Тени прошлого

Громкий стук в дверь оторвал Северуса от чтения «Ежедневного пророка». Глянув на часы, он нахмурился. Посыльные из Министерства это быть не могли, так как для связи Кингсли и его подчиненные пользовались патронусами. Гостей он не ждал, да обычно к нему никто и не заходил: некому было. К тому же попасть на его крыльцо после возведения вокруг дома защиты мог далеко не каждый. Бесцеремонного Поттера от пагубной привычки появляться у него на пороге в любое время дня Северус отучил уже больше года как, а прочие никогда к нему и не совались. Магглы же дом просто не видели. В дверь снова постучали, прервав его размышления. На сей раз даже более резко, чем в первый. Северус поднялся, спрятал палочку в рукав и, тихо подойдя к двери, чуть-чуть приоткрыл ее. — Пусти быстрее! — Люциус Малфой, закутанный в мантию с капюшоном, оттеснил слегка растерявшегося Северуса и ужом проскользнул в дом. От удивления Северус не успел даже воспротивиться нежданному визитеру. Покачав головой, он внимательно осмотрел улицу и, не заметив ничего подозрительного, запер дверь. Малфой, не дожидаясь приглашения, уже прошел в гостиную и, расположившись за столом, наколдовал себе чашку, куда как раз наливал кофе. — Я думал, что такая бесцеремонность свойственна только гриффиндорцам, да и то не всем, — скептически хмыкнув, Северус сел на свое место. — У меня есть веская причина, — не глядя на него, ответил Люциус и пригубил кофе. — Нисколько не сомневаюсь. В последний раз, когда представитель вашего семейства явился ко мне с веской причиной, я едва не лишился жизни. — Это ты о чем? — удивленно глянул на него Люциус. — Это я о твоей бывшей жене, которая приходила ко мне с просьбой помочь вашему сыну убить Дамблдора. Люциус вздрогнул, но быстро взял себя в руки и с наслаждением принялся пить кофе. Через пару глотков он, чуть прижмурившись, застонал от удовольствия. Северус быстро отвел взгляд. В голову невольно полезли мысли, без которых он бы с радостью прожил и дальше. Картинки, где молодой обнаженный Люциус точно так же прикрывал глаза от наслаждения, а белоснежные пряди его волос скользили по серебристому шелку кровати, возникали словно сами собой. Северус решительно отогнал эти старые, казалось, уже давно забытые воспоминания времен своей юности. Воскрешать их не хотелось. Он был благодарен Люциусу за то, что тот, открыв ему новые горизонты в сексе, на время отвлек его от переживаний после ссоры с Лили. Однако результатом их связи стало вступление юного Северуса, еще даже не окончившего Хогвартс, в ряды Пожирателей смерти. А свадьба Малфоя положила конец едва зародившимся чувствам и этому тайному роману. Но, видимо, разрыв все-таки произошел недостаточно быстро, потому что бывали моменты, вот как сейчас, когда на Северуса накатывали воспоминания и сожаления о том, что их отношения так и не сложились. Именно поэтому, опасаясь выдать себя, после женитьбы Люциуса он стал редко появляться в Малфой-мэноре и старался как можно меньше общаться с его хозяином. А вот самого Люциуса, похоже, их бывшая связь не особо тяготила. Потому что он, казалось, наоборот хотел общества Северуса и стремился привязать его к себе как можно сильнее. Ведь именно он предложил Северусу стать крестным для Драко, тем самым отрезав ему возможность отдалиться от семейства Малфоев. Но после победы над Темным Лордом Северус сделал все возможное, чтобы больше с Люциусом не встречаться. И до сих пор ему это прекрасно удавалось, хотя он и следил издалека за процессом их развода с Нарциссой. Впервые услышав об этом, он невольно позволил себе мечтать о несбыточном. В течение одного вечера. Но потом решительно выбросил глупые мысли из головы и по уши погрузился в дела, которых было немеряно. Не сказать, чтобы Северус так уж был рад своей — пусть и вынужденной — работе на Министерство. Увы, привыкший за многие годы к шпионской деятельности, он уже не мог без адреналина и причастности к чужим тайнам. И был благодарен Кингсли и — чего уж скрывать от самого себя — Поттеру за то, что они выбрали для него такое подходящее направление работы. Фактически он проводил особо сложные сеансы легилименции, требующие большого опыта и умений, но эта информация считалась секретной, и о его непосредственных обязанностях знали считанные единицы: министр и руководство Аврората. Для остальных же он числился консультантам по зельям и ядам. Неожиданный визит Люциуса вызвал любопытство и насторожил, однако Северус не собирался показывать ему своих истинных эмоций. — Напился? — с легкой ехидцей поинтересовался он, когда Малфой с довольным вздохом отставил в сторону пустую чашку. — У тебя божественный кофе! — Ну да, не жалуюсь, — хмыкнул Северус. — Так чем обязан? — Учитывая, что мы с тобой не виделись, считай, со времен сражения за Хогвартс, прием мог бы быть и более дружелюбным, — нахмурился Малфой. — Люциус, не юли, — покачал головой Северус. — Я тебя неплохо знаю. У тебя опять какие-то проблемы, но ты почему-то никак не рискнешь их озвучить. — А у тебя нет никаких проблем? — вроде бы расслабленно поинтересовался Люциус, но Северус успел заметить его внимательный и напряженный взгляд. — Ну, мне повезло чуть больше, чем тебе, я воевал, можно сказать, за светлую сторону, поэтому пока не жалуюсь. Да и Кингсли не Дамблдор. Хватка, конечно, бульдожья, но вот играет он более честно и открыто. Правда, думаю, с таким отношением во главе Министерства он долго не протянет. В политике нельзя быть настолько прямолинейным. — Я не о том, — нервно отмахнулся Люциус. — А о чем? — Вот! — Из внутреннего нагрудного кармана появился сложенный пергамент. — Тебе такое не приходило? Северус напрягся. Но за столько лет он уже научился не выдавать своих чувств посторонним, поэтому с нарочитой небрежностью развернул послание, примерно догадываясь, что там написано. Однако текст все же его удивил. «Если тебе важно наше общее дело, если ты по-прежнему чтишь чистоту крови, присоединяйся. Изменников ждет смерть.» Внизу была едва заметная приписка: «Среда, 9 вечера, «Дырявый котел».» — Хм…— Северус внимательно осмотрел пергамент со всех сторон, уже зная, что никаких следов отправителя там не найдет. — И это все, что ты можешь мне сказать? — Люциус нервно забарабанил пальцами по столу. Казалось, ему не хватает пресловутой трости, отсутствие которой Северус заметил только сейчас. — Что ты хочешь услышать? И где твоя знаменитая трость? — Не стал восстанавливать после Темного Лорда. Но ты уходишь от темы. Я хочу знать, получал ли ты такое письмо, и, если получал, то что нам теперь делать? — А что бы ты хотел? — испытующе посмотрел на него Северус. — Я не хочу больше ввязываться в это! Если меня снова заметят в каких-то противоправных действиях, то я уже не отделаюсь огромным штрафом. А провести остаток жизни в Азкабане, пусть даже без дементоров под боком, я не готов. — Ты уверен? — Северус пристально взглянул на него, считывая поверхностные мысли. Малфой, конечно, обучался окклюменции, но все же его способности были заметно слабее в силу отсутствия ежедневной практики, которая была ему без надобности, поэтому за его защиту Снейп смог проникнуть без труда. Однако постарался он это сделать незаметно и глубоко погружаться не стал, отследив лишь правдивость слов и намерений. — В чем уверен? Что не хочу в Азкабан? Или что не хочу больше участвовать в сомнительных аферах и собираюсь, наконец, пожить спокойной жизнью? Считаешь, я жажду вернуться к прошлому, которое лишило меня семьи и значительной части состояния? — Да ничего я не считаю, — вздохнул Северус и, поднявшись, подошел к секретеру, откуда достал похожий пергамент. Люциус скептически хмыкнул, однако по мере чтения выражение его лица менялось со снисходительного на удивленное. — Ничего себе! То есть тебе сразу же написали, чтобы ты готовился к смерти? — Не к смерти. От меня хотят лишь всю мою кровь предателя ради возрождения «нашего» повелителя. — Это тебя что, таким образом грозятся убить? — Не просто убить, а провести с моим телом какой-то ритуал, который позволит вернуть к жизни Темного Лорда. — Мда… — было заметно, что Люциус занервничал еще сильнее. — И что нам делать? — Что делать мне, я определился сразу. А вот на что готов ты, я пока не знаю. — Хм… почему мне кажется, что у тебя есть какое-то предложение и ты меня проверяешь? — Все возможно, — усмехнулся Северус — проницательности Малфою всегда было не занимать. — Скорее, я пока не уверен в том, на какой стороне ты хочешь оказаться. — Давай не будем окунаться в эти шпионские игры, — гордо выпрямился Малфой, сложив ладони на столе. — Я не хочу ломать свою едва устаканившуюся после войны жизнь. Тем более, что я до сих пор нахожусь под наблюдением Аврората. И уж ты-то, как никто другой, должен знать, что мне возвращение Темного Лорда нужно в последнюю очередь. После всего, что Малфои сделали для его свержения... И пусть это больше заслуга Драко и Нарциссы, но если Темный Лорд каким-то непостижимым образом восстанет, расплачиваться за них придется мне. — Северус согласно кивнул, а Люциус тем временем продолжал: — А ты не думал, что это может быть чья-то злая шутка? Или попытки неоперившихся юнцов сыграть на былом страхе перед Темным Лордом? — Думал. — Северус вновь вгляделся в глаза Малфоя и понял, что тот в целом довольно искренен. — Но даже если и так, их слова пока мало расходятся с делом. Письмо я получил три дня назад, а вчера меня попытались захватить какие-то неизвестные в масках Пожирателей. — Шутишь?! — Малфой! — одернул его Северус. — Я бы не стал шутить такими вещами. — И как тебе удалось отбиться? Их было мало? — Трое, — мрачно усмехнулся Северус. — Один в Мунго, лежит в коме под охраной авроров, еще двое — в изоляторе Аврората. — И? Кто-то из знакомых? — нетерпеливо подобрался Малфой. — Того, что в Мунго, я когда-то видел среди егерей. А остальные — совсем мальчишки еще. Непуганые. Как они радостно делятся информацией, ты не представляешь. — И что?.. — Тайна следствия, — покачал головой Северус. — Но… если ты согласишься действовать в интересах Министерства и Аврората, то, думаю, я смогу кое-чем с тобой поделиться. Люциус сохранил невозмутимое выражение лица, но явно был в смятении от поступившего предложения. — Хм… — Подумай. Скажем, до завтра. Потому что, боюсь, бывшие «соратнички» не дадут тебе много времени на размышления. Полагаю, письмо тебе отправили после того, как я разобрался с их боевиками. Вероятно, их предводитель, кем бы он ни был, понимает, что справиться с Пожирателем внутреннего круга может только точно такой же Пожиратель. Отсюда вывод: как таковых кандидатов больше нет. Кто в тюрьме, кто погиб, а кто-то спешно сбежал из страны, и найти его, не имея магической связи с метками, не так-то просто. Хотя я, конечно, могу и ошибаться... — А от меня ты чего хочешь? Какова будет моя роль в поимке этих… последователей? — Я думаю, тебе придется выйти с ними на связь. Но все же сначала я бы сообщил о ситуации Кингсли. — Почему не сразу в Аврорат? — Потому что Кингсли — как министр и как бывший аврор — курирует это дело лично. И… к его словам прислушаются. Сам понимаешь, твою персону не слишком любят. — Ну… Учитывая, что я не хочу раньше времени оказаться трупом и не хочу присоединяться к этим последователям, у меня просто нет другого выхода. — Малфои всегда умели находить оптимальное решение, — хмыкнул Северус. — Не ерничай, — отмахнулся Люциус. — Я соглашаюсь только потому, что ты тоже в этом участвуешь. Тебе, в отличие от незнакомцев с анонимками и доблестных авроров, я доверяю. — Польщен, — без тени улыбки ответил Северус. — Давай тогда не будем откладывать в долгий ящик, потому что я не знаю, как скоро они предпримут очередную попытку достать меня. И в следующий раз они могут подготовиться намного лучше. Он встал и направился к камину. — Что, прямо сейчас? — поднялся следом за ним Люциус. — А чего ждать? Нам каждая минута дорога. И да… — Северус резко обернулся. — Вероятно, тебе придется столкнуться с Поттером. Он включен в группу по расследованию. Постарайся не конфликтовать с ним. — Что я слышу?! — Люциус во все глаза уставился на него. — Да ты же раньше первым прошелся бы по его умственным… — То, что я делал раньше, имело под собой веские основания. И хотя Поттер так и остался полным профаном в зельях, это не отменяет того факта, что из него выходит неплохой следователь. По крайней мере, несмотря на молодость, продвигается он по работе все же не за заслуги перед Англией, а своим умом. Мерлин! Мог ли я подумать лет пять назад, что когда-нибудь скажу такое. Все меняется. И хотя иной раз он выводит меня из себя, но открыто мы больше не конфликтуем. — Мне даже интересно на это посмотреть, — хмыкнул Люциус. — Ну что?.. — Пойдем. — Северус зачерпнул дымолетного пороха, кинул его в камин и произнес: — Министерство магии, секретариат Аврората, — затем подхватил Люциуса под локоть и шагнул в камин. * * * Появление Северуса в Аврорате в компании Малфоя не прошло незамеченным. Многие авроры косились на них, некоторые тут же принимались что-то бурно обсуждать. Северус попросил секретаршу отправить Кингсли сообщение с просьбой принять его как можно скорее и теперь ждал, когда же новость о визите Люциуса дойдет до Поттера. Потому что, если другие авроры не лезли к нему с расспросами, то Поттер, видимо, считавший себя близким знакомым Северуса, обычно не молчал. Люциус, следует отдать ему должное, вел себя как и положено Малфою. То есть стоял, игнорируя косые взгляды и взбудораженные шепотки, с важным видом осматриваясь вокруг. И Северус в очередной уже раз за это утро отметил, как все же Малфою не хватает трости, которая бы идеально вписывалась в его образ надменного сноба. Спустя несколько минут от Кингсли прилетел патронус с разрешением на встречу. Северус позвал Люциуса за собой и вышел в коридор, ведущий к лифтам, где их, наконец, и настиг Поттер. — Мистер Снейп, что здесь делает Малфой? Почему он находится во внутренних помещениях Аврората? — Доброе утро, мистер Поттер, — поздоровался Северус, с садистским наслаждением наблюдая, с каким трудом удается Поттеру держать себя в рамках приличий. Даже благодарность за спасение собственной жизни не могла отбить у Северуса охоту выводить этого мальчишку, вернее, уже молодого мужчину из себя. — Доброе, мистер Снейп. — Доброе утро, мистер Поттер, — точно так же вежливо приветствовал его Люциус. — Не уверен, мистер Малфой, — процедил Поттер сквозь зубы. — Что вы здесь делаете? — Насколько я слышал, вы, мистер Поттер, кажется, еще не глава Аврората, — с едва уловимой насмешкой ответил Люциус. — И мне даже странно, почему этот вопрос не задал мне ни один человек, кроме вас. У вас, должно быть, какие-то особые полномочия? Но Поттера смутить было не так просто. Он явно собирался разразиться возмущенной тирадой, но Северус ему не дал. — Мистера Малфоя пригласил сюда я. И сейчас мы с ним идем на прием к министру. Это чтобы у вас не возникало лишних вопросов, мистер Поттер, — отрезал Северус самым непререкаемым из отработанных за годы преподавания учительским тоном. — И мне кажется, что вам и вашей розыскной группе следует собраться и быть готовой предстать перед министром для обсуждения новой информации, которая стала известна мне только сегодня. — Я бы на вашем месте не доверял Малфоям, — раздраженно бросил Поттер, окинув Люциуса пренебрежительным взглядом. — Они… — К счастью, вы, мистер Поттер, не на моем месте. И мы спешим. С этими словами он обошел явно растерявшегося Поттера и направился в сторону лифтов. Люциус, также проигнорировав попытки Поттера ответить, двинулся следом. Кингсли их уже ждал. Поприветствовав Малфоя, он отлевитировал его письмо к себе на стол, что-то поколдовал над ним и разочарованно покачал головой: — Никаких следов. — Я так и думал, — кивнул Северус. — Но мы можем использовать Люциуса, чтобы больше узнать об этих «последователях». Если он согласится на их предложение, то сообщит нам о составе бандитов. Также, велика вероятность того, что он сможет узнать предводителя… — Ты хочешь чтобы я шпионил на Аврорат?.. — Люциус выглядел шокированным и не мог — или не старался? — скрыть свои эмоции. Кингсли перевел задумчивый взгляд с Северуса на Малфоя и нервно постучал по столу кончиком палочки. — Ты же говорил, что готов сотрудничать, — Северус удивленно посмотрел на Люциуса. — Я готов сотрудничать. Готов даже выйти с ними на связь, а затем предоставить всю полученную информацию в обмен на защиту Аврората. Но если я окажусь в лагере этих «последователей», то о какой защите может идти речь? — Мистер Малфой, вы не знаете всех наших возможностей, — спокойно возразил Кингсли взволнованному Люциусу. — Что-то вы при всех ваших возможностях не смогли одолеть Темного Лорда во главе небольшого отряда Пожирателей без помощи сопливого мальчишки. — Мистер Малфой, вы нарываетесь на неприятности, разговаривая со мной в подобном тоне, — голос Кингсли сделался ледяным. — Я ведь могу вспомнить, на какой стороне были вы… — Я просто хотел жить! Или вам неизвестно, что стало с Каркаровым? — Известно, — кивнул Кингсли. — Только поступок Каркарова был трусливой попыткой избежать неприятностей и решить все проблемы в одиночку. В то время как мистер Снейп… — Давайте не будем углубляться в историю, — прервал его Северус, с трудом удержавшись, чтобы поморщиться. События, благодаря которым он стал шпионом светлой стороны, пробуждали неприятные воспоминания, да и ступил он на этот путь отнюдь не добровольно. — У нас сейчас существует реальная проблема, и нам надо ее решать. — Однако, похоже, мистер Малфой сотрудничать не желает, — откинулся на спинку кресла Кингсли. — Люциус? — Если я откажусь, Аврорат откажет мне в обеспечении безопасности? — Аврорат обязан обеспечивать безопасность всех граждан, — пояснил Кингсли, устало прикрыв на мгновение глаза. — Но с твоей помощью у Министерства было бы больше шансов на то, что преступников обезвредят в кратчайшие сроки. Неужели тебе самому не надоело сидеть дома тише мыши и не хочется вернуть былое влияние и значимость? — вкрадчиво спросил Малфоя Северус, прекрасно зная, на какие точки стоит надавить. Люциус ненадолго задумался, но ответить ему не дали. Сквозь стену влетел патронус Поттера — мощный, слепящий глаза олень — и быстро проговорил: — На маггловской территории замечен сильнейший магический выброс. Об этом уже говорили в новостях. Группа отбыла на место. — Похоже, мистер Малфой, вы попали в самую гущу событий. И я вынужден поторопить вас с принятием решения. Потому что только от вашего ответа будет зависеть: отправитесь вы сейчас домой или будете допущены к секретной информации. Северус заметил, как загорелись глаза Люциуса при последних словах, и понял, что Кингсли удалось-таки подловить того на любопытстве и жажде быть в курсе всех новостей. — Хорошо, я согласен, — явно играя на публику, нехотя ответил Малфой, — но я требую самых серьезных мер защиты. Не хотелось бы, выжив в войне в самом логове Темного Лорда, в мирное время сгинуть от рук каких-то его почитателей. — Защиту мы вам обеспечим на должном уровне, слово министра, — слегка улыбнулся Кингсли, дав понять, что его не провел тон Люциуса. — А сейчас вы дадите мне клятву о неразглашении и мы, наконец, сможем заняться делом. Зная Малфоя, Северус не сомневался, что тот и клятву сумеет выторговать на самых выгодных условиях. Переговоры заняли не менее получаса. Тут уже Люциус попал в свою среду, и Кингсли, доблестному, но слишком прямолинейному для политики человеку, пришлось несладко, пока они торговались об условиях сохранения конфиденциальности. Люциус ни в какую не хотел оставаться безымянным героем, но при этом требовал, чтобы никто не узнал, за что получены определенные льготы и привилегии, выторгованные тут же. Кингсли к концу разговора блестел от пота и, кажется, был уже сам не рад, что втянул в это дело Малфоя. Когда, наконец, клятва была принята, все требования Люциуса зафиксированы на бумаге и скреплены министерской печатью, Кингсли вздохнул с видимым облегчением и пригласил их в соседний кабинет, попросив оставить за дверью волшебные палочки. Люциуса это несколько напрягло, но, видимо, понимая, что терпение министра не бесконечно, он не стал слишком возмущаться. За тяжелой дверью, замаскированной шпалерой, оказалась довольно большая темная комната. Щелчок, и она осветилась... обычной маггловской электролампочкой. — Что это?! — не в силах справиться с шоком, удивленно воскликнул Малфой. — Как это возможно? — не менее удивленно поинтересовался Северус, прекрасно зная, что маггловские электроприборы не работают в контакте с магическими полями. А здание Министерства было буквально пронизано магией. — А это, господа, наша новая секретная разработка. Здесь все полностью экранировано, и мы можем пользоваться маггловской техникой. Вот мобильный телефон для связи с маггловским премьер-министром, — указал Кингсли на плоскую черную коробочку на столе. — А это компьютер для сбора маггловской информации по их сети, которую называют интернетом. Но нас интересует телевизор, который я использую для просмотра их новостей. — Кингсли взял какую-то длинную вещицу с кнопками и что-то понажимал. Черный экран ожил, явив изображение магглы в строгом костюме, которая что-то быстро рассказывала. — Давайте посмотрим, как наше происшествие освещают с той стороны. Присаживайтесь. Они примостились на стульях, установленных перед экраном. Для Северуса в телевизоре не было ничего необычного, хотя он давно его не смотрел, а вот Люциус выглядел абсолютно шокированным и дезориентированным. Он глаз не отводил от экрана, прислушивался и, казалось, с трудом удерживал себя от того, чтобы не потыкать в изображение пальцем. Рука его постоянно дергалась в знакомом жесте, видимо он по привычке пытался схватиться за волшебную палочку, которой у него сейчас не было. А маггла тем временем рассказала о происшествиях в Европе, что-то про падение каких-то денежных курсов, осветила новости из жизни королевской семьи и затем перешла к тому, чего они втроем с таким нетерпением ждали. Оказывается, магглы приняли магический выброс за разбушевавшееся торнадо, однако, не все было так просто. Маггловская полиция почему-то взяла это дело под свой контроль. Примечательным было то, что произошло все это недалеко от Стоунхенджа. На месте выброса остался выжженный клочок земли, покрытый спекшейся коркой. Даже через маггловский телевизор Северус замечал токи магии, поднимавшиеся ввысь, в то время, как магглы считали это дымом и последствиями удара молнии. Выяснилось, что у происшествия был свидетель — старый маггл, приехавший для изучения древних камней капища. Тот был явно напуган и от комментариев отказался. Новости закончились, и Кингсли выключил телевизор: — Ну и что вы на это можете сказать, господа? — Пока я понял только, что это был какой-то темномагический ритуал, — ответил Северус, пожав плечами. Он с беспокойством поглядывал на шокированного Люциуса, но тот не был бы Малфоем, если бы не смог быстро взять себя в руки. Мотнув головой, он ответил: — Такими воронками обычно сопровождаются ритуалы некромантии. Правда, за всю известную нам историю магического мира, кажется, никому так и не удалось воскресить умершего мага. А вот поднять парочку невменяемых зомби таким образом вполне возможно. Но толку от них? — Только зомби нам для полного счастья и не хватало. — Темная кожа Кингсли посерела от волнения. — Ладно, господа, давайте вернемся в кабинет. Мне нужно связаться с оперативной группой. Шеклболт выключил свет, и они быстро вышли из темного душного помещения. Взяв свою палочку, Кингсли тут же вызвал патронуса и отправил распоряжение доставить маггла-свидетеля в Аврорат. — Меня интересует один вопрос, — задумчиво постучал пальцами по подлокотнику кресла Северус. — Многим ли известно, что Министерство получило возможность использовать маггловскую технику? — Всему Аврорату, за исключением секретариата и обслуживающего персонала, а так же невыразимцам, — ответил Кингсли и усмехнулся. — И, чтобы предупредить следующий вопрос: попробуйте, ради интереса, заговорить об этой комнате где-нибудь за пределами моего кабинета. — Заклятие памяти или немоты? — тут же живо поинтересовался Люциус. — Мы предпочитаем называть его заклятием секретного доступа, — улыбнулся Кингсли, сверкнув белоснежными зубами. — Но мы немного отвлеклись. Он вызвал в кабинет начальника оперативной группы и главу Аврората. Явившись, те удивленно покосились на Люциуса, но спорить с Кингсли не стали и тут же включились в обсуждение предстоящей операции. Разговоры и бурные дебаты затянулись надолго. Кингсли отменил все запланированные встречи и даже заказал в кабинет обед на пятерых из министерского буфета. Ближе к вечеру патронус-олень Поттера отчитался, что группа вернулась с выезда и свидетель доставлен в Министерство. Люциуса отправили домой, а Северусу предстоял еще долгий сеанс легилименции с магглом. Задержался он допоздна. Оказалось, что маггловская полиция целенаправленно скормила журналистам версию о разбушевавшемся торнадо. Сами же доблестные служители правопорядка подозревали, что произошедшее — дело рук людей, и одной из версий выдвинули проведение обрядов сатанистами. Собственно, на эту теорию их натолкнули показания единственного свидетеля, воспоминания которого Северусу пришлось очень тщательно и аккуратно проверять, потому что сознание магглов было очень чутким к магическому вмешательству, и при неаккуратном обращении человек мог просто остаться пускающим слюни идиотом. Но уровень умений Северуса все же кое-что значил и, чем сам Северус в глубине души несомненно гордился, был самым высоким во всей Великобритании (а иначе кто бы его взял в Аврорат на работу с его-то репутацией…). Введя маггла в легкий транс при помощи обычного гипноза — в подобных случаях Северус предпочитал использовать магию по минимуму, — удалось относительно быстро добраться до воспоминаний последних дней. Маггл, которого по иронии судьбы звали Томом, был каким-то ученым, то ли историком, то ли краеведом. Жил он в ближайшей деревушке уже несколько дней и каждое утро выезжал в сторону Стоунхенджа на велосипеде. Так было и сегодня. Но почему-то в этот раз Том крутил педали дольше обычного, а знаменитые каменные колонны все не показывались. И он стал подозревать, что ездит кругами, хотя на почти ровной тропинке это казалось странным. Вдруг где-то совсем рядом Том услышал множественные хлопки, будто от выстрелов или лопнувших покрышек. Он испугался и, бросив велосипед, сошел с тропы, чтобы, попетляв по придорожным кустам, уже через пару минут оказаться у каменных плит Стоунхенджа, которые внезапно появились у него перед глазами, словно из пустоты. Недалеко от сооружения Том заметил несколько фигур в длинных темных плащах и белых масках. Люди образовали круг и делали какие-то странные пассы руками. Северус несколько раз прогнал в воспоминаниях Тома этот момент и понял, что в руках у якобы «Пожирателей» были волшебные палочки. Один из участников странного действа вдруг воздел ладони, а затем, сделав замысловатый пасс, указал палочкой в центр круга и что-то выкрикнул. Северус так и не понял, какое именно заклинание было произнесено, да и само плетение оказалось ему неизвестным. Едва отзвучало последнее слово, прямо из земли в центре круга, образованного магами, поднялась темная воронка вихря, в которой, казалось, сверкали молнии и, как отметил Том, резко запахло серой. Последовавшие за этим действия маггла вызвали у Северуса лишь скептическую ухмылку, но он не мог расслабиться и дать волю эмоциям, пока занимался его хрупким сознанием. А тот, не будучи суеверным, рухнул на колени и принялся отчаянно молиться, стараясь не смотреть в сторону происходящего. Лишь путем тщательных многократных повторов Северусу удалось вычленить то, что Том отмечал, пусть и бессознательно, периферическим зрением: воронка росла, ширилась, и некоторые маги, разорвав круг, отскакивали в сторону и аппарировали в неизвестном направлении. Том вздрагивал при каждом громком хлопке и втягивал голову в плечи, но почему-то словно примерз к земле, не делая ни малейшей попытки бежать. Предводитель магов разозлился и что-то прокричал оставшимся, но воронка явно дестабилизировалась, ее стало невозможно удерживать. Раздался жуткий потусторонний гул, и тогда даже оставшиеся участники действа быстро исчезли с поляны. Последним аппарировал их предводитель, как-то нервно и, как показалось Северусу, слишком знакомо дернув головой. Стоило главному магу исчезнуть, как вихрь разорвало клочьями вонючего черного дыма. Полыхнуло жаром, и Том потерял сознание. Больше он ничего не видел и не слышал. А следующее его воспоминание уже было о том, как его приводили в себя полицейские. Вынырнув из сознания маггла, Северус пошатнулся. Но, позволив себе лишь миг слабости, постарался как можно быстрее взять себя в руки. Нетвердо держась на ногах, он добрел до пристенного столика и выпил восстанавливающее зелье. — Процедура завершена, — сообщил он в пространство, и в дверь, словно только и ждали его слов, тут же вошли двое авроров и штатный легилимент Аврората. — Выведите его из транса, — отдал распоряжение Северус, а сам принялся сливать собранные у маггла воспоминания в стоявший тут же омут памяти.