Я снова готов поверить

Соглашаясь переехать к Хотчу, Дженни Белл отлично понимает, что её ждёт период, так сказать, акклиматизации. Что ей сознательно и добровольно придётся отказаться от вольготной радости одинокой независимости и встроиться в режим "одна женщина и двое мальчишек". Впрочем, когда мальчики в радость – что отец, что сын – переход проходит плавно и как-то само собой. Хотя, на первых порах, лучшим другом Дженни становится будильник. Даже два. Она чертовски любит поспать подольше именно по утрам. - Эх, ты, - зевая в кулак и глядя, как Хотч повязывает галстук, смеётся она. – А ещё федеральный агент. Нарушаешь закон* и потом удивляешься, почему никто не любит федералов. Оба понимают, о чём речь. Хотч встаёт ни свет, ни заря и, если нет дождя, отправляется на пробежку. Сына он будит, когда возвращается, и на это, пусть и непродолжительное время мальчик остаётся один. - Я просто злодей. – Он улыбается в ответ и целует её, перед тем, как уйти на работу. Разумеется, теперь ему проще. Теперь, когда он возвращается с пробежки, Джек уже разбужен, умыт и наворачивает завтрак. Маленькому Джеку нравится папина подруга. Хотя бы потому, что теперь ему не приходится каждое утро выбирать, какой из двух джемов положить в неизменную скучную кашу. Рыжая смешливая подруга папы любит удивлять ребёнка, и потому по утрам Джек всякий раз гадает, что он увидит на тарелке. Блинчики? Вафли? Вкуснятину из творога и фруктов? Что?.. Аарон и Дженни пропускают романтичный период отношений с цветами, свиданиями и нежными горячими смс, типа "Не могу дождаться новой встречи". Словно они уже давно вместе и знают друг друга также хорошо, как пара, прожившая бок о бок не один десяток лет. И вовсе не потому, что они – побитые жизнью, забывшие о чувствах и сентиментальности прожжённые циники. Всё проще, оба не хотят терять времени на условности. Ну, и ещё потому, что когда Хотчнер дарит ей цветы – в первый и, наверное, последний раз, - Дженни благодарит его, а после объявляет, что терпеть не может "веники", которые по какому-то, непонятному ей недоразумению другие называют "букетами". - Люди дарят умирающие цветы и считают это романтичным? Хочешь романтики – помой за меня посуду, а я буду смотреть и восторгаться этим рыцарским жестом, - говорит она любовнику. Единственное, к чему она никак не может привыкнуть – интерьер квартиры Хотча. Её квартира в Портсмуте была небрежно яркой, и приглушённые тона квартиры Хотчнера угнетают рыжую. Она мирится с его строгим стилем одежды и по-детски бунтует против подобной строгости в гардеробе Джека, покупая мальчику футболки с супергероями и вышивая на его джинсах символ Мстителей, щит Капитана Америки и маску Железного Человека. Однако это не отменяет общую скуку квартиры, и Дженни всерьёз начинает подумывать о том, чтобы разбить о стены банки с краской, чтобы хоть так разбавить нудную стерильность… - Хочу с тобой поговорить, - объявляет Дженни любовнику, когда сил терпеть уже не остаётся. - Я весь внимание. – Хотч настораживается. В его голове мелькает предательская жуткая мысль, что худшее, чего он опасался, случилось. Что Дженни всё же не выдержала свалившихся на неё обязательств и его ненормальной жизни. Он не хочет верить в такой исход и мужественно настраивается на обычный скандал. - Ты пригласил меня в свой дом. Мне бы хотелось знать, как далеко простираются мои возможности? - Не уверен, что понял тебя. – Скандала не будет. Уже хорошо. - У тебя никогда не возникало ощущения, что ты живёшь в офисе, в котором почему-то предусмотрена кровать? - Она забирается к нему на колени. – Или гостинице? Точно, гостинице бизнес-класса! Он оглядывается. И, правда, похоже на гостиничный номер. - Я как-то прежде не задумывался об этом, - честно признаётся и серьёзно замечает: - Не люблю кислотные цвета. - Я запомню… После очередной командировки он возвращается домой и сразу понимает – что-то изменилось. Сначала не понимает, что именно, а после видит небрежно наброшенный на диван большой плед цвета тёмного малахита, ненавязчиво отороченный по краям серебристой канвой. Такого же цвета портьеры сменили прежние, равнодушно офисного тёмно-кофейного оттенка. - Привет! – к нему неслышно подкрадывается Дженни. – Всех маньяков поймал? - Этого заперли, - он целует её в губы. - Мой герой! - А ты в моё отсутствие ограбила магазин домашнего текстиля? – Хотч насмешливо изгибает бровь. - Мы с Пенелопой попали на ликвидацию отдела в торговом центре. Девочкам сложно устоять, когда к слову "распродажа" прибавляют "тотальная". И ты сам мне позволил, - напомнила. – Я купила шикарное покрывало на нашу кровать. Джеку постельное бельё с миньонами. Вот подожди, он ещё замучает тебя восторгами. Чтобы жизнь стала яркой, не нужны кислотные цвета, Аарон. Достаточно, чтобы они просто были. - Я смотрю на них, - он кивает в сторону окна. – И вспоминаю твоё зелёное платье. Ты была так красива тем вечером. - Мой телефон тоже был красив. Странно, что украли только его. А насчёт платья… Что-то мне подсказывает, теперь ты вряд ли будешь доволен, если я надену его. - И ошибёшься. Потому что самое яркое в моей жизни – Джек и ты. И мне бы хотелось, чтобы так всё и осталось. Его усталый взгляд вновь скользит по тяжёлым густо зелёным портьерам, а ещё он чувствует тянущиеся с кухни ароматы мяса, специй и нежный уютный запах яблочного пирога и понимает, что вернулся домой…