— Моя душа не так уж и чиста, как ты думаешь, Реддл...

      — Знаете, сколько я этого ждала?! Все мои мысли были о том, как отомстить Вам, профессор! Я мечтала об одном лишь дне… и вот он настал! — разнёсся жуткий смех.       Она пришла отомстить, и он знал, за что…       В безлюдном парке, освещенном одним тусклым фонарем, стояли девушка и мужчина. Последний, к своему ужасу, был связан и обезоружен. В его взгляде мелькали то страх, то негодование.       — Ты… Тебе не хватит сил, чтобы сделать это! Да кто ты такая? Всего лишь маленькая девочка, сломленная потерей своего друга. В чём твоя месть? Убьёшь меня? — профессор ухмыльнулся. — А что дальше? Ты не сможешь жить с этим!       Убийца чувствовал неуверенность девчонки, он расчетливо давил на неё, пытаясь сохранить себе жизнь.       — Вы не хотите умирать… — в её глазах заиграло бликами опасное пламя. — Что же… Так гораздо интересней!       Девушка трансгрессировала — он не знал, куда, но через несколько секунд вновь увидел её. Она швырнула перед ним тушку, которая по инерции пару метров прокатилась и остановилась совсем рядом, открыв ему знакомое лицо.       Лицо девочки лет девяти. Её белокурые волосы спутались и, небрежно подстриженные, едва касались худых плечей. Тёмные глаза были широко распахнуты, из-за слёз они казались стеклянными. Она была одета в белую мешковатую рубаху до ступней.       Девочка «светилась», что делало её похожей на ангелов, спускающихся с небес. Образ портили ссадины на мраморном лице. Кровь из разбитого носа оставила пятна на рубахе.       — Нет! Ты… — профессор не смог закончить. — Ты ничего не сделаешь! — он в панике замотал головой. — Всё, что угодно… Только не она! Прошу… Прошу!       — Будет больно… — пообещала девушка. — Словно душу рвут на части, и её жалкие остатки терзают дементоры, — не слушая мольбы бывшего преподавателя, сказала она. — Вы сами виноваты! Во всём виноваты Вы и только Вы…       Наслаждаясь ужасом в его глазах, она медленно направила палочку на малышку.       — Авада Кедавра!       Два простых и с тем таящих невыносимую муку слова… изящный взмах палочки… зелёный луч — и смерть. Агония боли пронеслась среди звёзд и луны, отражающихся в широко распахнутых глазках.       — Нет! Нет! — взвыл мужчина.       Некогда гордый и надменный профессор рыдал, шептал, как обезумевший, имя дочурки. Он словно умолял её отозваться, понимая сколь все усилия безнадёжны.       — Ты всё ещё хочешь жить? — спросила девушка безразлично.       В парке стало холодно, фонарь мигал, собираясь вот-вот погаснуть.       Мужчина отвёл глаза от мёртвого тела маленькой девочки.       — Нет, — прошептал он. — Останови эту боль! Прошу… Я не хочу больше чувствовать… Я ничего не хочу…       Новоиспеченная убийца довольно прикрыла глаза. Свершив свою месть, она, наконец, обрела покой. Пошарив в мантии, девушка достала револьвер.       — Ваше убийство спишут на нападение магла, — она направило дуло. — Так что… Всё случившееся будет нашей маленькой тайной…       За выстрелом сразу последовал ещё один. Она попала то ли случайно, то ли нет, в живот и в горло.       Мучительная смерть — кара за смерть её друга…