедорожника матери и поехала к Финну. Надо отдать ему должное, первое, что он спросил, было «Куда едем?», а не «Рассказывай, что там за секрет». Рей направилась подальше от школы, по грязной дороге, которая вывела на пастбище, где пасся целый табун лошадей. Она припарковалась, вынула небольшую трубку и набила её травкой. — Рей, сейчас восемь утра, — медленно проговорил Финн. — И история — как раз под стать косяку в восемь утра, — предупредила она. Финн пожал плечами, но принял переданный ему косячок, пока Рей выпускала дым в открытое окно. Родителей не будет ещё много дней; вонь выветрится. — Ладно, — сказала она и повернулась. — Перед самыми зимними каникулами мне начал писать незнакомец, некий Кайло Рен. Финн кивнул, потому что в этом не было ничего необычного. — Ну, короче, мы стали переписываться, он меня обхаживал, говорил, что мы учимся в одной школе, но никогда не общались и всё в таком духе. Я была уверена, что он в меня влюблён. Всё это было мне… лестно. — Ага, и так таинственно, — сказал Финн и подмигнул. — Думаешь, это Снап? — Нет, это не он. — Рей покачала головой и вздохнула. — Это было за неделю-две до каникул, а потом мы с предками пошли к Соло на Новый год. Бена не было дома, и я… Ну, ты же знаешь, я всегда была им, типа, немного… увлечена. Финн передал ей трубку, но Рей не стала затягиваться. — Короче, я пробралась к нему в комнату. — Что?! Зачем? — Потому что я маньячка, ясно? Не знаю. Мне хотелось просто… быть поближе к нему. Узнать, что у него в башке. Там стоял его комп, и я была совершенно уверена, что всё запаролено, но… Она пожала плечами и увидела, как глаза Финна округляются, когда до него начало доходить. — Оттуда я и знаю, что это был не Снап, а Бен Соло. — Срань господня. И как ты поступила? — Ну, мне, видимо, надо было его заблочить и обо всём забыть, но это же я, так что я этого не сделала, и мы продолжили общаться, и он… говорил мне всякое. Вообще всякое, — сказала Рей, теперь уже шёпотом. — Личное. — Вот чёрт. Дело дрянь. — Я втянулась, ведь в реале Бен меня шпынял, и… ну, я дала Кайло понять, что Бен мне нравится. Подумала, знаешь, что ему захочется… позвать меня на свидание. — О нет, — ужаснулся Финн, у него вытянулось лицо. — А потом вчерашняя херня со Снапом. Рей кивнула. — И я просто… Я пришла домой и заблокировала Кайло, потом Бен в «Эйм» написал, и я, короче, и его заблочила. Со мной всё будет нормально, Финн, я переживу, клянусь, но прямо сейчас я не могу на него смотреть. Сегодня мне надо просто… не думать о Бене Соло. Совсем. Вот почему она раздобыла траву. Та помогала сдерживать слёзы, притупляла боль под рёбрами и чувство, будто желудок проваливается куда-то к заднице. Из-за травки всё казалось как-то проще. — Насрать на сегодня, мы не пойдём в школу, — сказал Финн. Рей грустно улыбнулась. — Чем тогда займёмся? — Ну, для начала я хочу поиграть с лошадками. Грустная улыбка Рей превратилась в широкую и озорную, и они с Финном пошли в сторону пастбища, чтобы погладить лошадей.

***

Спустя два часа они сидели, забурившись в кафешку за два городка от своего. Им не хотелось, чтобы кто-то увидел, как они прогуливают школу. Рей отхлебнула горячего шоколада. Они не говорили о Бене с тех пор, как вышли из машины; Финн, похоже, нутром чуял, что ей нужно отвлечься. Но всё произошедшее так и нависало над ними грозовой тучей. — Знаешь, несмотря на наши вечные перепалки, я вообще-то довольно неплохо Бена знаю. Рей встретилась с Финном взглядом и сглотнула. — Он ведёт себя грубо. Думаю, там папаша задвигает темы типа «будь мужиком» и всё такое. Но, знаешь, в глубине души он… чувствительный. Ты бы видела его на уроках кино; Бен старается этого не показывать, но он просто плывёт на всех этих олдскульных мелодрамах типа «Унесённых ветром». Рей поставила свою чашку. Дурман уже выветрился, а глаза теперь пощипывало. — А ещё он постоянно смотрит на тебя, пока ты на него не смотришь. Поэтому я и помогал — потому что это очевидно. Если бы мне казалось, что тебе там нечего ловить, я бы тебя не подначивал. И вся эта история с Кайло — очевидно, Рей, что он отчаянно хочет с тобой общаться. Но как Бен он этого сделать не может — вся эта дебильная херня в башке про крутых парней не пускает. Он импульсивный, вот и всё. Вздохнув, Рей кивнула. — Конечно, я прекрасно понимаю, почему ты умыла руки, — быстро добавил Финн. — Я бы тоже его заблочил нафиг. Но всё это не потому, Рей, что ты ему не нравишься. Он просто идиот. Рей коротко хохотнула, тихо и невыразительно. И кивнула. — Да прав ты, я знаю. И, знаешь, пусть идёт на танцы с кем хочет, я не против; его жизнь. Но я не пойду. Не хочу, чтобы со мной так обращались. У меня его перепады настроения уже в печёнках сидят, и мне… нужно отдохнуть от Бена, Кайло, от всего этого. От парней вообще. И от девушек, на всякий случай, тоже. Финн непринуждённо рассмеялся. — Так что? У тебя хата пустует, пошли туда. Рей улыбнулась, идя вслед за Финном к машине, и на сердце у неё стало так легко, как не было вот уже много-много дней.

***

В школе Рей игнорировала Бена всю неделю. Это было неожиданно легко, ведь и он не пытался с ней заговорить. В среду, когда она возвращалась со школы, он бросил на неё несколько робких взглядов, но тем всё и ограничилось. Снапу она отказала, с улыбкой извинившись и заверив его, что она вообще не пойдёт, ни с кем. Так оно и было; желание идти на танцы было отбито напрочь. Рей поела с Финном в классе живописи; они сошлись на том, что она повременит с разблокировкой Бена Соло по крайней мере до окончания всего этого дурацкого недоразумения с танцами. Все строили планы на Зимний бал — да ради бога. Сама она совершенно точно не собиралась в этом участвовать. В пятницу она ходила в приподнятом настроении от перспективы провести тихий вечер в компании Финна, но когда он появился на обеде с видом чрезвычайно виноватым, Рей сразу же всё поняла без слов. — Меня тут По на танцы позвал… Она обняла Финна, зная, как сильно он был увлечён По, и была за него счастлива. — Ты ужасно клёво проведёшь время. — А ты? У тебя всё будет нормально? — Да конечно! Ой, не начинай. Я упорюсь пастой с «Маунтин Дью» и до глубокой ночи буду смотреть фильмы. Будет круто. Финн тихо рассмеялся, после чего вновь посерьёзнел. — Спасибо, — проговорил он. — Тебе спасибо, без тебя я бы не пережила эту неделю. Что бы с ней было, если б не он. Рей вновь обняла его и даже сумела весь обед не подавать виду, что ей грустно.

***

Рей и правда сварила пасту — гору пасты — и заправила её сливочным соусом «Альфредо», да ещё и куриные наггетсы подогрела. Потом уселась на диван, держа огромные порции еды и лимонада, и включила кино. Она собиралась пересмотреть четырёх первых «Гарри Поттеров». Рей настолько обожала книжки, что даже держала календарь с обратным отсчётом до релиза седьмой части, которая выходила в этом июле. Она успокаивалась, приходила в себя, давая главной музыкальной теме омыть её и унести на Тисовую улицу. Она была на середине «Гарри Поттера и тайной комнаты» — как раз когда появилась покрытая кошачьей шерстью Гермиона, — когда в дверь вдруг постучали. Рей подозрительно сощурилась, будучи без понятия, кто мог припереться в такой час. Все её друзья пошли на танцы, а родителей не было в городе. Тихо и осторожно, она подкралась к входной двери и заглянула в глазок. И отпрянула, прикрывая рот рукой. Рей оглядела себя; на ней были фланелевые штаны и белая майка, она только что объелась макаронами, карандаш с глаз стёрся часа два тому… и на её пороге стоял Бен Соло. — Кто там? — крикнула она, чтобы выиграть немного времени. — Я… Бен. За то время, что Рей для себя выгадала, она успела лишь мимолётно зажмуриться. А затем распахнула дверь. — Что ты тут делаешь? — Я, честно говоря, думал, ты на танцах. Я просто ехал домой, проехал мимо тебя… Свет горел… и я подумал, а вдруг. — Он замолчал и плотно сжал губы. — Извини, я… пойду. — Нет. Слово сорвалось с языка прежде, чем она даже успела подумать. — Холодно, зайди. Она отступила в сторону, и Бен зашёл в дом. — Ты одна? — со смущённым видом спросил он, едва переступив порог. — Предки уехали из города на конференцию до воскресенья. — А, ясно. А ты… ты что, не захотела на танцы? Рей задрала вверх подбородок и встретилась с Беном взглядом. — Со Снапом — не захотела. Слова прозвучали отрывисто и жёстко. Бен судорожно сглотнул. На нём были джинсы и толстовка — он тоже явно не собирался на Зимний бал. — Мне жаль, — тихо сказал он. — Да, и мне, — сухо проговорила Рей, повернулась и пошла на кухню. — Ты голодный? Я приготовила пасту, есть вчерашние шоколадные пирожные и лимонад. — Спасибо, ничего не нужно. — Ладно, — сказала она, проходя через кухню в гостиную. Бен пошёл за ней. Она не знала, что сказать, но ей не хотелось, чтобы он уходил. Злость из-за всего по-прежнему сидела внутри, но от мысли оттолкнуть его у неё сердце сжималось, и то, что он объявился у неё на пороге, с этим ртом, с такими глазами, — всё это казалось невыразимо хрупким, поэтому она осторожничала. — Хочешь… посмотреть со мной «Гарри Поттера»? Они вместе ходили на все театральные постановки — она, по крайней мере, знала, что он любит эти фильмы, и… — Хочу, — был его незамедлительный ответ. Она облегчённо выдохнула; её переполнила радость от осознания того, что она пробудет с ним хотя бы ещё немного. — Садись, — сказала она, и он сел. Она подождала, пока он устроится, а затем присела сама — ближе, чем когда-либо прежде, вжавшись ему в бок, — и нажала на «Play».

***

Рей не могла думать ни о чём, кроме жара Бена рядом с собой. Она знала эти фильмы наизусть, особенно третий, её любимый, но едва могла на нём сосредоточиться. Бедро Бена рядом с её было тёплым и твёрдым; она ощущала, как его тело чуть смещается, когда он вдыхал и выдыхал. Она придвинулась к нему ещё немного ближе, наклонила голову и уложила ему на плечо. Внезапно он пришёл в движение: обхватил её одной рукой за плечи, приобнял. Она уловила его запах — дезодорант и соль от пота, и ещё какую-то пряную нотку. Жар его тела просачивался в неё, и она предельно ясно чувствовала в своём правом боку каждый атом, каждую трещинку в тех местах, где он в неё вжимается. Казалось, сердце её бьётся так быстро, что она вот-вот задохнётся. Фильм закончился, и Рей пришлось встать и сменить диск, а когда она повернулась обратно к дивану, Бен ждал её, раскрыв объятия, глядя пусть неуверенно, но приглашающе. Она вновь присела с ним рядом, и он притянул её ближе, повернулся и зарылся носом в волосы, нюхая её. Рей затрепетала. Они смотрели четвёртый фильм, прижавшись друг к другу, и Рей была словно в огне. Ей хотелось толкнуть его на диванные подушки, хотелось, чтобы он провёл ладонями по её ногам, запустил руки ей в штаны и под майку. Её чуть ли не трясло от желания. Когда фильм закончился и пошли титры, Рей балансировала на грани. Было поздно, слишком поздно, чтобы делать хоть что-то, кроме как отдаться теплу постели — вместе или поодиночке. Бен поднялся, Рей — тоже. Молча они пошли в сторону входной двери, в сторону ступеней, что вели к комнате Рей. Дом был пуст, её родители уехали, здесь были только они двое. Она могла бы потянуться, упасть в его объятия и посмотреть, задрожит ли он, охнет ли рвано ей в шею. Но, кроме этого жара, между ними было и ещё кое-что: секреты, Кайло Рен. Поэтому она устояла. — Это было лучше танцев, — сказала она, скользя своей ладонью по его. Бен кивнул — медленно, точно всё это сон. — Гораздо лучше, — согласился он. — Надо делать это почаще. Рей улыбнулась и прикусила губу. — Ага, это точно. Бен сжал её руку, а затем отстранился. — Спокойной ночи, Рей. — Спокойной ночи, Бен. Он ушёл, а она ещё долго стояла, прислонившись к двери, стараясь не дать своим опасениям отравить такой прекрасный, как оказалось, вечер.