Красный бархат

Может быть только после многочисленных ударов и переломных моментов, до конца не отпускающих растерзанную душу должно наконец придти такое ожидаемое чувство окрылённости и спокойствия? Бетти не знала. Но всё же надеялась, что больше ей не придётся сталкиваться с чем-то по-настоящему больным и убивающим. Сил выносить каждый «подарок» судьбы совершенно не осталось от слова совсем. Последние годы, собственно как и все предыдущие, включая раннее детство и старшую школу, Элизабет совершенно осознанно выбирала выдуманную реальность, украшенную сотней лживых масок. Вместо истинной реальности. Так сильно хотела видеть в людях и во всем окружающем её лучшее, что не заметила как получила острие ножа в спину, от самого нужного человека. Только со временем розовые очки слетели, как и положено, жестоко разбиваясь своими пёстрыми стёклами вовнутрь. Опуская Бетти на землю, раскрывая настоящую и самое главное непростую реальность жизни. Любовь, преданность и доверие в которой, теперь не играли главной роли. Падать свысока выдуманной и идеализированной жизни было больно, но оно того стоило, чтобы больше не оказываться наивной барышней из завсегдатых мелодрам о любви. Жизнь не счастливая комедия о великом чувстве влюблённости, она гораздо более пугающая и жестокая. Бетти смогла увидеть это только сейчас, и как бы абсурдно то ни звучало, должна быть благодарна за такое прозрение именно Джагхеду Джонсу. Он неосознанно сделал её сильнее, помог открыть глаза на такие вещи как бескорыстное доверие к людям. Оно не приводит ни к чему хорошему. Он был прав. Нельзя просто брать и отдавать свою душу кому-то вроде него. Ошибка послужившая тебе уроком, Бетти Купер. Та жизнь с сотней лживых фраз, событий, признаний и чувств, теперь была перечёркнута жирным пунктиром. Больше никаких игр, а вместе с тем и жестоких проигрышей. Так должно было случиться, теперь Бетти шла своей дорогой: без терзаний прошлым и настоящим, без тяжкого груза о предательстве. Без Арчи. Отношения могут изживать себя за стечением различных обстоятельств и причин. Бетти должна была раньше уцепиться за ту мысль, что возможно любила Эндрюса только в своей голове, твердила, старалась жить с этим чувством, даже не осознавая, что лишь благодаря подростковой привычке и четким осознанием того, что именно так всё и должно быть, продолжала быть рядом с человеком чувства к которому пылко перегорели ещё в старшей школе. Побоялась поставить точку, ведомая каждым словом о том, что Арчи тот самый. Принц на белом коне о котором так мечтала с десяти лет. Но жизнь не сказка и приказать сердцу оказывается не так легко. В настоящей жизни всё оказалось другим, открывая для девушки новые осознания, к каким должна была придти гораздо раньше, что могло бы помочь избежать всего навалившегося сейчас. Бетти так сильно верила в их совместное будущее, сотню раз выгораживая Эндрюса перед семьей, доказывая всем вокруг, что всю свою жизнь видит рядом с одним лишь парнем, за всем этим совершенно не заметила того, как когда-то огромная любовь переросла во что-то совсем иное, постепенно погружая некогда идеальные отношения в рутину в комплекте со скандалами. Разрушение. То, что оказалось итогом пяти лет проведённых рядом. Только грустный вздох. Элизабет давно отпустила Арчи, принимая решение больше не сожалеть обо всем, что связывало их вместе. Были времена, когда она по-настоящему была счастлива с этим человеком, который в свою очередь совершенно искренне делал всё, чтобы видеть её застенчивую, но такую родную улыбку на алых губах. Они были счастливы и меньше всего, что Бетти хотела это очернять одни из самых лучших моментов своей жизни. Проблем и прочего дерьма хватало и тёплые воспоминания о временах, когда ничего не заботило кроме того, как тайно встретиться с рыжим соседским мальчиком, прикрываясь ночевкой в доме Блоссом, больше не заботило. Больнее всего, оказалось с корнями вырывать каждое поганое чувство переполненное потребностью в присутствии Джонса. Бетти так чертовски сильно тянуло к нему, что даже ни одна казалось бы разумная мысль о том, что он полный кретин сделавший её своей личной живой игрушкой ради собственной выгоды, совсем не помогали вычеркнуть его образ из головы. Её ломало. Без него. С каждым днём голос разума всё громче твердил то, от чего Бетти хотела закрыться за прочной пеленой как можно прочнее. Осознание давалось тяжело. Джагхед Джонс больше не должен был появиться в её новой жизни. Ни при каких обстоятельствах. Несмотря на все его признания и слова о возможных чувствах, он всё ещё оставался лживым кретином, растоптавшим последние крупинки её достоинства. Человеком не заслуживающим её любви, точно так же как и прощения.

*Два месяца спустя*

Торнхилл • 9:45

Ранние лучи солнца врывались в привычно мрачный особняк Блоссом, разрушая кромешную тьму внутри него, освещая даже самые крохотные частички пыли, делая их достаточно видимыми для человеческого глаза. Элизабет нервными шагами измеряла широкий коридор больше смахивающий на аккуратную прихожую. Её руки сжимались в крепкие кулаки, нащупывая зажившие твёрдой коркой полумесяцы на нежной коже обратной стороны ладоней. Тело покалывало мелкой дрожью и с каждой секундой текущего времени, она всё сильнее загоняла себя в тупик под названием: собственные накрученные мысли. Но были ли они по-настоящему накручены? Бетти дёргано вскинула голову, когда звук открытых медных ворот сообщил о возвращении гуляющей хозяйки этого дома, покинувшей свой пристижный особняк слишком запланировано и тайно, Шерил пропала со всех радаров почти что на двенадцать часов и самые страшные подозрения насчёт её затянувшейся вылазки, как бы отвратительно то ни было, подтвердились. Когда чёрная Maserati величественно припаркованная у ворот Торнхилла выпустила из своих тонированных дверей саму её величество Шерил Блоссом. Её слегка потрепанные волосы с идеальным отблеском рыжего пружинили от каждого грациозного шага с которым она всё ближе становилось к широким дверям собственного дома. Бетти невероятно хочет найти любое объяснение способное указать на истинную причину того, что Блоссом нашла в себе наглость снова вернуться в объятия Джонса. В конце концов просто хотела верить, что лучшая подруга не могла оказаться обыкновенной сукой не считающейся с мнением и чувствами близких людей. Все хлипкие оправдания в сторону рыжей бомбочки мгновенно трескаются по швам, стоит ей направить ладошку с нежным поцелуем в приоткрытое окно Maserati. Она дожидается ответной реакции самодовольного парня и получив четкое подмигивание, растягивает пухлые губы в широкой улыбке, не забыв сексуально прикусить нижнюю губу в странном жесте прощания. Подобная картина открывшаяся глазам Элизабет была бы понятна и слепому. Черт. Разве Шерил могла поступить так? Увиденное ранее только подтверждало всю настоящую сущность близкой подруги. Стоило ли расценивать подобное, как ещё один удар со стороны важного ей человека? Глубоко задумавшись, Бетти даже не заметила того, как удивленное личико Блоссом оказалась перед ней, заставляя сделать крупный шаг назад. Шерил хмурится, складывая руки на груди в своей привычной позе. — Беттс? Ты в порядке? На часах нет и двенадцати. Мне казалось, ты поздняя пташка. — Она неуверенно пожимает плечами и продолжая хмурить брови, едва оглядывается по сторонам. Подозрительный взгляд Элизабет натягивает струны волнения. В голову рыжей приходит одна единственная мысль о причине подобного поведения и она придаёт голосу больше властности: — Только не говори, что в очередной раз передумала насчёт отказа от аборта! Всё это не детские игры, нельзя просто брать и менять подобное решение сто раз на дню. В первую очередь, ты должна осознать свой выбор! Перестать быть меж двух огней. — Шерил смягчается, осознавая то, как сейчас возможно было тяжело подруге и расслаблено выдохнув, подходит чуть ближе, мягким голосом совсем себе не свойственным, говорит: — Скажи мне, ты не уверена? Шерил неосознанно отшатывается, когда притихшая до недавнего времени Купер решает подать голос громче обычного. — Я уже ни в чём не уверена! — Она нервно усмехается, задаваясь давно интересующим вопросом: — Как ты можешь? После всего, что было между мной и Джонсом, после всего того, как он поступил со мной! Действительно? Считаешь допустимым раздвигать ноги перед ним? Эгоистичная дрянь. Не удивлюсь, если вся твоя поддержка окажется такой же наигранной и пропитанной фальшью! — Бетти всхлипывает, тыльной стороной ладони утерев солёные слёзы с розовых щёк. Она запинается в своей сбитой речи, но желает донести суть своего негодования до конца. — Я доверяла тебе. Как ты могла? Я просто не могу понять, неужели желание лёгкого секса с богатым мудаком, важнее чувств близкого человека? — Купер снова нервно усмехается, не выдержав холодного взгляда напротив она слишком резко опускает заплаканные глаза в пол, дрожащими руками сжимая пояс домашнего халата. Шерил присвистывает, пуская едкий смешок, перед тем как приступить к ответу. — Я конечно догадывалась, что у беременных, в особенности на твоём сроке, вдвойне нестабильное восприятие происходящего, но никогда не думала, что оно способно довести до фанатического помешательства. Приди в себя, Элизабет. Для начала. — Фыркает Блоссом недовольно оценивая ситуацию. Она глубоко вздыхает, изучающим взглядом пробегаясь по фигуре подруги, что от всепоглощающей злости продолжала недовольно избегать взгляда её глаз. — Не будь ты моей лучшей подругой с чертовски расшатанной психикой, я бы прямо сейчас показала тебе своё истинное лицо, Бетти. Поверь мне, после этого, ты могла бы молча собирать свои вещички и проваливать куда подальше из моего дома! Неблагодарная ты сучка. — Шипит девушка, всё же не упустив шанса показать заносчивый характер. Выдержав паузу, выдаёт: — Но, исходя из всех наложенных смягчающих обстоятельств, я постараюсь объяснить: Между мной и Джонсом ничего не было. Понятно, Джульетта? И до того, как ты посмеешь накинуться на меня с кулаками, негодованием и недоверием, скажу всего единожды: я лесбиянка, меня давно не привлекает член в штанах и милая мордашка твоего Ромео. Достаточно уверенное оправдание? Бетти теряет дар речи, на время как будто совсем выпадая из реальности. Признание Блоссом словно гром среди ясного неба и вместе с облегчением приходит смутное осознание. Элизабет поднимает виноватый взгляд на спокойное лицо Шерил, изучая, как ни одна мышца на её лице не дрогнула во время громких слов и видимо осознав замешательство подруги, она возвращается к их недавнему диалогу. — Между мной и Тони что-то большее, чем обыкновенная дружба. Я не боюсь говорить об этом. Теперь нет. Это мой выбор, на который я имею полное право. Я взвешенно пришла к этому осознанию, чего желаю и тебе, Бетти. — Шепчет Шерил, недовольно вздохнув. — Возьми на себя ответственность четко решить вопрос с беременностью. Хватит строить из себя жертву, только ты в состоянии принять верное решение и если, каждый чертов час ты глубоко сомневаешься в правильности своего выбора, просто избавься от этого. Аборт не приговор и не приступление, аборт – это персональный выбор каждого. Никто не обвинит тебя. И если внутреннее чувство говорит тебе, что ты не готова, что не осилишь что-то вроде незапланированного материнства...к черту предрассудки! Ты не ошибёшься, приняв решение к которому пришла самостоятельно. В свою очередь, я всё так же поддержу любой твой выбор. — Шерил выдыхается, она уже не знает, какая возможная реакция последует со стороны Бетти, но вместо ожидаемых слез и истерик, она неосознанно подрывается вперёд, крепко обнимая Блоссом и сжимая в кольце своих дрожащих рук. — Прости. Я последняя дрянь, мне не стоило даже допускать мысли о том, что ты могла поступить так со мной. — Она всхлипывает, носом утыкаясь в плечо подруги. Шерил вздёргивает подбородок, мягко отстраняя Бетти от себя. — Я привыкла к тому, что каждый второй житель этого захолустного города привык считать меня кем-то вроде Червонной Королевы. Безжалостной сучки и безмозглой стервы, которой нет ничего важнее марки одежды подороже. Плевать. Они не знают меня настоящую, видят одну обертку, но ты, Бетти. — Болссом прикусила губу от неприятно саднящего чувства безысходности. — Неужели могла допустить ту мысль, что я стану так грязно предавать тебя? Мы были близки с восьми лет! Ты стала тем, чего мне не хватало до нашей встречи. Моей семьёй. И я никогда не стала бы менять тебя на что-то вроде минутной слабости и непродолжительной интрижки. — Бетти чувствует как все тело сковывает неприятной волной ненависти к самой себе, она мечется стыдливым взглядом по углам дома, так и не решаясь поднять глаз на Шерил. Непродолжительная тишина прерывается тихим голосом рыжей. — Не только у тебя одной в жизни полное дерьмо, Элизабет. Ты погрязла в своих проблемах, чувствах и прочих затеях, совершенно не догадываясь, что и наша жизнь мало чем похожа на красочную сказку с единорогами! Тебе нелегко после случившегося и как лучшие подруги мы всеми силами стараемся предотвратить твои страдания, быть рядом в нужный момент, забывая о том, что и наши проблемы требуют немедленных действий и решений. Не тебе одной быть жертвой, Би! — Вскрикивает громче обычного и нервно оборачивается, хмуро оглядывая реакцию Бетти. — Я долго держала это в себе. Но твои беспочвенные подозрения стали последней каплей. То, чем ты отплатила мне за постоянную поддержку? Побоявшись быть преданной, предала сама. Так держать, Бетти Купер! Больше не рассчитывай на то, что я стану отчитываться перед тобой. Удачи. Блоссом горделиво перекидывает золотистый локон волос за плечи и натянув саркастическую улыбку на своё личико, удаляется к витиеватой лестнице своего особняка, грубо разрезая тишину стуком своих шпилек. Бетти приходит в себя, нагоняя подругу уже у самых ступенек. — Шерил! — Девушка лишь недовольно оглядывается, всё-таки останавливаясь спиной к Элизабет. — Я...прости меня. Я была просто не в состоянии совладать со своими эмоциями и мыслями. В этом нет твоей вины! Я доверяю тебе, всегда буду и чертовски сильно сожалею за то, что допустила мысль о твоём предательстве. Извини. Каждый заслуживает шанс на исправление. Следующая реплика буквально вышибает весь воздух из легких, заставляя Купер в очередной раз взволнованно вздохнуть. — Ты не дала этого шанса Джагхеду. Не рассказала о беременности, самостоятельно принимая решения на этот счёт. Ты эгоистка, Бетти. Думаешь только о себе и с каждым разом я всё больше убеждаюсь в этом. Хочешь чтобы я простила тебя? Перестань себя жалеть! Обвиняя всех вокруг в своих неудачах. И постарайся принять участие в наших жизнях! — Она наконец оборачивается, снова гордо укладывая руки у себя на груди. — Что ты знаешь о жизни Тони? Может быть Вероники? — Специально выдержав небольшую паузу едко выплевывает: — Для чего я спрашиваю, ты ведь перестала интересоваться этим, полностью погрузившись в свою выдуманную депрессию! Я скажу тебе, Бетти. Шерил буквально вспыхивает, делая несколько быстрых шагов ближе и наклонившись почти впритык к лицу блондинки выдаёт: — Отец Вероники держит её на коротком поводке, буквально разрушая её жизнь каждый чертов день. Он перекрывает её кислород, заставляя Ронни жить по его жестоким условиям! Она вынужденно разорвала отношения с Реджи, оставаясь покорной овечкой перед своим папашей. Навряд ли Веронике хватит сил противостоять кому-то вроде собственного отца. Каждый её план на дальнейшую жизнь – разрушен! Она ломается под его гнётом, но несмотря на всё это, остаётся сильной ради поддержки в которой ты, казалось бы, так нуждалась! — Шерил начинает переходить границы, теперь уже совершенно точно обвешивая Бетти виной во всем, но сил остановиться не находится. Бетти вздрагивает от холода исходящего от близкого человека. Давно не приходилось видеть Блоссом в лице настоящей стервы, но разве сейчас она была не права? Сердце бешено колотилось о грудную клетку, все слова будто испарились и теперь желания оправдаться перед подругой словно никогда и не было. — Истинная причина того, почему я была сегодня с Джагхедом, его до чертей мудацкая сущность. Он отобрал бар ТиТи! Выкупил землю под постройку какого-то дерьма, просто ради веселья! У Тони не хватало денег на выкуп, конечно же. Через два месяца «Белый Змей» снесут и каждое страдание Ти будет на совести твоего Джонса мать его! — Кажется, глаза Шерил начинают слезиться от такой несправедливости и глубоко вздохнув она продолжает длинную речь: — Я хотела договориться. Достучаться до его черствой душонки! Но знаешь? Ничего не вышло! Джонс безжалостный ублюдок и моё решение найти в его душе хотя бы каплю сочувствия, было чертовски необдуманным. После встречи с тобой, он утерял последние капли человечности, Элизабет. Сделай вывод о том, до чего ты способна довести окружающих тебя людей! Даже таких мудаков вроде Джагхеда. Бетти чувствует как неопознанное чувство окутывает с ног до головы. В глазах слезы, руки давно находят привычные шрамы, которые ещё месяц назад поклялась не вскрывать больше никогда в жизни. Что, если каждое слово Шерил было правдой? В ушах неприятно звенит от чертовски нежеланного осознания, Элизабет беспомощно хватается руками за голову, стараясь оставаться в сознании и продолжить объяснение перед Блоссом, но её желания лопаются с треском, когда она неустойчиво наваливается на плетеные перила, это не помогает и неосознанно промахнувшись, Бетти грузно падает на холодный ламинат, заставляя теперь уже напуганную Шерил громко вскрикнуть. — Бетти? Черт. Элизабет! — Она резко опускается на колени, подрываясь к телу подруги, подхватив её голову в свои дрожащие ладони, взволнованно выдаёт: — Ты слышишь меня? Не отключайся! Черт! Бетти, пожалуйста! — Глаза Блоссом распахиваются, когда взглянув на свою руку полностью окутанную кровью, приходит осознание всей тяжести ситуации. — Нет. Бетти? Я-я...с-сейчас всё сделаю, в-всё будет хорошо. — Шерил дрожащими руками тянется к своим карманам, проходясь по мятым краям юбки и с ужасом осознавая, что так легкомысленно оставила сумочку с айфоном в машине Джагхеда. Даже ключи от собственного авто оставались там. Сердце делает кульбит. Руки принимают более усиленную дрожь и теперь Блоссом совершенно теряется. Она уставляется в одинокую стену, загруженная непонятными даже самой себе мыслями и только на громкий хлопок входной двери испуганно подрывается на ноги. Джагхед. — Шерил? Всё в порядке? — Он оглядывает растрёпанную фигуру рыжей бомбочки и нахмурив брови поднимает в воздухе красный клатч. Недовольно указывая на причину своего неожиданного возвращения в Торнхилл. — Ты забыла своё великолепно-бесценное барахло в моей тачке. — Джонс делает небольшой шаг ближе к ней и его глазам открывается полная картина. Шок. Испуг. Он неосознанно подрывается вперёд, сшибая дрожащую Блоссом со всего пути и опустившись на колени у бессознательного тела девушки, взволнованно шепчет: — Твою мать! Что здесь произошло? Бетти? Элизабет, детка. — Он дотрагивается до её шеи слегка надавливая на пульс и облегченно выдохнув грубо рявкает, обращаясь к Шерил. — Какого черта? — Я-я...она упала в обморок. Я ничего не делала! Мы просто разговаривали и...мне страшно. У неё кровь. Нужно вызвать 911! — Блоссом дрожащими руками хватается за свою сумочку и в порыве растерянности выкидывает все её содержимое под ноги, схватившись только за нужную вещь. Когда айфон оказывается в её руке, Джонс грубо вырывает его, покачивая головой. — Слишком долго ждать. Я отвезу её. — Он отшвыривает телефон и аккуратно приблизившись к Элизабет бережно поднимает её на руки. Нервно оглянувшись на потерянную Шерил, вскрикивает: — Очнись, дура! Ключи от машины в правом кармане куртки, шевелись! — Блоссом вздрагивает и тряхнув медной головой, наконец приходит в себя. Всё ещё дрожащими руками вытаскивая связку от Maserati.

***

*Два часа спустя*

Время ожидания в центральной больнице Ривердейла тянулось слишком медленно. Настенные часы добавляли лишнего напряжения, из-за повисшей нагнетающей тишины был слышен каждый чёткий удар от циферблата. Джагхед тяжело выдыхает, вынужденно наклоняя перегруженную голову на холодную плитку стены. Он снова переживал, чертовски сильно накручивая себя сильнее положенного, но картина бледного личика Элизабет всё ещё никак не хотела исчезать из головы. Их снова не пустили дальше приемной, только лишь посоветовали обратиться к дежурному врачу за успокоительным и продолжать ждать. Ожидание только распаляло нервы Джонса сильнее с каждой минутой. Он не знал чего стоит ждать. Скорее всего, Бетти не будет рада видеть его после случившегося, можно было не надеяться на снисхождение. Он знал. Но просто уехать, не дождавшись хотя бы неточного заключения врача, просто не мог. С невероятной злостью сжимал кулаки от собственной ничтожности, осознавая, что сейчас ничего не зависело от него. Последней каплей в расшатанных нервах становится раздражающий цокот шпилек. Блоссом растерянно мельтешила перед его глазами, взволнованно обкусывая идеальный маникюр. Она не остановилась и на минуту с того момента, как Бетти увезли в неизвестном направлении. — Прекрати! И без тебя голова идёт кругом. — Шикает Джонс крепче сцепляя свой кулак. — Черт! — Шерил испуганно подскакивает на месте когда костяшки его пальцев встречаются с белой стеной, после оставляя небольшой кровавый развод. Шерил взволнованно обнимает себя руками и больше не сдерживает соленых слез, что ручьём скатывались с белоснежных щёк. Где-то вдали длинного коридора слышатся знакомые торопливые шаги отлетающие эхом с ударом каблуков и даже не оборачиваясь к неизвестному, Джонс стопроцентно догадывается кто бы это мог быть. — Что произошло?! Я сорвалась с семейного сборища как только смогла. — Запыхавшаяся Вероника мгновенно налетает с допросом и увидев поблизости фигуру Джагхеда, напрягается, делая несколько шагов ближе. — Сукин сын! — Хлёсткая пощечина отрезвляет парня и Ронни продолжает наступление. — Доволен? В очередной раз ты довёл Бетти до чего-то подобного! В чем твоя проблема, мудак? Проваливай! — Лодж угрожающе вырастает перед поникшим взглядом Джагхеда, прошипев пропитанное ненавистью: — Или в следующую же минуту медицинская помощь понадобится уже тебе. Вероника кажется настроенной на настоящую войну и потому перед ней немедленно вклинивается Шерил, перехватив ладони взбешённой подруги в свои дрожащие руки. — Послушай! Вероника! Он здесь ни при чём! — Взвизгивает рыжая, снова заглушая свой голос рыданиями, но старается успокоиться, заглядывая в темные глаза подруги. — Бетти потеряла сознание, падение было неудачным. Я-я...растерялась, не смогла совладать с собой, всё случилось неожиданно. Я виновата! Мне так жаль, Ви! — Жалобно вскрикивает Шерил и ожидая от подруги волну негатива, получает в ответ тёплые объятия. Вероника крепко сжимает дрожащую фигуру рыжей в своих руках и успокаивающе покачивает, аккуратно усаживаясь с ней не соседние стулья. Истерика Шерил не становится меньше от этого, она продолжает чертовски сильно винить себя в произошедшем, слезами намокая идеально выглаженную кофточку на теле Ронни. Её жалобный плач разносится по длинному коридору, заставляя редко проходящих поблизости медиков, оборачиваться с сочувствием. Вероника тяжело выдыхает, легко дотрагиваясь до подрагивающего плеча Блоссом. — Тебе нужно успокоиться. Хорошо? — Она с сочувствием заглядывает в заплаканные омуты подруги и только крепче сжимает в своих объятиях. — Уверена, всё не так плохо. Бетти сильная и она справится. От нас требуется здравомыслие. Нужно дождаться заключения врачей. Без лишних истерик. Договорились? — Шерил старается заглушить очередной плач, рвущийся на ружу и не переставая трястись она мягко отстраняется от Ронни, утирая потекшую тушь по белым щекам. — В таком случае: мне не помешало бы успокоительное. И звонок ТиТи. Я отойду всего на минуту. — Всхлипнув в последний раз Шерил незамедлительно поднимается с белоснежного стула, удаляясь в направлении стойки дежурной медсестры. Лодж провожает её пристальным взглядом и устало потерев переносицу всё же решается разрушить повисшую тишину, даже несмотря на то, что в связи со всей ситуацией, молчание было самой нужной вещью для обоих. Прочистив горло, она взглядывает на измученного Джонса из-под опущенных ресниц, оказываясь только в пол-оборота к его хмурому лицу. — Прости, за бурную реакцию. Я не имела никакого права набрасываться на тебя, мне также стоило разобраться в ситуации изначально. Я повела себя легкомысленно и несдержанно. Каюсь, Джонс. Впервые ты оказался невиновен в страданиях Элизабет. — Едва слышно проронила такие тяжелые слова и для разряжения дальнейшей обстановки, добавила более четкое: — Однако...это не меняет того факта, что ты гребанный мудак и я продолжаю винить тебя за всё, что пришлось испытать Бетти в последние месяцы. Джагхед саркастически усмехнулся, метая недоверчивый взгляд на брюнетку. — Неужели. Жаждущая кровавой бойни, Вероника Лодж, призналась в своей ошибке! Значит ли это, что я заслужил шанс на исправление в твоих глазах? Вероника хмыкнула, закатив чёрные омуты. — Я всего лишь извинилась за излишнюю пылкость, не выдумывай лишнего, Джонс. — Цикнула, разглаживая подол синей юбки. — К тому же, знай ты все нюансы, не стал бы винить меня в столь бурной реакции. Бетти нельзя переживать подобные стрессы, если что-то пойдёт не так, она никогда не простит себе того, что может случиться. Джагхед снова поворачивается к Веронике, теперь уже в вопросительном жесте изгибая густую бровь. Он задумывается на пару секунд, после чего недовольно выпаливает: — Прекрати говорить загадками. Что может пойти не так? В клинике лучшие врачи, они справлялись с самыми безвыходными положениями. Бетти будет в порядке. — Совсем не беспокоишься? Джонс нервно усмехается. — Привык не паниковать раньше времени. — Тяжело выдохнув, он задаёт вопрос который застаёт Лодж врасплох, заставляя ускорить биенние сердца от волнения. — Так или иначе, я узнаю, что Бетти скрывает от меня? Его пронзительный взгляд изучает реакцию девушки и её руки, что неосознанно сжались в кулаки от растерянности, сдают её до конца. Ронни продолжала неподвижно сидеть на своём месте, прокручивая в голове всевозможные варианты того, как избежать этого опасного разговора, который завязался так некстати. Лодж готовит жалкие оправдания, после минутного молчания и ситуацию спасает скоро появившийся перед ними уже знакомый мужчина с красным бейджиком лечащего врача. Он перелистывает толстую папку в своей руке, пока Джонс и Вероника одновременно подрываются с белоснежных стульев. — Перед тем как перейти к волнительной теме здоровья мисс Купер, я хотел бы предупредить вас...всвязи с её положением, большинство процедур противопоказаны, мы имеем право приступить к детальному обследованию только через письменное соглашение. Возможен риск. В городе имеются близкие родственники Элизабет? — Придав севшему голосу немного больше звучания, мужчина в очередной раз уставился в личную карту, серьёзно вчитываясь в каждую строку. Ронни переглянулась с затихшим Джагхедом и вздёрнув подбородок, решительно выдала: — Нет. Считайте, что-то вроде семейных проблем. Никого ближе нас у Бетти нет в этом городе. — Вероника взволнованно обкусывает губы, недолго решаясь задать волнующий вопрос. Тяжело выдохнув, она всё же собирает мысли в кучу. — Что вы имели ввиду под словом «риск»? Какой его шанс? Мужчина тяжело вздыхает, неуверенным взглядом оглядывая взволнованную парочку перед собой и стянув со своего лица очки, цепляет их на переднем кармане халата, оттягивая личный момент как можно дальше. — Я не имею права распространять подобную информацию, но когда дело касается здоровья моих пациентов, вынужден идти на крайние меры. — Бернард выдерживает паузу и избегая испытующих взглядов напротив, продолжает: — Риск высок. И звучит он как известное всем – бесплодие. Не буду скрывать, Элизабет легкомысленно отнеслась к своему положению, не стала соблюдать указанных мной ранее рекомендаций. Организм ослаблен, подвергнут жесточайшему стрессу, немалую роль сыграли всевозможные антидепрессанты. Нам не удалось сохранить беременность. Мне жаль. Мы сделали всё возможное, шансов не было. — Виновато опустив глаза на серую плитку под ногами, Бернард сочувственно хотел было протянуть крепкую ладонь к поникшему плечу Джагхеда, но тот отрешённо шагнул назад, нервно встряхнув перегруженной головой. Вероника бессильно опустилась на ближайший стул, больше не сдерживая солёных слез, омывающих смуглое личико. Её сердце как будто перестало биться на время, мыслями стараясь забрать всю боль Элизабет к себе. Угнетающая тишина давила, глаза Джонса казались стеклянными, он продолжал расплывчато разглядывать белоснежную стену перед собой, стараясь собрать всю полученную информацию в один пазл. Отчаяние и непонимание сменилось злостью и отторжением. — Не было шансов? Старый мудак, вот что я скажу тебе: шанс есть всегда! Конечно, если уметь воспользоваться им. — Он грубо шипит, делая пару угрожающих шагов к спокойному мужчине. — Почему я раньше не узнал о беременности? О возможных рисках, мать твою! Я зря платил вашей вшивой больничке огромные бабки? Стоит ли мне говорить: вы должны были сделать всё возможное, чтобы помочь ей! — Нервы срываются. Джонс больше не хочет слышать оправданий. Его Бетти сейчас чертовски больно. И он бессилен. В очередной раз. Резко подорвавшись вперёд, он грубо хватается за шиворот больничного халата, притягивая взволнованно мужчину ближе к своему лицу. Бернард закашливается, принимая попытку договориться без рук, однако кровь в венах Джонса бурлит всё сильнее с каждой минутой. — Джагхед! Черт. Держи себя в руках. — Пришедшая в себя Вероника подскакивает с насиженного места, перехватывая разъярённого парня за локоть. — Отпусти его, ты не поможешь этим Бетти! Ради неё, остановись! Слышишь? — В глазах Джонса пролетает капля осознания и он удивленно уставляется на свои руки, что крепко сжимали ткань белого халата в своей хватке. Ронни надавливает: — Ей будет больнее, узнай она, до чего ты опустился. Никто не виноват в случившемся! Прошу. Успокойся. Вероника продолжает усиливать давление своих коготков на его напряжённой руке и воспользовавшись заминкой, отталкивает мужчину подальше, невысокой стеной вырастая перед потерянным взглядом парня. Она прекрасно осознает, что он чувствует. Боль на душе из-за которой хотелось разрушать и ломать всё вокруг, стараясь возместить ущерб, заглушить чувства, но ничего не решается неосознанным нападением на невиновного. — Тебе нужно придти в себя. После всего, что Бетти испытала, она захочет видеть тебя рядом. Ты нужен ей! Постарайся осознать произошедшее и не потерять контроль над собой, иначе ничего не выйдет. Мы должны быть здравомыслящими, помнишь? Только наши усилия помогут Элизабет не закрыться в себе до конца. — Ронни не сдерживает слезы, но продолжает прочищать мозги Джагхеда, замечая проблеск осознания в потухших глазах. — Ты не отмотаешь время назад. И я прекрасно понимаю твою злость. Ты растерян и напуган, но ты нужен Бетти сильным. Она любит тебя. Так сильно, что иногда мне кажется, что без тебя она просто теряет огромную часть себя. Помоги ей не сломиться. Я верю в то, что всё наладится. Лодж устало пожимает плечами и натянув грустную улыбку на своё лицо, в жесте поддержки сжимает предплечье Джагхеда. Она скоро утирает солёные слезы и теперь думает только о том, какая реакция последует за Элизабет. Джагхед задумывается, но всё же не подписывает документы предложенные Бернардом, благодаря связям и своим возможностям договариваясь с известной клиникой в самой кто бы мог подумать – Испании, бронируя лучшую палату с прописанными методами лечения, он в деталях обдумывает то, как сможет загладить вину перед Бетти, в этот раз не теряя с ней крепкую связь. Его не впускают к ней палату, говоря о том, что Элизабет нужен покой длиной в несколько часов. Выдержка Шерил лопается почти что мгновенно и не выдержав всего напряжения она срывается уезжая за поддержкой к Антуанетте. Вероника выдерживает полных два часа, загружено прожигая стену перед собой потухшим взглядом. Она не сдвигается с места, совершенно теряя связь с миром. Привести её в себя удаётся подоспевшему Реджи и только благодаря ему, она неохотно, но всё же покидает клинику, взяв с Джонса обещание, что как только Купер придёт в себя, он в ту же минуту сообщит об этом. Оставшись наедине со своими мыслями, Джонс хочет до сбитых костяшек украсить раздражающую узорчатую стену, лишь бы облегчить всю боль от осознания, что не будь он гребаным мудаком, думающим только лишь о своих чувствах, Бетти могла бы быть в безопасности. Жизнь продолжала преподавать урок. И Джагхед готов был признаться, ещё никогда не хотел забрать себе чьи-то боль и сожаление так сильно, как хотел этого в данную минуту. Бетти не заслужила столько страданий от него. Не заслужила боль и чувство утраты. Не заслужила.

***

Прохладный ветер приоткрытого окна, колышет прозрачные занавески небольшими волнами. Вокруг тишина, разбавляемая лишь тяжелым дыханием, совместно с неприятным писком больничных капельниц. Элизабет затуманенным взглядом изучает обстановку, её веки тяжелели, в очередной раз напоминая о сильном действии снотворного. Пересиливая каждую попытку ослабшего организма провалиться в крепкий и продолжительный сон, Бетти поочередно вспоминала произошедшее, в конечном итоге чувствуя как одинокая слеза скатывается по белоснежной щеке, напоминая всю ту горечь случившегося. Букет весенних цветов, аккуратно уставленный на ближайшей к кровати полке привлекает к себе внимание и только тогда Бетти замечает, что её хрупкая ладошка крепко сжата тёплой рукой в прочной хватке. Попытка избавиться от чужих оков не становится успешной, заставляя сонного парня зашевелиться от посторонних движений. Джагхед мгновенно распахивает заспанные глаза и ему хватает секунды, чтобы осознать, что Элизабет пришла в себя после продолжительного сна. Он чувствует её старательные попытки избавиться от кольца из переплетенных пальцев, сил не хватает, заставляя девушку тяжело выдохнуть, прикрывая глаза покрытые тонкой пеленой слёз. Она говорит едва слышным голосом, привлекая к себе всё внимание. — Зачем ты здесь? Я не в силах сопротивляться, Джагхед. — Шепчет, отворачивая голову в противоположную строну. Так упрямо не пересекаясь взглядом с парнем напротив. Не хотела попасть в плен любимых глаз, по проницательному взгляду которых так скучала. Нельзя дать слабину. — Элизабет. Прекрати упрямиться. — Джонс тяжело выдыхает, крепче обхватывая холодную ладошку девушки своими цепкими пальцами. Он хочет видеть её взгляд, но понимание того, что сейчас не заслужил даже банального присутствия рядом с ней, отрезвляет и добавляет терпения. — Тебе стоило рассказать мне обо всем! Вместо этого, ты посчитала нужным даже не дать мне шанса. Видишь, к чему привели твои попытки казаться сильной и самостоятельной! Бетти нервно усмехается, в очередной раз недовольно дергая рукой в крепкой хватке, в этот раз удачно освобождаясь из его оков. — Не пытайся перекинуть вину на меня! Только ты виновен во всем случившемся. Ты и твоя жажда великой мести! Не думай, что когда-либо я смогу простить тебе это. Услышь меня первый и последний раз: я хочу, чтобы ты исчез из моей жизни. Прямо сейчас. — Купер встречается с потерянным взглядом напротив и не выдержав долгого напора и недопонимания, что накопилось между ними за прошедшие месяцы, всё-таки приходит к решению довести диалог до адекватного конца. Удобнее устроившись на мягкой кровати, она снова взглянула на измученное лицо парня, серьёзным тоном возвращаясь к своим претензиям. — Хотел, чтобы я посвятила в свои личные проблемы человека, который столько времени лгал мне в глаза и использовал ради собственной выгоды? — Бетти вздергивает точеный подбородок, слышно прошептав: — Я не твоя игрушка, больше не получится играть моими чувствами. А теперь, я повторю свой главный вопрос: зачем ты пришёл? Не жди снисхождения, между нами ничего не будет. Ты самостоятельно разрушил всё и если после всего, ты считаешь возможным заслужить моё прощение, спешу огорчить. Я ни-ког-да не прощу тебя. — Элизабет изо всех сил старается сдержать поток слез, осознавая, что теперь её очередь носить непроницаемую маску безразличия. — Ты небезразлична мне. И никогда не будешь, Беттс. Можешь сколько угодно сопротивляться своим настоящим чувствам, но меня ты не обманешь. Я вижу, как тебе больно и хочу быть рядом, чтобы в действии доказать, что заслужил твоего прощения. — Больше не старается заглушать слова, что шли из самого сердца. Джагхед ближе придвигается к больничной постели, снова протягивая свою руку к дрожащей ладони блондинки. Она всхлипывает, отворачиваясь к просторному окну, но не отталкивает его. Осознавая, что держать ту самую маску безразличия перед любимым человеком не получается так просто и все старания выходят в поток соленых слез, что окутывали бледное личико. Сердце было неподвластно разуму в плане чувств, но Бетти изо всех сил заглушала порыв сдаться и кинуться в объятия, без которых, казалось, готова была сломиться, закрываясь в себе от внешнего мира. Но разве можно было так безрассудно довериться человеку, не имеющего никакого понятия о сострадании и чувстве вины. Джагхед Джонс манипулятор, игрок на чужих чувствах и никто не давал гарантий, что его порыв открыть настоящие чувства не был такой же игрой, выстроенной из привычной лжи. — Не отталкивай меня, Беттс. Прошу. — В грубом голосе проскакивает настоящее волнение, но больше в его чувствах нет никакой уверенности и потому Бетти мягко выдергивает свою ладонь из его ослабшей хватки. — Ты оттолкнул меня, когда я меньше всего ожидала предательства от тебя. Дежавю, не правда ли? — Хмыкает девушка, опуская взор малахитовых омутов на свои ладони. Набравшись решимости, выдаёт: — Я избавляюсь от пагубных привычек, Джонс. Не хочу в очередной раз пожалеть о принятом решении, с меня хватит страданий. Я устала. Нам не идти одной дорогой, Джагхед. Джонс нервно передергивает плечами, подрываясь со своего стула. Он опускается на край кровати около её коленей и перехватив сразу две ладони в свои руки, подносит ближе к себе. — Не говори чушь, Бетти! Пагубная привычка? Любовь не может быть пагубной, слышишь? Особенно, когда она взаимна. — Слишком неожиданно. Можно ли это считать тем самым признанием, о котором даже не мечтала услышать из уст Джагхеда? Бетти не знает и потому удивленно поднимает огромные глаза, продолжая искать в темных омутах парня напротив ответы. — Я мудак и не заслужил твоего прощания. Но я не могу представить свою жизнь без твоего в ней присутствия. — Тяжело вдохнув, наконец даёт волю чувствам, которых сторонился так давно и упрямо. — Бетти, я не знаю, как правильно признаваться в своих чувствах, речи сопливых романтиков совершенно мне неподвластны. Поверь мне, будь ты просто моей игрушкой, я не стал бы сейчас сидеть здесь и объясняться в чувствах. Ты не просто развлечение на несколько ночей, ты девушка в которой я действительно имею потребность. Я люблю тебя. Бетти перестаёт соображать на время, вслушиваясь в беспорядочный стук своего сердца, что в очередной раз мгновенно сдавало позиции перед Джагхедом, стоило ему лишь заговорить чувственными речами, от которых глаза наполнялись прозрачными слезами, заставляя девушку показывать свою слабость. Громко всхлипнув, Элизабет сдаётся, подрываясь к тёплой груди брюнета, она утыкается холодным носом в изгиб его шеи и крепко сцепляя руки в крепком кольце за мужской спиной измученно выдыхает, чувствуя как руки Джагхеда в лёгкой хватке устраиваются на её талии. Не хватало его объятий как и присутствия. — Я снова оказалась слабой перед тобой. — Шепчет, обдавая кожу горячим дыханием. Их тела напрягаются от близости, но никто не торопится расцепить желанные объятия. — Должна ли я осознавать, что ты снова играешь с моими чувствами? Не понимаю, почему люблю человека, доставившего мне столько боли. Я ничего не понимаю, Джагг! Мне плохо от осознания, что я могу простить тебя после всего, но ещё хуже от осознания, что ты можешь навсегда исчезнуть из моей жизни. Джагхед мягко отстраняется, взволнованно заглядывая в любимые малахиты, сейчас застеленные пеленой слез. Сердце больно сжималось, когда мысли о том, что он мог потерять её, поселялись в голове. Нежно перехватив лицо Элизабет в свои ладони, стирает капли слез с белоснежных щёк. — Я не исчезну, слышишь? Я никогда не оставлю тебя, потому что люблю чертовски сильно. Ты можешь отталкивать меня и ненавидеть, но даже при таком раскладе я буду рядом. — Джагхед натягивает кривую улыбку на своё измотанное бессонницей лицо и снова прижав Бетти к своей груди, выдыхает: — Прости, что не был рядом, когда ты испытывала стресс, я полный мудак. Элизабет отрицательно покачивает головой, сдерживая очередное всхлипывание. — Ты слышал заключение врачей. Будь ты рядом со мной всё это время, у них так или иначе не получилось бы сохранить мою беременность. Я ничтожество, Джагг. Лучше тебе прямо сейчас осознать всю глобальность проблемы. Моя жизнь сплошное разрушение, рядом со мной всё становится сложным! — Она нервно выпутывается из крепкого кольца мужских рук и бессильно пожав плечами, выдаёт: — Не разрушай и свою жизнь из-за меня. — Даже не вздумай говорить о таком! Слышишь? Я запрещаю тебе когда-либо думать о подобном! — Джагхед повышает голос от переизбытка волнения и снова торопится обхватить личико Купер в свои ладони. — Благодаря тебе я стал лучше. Смог выбраться из того дерьма в котором просиживал всю свою жизнь! Ты помогла мне осознать всю важность чувств. Ты лучшее, что случалось со мной, никогда не смей обесценивать это. Бетти измученно улыбается, лбом прислоняясь к лицу Джонса, сквозь опущенные ресницы вглядываясь в его омуты. — Я люблю тебя. Никогда больше не смей оставлять меня, слышишь? Я чуть не сошла с ума. Ты так нужен мне, Джагг. — Легкий поцелуй оставленный в уголке губ и Бетти торопится продолжить: — Не знаю, что ждёт нас дальше, но я готова испытать судьбу. — Ты не пожалеешь, малышка. Больше никаких игр, я никогда не отпущу тебя. — Награждая быстрым поцелуем в лоб, уточняет: — Готова, начать наши отношения с чистого листа? Без всех клякс прошлого. — Джагхед перехватывает хрупкую ладошку Элизабет в свою руку и поднося к своим губам, произносит нежное: — Я люблю тебя, детка. Ты просто создана для меня. Его голос дрожал и это желанное признание наполнило Бетти счастьем. Теперь она знала, что, пройдя через все жестокие испытания, они наконец пришли к своей цели. К тому, к чему стремились всё это время: найти друг друга, быть в его объятиях, владеть его сердцем. Жизнь открывала двери для их любви.