Рыцарский роман

Мой рассказ длился минут сорок, из них ровно половину я отвечал на посыпавшиеся вопросы. Наконец я не выдержал и задал логичный вопрос: - Святые отцы, я вас обоих уважаю, но не кажется ли вам, что это больше похоже на допрос? Зачем вам знать, каким образом я организовывал прочесывание местности? Или, как прятался, при этом получив только легкий насморк? Если вам интересно это, то прошу ко мне в гости. Любым составом. А отца Тука вообще его прихожане заждались. У меня сейчас более важный и более срочный вопрос. - Сын мой, - чуть помолчав ответил настоятель, - тебе везет настолько, что, если бы не обстоятельства, я бы усмотрел в этом происки нечистого. А, поскольку это не так, то могу с уверенностью сказать, что тебе благоволит Пресвятая Дева. А сейчас, будь добр, найди брата Георга и помоги ему. Когда возникнет необходимость, тебя позовут. Я уже открыл рот, чтобы сказать все, что думаю по поводу охреневших святош, как отец Тук накрыл мои руки своими. Да так, что сразу и не освободиться. - Друг мой, пожалуйста. – тихо попросил он. Я кивнул, и руки сразу исчезли. - Святые отцы, я с нетерпением жду вашего решения, - слегка поклонился я, перед тем, как покинуть келью. Монахи дождались, пока закроется дверь, а затем, настоятель, прищурившись, взглянул на собеседника. - Вы сказали «друг», сын мой? Не слишком ли это много для простого мирянина? Пусть даже и такого, как сэр Алекс. - Отче, в это мире я могу обратиться словами «брат мой» только к тем, кто принял сан, «сын мой» - ко всем мирянам. И только «друг мой» я могу применить только к нескольким людям в этом мире. Но мы отвлеклись. Что вы решили по поводу этого дела? - Время отделить зерна от плевел, брат мой. Брат Георг поможет вам в этом богоугодном деле. Но руководить отрядом будете вы. Естественно, после того, как вы убедитесь, что без этого не обойтись. Негоже мирянину вмешиваться во внутренние дела церкви. – произнес настоятель. – Да пребудут с тобой Дева Мария, святой Бенедикт и наш покровитель святой Иоанн. - Во славу ордена! – поклонился отец Тук. - Во славу! – ответил настоятель, осеняя знаменем монаха. – А теперь ступай. Мне еще надо набраться смирения, чтобы поговорить со своей любимой крестницей. *** Брата Георга я нашел практически сразу. Да и мудрено было его не найти. Оказывается, это был тот самый монах, который организовал мою занятость. В смысле, направил на колку дров. Но, что интересно, нашел я его в том месте, которое в любом замке я назвал бы тренировочной площадкой. Но как назвать это место в монастыре? В общем, площадка и есть площадка. И на ней, в компании трех братьев, монах выполнял до боли знакомые движения. Настолько знакомые, что в голове зазвучал полузабытый голос радиодиктора, проводившего утреннюю гимнастику. Вот только движения у них были очень корявые. Настолько корявые, что у меня заныло еще в той жизни травмированное плечо. - Брат Георг? – спросил я, когда у монахов наметился перерыв в упражнениях. – Меня послал к вам отец-настоятель, с просьбой помочь. Вот только в чем – не уточнил. Надеюсь, не копать от забора до обеда. Судя по промелькнувшей улыбке, мысль у монаха была именно такая. - Вообще-то, мы занимаемся ежедневными упражнениями, которые позволяют усерднее трудиться во имя Господа, - ответил монах, осеняя себя знамением. – Но какую помощь в этом может оказать простой рыцарь? - С вашего позволения я немного постою рядом, а потом попробуем продолжить занятие. Может и получится что-нибудь дельное… *** Брат Георг, а до принятия сана – шевалье де Еон, превозмогая боль в травмированном плече, выполнял обязательные ежедневные упражнения, когда на площадке появился этот странный рыцарь. Мало того, что он вел с братом Туком не соответственно сану, так еще и сам брат Тук гм… И это если исключить дальнейшее поведение этого рыцаря. Который, с нескрываемым любопытством, следил за ними. По окончании выполнения упражнений брат Георг вытер со лба пот, мысленно коря себя за греховные мысли, обратился к рыцарю: - Ну, сэр рыцарь, что скажете, или быть может, посоветуете? Рыцарь почесав кончик носа, ответил: - В принципе, вы делаете все верно. Но вот некоторые моменты я бы подправил… А дальше началось форменное издевательство. Этот не… ур…непонятно откуда взявшийся рыцарь превратил обычный комплекс упражнений в форменное издевательство. При этом он даже не запыхался. А потом он подошел к каждому и, после пары вопросов, показывал дополнительные движения. За исключением брата Антуана, который что-то резко ответил, осеняя себя знамением. Обойдя всех, он вернулся к брату Георгу. - Остались только вы, сэр монах. Как я понимаю, у вас травмировано левое плечо. И болит правое колено. И до кучи, болит поясница. Вам показать упражнения, или положитесь на милость Бога? Как ваш брат? Подумав, что никто не сможет заставить его что-то делать против воли, монах кивнул… Через десять минут, когда брат Тук пришел за рыцарем, монахи, мокрые от пота, пытались выполнить новые упражнения. Исключение составлял только брат Антуан, который покинул площадку под предлогом молитвы. - Сэр Алекс, положительно, на вас надо наложить епитимью. Как же вы умудрились за четверть часа замучить братьев до седьмого пота? - Отец Тук, мне хватает тех проблем, которые я сам себе организую. А здесь дело сугубо добровольное. Но, надеюсь, эээ вашим братьям будет чуточку легче. – ответил я. - Тогда вас с братом Георгом ожидает отец-настоятель. – прищурился мой капеллан. – И очень прошу, сэр Алекс, держите себя в руках, а язык за зубами. - Не люблю я в руки брать всякую гадость, - буркнул я, - но ради вас, отче, придется. А относительно последнего могли бы и не говорить. Потому что это невыполнимо. Когда мы вошли, настоятель в полголоса давал указания какому-то молодчику в накинутом капюшоне. Увидев нас, настоятель слегка коснулся его рукава и посетитель, поклонившись, вышел. - Сэр Алекс, - начал настоятель, знаком предлагая нам присаживаться. – Ваш вопрос решен. Для этого с вами отправится брат Тук и еще несколько братьев. Один из них здесь присутствует. Сразу предупреждаю: вам категорически запрещается предпринимать что-либо против подозреваемого. В противном случае вы будете тут же взяты под стражу. Выезд завтра после заутреней. Если вопросов нет, все свободны. Охренев от заявленного, я спустился в свою келью. Чтобы я…еще раз… связался с монахами! Да ни за что на свете. Пытаясь сохранить спокойствие, я вышел на тренировочную площадку. Итак, начинаем разминочный комплекс, с последующим переходом на работу с рогатиной.