Красный бархат

Ривердейл • 09:18

Первые лучи зимнего солнца холодными переливами врывались в просторную спальню даже сквозь плотную ткань темных штор. За панорамным окном, полностью скрытым спасающими от яркости занавесками, сыпались нежные хлопья снега, в очередной раз напоминая о настоящем наступлении зимы в тихом городке. Спокойствие и расслабленность. Желание провести целую вечность в мягкой кровати, обнимая хрупкую фигуру волшебной блондинки, мирно сопящей на горячем плече. Она была измотана последними днями и навалившимся так некстати проблемами. Не заслуживая всего этого, всё же оставаясь сильной для посторонних глаз и ушей. В то время как душа была растерзана на мельчайшие куски, давно не подлежав восстановлению. И в грубое противоречие самому себе, Джагхед безумно хотел уберечь девушку от дальнейшего эмоционального давления, которое так однозначно свалил бы на неё дотошный Арчи Эндрюс после своего, казалось, совсем незапланированного прилёта в Ривердейл. Но только предстоящие проблемы были оставлены на потом, ограждая для Бетти спокойный сон в эту ночь. Мимолётный взгляд на спящую Купер и нежная улыбка на губах появляется против воли. Джонс замечет странный порыв из глубины своих неопознанных чувств. Ему нравится смотреть на то, как мирно и спокойно она высыпается, устроившись на его крепкой груди. Они вернулись в его таунхаус всего несколько часов назад, решив, что Бетти всё же стоит отдохнуть получше. Она до последнего не хотела возвращаться в реальность, рассчитывая встретить рассвет на берегу Свитвоттер. Вид на холодную реку завораживал, дарил нужные чувства исцеления. Джагхед чувствовал то же самое, слишком хорошо ощущая, будто ничего кроме их скромной компании и завораживающей красоты берега – больше не существовало. Но Бетти лишь неумело скрывала от него настоящую боль и измотанность, стараясь не оставаться наедине с собой и что самое главное с отрезвляющим любые чувства, настоящим. Джонсу не мало пришлось постараться, чтобы девушка без лишних пререканий всё же оказалась в его доме. На его глазах. Обычная подстраховка, чтобы она не подумала выкинуть ничего дурного, а вместе с тем и не оказалась схвачена мерзкими лапами Эндрюса. Он не позволит ей вернуть эмоциональное состояние в норму, лишь в очередной раз, растопчет любые чувства, заставив при этом потакать его собственным желаниям. Разрушит. Станет последней каплей. И Бетти не сможет вновь вернуться к обычной жизни. Только не с Арчи Эндрюсом. Джагхед проснулся давно, сказать вернее, смог сомкнуть покрасневшие от вечного отсутствия здорового сна глаза, всего на пару мгновений. Элизабет спала не спокойно, вскрикивала среди ночи, испуганно набирая в легкие побольше воздуха, стараясь не показывать в глубокой темноте заплаканных глаз, но бойко колотящееся сердце сдавало Бетти с потрохами, звучно отбивая ритм на грудной клетке брюнета, когда стараясь унять её очередной приступ паники, он прижимал её дрожащее тело слишком близко. Она уснула лишь под утро. Кошмары всё ещё не оставляли её и Джагхед всеми фибрами души хотел бы узнать ту самую истинную причину их появления. Неприятное ощущение того, что Бетти всё ещё не подпускала его в свою личную жизнь достаточно близко, омрачало пришедшее осознание. Несмотря на всё, что Джагхед сделал ранее, для Купер он всё так же оставался высокомерным мудаком, с сотней неправильных поступков за спиной. Её доверие ещё стоит заслужить. Но стоит ли? Заслужить чтобы растоптать, разорвать и в очередной раз сделать больно. Впервые в жизни, мозг Джагхеда отказывался действовать по изначальному плану. Он не сделает больно. Только не Бетти Купер. Теперь же, хотел единственного. Стать ближе. Оказать возможную поддержку и доказать, что поверхностное мнение о нём может быть совершенно ошибочным. За те, несколько лучших часов проведённых рядом с Бетти Купер, Джагхед смог поймать одновременно пугающую и жгучую мысль на просторах своих гремучих размышлений. Он умеет чувствовать. Умеет быть кем-то более здравомыслящим и что самое главное: чертовски сильно умеет влюбляться.

***

Бетти разлепила сонные глаза, с разочарованием ощущая как горячее тело, всю ночь дарившее спокойствие – исчезло. Правая сторона кровати была достаточно холодной, что лишь доказывало, как давно Джонс покинул её плен. Должно быть она просто достала его своими нервными срывами посреди глухой ночи или же телячьими нежностями, обнимая крепкую фигуру парня на протяжении всего сна. Черт. Что если вновь доставила ему неудобства? Коварные мысли приняли свою позицию мгновенно, наводя в голове девушки шторм из различных терзаний. Казалось, что за последнее время, она едва могла провести день без вечных копаний в себе. И лишь вчерашнее время проведённое вместе с Джонсом, помогло вытряхнуть из головы лишний хлам. Оставляя Бетти шанс просто расслабиться и наслаждаться. Этот парень умело помогал Бетти стороной обойти любые несуразности её жизни. Был той самой, такой нужной поддержкой. Но что бы там ни было, вечно оставаться под уютным крылом Джагхеда не выйдет. И Бетти хорошо это осознавала. В конце концов он ясно дал понять кем является. Элизабет выравнивается на просторной кровати, беглым взглядом изучая уже знакомую обстановку, уходить в неизвестность и что самое страшное – реальность, хотелось меньше всего. Дверь глухо хлопает, обращая внимание Бетти на вошедшего в комнату парня. — Уже проснулась, детка? — На удивление бодрый голос Джагхеда слышится совсем близко и не в силах скрыть счастливой улыбки, девушка уверено кивает, прикрывая короткую ткань предложенной Джонсом майки пуховым одеялом. Брюнет вальяжно заходит в собственную спальню, в правой руке удерживая кухонный поднос с различными блюдами, аккуратно уставленными на гладкую поверхность. Завтрак в постель? От этой мысли щеки Бетти мгновенно принимают багровый оттенок и желание спрятать свой взгляд подальше от парня возрастает. — Как насчёт безумно вкусного завтрака? Отказы всё так же – не принимаются. В худшем случае, мне придётся кормить тебя с ложки. Мы ведь не хотим этого, так ведь, детка? — Он игриво подмигивает, аккуратно устанавливая поднос у ног Бетти и неторопливо обходит кровать с обратной стороны, честно занимая свою половину. — Доброе утро, Беттс. Выспалась? — Заглядвает в её до чистоты голубые омуты и нежным движением руки, смахивает белоснежный локон волос за ухо, едва задевая пылающую щёку. Бетти думает прежде чем сделать этот шаг, а может быть даже не берет в голову, правильным и приемлимым ли будет неожиданный порыв. Она медленно подтягивается к пухлым губам, не дожидаясь действий со стороны сбитого с толку парня, не долго задумываясь приближается к его лицу и запечатлев на губах сладко-тягучий поцелуй, смущенно осторонянтся. Джагхед облизывает свои губы, теряя вкус её уст и украсив лицо широкой улыбкой, подаётся чуть ближе, горячим дыханием опалая ушко Элизабет. Одного мимолетного поцелуя было чертовски мало. — Я могу расценивать это как положительный ответ, крошка? — Он коварно стреляет глазами, оказываясь ещё ближе. Путается в её волосах, перемещая руки на манящие части тела, неспешно поглаживая. Аромат сладкой вишни и каких-то неизведанных духов щекочет рецепторы, напоминая парню, что этот запах буквально въелся в него изнутри. И он был совсем не против наслаждаться им бесконечно. — Джаг-хед. Нахал. — Обвинениние утопает в усмешке. Он нужен ей. Почти срывается на стон, ощущая сильную руку под чёрной материей майки, что стремительно просчитывала каждую косточку на желанном теле, ближе подбираясь к полной груди. Она льнёт к его крепким прикосновениям сильнее, уже заметно ощутив, как завязывается приятный ком внизу живота и лишь почувствовав горячие губы на дрожащей шейке, старается мыслить трезво, с напором останавливая его манипуляции над собственным телом. Не сейчас. — Спасибо за завтрак, Джагги. — Голос срывается после настигнувшего желания и Купер торопится опустить глаза на принесённый завтрак. Воздушные панкейки обильно политые взбитыми сливками были аккуратно украшены ягодами спелой клубники, а в дополнение ко всему шёл стакан свежевыжатого апельсинового сока. Слишком аппетитно. Живот неприятно заурчал напоминая о пережитой голодовке. Бетти не могла точно вспомнить когда плотно ела в последние дни. Любая еда вызывала рвотный рефлекс, не пропуская в организм ничего кроме легкого перекуса. Под пристальным взглядом Джагхеда, Бетти всё же сдалась. — Никто прежде не делал для меня ничего подобного. И сказать честно: я приятно удивлена. — Выговаривает с тяжелым вздохом, подвигая принесённый поднос ближе к себе и Джонс без лишних слов понимает её. Уже налившийся желанием член, неприятно натягивал ткань домашних штанов. И что она всё-таки делает с ним? Один невинный поцелуй служит неконтролируемой эрекцией и вспотевшими ладонями. Докатился, Джонс. Браво. Но мысли твердили одно. Хочет её. Всегда. Очередное осознание, которое Джагхед даже не думает отогнать, с поличным сдаваясь перед желанной Бетти Купер. Что, если она подарок его нерадивой судьбы? Бетти же старается пересилить себя, маленькими кусками нарезая пышный панкейк уложенный на белоснежной тарелке, не смотря на проснувшийся аппетит, её всё ещё продолжало мутить от представления о еде. Маленький кусок десерта отправляется в рот через отторжение и девушка вынужденно пережёвывает его. Джонс хмурится. — Не халтурь, Купер. Это вкусно. — Он хмыкает, стопроцентно уверенный в своих навыках кулинарии и вновь приближается к девушке, перехватив кухонный нож из её рук, умело разрезает панкейк, захватив вместе с тем крупную ягоду на вилку. Бетти приходится поддаться, захватив еду из его рук. — Умница. И так будет всегда, если продолжишь издеваться над своим организмом. Элизабет торопится запить всё предложенным соком, лишь бы съеденное минутой ранее не оказалось на белоснежном покрывале. Жуть. — Ты пугаешь меня. Однозначно. — Теперь приходит очередь Бетти удивляться. Волнующийся о ком-то кроме себя Джагхед Джонс? Такое редко увидишь. — Что за неожиданные приступы доброты и милосердия? Меня тошнит от такого отношения, Джонс. Прекрати этот цирк. Тебе совсем не идёт быть доброй феей. Эти слова мгновенно ломают что-то внутри парня. — Да? Выходит, быть тупоголовым мудаком посылающим нахер любые чувства, мне идёт? Как скажешь. — Джонс хмыкает, рывком поднимаясь с мягкой кровати. Бетти удивлённо следит за тем, как дёргано он натягивает на себя домашнюю майку, зачесав беспорядок на волнистых прядках волос. После чего его холодный до мурашек взгляд падает на блондинку. Как будто и не было той искры в его глазах всего несколько минут назад. — У меня пробежка, по расписанию. А ты...— Он наигранно задумывается всего на пару мгновений, после чего спокойно выговаривает: — Можешь проваливать как только закончишь трапезу. Поторопись. Я хочу вернуться в дом и не лицезреть твоего присутствия. И всего пара убедительных просьб напоследок: оставь мою футболку и захлопни дверь перед уходом. Он небрежно захватывает связку ключей от своей Maserati и даже не взглянув на шокированную блондинку лениво плетётся к двери. — Если это шутка, то она крайне не смешная, Джонс. Серьёзно? Какого черта ты делаешь? — Вскрикивает Купер, отставляя предложенный завтрак на безопастное расстояние от себя. Она просто не успевала ловить его сменявшееся из мгновения в мгновение настроение. На перевоплощение из мирного парня, с доброй улыбкой и притягательным настроем, в чёрствый кусок дерьма, ушло не больше минуты. Сердце неприятно сжималось от холодного взгляда. И вот опять. Джонс вновь надел неприкосновенную маску морального урода или же той самой маской была напущенная доброта и покорность? Бетти казалось, ей никогда не удастся разобраться в настоящей личности этого загадочного парня. Желание высказать всё ему в лицо, без лишних заморочек и очередных внутренних терзаний перебивает настойчивый звонок в дверь. Бетти вздрагивает, вынужденно пересекаясь взглядом с парнем. Он злится, грубо усмехаясь. — Думаю, твои запредельно чокнутые подружки пришли с дробовиком, по мою грешную душу. — Закатывает темные глаза, нервным рывком распахнув дверь из спальной комнаты. Протяжный звонок прекратился и на волненительные подозрения Купер, сменился громкими и достаточно сильными ударами кулака о дубовую дверь. Кому-то чертовски не хотелось ждать. Джагхед давно скрылся на витиеватой лестнице и сердце Бетти начало выбивать непредельно быстрый ритм. Она старается прислушаться к происходящему, взволнованно прикусывая дрожащую губу, голосов почти не слышно, лишь громкий хлопок входной двери, оповещающий о незваном госте. Знакомый голос дошедший до края сознания, заставляет Элизабет испуганно подорваться с кровати, как можно тише прикрывая тонкую дверь спальни. Арчи. Она может поклясться, что слышала угрозу в его твёрдом баритоне, ладони начинают трястись слово в припадке и блондинка делает глубокий вздох. Теперь же даже не приходится напрягать четкий слух. Громкие заявления и не менее жесткие слова слышны слишком хорошо даже за прочной стеной и этажами разделяющими их. Что теперь?

***

Яростный взгляд, сбившееся дыхание и выражение лица без скрытого намёка начать наступление. Арчи буквально пыхтел от внутренней злобы, а местами чётко покрасневшее лицо дополняло картину его нервозности перемешанной с лютой агрессией. Готов был в любой момент сорваться с цепи, словно разгневанный пёс. Джагхед продолжал спокойно оценивать ситуацию. На его расслабленом лице, в отличие от метающего молнии Эндрюса, не дрогнула ни одна мышца. Стойко держал неприступный барьер. Прекрасно понимая, что запредельное спокойствие станет последней каплей в шаткой выдержке парня напротив. — Сукин сын. Решил приложить свою руку не только к моему бизнесу? — Шипит Арчикенс, наконец переходя в наступление. — Думаешь, я не догадался чьего ума это дело? Те парни вломившиеся в мою квартиру. Признаться честно, играл ты достаточно жестоко. Но не только по отношению ко мне. — Он хищно усмехается и после небольшой паузы продолжает плеваться ядом: — Интересно, Бетти в курсе, по чьей инициативе её почти изнасиловал тот ублюдок? Ты бросил её в клетку к тиграм, зная, что они не упустят возможности хорошенько поиграться с загнанной в угол жертвой. И всё ради чего? Ради собственной выгоды. Уверен. Элизабет высоко оценит подобную выходку. — Арчи противно усмехается, в расслабленной позе выделывая короткие шаги перед бывшим другом. — Не терпится увидеть очередное разочарование на её милом лице. Напускное спокойствие Джагхеда срывает мгновенно, стоит рыжему бросить одно неаккуратное выражение и теперь они меняются главными ролями. — Закрой свою пасть, сука. — Джонс вырывается вперёд, почти вталкивая грубую фигуру Арчи в дубовую дверь. Руки произвольно сжимаются в кулаки и недавнее желание без лишних стычек вышвырнуть Эндрюса за дверь, испаряется. — Пять баллов за сообразительность, мой рыжий друг. Я люблю играть жёстко, только так возможно одержать победу и если потребуется, уже через пару часов, твои кости будут глодать дикие звери на окраине леса. Советую тебе проваливать. Глаза Арчи метают злобу и ярость, казалось, ещё секунда и его ноздри начнут полыхать огнём. Угрозы Джонса только разжигали желание на очередную порцию конфликтов. Он не уйдёт так просто. — Бетти так мало знает о тебе. Убийца. Ты – убийца, Джонс. На твоих руках кровь далеко не одного человека. Теперь я не сомневаюсь. Это ты замешен в исчезновении Джози МакКой. Ублюдок. Не учили играть по правилам? — Теперь очередь рыжего переходить в наступлание и он наигранно усмехается, грубо толкая Джагхеда в грудь. — Я всегда играл по правилам. По своим правилам. Жестоко и беспроигрышно. — Каждое слово пропитано неприязнью. — Не тебе вершить правосудие надо мной, мой дорогой друг. Полли Купер не кидалась под автомобиль по собственной воле. Расскажешь, как тебе удалось надавить на беззащитную девчонку? Очередной способ обрезать весь кислород для Элизабет, привязать к себе. Ни это ли настоящая жестокость? — Его грозный взгляд улавливает взволнованную белизну лица парня напротив, Арчи теряет дар речи и уверенность с его лица слетает мгновенно, разбиваясь на мелкие осколки. Теперь каждый был открыт со своих безжалостных сторон. Игра набирала нешуточные обороты. — Сука. Ты не имеешь понятия о чём говоришь. Полли – чокнутая, никто не станет доказывать её истинные причины сдохнуть. Без доказательств, Бетти никогда ни поверит в эту чушь. Я полностью чист, Джонс. В отличие от тебя. — Он снова сверкает расширенными зрачками, делая пару угрожающих шагов ближе. — Но я готов пойти тебе на встречу. Скажем так: по старой дружбе. — Джагхед удивлённо присвистывает, но Арчи упускает его выходку из своих ушей, наиграно задумываясь, после чего диктует чёткие условия: — Бетти уходит со мной. Прямо сейчас. Я знаю, что она здесь и я пришёл за своим. Верни мне то, что по праву не принадлежит тебе и мы разойдёмся своими дорогами. Дорогой друг. — Противное звание режет слух, а слова о принадлежности распаляют злость внутри Джонса многократно, заставляя желваки на его скулах нервно дёргаться от раздражения. — Серьёзно? Думаешь, у тебя хватит возможностей запугать меня? Тебя всегда учили играть по правилам и моя игра тебе не по зубам, Эндрюс. Прижми свой рыжий хвост и проваливай, пока я добрый. Бетти не твоя принадлежность. — Он указывает рукой на дверь позади парня и тот лишь задумчиво качает головой, конечно же совсем не думая о предложенном отступлении. Наоборот. Его грубый кулак слишком неожиданно влетает в нос Джагхеда, разрезая гробовую тишину дома характерным треском. Против всех ожиданий Арчикенса, парню удаётся устоять на ногах, даже после очевидной травмы и отдача прилетает в лицо рыжего быстрее, его попытки увернуться. Драка завязывается мгновенно, кровь на сбитых костяшках Джонса превращается в страшное месиво, он без остановки продолжает украшать лицо подмятого под себя Арчи, замечая перед глазами только красную пелену. И только испуганный крик где-то на закромках подсознания вырывает Джонса из затмения. — Джагхед! Остановись! — Бетти громко всхлипывает, прикрывая рот рукой, когда зрение фокусируется на избитом до кровавых пятен лице рыжего парня. Он сплёвывает красную жидкость из-за рта, стараясь набрать в легкие вышедший воздух, но желание Джонса продолжить кровавую расправу не становится меньше, он замахивается в очередной раз, но Бетти первая срывается с места, перехватив его руку испачканную липкой и вязкой кровью в свою дрожащую хватку. Она ловит его темные зрачки в свой омут. — Джагг, хватит, умоляю! Оставь его. Секунда и Купер кажется, что сейчас всё закончится, но отвлечение Джагхеда оказывается выигрышным положением для Эндрюса. Он приходит в себя по щелчку пальцев и воспользовавшись замешательством брюнета, одним ударом сносит его с себя, удачно меняя их положения. Элизабет испуганно вскрикивает, отскакивая на безопасное расстояние и теперь грубые удары приходятся точно по лицу Джонса, не оставляя попыток изменить ситуацию. Бетти трясёт, её попытки подействовать на Арчи ровняются нулю и осознание того, что драка может принять страшный конец, заставляет Купер на мгновение взять себя в руки. Она бегло оглядывает огромную комнату, в поисках кнопки способной вызвать охрану. Безрезультатно. Руки Арчи бессознательно тянутся к шее Джагхеда, он крепче сжимает хватку, перекрывая поступление кислорода и Бетти решается на отчаянный поступок. Сердце бешено стучит, руки совершенно не слушаются, но ей удаётся дотянуться до хрупкой статуэтки с изображением какой-то греческой богини. К черту. Она медленно подходит к парням и сглатывая тугой ком, заносит дрожащие руки в воздухе. — Больной ублюдок! — Вскрикивает, перед тем как опустить хрупкий фарфор о рыжую макушку, статуэтка с грохотом разлетается на части, впивается в ладони Бетти, украшая пол рассыпанными осколками. Джагхед глубоко вздыхает, больше не чувствуя на шее удушающие узы и оттолкнув от себя сбитого с толку Арчикенса, старается подняться на ноги, размазывая багровую кровь по белоснежным стенам в поисках поддержки. — Хуевый из тебя переговорщик, Эндрюс. — Сплевывает красную слюну прямо на дорогущий пол и проходится взглядом по осколку сжатому в ладони Элизабет. — Чёрт, детка, могла бы воспользоваться кнопкой охраны. Она прямо за тобой. — Отшучивается, и подходит ближе к ней, перехватив хрупкую ладошку, с которой текла алая струйка крови, в свою хватку. Бетти продолжает тяжело дышать, пустым взглядом осматривая сжатую ладонь и Джагхеду приходится применить силу при разжатии дрожащей руки и как можно безболезненно избавить девушку от пронзающей боли осколка. — Порядок, детка. Посмотри на меня. — Он осторожно приподнимает её подбородок и заглядывая в голубые омуты, видит только пустоту граничащую с сильным испугом. За спиной слышится грохот и Джонс заново сжимает кулаки, метая взгляд в сторону шипящего от головной боли парня. — Жив? Рыжий мудак. Ты легко отделался, эта статуэтка самая хрупкая вещь в моем доме. Радуйся молча, сукин сын. — Кто бы говорил о везении, Джонс. Ещё чуть-чуть и мы бы поквитались. — Он тяжело вздыхает и хватается за перила лестницы. Голова расходилась на части. — Ты просто рехнулась, Элизабет. Чем ты думала? Мать твою! — Эндрюсу наконец удаётся подняться на ноги и крепко сжав свою голову обеими руками, он старается сфокусировать свой взгляд на застывшем лице блондинки. Всё вокруг оставалось размытым и не четким. — Лучше бы тебе заткнуться, лживая псина. Или хочешь второй раунд? Я всё ещё полон сил и готов до конца вытряхнуть из тебя дерьмо, малыш Арчи. — Хватит! — Рявкает девушка. Бетти приходит в себя, продолжая тяжело дышать и осознавать происходящее. Парни переводят на неё пылающие злостью взгляды. — Хотите прикончить друг друга? Пожалуйста! Только без моего участия и присутствия. Я не хочу брать на себя ответственность за выходки двух придурков, желающих доказать своё превосходство. — Она вскрикивает и метает взгляд на притихшего Арчи. — Твоя попытка заново привязать меня к себе провалилась. Этому не бывать. Никогда. И если ты по-настоящему любишь меня, то...— Бетти запинается, а Эндрюс торопится дождаться её любых условий. — Уйдёшь. Уходи, Арчи. Уходи! Арчи теряется. — Не говори чушь, Бетти! Я люблю тебя и только поэтому я сейчас здесь! — Бетти усмехается, закатив огромные глаза от заученных реплик, но Арчи не думает останавливаться. — Я не отпущу тебя. Слышишь? Не думай, что я сдамся и позволю тебе начать свою жизнь без меня! Твоё удачное будущее, оно зависит от меня. Если ты не со мной, ты ни с кем. — Под конец его рассуждений, слова принимают опасный и угрожающий контекст. Ладони Бетти снова начинают трястись от переживаний и желание исчезнуть подальше от ярости в глазах Арчи, она делает приличный шаг назад, стараясь придти в себя. В голове всё идёт кругом и последнее, что она видит перед собой, после того как опуститься в кромешную темноту – это растерянный взгляд Джагхеда. Граничащий с испугом? — Бетти? Черт. Элизабет! — Он в последний момент успевает подхватить её хрупкую фигуру в свою хватку, удерживая от удара с мраморным полом. В желании уберечь её от отрицательных эмоций и чувств, собственноручно подтолкнул в это топкое болото из грязных терзаний. И всё-таки он не умел любить. Умел лишь разрушать. Ломать и в очередной раз делать больно.