Начало
4 марта 2022 г., 23:43
Тихое осеннее утро… Солнце не торопится показываться из-за горизонта, и лишь лучики освещают остывшую за ночь землю. Озорной ветерок гоняет хрустящие листья, которые уже начали опадать. Ранние пташки тихо напевают незамысловатую мелодию.
Черное озеро кажется холодным темным зеркалом, а замок около него неприступным. Так и было, Хогвартс славился своей безопасностью во всем магическом мире. Его величественные стены, буквально пропитаны магией и тайнами. Да, это была увлечением замка — коллекционировать секреты; он как мудрец: знает много, но молчит.
Оказавшись здесь вы непременно услышали бы звенящую тишину, но пройдя немного, слух бы вас подвел, ведь в замке уже во всю кипела жизнь. Кое-где уже начали просыпаться портреты. Они, тихо перешептываясь между собой, будили своих «картинных» соседей.
Пройдя дальше, мы бы, непременно, забрели на кухню. Где уже во всю суетились домовые эльфы, что готовили завтрак.
Ах, какой же здесь запах, пахнет свежеиспеченными мягкими булочками, чуть крепковатым тыквенным соком и немного горьковатым кофе, и прочими вкусностями, которые готовятся для студентов этой школы. Кстати, если речь зашла о них: пройдя по спальням, мы бы обнаружили спящих учеников, но не все видят десятый сон. Кое-кто из них уснул несколько часов назад. Кто-то допоздна засиделся за учебником по защите от темных искусств, а кто-то за зельеварением. Быть может, кто-то недавно вернулся в кровать, потому что исполнял долг старосты, или долго не мог уснуть, переживая из-за работы, которую, скорей всего, плохо написал, ожидая «кричалки» от родителей.
Но были и ранние пташки, которые наоборот встали пораньше по случайному стечению обстоятельств, например, от звона соседского будильника. О «жертве» звенящего «маньяка» и пойдет речь…
***
В одной из многочисленных спален, расположенных в подземельях, вскочила девушка, и будь она плохого воспитания, обязательно сказала бы пару «ласковых» слов. Но, к счастью застенчивого повествователя, проснувшаяся подумала лишь о том, как бы было чудесно применить «Бомбарду». Эх, мечты-мечты Потянувшись, она встала с кровати, зацепив книгу с которой уснула, тем самым нарушая тишину. Юная особа, застелив постель, направилась в ванную комнату, прихватив с собой вещи. Стоя под прохладными струями воды, Маргарет придумывала коварный план по успешной сдачи СОВ. Коварство заключалось в увеличении часов на учебу и пренебрежение здоровым сном. Да, Маргарет Мэйбл любила делать все в последний момент, странно, что она не начала готовиться к экзаменам в последнюю неделю. Излюбленная фраза дяди: «Перед смертью не надышишься», была опровергнута. Закончив ванные процедуры, Маргарет начала одеваться. Натянув на себя белую накрахмаленную рубашку и застегнув все пуговицы, кроме верхней, она надела юбку, которая оказалась ниже колена, юная волшебница закатила глаза, вспомнив тетю, которая была истинной леди, консерватором; чья мудрость гласила: «Истинная леди всегда одевается скромно, но со вкусом — юбка ниже колена, пуговицы все застёгнуты». Так что не застегивание верхней пуговицы, было со стороны маленьким непослушанием, но в голове Мэйбл почти победой в войне с аристократкой. Уйдя от этих мыслей, Маргарет начала заплетаться. Уложив непослушные волосы, не без помощи магии, естественно, прическа выглядела приемлемо для созерцания обществом. — Последняя деталь, — вслух проговорила Маргарет. — Акцио, галстук. Через несколько секунд перед глазами плавно пролетел галстук с зелеными и серыми полосками. Управившись с «удавкой», так Мэйбл называла галстук в своей голове, она придирчивым взглядом осмотрела себя, и, остановившись на лице, наложила на него немного косметических чар, дабы скрыть недосып. Выйдя из ванной комнаты, мисс Мэйбл обнаружила свою подругу не спящей. — Наконец-то, — недовольно пробурчала Виктория. — И тебе доброе утро, — мои губы растянулись в улыбке.***
Близился конец истории, но еще три с половиной минуты отделяют студентов Хогвартса от заветного обеда… Три… Два… Один и свобода! — пронеслось в головах пуффендуйцев и слизеринцев. И все, дружной толпой, будто и не было этой межфакультетной войны, понеслись к выходу, на ходу запихивая свитки и перья в сумки, а кто-то оставив их даже. Маргарет, дописав последнее предложение и поставив долгожданную точку, поспешно складывала сумку и задвигала тяжелый табурет, умудряясь делать это одновременно. На автомате попрощавшись с учителем, занятая своими мыслями, направилась за давно убежавшими сокурсниками.***
— Да неужели, — воскликнула подруга, — я уже думала, что ты никогда оттуда не выйдешь. Я мило улыбнулась и начала накладывать себе еду в тарелку. — Идиотская нумерология, — рядом со мной «бесшумно с кошачьей грацией» села Бетти, — она для меня, как десятый круг ада. — Ну, знаешь, — возле Бетти села Лукреция, — не нужно было ее брать, она же не нужна тебе, чтобы стать целителем? — сказала она закатив глаза. — Девочки, — наконец подруги заметили наше присутствие, — учитесь на чужих ошибках: не берите кучу предметов, выбирайте только необходимое. — Ой, ты это рассказывай Маргарет, эта сумасшедшая, вместо того чтобы наконец обзавестись парнем, обложилась книгами и учится, как не в себя, и теперь у нее даже по истории выше ожидаемого, нет, ну вы понимаете! — начала жаловаться на меня Викки, а я лишь забавлялась происходящим, монотонно деля яичницу на мелкие кусочки. Подруги рассмеялись на выступление Виктории, да и она заулыбалась, они покосились на меня, а я тактично сохраняла молчание и из последних сил пыталась не рассмеяться, что выходило однако слабо. Разговор плавно перешел в другое русло, и мы обсуждали то новую модель метлы, то косметические чары, то предстоящее экзамены. Внезапно, Оливия Хориби, сидевшая за столом Когтеврана, начала дразнить Миртл «очкастой дурой». Услышав слова своей сокурсницы, некоторые когтевранцы и даже некоторые слизеринцы, которым неизвестно слово такт и этика, хотя не мне судить, ведь если бы мы говорили тише, может быть, этого не произошло бы, подхватили слова Оливии. Бедная Миртл Уоррен, с низко опущенной головой убежала прочь из зала. Лукреция почти беззвучно рассмеялась. — Тебе её совсем не жалко? — поинтересовалась Виктория. — Ошибка, номер один: никогда не показывай слезы людям, — надменным тоном произнесла Лу, — она сама виновата в том, что не может за себя постоять. — То есть, тут совершенно не играет чистота крови? — с издевкой в голосе произнесла Элизабет. Блэки известны своими предубеждениями о магглорожденых, в прочем, как и другие чистокровные волшебники. Отпрыски которых, чуть ли не с молоком, впитали ненависть как к магглам, так и их детей. В отличии от Виктории и Лукреции, да и других с нашего факультета, мы с Бетти и еще с десяток людей были полукровками. Возможно, кто-то подумает, что нас за это дразнили или ущемляли, подкидывали змей в кровать, то нет. Нас уважали, потому что почти все были аристократами, и когда-то наши предки тоже были чистокровными. — И это тоже, — ровным тоном произнесла Блэк. Веселье быстро испарилось, на смену ему пришло неловкое молчание. — Девочки, у меня для вас замечательная новость, — начала Вальбурга, что подошла спустя пару минут после происшествия, — Эмили подарили заколдованное зеркальце, что показывает будущее, и сегодня мы решили опробовать его, и помимо этого, — у нее загадочно заблестели глаза, — будет тринадцатое число, последняя пятница тринадцатого перед Хэллоуином, можно и пошалить. Мы с улыбками на лице переглянулись. — Вальбурга, — едва сдерживаясь, чтобы не рассмеяться, произнесла старшая Блэк, — во-первых, таких зеркал не существует, а во-вторых, тебе не страшно будет разгуливать после отбоя по школе? — Чего? Вот увидишь, оно работает, и я узнаю кто Он, — она многозначительно посмотрела на свою сестру. — Ну-ну, ты главное не забудь про Него рассказать родителям, — Вальбурга махнула на нас рукой и ушла. *** Спеша на руны, я проклинала каждую ступеньку в Северной башне и мягкую подушку, что соблазнила подремать после обеда. Внезапно, донесся звон колокольчика оповещая о начале урока. И вот я уже стою перед дверью, немного замедляю ход, что бы вспомнить хоть какую-то молитву, ведь надеяться на то, что кто-нибудь будет опаздывать как я было очень глупо, потому что это пара будет с когтевранцами. Вдох, выдох и я открываю дверь, на меня уставились все кому не лень, от озадаченного преподавателя до мирно спавшего на последней парте когтевранца. Неловко встав в проходе, я говорю стандартную фразу: Профессор, извините за опоздание, я… — Не нужно оправдываться, садитесь или гуляйте дальше — вы мешаете уроку. — Д-да, извините, — я натянуто улыбаюсь и спешу на место возле друга, Эдвин кивает головой и спешит убрать сумку со стула. Когда я уже села, профессор добавил: «Минус пятнадцать очков со Слизерина, не люблю, когда опаздывают, мисс Мэйбл.» Не зная стоит ли мне отвечать, я раскраснелась как вареный рак. Тихо доставая вещи я старалась не упускать важной информации, что давал преподаватель. — Домашним заданием было изучить руны первого уровня. Рассказать попрошу, — он специально растянул последнее слово, что бы то ли вспомнить фамилию ученика, то ли для драматичного эффекта, — хмм, мистера Гойла. По аудитории пронеслись судорожные вздохи, а бедолага побледнев, медленно встал и тяжело вздохнув ответил: — Они нужны нам для защиты, — проторил ответ Гойл. — Н-да, это верно, продолжайте свою мысль, — протянул профессор, глядя в окно. — Ну, магов, — замявшись ответил парень. — То есть маглов вы защищать не намерены, — хмыкнул профессор Эрнесто, — досадно, садитесь. Мисс Мэйбл, быть может вы нас порадуете и спасете бедных маглов? В горле резко пересохло, а язык во рту был как вареный. Соберись. — Феу, Уруз, Турисаз, Ансуз, Райдо, Кано, Гебо, Вуньо — это восемь рун старшего порядка, они действительно нужны для защиты, — посмотрев на Гойла я приободряюще кивнула, — но не только магов и маглов, а и живых существ в целом. Самый мощный эффект они оказывают при использовании их вместе. Так они могут защитить от большинства проклятий, кроме непростительных. — Неплохо, — протянул преподаватель, он в упор смотрел на меня, — а почему же они считаются рунами первого порядка и как долго они действуют. — Первого порядка они считаются из-за того что мы их наносим на существо, котором будет стоять защита. Действуют они ровно столько сколько им даст энергии заклинатель. Например, — о, да пришло время блеснуть знаниями, — Дантье Самаго, испанский волшебник, мог поставить защиту на целый год. На секунду, глаза профессор прищурился, а в глазах заплясал огоньок. — Верно, садитесь. Благодарю за пример, продолжайте в том же духе, и плюс десять баллов Слизерину.***
— Молодец, Маргарет, ты сегодня прям блистала на занятии, — сказал Эд. — Спасибо, это все благодаря тебе, вернее той книге которую ты мне одолжил, она и вправду гениальна. Напомни, где ты ее купил? — О, эту книгу, — Эд на секунду замялся, — мне подарила мама, честно говоря я без понятия как и где она ее нашла, так что помочь тебе не смогу, — затараторил друг, и добавил: могу сказать лишь то, что она довольно старая и поэтому прошу не кидать ее в стену. Друг тонко напомнил намекнул о том случае, когда у меня не получалось одно заклинание по ЗОТИ и я едва ли не спустила учебник с астрономической башни. К слову, такие приступы не контролированной злости вызывает у меня только этот предмет. — Да, книга явно старая, — проигнорировав подкол друга сказала я. Мы долго еще обсуждали всякие глупости, пока не пришло время расходиться. Эдвин пошел по лестницам на верх, в гостиную когтевранцев, а я — вниз, в подземелья.
