Последний герой

- Хули он такой тяжелый?! - просипела я, таща ноги Игоря. Миша был впереди, но даже для него, довольно накаченного и закаленного тренировками, экс-мэр был тяжелым. - Разожрался на харчах государственных. - ответил мне парень с той же интонацией, смотря через плечо себе под ноги. Мы завернули его в простынь, которую сняли с ненужной койки в одной из комнат, я кое-как прибрала зал и теперь мы тащили его к выходу из бункера к оврагу, в который скинули тела тех троих ублюдков. Саша шел рядом и иногда что-то "говорил", когда Игорь не проходил в двери. - Все, кидай его. - сказал друг, едва мы оказались на улице. Мой племянник остался внутри, почему-то он не захотел выйти с нами. Мы скинули его в овраг, считай, оттащили к самой черте города и закидали листьями и ветками, что бы не было видно, хотя увидеть все равно никто бы не смог. Когда все закончили, Миша присел на землю, не мигая смотря на очертания фигуры мужика. Взгляд был каким-то... Торжествующим. - Ты еще засмейся, как злодей. - вдруг брякнула я, смотря на эту злодейскую моську и меня передернуло. Тут Миша глянул на меня, глаза его засветились и он запрокинул голову и громко засмеялся. Не, наверное, все же заржал, ибо на нормальный смех это теперь мало походило. Я невольно вздрогнула и сложила руки на груди, достав предварительно зажигалку из кармана. Мой друг вытащил из кармана байки бутылку со спиртным, возможно с водкой, ведь вторая бутылка после драки была целой, и задумчиво покрутил ее в руках. - Давай сожжем ублюдка. - он отвентил крышку и оглянулся на меня с явной насмешкой: - Будешь? - Не. - скривилась я, вспоминая, как я отходила после той моей пьянки и каким боком это мне вышло. Он кивнул, принимая мой ответ и вылил все на белую простынь, а я осторожно подожгла. Яркое пламя заплясало на ткани и затрещало, сжигая одежду, кожу и волосы. Я молчала, обняв себя руками и смотрела на огонь, как на нечто странное, на то, чего здесь не должно было быть. - Ты слышишь? - вдруг спросил Миша, начиная осматриваться вокруг и искать что-то взглядом. - Да. Простынь трещит. - я пожала плечами, сказав о том, что слышала я - треск простыни перекрывал все другие звуки. - Нет, не она. - он медленно покачал головой. - Прислушайся. Парень оглянулся на меня и я заметила, что взгляд у него уж очень обеспокоенный. Не сводя взгляда с друга я постаралась прислушаться и услышала странный шум. Он был где-то на фоне, доходил до нас как через толщу воды, но в то же время был настолько явным, что становилось страшно. - Твою налево, что это? - я вздрогнула, едва грохнуло еще раз где-то вдалеке и раздался крик, полный боли. Сердце забилось где-то в горле, мешая дышать и адекватно мыслить. - Жди меня здесь. - бросил друг через плечо и скрылся за дверью бункер, оставив меня одну в полном непонимании. Ну он, блин, и Форест Гамп. Не в силах выносить пытку любопытством, я взобралась на холм и тут же чуть не скатилась назад, едва не потеряв равновесие. То, что открылось моему взору, было не менее страшно, чем на слух. Город горел. Ветер нес сюда просто кучу дыма и пепла. Огонь плясал на линии горизонта, поднимался огромными волнами, напоминая алое живое море... Насколько я могла видеть, горела ратуша на площади. Стекла лопались под огромной температурой и вылетали на асфальт; люди, живые, которые там укрывались, выбегали из здания, сгорая заживо. Одежда на них дымилась, горели волосы. И эти вопли, вопли, вопли... Но меня привлек не пожар, и даже не шум разлетающихся стекол, и даже не страдающие от агонии, а качающиеся фигуры, которые уже стекались к зданию бывшей школы с явным намерением учинить беспредел и там. Шатающиеся, они несли что-то в руках, кто доски, кто стекла, кто-то даже нашел пиротехнику и тащил всю коробку в руках. Просто огромная колонна. Еще одна волна ужаса накатила на меня и я почувствовала, как лицо начинает печь от горячего ветра и пепла. Вот только чуть позже я заметила десятерых, что стояли вдалеке от остальных, особняком. Казалось, они следили за работой. На ум пришло самое верное определение, которое я могла вспомнить. Эволюция. Среди них было лишь три женщины. На одной из них одежды вообще не было, но слой бурой засохшей крови укрывал ее, словно саваном, скрывая округлости ее тела. Рядом послышался торопливый звук шагов и ко мне подлетел Миша, сжимая побелевшими руками бинокль. Он был сейчас не нужен, и так было хорошо видно, что происходит. - Что они делают?.. - прошептал мой друг. Почему-то он шептал, хотя мог говорить нормально, но было отдаленным страхом то, что они могли нас услышать. Я сжала руки в кулаки так, что ногти впились в ладони, и вдруг вся десятка резко обернулась, смотря на нас. Я пошатнулась, ноги подогнулись и чуть не упала. Миша схватил за руку и рывком поднял, не отводя взгляда от них. Казалось, что их губы расплылись в улыбке, открывая алые рты, и в мгновение стало еще страшнее. Если подумать с точки зрения, они не могли нас увидеть с такого расстояния, но взгляд белых глаз прожигал насквозь и было ясно - ошибки не было, увидели. - Уходим... - прошептала я с каким-то присвистом и потянула друга за рукав. Мы буквально залетели в бункер и Миша крепко закрыл дверь на засов, погружая коридор в безопасную тьму. В ней было лишь наше дыхание, но я знала - друг рядом и ни за что не бросит. Когда мы вышли к основным комнатам, я плюхнулась на стул, с трудом переводя дыхание и успокаивая расшалившиеся нервы - легкие не хотели работать из-за наплывшего волнения. Миша крепко закрыл и вторую дверь, прислонившись спиной к ней, словно желая стать преградой между этим относительно спокойным мирком и хаосом горящих улиц. Саша, появившийся из прохода, словно черт из табакерки, уставился на нас с вопросительным: - Ыыыы? Мой зомби-племянник обеспокоенно взглянул на мое растерянное лицо и подошел ближе. - Что же это было? - спросила я у Миши, словно он мог знать все. Мне подошла бы любая версия, которая могла бы успокоить мои нервы, но я знала, что это ненадолго. Мой друг чуть раздраженно глянул на меня, в светло-карих глазах, сверкающих раздражением ясно читалось: "Ты у меня спрашиваешь?!" - Миш, ты есть будешь? - я сменила тему. Чтобы не сойти с ума, хотелось занять чем-то руки. Он поднял на меня глаза и покачал головой: - Нет. Эти ублюдки весь аппетит сбили. Это немного отвлекло его от тяжелых мыслей. Саша недовольно замычал, словно требуя внимания к себе, и я переключилась на племянника, вставая из-за стола: - Пойдем на кухню. По дороге расскажу. - я пошла по коридору и Саня двинулся за мной. Пока я разогревала обед в микроволновке, все рассказывала племяннику, который стоял рядом статуей без устали и иногда в самых волнующих моментах выдавал "Ыыыы", которое можно было разобрать по интонации. Едва я закончила, то села на скамью, забирая свою тарелку. Желудок болел от еды из банок, но я нашла макароны и тушенку, а большего мне и ненужно. Саша опустился рядом, как-то странно меня разглядывая. Я в принципе не люблю, когда на меня так пристально смотрят, но сейчас взгляд его белых глаз был пугающим до жути. После, он взял из пачки жменю муки и рассыпал ее по столу. Я хотела было возмутиться, как вдруг на муке появилась цифра 10 и племяш указал на свою голову. Я нахмурилась. Саша закатил свои белые глаза и повторил миниатюру, заставляя меня подбирать подходящие варианты. - Ты с ними... Связан? - с сомнением спросила я. Он закивал, протянул свое уже поднадоевшее "Ыыыы", и улыбнулся, показывая свои стремные зубы. - И что они хотят? - задала вопрос наобум, даже не думая, что у него есть ответ. Но ответ был. Саня указал на меня, а после на дверной проем. - Я и... Выход? Парень картинно закрыл лицо руками, издав печальное "Ыыыы", явно намекая на мою тупость, а после вновь показал тоже самое, но с поправкой: указав на дверь, он в воздухе нарисовал чей-то силуэт. - Я и Миша? - удивленно спросила я, пытаясь хоть как-то связать нас с зомби. Саша затряс головою, показывая, что я наконец-то угадала. - Зачем? - я зашептала, начиная думать вслух - так думалось намного лучше. Никак не могла понять, придумать подходящую теорию, шаря взглядом по помещению, а после наткнулась на пистолет. - Мы угроза. - прошептала, ошеломленная неожиданной догадкой, а кивок племянника лишь это подтвердил. Мы были опасностью для них. Являясь едва ли не последними живыми в этом городе, мы были в силах их уничтожить. Я кинулась было к дверям, чтобы рассказать об этом Мише, но Саша схватил за запястье и потянул, заставив остановится. Меня передернуло, едва ледяная кожа коснулась моей руки. Чуть раздраженно глянула на парня, но тот вдруг указал на мой пистолет, сиротливо лежащий на столе. - Что? - я нахмурилась, силясь понять, что он мне хочет показать. Он сначала старательно поморщился, сжав виски пальцами без ногтевых пластин, после взял мой пистолет в руки и нажал на курок. Оружие издало сухой щелчок, от которого вздрогнула. Словно недалекая, я смотрела на пистолет, не в силах даже подумать об этом, не то что сделать! Я опустилась на стул, мгновенно сгорбившись и закрыв лицо ладонями, создавая искусственную тьму, в которой было лишь мое дыхание. Память услужливо проводила аналогию между Сашей и этой двойкой, вставляя аргумент, что это "живые люди". Но... Это мой племянник, мой родной человек. Пусть он зомби, но он не опасен ни для меня, ни для Миши. Я вспомнила, как мама сходила с ума, как осунулась за прошедший месяц. Из красивой и молодой женщины, она превратилась в сорокалетнюю, искалеченную потерями женщину. - Я не смогу. - прошептала я, старательно зажмуривая глаза. На тыльную сторону ладони, горячую от дыхания, попало что-то мокрое и явно сорвавшееся с моих ресниц. - Ыыыы. - он сел напротив и по интонации это напоминало кособокое "пожалуйста". - Ыыыыы. Слушать мольбы полуживого создания было невыносимо - меня ломало изнутри, память издевалась, разум приводил умные доводы, а воображение рисовало живописные картины. Стараясь не смотреть на племянника, я кинулась прочь из кухни. Сколько я просидела в кладовке не известно, но легче не стало. Я подозревала, что легче вообще не станет уже никогда. Зачем я вообще это делаю? Зачем трепыхаюсь? Едва я сделала шаг из каморки, как тут же наткнулась на бумажку у моих ног, которая лежала рядом с пистолетом. Она была обгоревшей по краям и чуть потемневшей от времени. Ноги подогнулись, внутри что-то дрогнуло и я перевернула бумажку, тут же поняв, что это фотография. Осела на пол, закусив большой палец до боли. Это была фотография из моего альбома, которая была сделана на новый год. Улыбающиеся я и Саша стояли возле елки, что светилась яркими огнями. Из-за пуховиков было сложно разобрать кто где, но эта фотография ненадолго возвращала тот относительно безопасный мир. Внутри что-то оборвалось и слезы на глазах высохли. Я не думала о ситуации со стороны Саши, не думала, как ему страшно и ненавистно все это, что сейчас творится. Теперь было ясно, почему он не такой, как все остальные, почему он сохранил разум. Эгоистка. Я положила фотокарточку в карман байки и подняла пистолет со своими инициалами на стволе, которые нацарапала ключом. Саша был в комнате, в которой всегда любил посидеть с того момента, как оказался здесь - первая сразу после поворота. Сейчас он сидел на стуле спиной ко мне, смотря на постеры на стене. Мадонна, Битлз, Сектор Газа... - Сашенька. - позвала чуть надтреснутым голосом, поднимая пистолет и снимая его с предохранителя. Навела на его белобрысую макушку. Он обернулся. Белые глаза уставились на меня.