all the subliminal things

— Мне нравится запах карамболы, — говорит Юнги. Хосок смотрит на него с искренним непониманием. Он понятия не имеет, что такое карамбола. Звучит как какое-то волшебное растение, необходимое для варки ведьминского зелья. И сам Юнги достаточно похож на ведьмака, чтобы Хосок поверил: да, точно, главный ингредиент. Хосок ищет в интернете всю информацию о чертовом фрукте, не находит ничего интересного и разочарованно вызубривает наизусть всю статью. Растение с розовыми цветками, видите ли. С плодами в виде звёзд. Таких же звёзд, которые хотелось бы подарить Юнги. — У меня даже гель для душа с карамболой, — хвастается всё тот же Юнги. И для Хосока мысль становится навязчивой — ему жутко интересно, как пахнет карамбола. Википедия многозначительно сообщает о запахе как о «своеобразном», и Хосок изнывает от желания узнать, что почувствует, когда коснется мякоти. Каким-то чудом, не иначе, Хосок находит единственную фирму, выпускающую крем-гель с карамболой. Он чуть ли не сует нос в бутылочку, пачкает нос в пене. Аромат бодрящий, экзотический, но узнаваемый, и в следующий раз Хосок чувствует его от Юнги. Сильный от его волос — он что, гель вместо шампуня использует? — и слабый, едва уловимый, от кожи. Воображение Хосока услужливо подкидывает ему Юнги в душе, Юнги на простынях, Юнги в его объятиях, и он содрогается от сладкой истомы. Чертова карамбола. Чертов запах Юнги. Гель Хосок задвигает подальше. Обходит его стороной, приговаривая, что если он не видит проблемы, то её не существует. Пока однажды Хосоку не разрешают погладить чёрные волосы, и на его пальцах не остаётся призрачный аромат. Пока однажды Хосоку не разрешают укусить ключицу, и он не чувствует на языке медовую сладость плода. Пока однажды Хосок не просыпается утром, окутанный запахом карамболы, впитавшейся в его постель и кожу, и не обвитый ногами и руками Юнги.