Последняя игра

Гермиона в последний момент закусывая обветренную нижнюю губу и переминаясь с ноги на ногу, всё же передумала спускаться в опостылые подземелья, и уж тем более не было никакого желания видеть осточертевшие комнаты для девочек с их не менее отвратительными хозяйками. К херам всё это. Пусть горит синем пламенем, а ей до спазмов в животе всё это надоело. В буквальном смысле хотелось вырвать на каменный пол и в конечном итоге почувствовать себя лучше. Ей до одури, до умопомрачения, нужно было на свежий воздух. Развернувшись в противоположную сторону, девушка отбивая каблучками по серым не приветливым ступеням ( которые то и дело, пытались поменять своё местоположение) быстро направлялась в сторону главных ворот. Плевать, даже если ей повстречается вечно бодрствующий завхоз со своей ебучей помощницы в виде облезлой кошки "Миссис Норрис" которой давно уже пора покоиться под землёй, но которая с остервенением продолжает держаться за ебучую жизнь всеми оставшимися зубами, Гермиона всё же выйдет из этих давящих на разум стен, насквозь пропитанных гнилым волшебством и горечью прошедших лет и столетий, что иной раз готовы свести её с ума, или уже это сделали? Вопрос риторический, но с немалым подтекстом и долей правды. Уже будучи на свежем воздухе, Гермиона смогла спокойно выдохнуть и вдохнуть полной грудью, зарывшись трясущимися руками в непослушную копну волос. организм полностью сдал, и девушка завыла, как обиженный ребенок, опускаясь пятой точкой на сырую траву, щедро усеянною капельками росы. Слизеринка нисколько не заботясь о своей одежде, полностью погрузилась в себя, чувствуя, как прохладный наполненный отголосками дождя воздух бодрил не хуже свежесваренного кофе, и на секунду мысли вновь стали ясными. Время не умолимо приближалось к отметки трёх часов ночи и все звуки, как по волшебству стихли, оставляя после себя лишь отголосок дневных звуков и голосов. Многие по иронии считают, что время способно залечивать самые глубокие раны, убаюкивать на невидимой колыбели боль, даруя душе по истинное облегчение... Но слизеринка уже давно развеяла этот миф, споткнувшись о реалии настоящей жизни где время — не лечит. Не заштопывает раны, оно просто закрывает их сверху марлевой повязкой новых впечатлений, новых ощущений, жизненного опыта. И иногда, зацепившись за что-то, эта повязка слетает, и свежий воздух попадает в рану, даря ей новую боль… и новую жизнь… Время — плохой доктор. Заставляет забыть о боли старых ран, нанося все новые и новые… Так и ползем по жизни, как ее израненные солдаты… И с каждым годом на душе все растет и растет количество плохо наложенных повязок… Ей не хотелось жалеть себя, ведь стоит единожды проявить слабость даже к самой себе и всё рухнет подобно карточному домику, все твои старания, вся твоя напыщенная маска безразличия, расхуярится в дребезги, осыпаясь режущими осколками к твоим ногам. Нахуй такой поворот, на секунду Гермиона представила, как отголоски прошлого, как вся та боль вновь вливается подобно яду в её организм и ей стало не по детски страшно, она не была готова так просто сдаться, ведь если ввязался в танец с самим дьяволом, то стоит кружиться до последнего. Вот только этот дьявол, не твоё ли отражение? Просидев с немалого целый час на промокшей и примятой траве, полностью восстановив силы, Грейнджер поднялась, но неловко уперевшись на болезненную руку зашипела от новой порции саднящей боли и смачно выругавшись, отряхнула помятую одежду замечая, как небо постепенно начинает светлеть сменяя темные краски на более менее светлые тона. Скоро рассвет, но до этого есть ещё несколько часов, выйдя на опушку леса где можно было трансгрессировать, девушка ловко переместилась в ближайшую деревушку под незаурядным и совсем не пафосным названием "Хогсмид" Маленькая деревушка, расположенная недалеко от Хогвартса, единственный населённый пункт в Великобритании, где совершенно нет маглов, но зато есть сквибы тесно связанные с миром людей. Они словно дилеры заняли самую, что не наесть выгодную позицию, обосновавшись в двух совершенно разных мирах, успешно выкачивая бабло с обеих сторон, нисколько не заморачиваясь о правилах и моралях. Да собственно о каких моральных качествах и ценностях могла идти речь? Если ты полное говно по заключению многих, и не достоин ничего кроме призрения: об тебя вытирают ноги, тобой брезгуют, попирают, как паршивого пса и всему виной лишь то, что ты не такой как все. Вот такая участь и постигла Рэя Селвина молодого парня на вид которому не было и двадцати трёх, чья семья уже давно от него отвернулась выбросив ещё юного мальчишку на улицы не совсем приветливого Лондона. Он крутился как мог выбивая себе место под этим ебучем холодным, как айсберг солнцем, прогибаясь под жизнь подобно шлюхе, опускаясь на самый низ, что бы когда нибудь вскарабкаться к самим небесам и встретив свою "любящую семью" выплюнуть им всё что накопилось у него в душе. Это он собственно и сделал, когда более менее встал на ноги обзаведясь нужными связями в криминальных кругах совсем не магического мира. Он помнит, как визжала его сука-мать, когда его руки связывали её запястья, привязывая статную элегантную женщину, к совсем не эстетическому столбу. Хлесткая пощечина громким эхом разлетелась по заброшенному зданию и потонула в совсем не свойственной этой женщине приступе слез. Она ревела и извивалась, пока молодой парень, присев на задницу и отложив Кольт по правую сторону от себя, закидывался очередной таблеткой анфитамина чувствуя, как наркотик качает кровь делая своё грязное дело, унося молодого парня в сладкую эйфорию кайфа. — Я...я дрянь! Конченная сука, про-сти, что так поступила с тобой, Раймонд! — слезы, что стекали по щекам, размазали дорогущую тушь под глазами жертвы и теперь женщина больше не походила на представительницу волшебной элиты, а всё больше напоминала затравленного зверька жить которой оставалось считанные минуты. А ведь она могла бы стать хорошей матерью для него, могла бы дарить ту заботу и то внимание которое он заслуживал, а не вытирать свои ноги о несчастного ребёнка в чьих венах так и не проснулась эта гребаная магия. В чем же он виноват? Почему от него отвернулись? — Ты знаешь, как долго я ждал этой минуты? День за днём...Год за годом, я жаждал когда же ты скажешь эти слова, — молодой мужчина засмеялся, бегло бросая взгляд затуманенных глаз на сломанную палочку своей матери и впервые ему стало так пиздато и хорошо, от одного лишь осознания, что теперь они равны... и даже больше, теперь он стоял выше неё, удерживая её жизнь в своих руках — Ты ведь даже не представляешь через, что я прошёл, что делал, в этом мире, что бы выжить, а не подохнуть! Пока ты жила своей охуенной и поистине пиздатой жизнью, я выживал на улицах этого сраного мира, мама... — Пр-с-ти... — Этих слов не достаточно, что бы унять мою боль, ведь они идут даже не от твоего, мать его сердца! А лишь что бы выжить, как это паршиво. — Тяжело вздохнув, парень вспомнил про игрушку, что всё это время тихо ожидала своего звёздного часа и взяв пистолет в руки перевёл его на женщину. — Я давно вас хотел познакомить, револьвер Кольт модели «Питон» но ведь тебе это ничего не говорит, ведь так? Вы же знаете лишь свои сраные непростительные, так знай же, эта штука, хуярит не менее больно! Послышался выстрел и тёмная струйка крови словно змейка соскользнула по бледному лбу плавно растекаясь по всему лицу, навечно запечатав страх в янтарных глазах мёртвой жертвы. Вот так просто из людей вырастают монстры, а кто этих монстров воспитал и вскормил, это уже риторический вопрос. Звякнул колокольчик над дверьми, и молодой мужчина, что всё это время стоял спиной к входной двери, обернулся полностью выпрыгивая из воспоминаний прошлого, замечая, как неуверенно жмётся в дверях ночная гостья, как потухшие глаза цвета горького шоколада смотрят в его собственные. Приветливо улыбнувшись, Рэй махнул ей рукой зазывая не стоять в дверях, а пройти внутрь помещения. — Разве юным школьницам разрешено прогуливаться в столь поздний час? — мужчина встал за стойку и налив девушке стакан апельсинового сока предложил ей, плавно толкнув его по гладкой поверхности стола. — Я не за этим пришла, — Гермиона ухмыльнулась и всё же взяла в руки стакан с бодяжной жидкостью, делая небольшой глоток и тут же отставляя бокал чуть в сторону. — Это занятно, раз ты знаешь меня, пусть и заочно...значит ты не совсем хорошая ученица. — подмигнув девушке и ловко запрыгнув на барную стойку, мужчина подтянул к себе пепельницу и выудив открытую пачку сигарет из брюк предложил ночной гостье "раковую палочку" зная наперёд, что та не откажется. — Что интересует? — голос приобрел привычные ему нотки отстранённости и металла, но глаза всё так же лукаво смотрели на девчушку в школьной форме. — Хочу забыться, — пожав плечами и затянувшись горьким дымом, Гермиона осмотрела помещение беглым взглядом и добавила, затушив окурок в некогда чистой пепельнице. — желательно колеса, но и другая дурь сгодится. — А деньги-то есть? — он заметил, как из под облегающей блузки вздымается вполне себе пышная грудь и облизнув пересохшие губы, Рэй вновь взглянул на обладательницу столь красивого, пусть и юного тела. Замечая как та в свою очередь поддаётся чуть вперёд и ловко запрыгнув всё на ту же барную стойку, касается пальчиками ровного ряда пуговиц расстегивая одну за другой, полностью давая парню доступ к своему телу. — Договоримся?