Вьюнок, что бережет нас

***

Почему если день начался с чего-то плохого, то весь день автоматически пойдет по наклонной?

      Утро выдалось на редкость отвратительным. Его в очередной раз разбудили ведром с ледяной водой, а после неудачно схватили за рукав рубашки, из-за чего своеобразная метка выдала своего хозяина. Так как танкист занервничал, немцы заподозрили нечто неладное, но решили всё таки уточнить. - Ist das ein deutscher?(Это немец?)- довольно кратко спросил один из мучителей Николая. - Nein...- на автомате ответил Коля. За три года, проведенные в лагерях, он уже успел выучить некоторые фразочки. Но на все вопросы немцев отвечал кратким "нет". Хотя и чисто интуитивно понимал суть сказанного врагами.       Старший из мучителей понял, что что-то тут не чисто, но говор поднимать не стал, а просто ушел со всей своей "свитой".       И этой же ночью Ивушкин твердо решил, что сбежит сам и поможет своим товарищам по несчастью во что бы то ни стало. И сегодня был тот самый день X. По счастливой случайности Коля смог поднять ложную тревогу среди немцев, и пока те бегали и искали причину "напасти", танкист со своими товарищами успешно смылись за пределы лагеря.       Ближе к вечеру Колю и ещё нескольких людей из беглецов поймали, но на этот раз не стали возвращать обратно в лагерь. Был отдан приказ отправить их в последний лагерь, где их ждёт полное уничтожение и морально, и физически.

***

      Несколько суток тряски в этот омерзительном вагоне, где люди постепенно сходили с ума, и наконец поезд остановился. Всех людей выстроили в несколько шеренг. Бедолаги еле держались на ногах, а тот, кто падал, уже никогда не вставал.       Один из фрицев долго что-то вещал, а потом послышался женский голос, который полностью воспроизводил речь немца, а после также громко завопил <<Лежать!>>. Конечно, все заключенные послушно легли, но в каждом правиле есть исключение, и из всей толпы остались стоять лишь двое. Один - старик, который оглох несколько дней назад и чисто физически не мог услышать команду, фрицы не были бы фрицами, если бы не застрелили этого беспомощного мужчину преклонных лет. Второй, который остался стоять - молодой парень, который всё прекрасно слышал, но чисто из своих принципов не повиновался этим ублюдкам и с ненавистью наблюдал за действиями вражеских солдат. - Was ist das für ein Trick? (Это что ещё за выходки?) - спросил главный из этой шайки фрицев.       Явно зашуганная переводчица с дрожью в голосе перевела этот вопрос, а после умоляющим взглядом уставилась на Ивушкина. "Прошу тебя, сделай ты уже это. Они же убьют тебя!" - именно это читалось в глазах бедной девушки. - Я никогда не стану повиноваться фрицам, - отчеканил Коля, прекрасно понимая, что последует за этим.       Перевода не потребовалось, так как по глазам переводчицы было все предельно ясно. Командир выставил перед собой пистолет, так чтобы пуля полетела прямо в середину головы русского, но выстрела ему совершить не дали. - Lass ihn in Ruhe. Ich kümmere mich um ihn. (Оставь его в покое. Я "позабочусь" о нем.) - внезапно раздался до боли знакомый голос.       Вокруг была кромешная тьма, которую с горем пополам частично рассеивали фонари, сильнейший ливень, который не давал возможность увидеть хоть что-то дальше двух метров. Так что Ивушкин не видел своего спасителя, а голос...Танкист запомнил его, но никак не мог понять где же они встретились, что этот немецкий голос так хорошо отмечался в памяти. - Aber, Standartenführer, bei allem Respekt...(Но, штандартенфюрер, при всем уважении...) - командир явно попытался оправдать свои действия перед начальством, но его грубо прервали криком с какими-то непереводимыми фразами.       В целом ситуация была понятна: Коля - непослушный пленник, жизнь которого чуть не оборвалась, тот таинственный голос - немец, который по какой-то причине запретил убивать своевольного танкиста. Только во всей этой истории было одно "но" - совершенно непонятно зачем какому-то важному фрицу спасать шкуру своего же врага, который скорее всего воткнет нож в спину своего "спасителя".

***

      Именно Ягер спас Ивушкина от такой смерти. Почему? Да даже сам штандартенфюрер не знал ответа на этот вопрос. Он подошел буквально за секунду до предполагаемого выстрела, и только от одного вида оружия около этого заключенного все его нутро сжалось в непонятный комок. Однако на войне не место эмоциям, в этом Клаус убедился уже не одну сотню раз, но немец снова и снова давал слабину, стараясь подстроить все так, чтоб о его оплошностях не прознал никто.       Те, кто давно знал Николауса, прекрасно видели всю ту бурю, что бушевала внутри немца каждый день. Они прекрасно видели, что эта злоба, равнодушие и тот душевный холод - лишь маска, которая периодически дает сбой. То ли к счастью, то ли к сожалению, таких проницательных людей было очень мало. А если говорить совсем честно, то в жизни Ягера таких человека было всего лишь два - Вольф и Тилике. Первого он по своей же глупости погубил еще в сорок первом, а второго берег, как зеницу ока, иначе точно бы свихнулся. - Bringen Sie ihm ein paar Bleistifte, ein sauberes Notizbuch und ein Russisch-Deutsches Wörterbuch. (Принесите ему парочку карандашей, чистую тетрадь и русско-немецкий словарь.) - отчеканил Ягер, как только затворка на двери камеры Ивушкина захлопнулась.