Часть 3
14 июня 2019 г., 10:56
Повествование ведётся от лица Мэри Купер.
Я видела сон, в котором умирает моя мать. Долго и мучительно, прямо на моих глазах. Душевная боль пронизывала всё тело, будто я проживала это вновь. Её тело всё было тёмное от ожогов разной степени.
"Я хочу, чтобы ты жила счастливо" — это были её последние слова перед кончиной, и уже в тот момент она выглядела живым мертвецом. Она умерла в мучениях, и я, будучи маленькой, видела всё от а до я. Я была рядом с ней до самого конца, до её последнего вздоха, однако осознание её смерти не приходило ко мне слишком долго. И даже сейчас, спустя столько лет…
— Нет! Мама! Пожалуйста не умирай!
На этом моменте я проснулась и резко подскочила с кровати. Оклемавшись, я осознала, что не там, где была и не там, где должна быть.
— А-а-а-а! Ты кто такой? — перед собой я увидела парня с бело-красными волосами.
— Ой, надо же очнулась, — сказал парень. — Ты хоть что-то помнишь? — продолжил он.
— Ну я помню, что шла домой, а потом потеряла сознание. — А ещё я помню, что ты сынок Старателя, но этого я тебе не скажу.
— Отлично, помнишь, где твой дом? — что за глупые вопросы? Я же не от комы очнулась.
— Да, — после своего ответа мои ноги подкосились и я упала на колени. Тяжело держать себя в руках, перед тем, кого ты мягко говоря недолюбливаешь, грубо говоря боишься.
— Ясное дело. — сказал он саркастически. — Лежи, пока не отошла от слабости. Если хочешь чего-нибудь — скажи. — "ух какие мы заботливые" — подумала я.
— Прости, но можно узнать как тебя зовут? — спросила я, чтобы подтвердить свою теорию о том, что я его знаю.
— Шото Тодороки, — ответил он, а мои глаза от удивления так открылись, что были похожи на копейки номиналом в пятьсот йен, но Тодороки этого не увидел потому что уже вышел из комнаты.
Я осмотрела помещение, сидя на коленях. На полу были запёкшиеся капли крови. Я могла только представлять, что здесь происходит. Пытки? Изнасилование? Или просто он увлекается живописью и это краска? Ну вряд ли последнее.
Я не хочу здесь умереть от его руки. Дальше, я начала проверять комнату на наличие режущих предметов на всякий случай для самозащиты. В тумбочке я нашла канцелярский нож. Услышав звук открывающейся двери я быстро спрятала нож за спину.
— Тебе лучше? — спросил он, стоя в проёме двери.
— Да, значительно лучше. Мне нужно домой и назад в школу. Я пожалуй пойду. Спасибо за...— Тодороки не дал мне договорить.
— Ты ведь ещё не обедала? Может, составишь мне компанию? — это что ещё за "бонус от шефа"? Чего это он так любезничает со мной? Небось задумал что-то.
— Извини, но я правда спешу, — отстань от меня!
— Хорошо, — с наиграной грустью сказал Тодороки. Все люди тщеславны тем более в нынешнем обществе героев. Хотят привлечь к себе побольше внимания и конечно же должного отношения к себе любимым. Меня чуть не стошнило от проявления такого самолюбия от него.
— Ладно, я пообедаю с тобой, но только не долго.— этими словами я как бы сделала ему одолжение.
— Уже всё готово, прошу к столу, — как истинный хозяин дома пригласил меня Шото. В этот момент я осознала, что за моей спиной нож. И ничего не придумала лучше чем включить дурочку.
— Только после Вас — максимально убедительно и вежливо сказала я.
— Как пожелаешь, — кивнул Тодороки и шепотом добавил — Мэри.
Во первых это очень и очень неуважительно с его стороны в первую нашу встречу называть меня по имени. Или он понял, что это не первая наша встреча? Сотни мурашек пробежались по коже, ноги снова начали подкашиваться, сначала я выронила нож из рук, а потом я начала падать, но Тодороки успел поймать меня.
— Убить меня удумала? — спросил он и это были последние слова, что я услышала ведь перед глазами снова была темень и звуки будто притуплялись. Я почувствовала, что уже лежу на кровати. Было очень страшно открывать глаза, но мне пришлось. Возле меня снова сидел тот самый парень. Он разглядывал с интересом нож, который я обронила.
— Ну и снова привет, — поприветствовал меня парень холодным и чужим голосом, не отводя взгляда от ножа. — А я тебе помог вообще-то, и такова твоя благодарность? — что за лицемерие? Спас? Да если бы не ты, я бы и не упала посреди дороги!
— Я не хотела тебя убивать.., это было в целях самозащиты. Я вижу тебя впервые в жизни, как я могу тебе доверять? — нет, ну а что я ещё могла сказать в своё оправдание? На меня нахлынула новая волна наигранной истерики. Театр одного актёра, блин.
Тодороки положил нож на пол, когда я сказала это.
— Ты серьёзно? А ты не подумала, что если бы я хотел что-то сделать с тобой, то сделал бы, пока ты была в отключке? Либо сначала обездвижил тебя, а потом, когда ты очнёшься, я бы начал тебя запугивать, угрожать и делать то, о чем ты подумала. — он говорит разумные вещи, но мне уже и правда надоела эта игра.
— Мы вообще посторонние люди и я не могла быть уверена на счёт твоих намерений. Извини, но мне уже пора домой, — я собиралась встать с кровати, но Тодороки меня притормозил.
— Посмотри на пол, — попросил он.
На полу я увидела множество канцелярских кнопок перевёрнутые острой стороной вверх.
— Ты что ниндзя что ли? Чего ты хочешь? — поинтересовалась я.
— Пообедать вместе с тобой и всего-то. — тут точно что-то не чисто.
— Хорошо, я согласна, — я согласилась, чтобы не создавать себе лишних проблем. — Но я пойду по кнопкам? — недоумевая спросила я.
Выдержав небольшую паузу он всё же сказал:
— Нет, конечно. Я не позволю тебе пораниться, я же герой и моя работа спасать людей, а не наоборот, подвергать опасности. — он ведёт грязную, двуличную игру.
Тодороки повернулся спиной.
— Залазь, — пригласил он меня к себе на спину.
Я сначала возмутилась, но послушалась, выбора не было. Он встал со мной на спине и начал идти прямо по кнопкам. Наверное его обувь была на толстой подошве, потому что я слышала, как кнопки впивались прямо в ботинки. Жуть какая, он точно псих. Выйдя за пределы комнаты я попросила поставить меня на пол, но он будто не услышал. Как оказалось, эта комната находится на втором этаже. Он начал спускаться по лестнице. Я обнимала его за шею. Чисто теоретически у меня были все навыки, козыри и шансы в руках, чтобы его задушить, но я не осмелилась сделать это. Потому, что я не хочу быть убийцей. Или может что-то другое мне помешало? Его волосы пахли шампунем и табаком вперемешку. Забавно, но его волосы щекотали мне нос и я чихнула ему прямо в затылок. Возможно мне послышалось, но он хихикнул. И вот мы уже на кухне. Он спустил меня на пол.
— Присаживайся. — вежливо пригласил он. Какой обходительный! Но я не куплюсь на подобное.
Я присела. На столе стояло две пиалы с рисом, несколько закусок и суши с красной рыбой. Моя семья, в смысле я с отцом, живём не очень богато, поэтому такое разнообразие меня удивило.
— Это ты приготовил? — спросила я, чтобы прервать эту не ловкую паузу.
— Нет — холодно ответил на мой вопрос Шото, при этом, беря в руки палочки и миску с рисом.
— Скажи... Как ты узнал моё имя. — меня и правда интересовал этот вопрос.
— Поешь. Ты, наверное, голодная, ведь уже три часа дня, — игнорируя мой вопрос сказал он.
— Я не хочу доставлять тебе неудобств, поэтому, пожалуйста, можно я пойду? — с осторожностью спросила я, чтобы не попасть в ещё бóльшую передрягу.
— С чего ты решила, что мне неудобно? — изумлённо спросил Тодороки, посмотрев мне в глаза вопросительным взглядом.
— Ну... я фактически чужой человек в твоём доме. Я упала в обморок из-за этого ты наверняка пропустил школу. Теперь снова предлагаешь мне помощь. Я не смогу отплатить тебе за это, — после этих слов я притихла в ожидании его ответа. Он молчал около минуты просто пялясь на меня, а затем:
— Пх... ха-ха-ха-ха!!! Ой, ну ты даёшь. Неужели ты не понимаешь, что я делаю это бескорыстно?! — он так внезапно начал смеяться, что в один момент я подумала: разговариваем мы на одну тему или нет.
Однако его смех показался мне больше наигранным, чем настоящим. С этим человеком явно что-то не так. Почему я не вижу его настоящие намерения? Или под этой тысячей масок наигранных эмоций никто не пытается разглядеть настоящие. Или он на столько вжился в роль, забыв о настоящем себе? В моей голове были эти вопросы, но только почему меня это волнует? Меня это не должно волновать! Плевать, на весь этот цирк с эмоциями, я хотела! Меня это не касается.
Затем его лицо приняло серьёзное выражение и он сказал грубым, но в то же время уверенным голосом:
— Я же сказал, что я стану героем. Мой долг это помогать людям, попавшим в беду. Не пойми меня не правильно, я тебе помог, потому что посчитал это правильным.
— Хорошо. Так ты ответишь на вопрос? — спросила я снова полагаясь на положительный ответ.
— Какой вопрос? — словно включая дурака переспросил он.
— Откуда ты узнал моё имя, Тодороки?! — с небольшим наездом и раздражением спросила я у парня, который не переставал смотреть мне в глаза, тем самым раздражая меня всё больше и больше с каждой секундой и с каждым его словом.
— А-а-а... ты об этом? Я нашел мобильник в твоём кармане, он был разряжен, но у меня когда-то был такой же, поэтому я его зарядил. И в контактах узнал твоё имя — сказал он и продолжил есть.
— Вот как? — значит он меня не помнит? Точно! Если бы я всего пару минут назад сказала то, о чем подумала, а именно: это неуважительно называть по имени и я сказала бы ему свою фамилию, появились бы проблемы, потому что некоторые журналисты брали интервью у Старателя дома по поводу ситуации со згоревшим заживо человеком и вероятность того, что Шото известна моя фамилия очень велика. Я чут-ли не сдала сама себя!
— Я все равно не буду есть! — решительно отказалась я. — Не хочу «объедать» вашу семью. — на самом деле причина заключалась не в этом. Я просто не хотела находиться в этом доме и побыстрее смыться отсюда.
— Если сама не поешь, я запихну еду в тебя насильно. — что за наезды? Если даже я была бы сыта, мне бы всё равно пришлось бы есть? Где логика в твоих словах?
— Угрожаешь мне?
— Нет, — спокойно ответил он.
— Если я поем, ты опустишь меня? — что это ещё за условие?
— Да, и вещи тоже отдам, — в его словах я почувствовала подвох, но делать было нечего.
— Хорошо, твоя взяла. Спасибо за обед, — поблагодарила я и наспех съев пару роллов.
— Всё. Спасибо, было вкусно. Если не отдашь мои вещи, я уйду без них, а потом позвоню в полицию. — протараторила я с набитыми щеками.
— А вот это звучит, как угроза, — с насмешкой сказал Тодороки.
— Всё, я пошла. Спасибо, конечно, за всё, но мне правда срочно нужно в школу.
— Мобильник и все остальные вещи находятся на тумбе в прихожей. — тц. Сразу бы так!
— Спасибо, Тодороки, — отблагодарила я Шото и в последний раз посмотрела в его геторохромные глаза, на что он просто промолчал. Странный он всё-таки.
Схватив всё, что лежало на тумбе, я побежала в школу. Я и так прогуляла не мало, поэтому мне нужно было торопиться. Уже подбегая к школе, я увидела так называемую подругу.
— Ох, Мари, что случилось? Ты ушла во время обеденного перерыва и не вернулась! Я переживала! Вот держи. Твоя сумка.
— Спасибо, передай пожалуйста учителю, что меня не будет остаток дня.
— Так уроки уже закончились. — сказала она нервничая.
— Хорошо. Тогда до свидания. — не церемонясь ответила я.
— До завтра! Береги себя! — уже в спину крикнула Хари.
И я уже спокойным шагом пошла домой. Придя домой, я увидела страшную картину:
Мой отец лежал на полу и кашлял кровью. Я незамедлительно позвонила в скорую. Его забрали на скорой помощи вместе со мной. В машине мне сообщили, что мой отец всё это время был болен смертельной и неизлечимой болезнью — туберкулёзом и сейчас началась последняя стадия. По пути меня тоже проверили на наличие этой болезни, но ничего не обнаружили. Врачи очень удивились так, как такая болезнь очень легко передаётся воздушно-капельным путём и это было буквально "чудо", что я не заразилась, а отец скрывал эту болезнь около года не лечив её.
Меня наконец пустили к отцу. Он лежал на больничной койке. Всюду стояли странные приспособления и по всей видимости, его жизнь держалась только на аппарате искуственного дыхания и вентиляции лёгких. Отец лежал, смотрел на меня и улыбался.
— Доченька, — начал он хриплым голосом. — Прости, что не рассказывал об этом. Я знаю, что тебе сейчас сложно, но ты должна быть сильной. Я хочу, чтобы ты жила счастливо. — Последнюю фразу он произнёс прямо как мама. И я сразу поняла, что это конец. Я снова.. снова в точке невозврата.
— Помнишь человека, который убил твою маму? — Этого черта? Конечно помню! Из-за него наша семья и была безвозвратно разрушена. Но этого я не сказала, чтобы не огорчать отца. Это не то, что он хотел бы услышать сейчас.
— Это был Старатель. Ты знала, что он сделал это случайно? Когда они со Всемогущим гнались за серийным убийцей, убившего тысячи людей, у них был выбор: или пострадает мама и убийца, или целый город будет страдать ещё несколько месяцев, а то и лет. Убийца взял её в заложники и это был её выбор. Она сказала, что хочет пожертвовать собой ради этого. Всемогущий не осмелился так поступить, но Старатель так долго пытался избавиться от него. Мама сделала это во имя безопасности других людей. —как будто её просили об этом! перебили его мои мысли — Наверняка сейчас она смотрит на нас с тобой с неба. — зачем? Зачем было опять вспоминать давно забытое прошлое? Не нужно его оправдывать! Старателю нет оправданий! Однако я всё ещё продолжала молчать.
— Я скоро тоже присоединюсь к ней, но я не хочу чтобы ты была одинокой. Возможно, тебе будет не очень приятно, но при этом ты будешь жить достойно. — что ты придумал на этот раз, отец?
— Я попросил Старателя удочерить тебя и при этом условии он будет прощён. — что ты сделал? Кто тебя просил? После его слов я нахмурила брови.
— Он согласился. — что? и Старатель туда же?
— Папа! — восклицательно перебила я его, но он продолжил.
— Семья достаточно богата и тебя всем обеспечат. Не беспокойся об этом.
— Да не нужно мне никакое богатство! Мне нужен ты! — у меня уже наворачивались слёзы.
— И последнее: я не могу больше терпеть эту боль, поэтому соглашаюсь на эвтаназию. Я не хочу, чтобы ты видела мою смерть. Пожалуйста. Исполни мою и волю матери. Живи счастливо и пусть тебя ничто не обременяет.
— Нет! Папа! ты должен бороться, почему ты сдаёшься? Почему именно сейчас? — но отец меня не слушал.
— Медсестра! — мне так ничего и не удалось изменить. Я просто молча смотрела на него печальным взглядом, пока в палату не зашла медсестра и не выпроводила меня за дверь, где уже стоял Старатель.
— Нам уже пора. Мы можем заехать на пару минут за самыми важными вещами. — сказал он и направился в сторону выхода из больницы.
— Подождите. Я смогу забрать хотябы его прах? — обратилась я к медсестре, на что она утвердительно кивнула.
— Когда я смогу его забрать?
— У нас есть Ваш номер телефона, мы Вам позвоним.
— Хорошо.
— Идём уже, — снова сказал Старатель.
У меня не было выбора. К отцу меня не пускали и я покорно последовала за ним. На улице ждал шофёр и машина. Я села в салон на заднее сидение, а мой новый «папаша» на переднее вместе с шофёром.
Мы подъехали к уже пустому дому.
— У нас мало времени. Поторопись пожалуйста.
Я зашла в дом. Здесь пахло воспоминаниями и от осознания того, что я больше сюда не вернусь, стало пусто на душе. На полу всё ещё осталась кровь, которую, видимо, откашливал отец. Я зашла в свою комнату и окинула её взглядом. «Я хочу, чтобы ты жила счастливо» — именно эти слова пронеслись в моей голове. Я взяла только самое необходимое, документы, немного одежды и одну семейную фотографию на память, и отправилась назад в машину.
— Что-то быстро ты — с удивлением сказал Старатель, на что я просто промолчала. Его не должно это волновать!
— Ладно, поехали, — и машина тронулась с места.
И вот мы подъезжаем к уже знакомому мне особняку. Почему всё это произошло сегодня. Это совпадение или судьба так издевается надо мной? По дороге к новому дому, я узнала от Старателя, что буду пятым ребёнком в его семье. По мимо самого Шото было ещё два брата, которых зовут Тойя, он является самым старшим сыном, и Нацуо, он оказался самым младшим после Шото, а также сестра, которую зовут Фуюми.
Старатель предложил поменять мне фамилию, чтобы я побыстрее забыла произошедшее, но я отказалась, потому что это последняя и единственная память о моих родителях.
Первое, что я решила, это никуда не высовываться и не разгуливать по дому, чтобы никто не видел меня, особенно Шото. Думаю, он тоже подумает, что это слишком подозрительное совпадение.
Зайдя в новый дом, я поняла, что дом пуст и все потомки Старателя ещё не вернулись домой. Моя комната была на втором этаже напротив комнаты, теперь моего «брата», Шото. В моей новой комнате возле стены стояла не высокая одноместная кровать с прикроватным ковром, шкаф, рабочий стол и стул. Школьную сумку я положила на стол и присела на кровать. Через минуту вошёл Старатель и протянул мне конверт с деньгами.
— Вот. Это тебе на карманные расходы. В шкафу лежит постельное бельё, полотенца и средства личной гигиены.
Лишь угукнув я взяла конверт. В нём лежал миллион йен! Я таких денег в жизни не держала, да что там не держала — не видела и не слышала.
— И-извините, я не возьму столько. — ошеломленно отказала я.
— Бери! Теперь ты часть семьи! Так что без возражений! А, кстати, вот ключи от дома. От комнат ключей нет, потому, что никто в этом доме не запирается. Ужин в семь. Завтрак в половине восьмого. Обедаешь в школе, поэтому бери деньги, — его «горящие» борода и усы выглядели устрашающе, поэтому я не смогла вымолвить ни одного слова и просто кивнула.
"Тут никто не запирается" — искаверкала я его слова в подсознании, после того, как он вышел из комнаты.
"Надо найти работу. Не хочу брать его деньги" — пронеслось в голове.
Завтра, скорей всего, я не пойду в школу, а пойду искать работу и самое главное: нельзя никому попадаться на глаза, особенно Шото, ибо что-то мне подсказывает, что он не будет рад мне. Дом достаточно большой, так что проблем быть не должно, кроме того факта, что комната моего новоиспеченного братца находится напротив моей.
Я прилегла на кровать и незаметно для себя уснула, тем самым пропустив ужин с новой семьёй. «Завтра нужно встать раньше всех» — подумала я и провалилась в сон.
Продолжение следует
