Алмаз

— И снова мы будем спать на земле, верно? — спросил Накахара, смотря на то, как Дазай раскладывает простыню. — Да. Нам надо отдохнуть, и лошади, кстати, тоже, — сказал Осаму, подойдя к вышеназванной и дав ей яблоко, которое достал из повозки. — Опять же, Чуя, нам не привыкать. — Да-да, — вздохнув, буркнул Чуя, поудобнее устраиваясь на простыне. Хотя какой смысл, если он ближайшие десять минут спать не собирается и будет двигаться. — Мммм… Осаму… — Чего? — спросил тот, подойдя к Накахаре. — М…можешь поцеловать меня снова? — проговорил он, переворачиваясь на спину. Ответом ему было отрицательное мотание головой. — Но почему? — Иначе я не смогу остановиться, Чуя. — В каком…смысле? — Чуя и вправду не понимал, к чему клонит Дазай. — Подрастёшь и узнаешь. — Но мне семнадцать! На улицах я часто слышал, что какие-то четырнадцатилетки замуж выходят. Так почему мне о чём-то знать рано? — Даже если я объясню, то ты всё равно не поймёшь. — А ты сначала попробуй, — сказал Чуя, сев и сложив руки на груди, мол, слушаю. — Ну… Я не остановлюсь на одном поцелуе… Ты знаешь, что такое секс*? — почему-то Дазай уверен, что нет. — Ммм… Объясни мне, что это, может знаю. — Это…когда люди любят друг друга, они начинают этим заниматься. Доставляют друг другу удовольствие через прикосновения и всякое такое, — Осаму непривычно объяснять, что это значит. Ибо партнёры у него были либо уже не девственники, либо они просто были осведомлены о том, что такое секс. — Понимаешь? Знаешь? — Ну… — Чуя начал вспоминать. — О чём-то подобном мне говорила одна девушка, когда я только попал к работорговцу. Цитирую «Не важно, что захочет твой хозяин. Не важно, скажет он тебе убираться в доме или удовлетворять его в сексуальном плане, ты должен делать то, что он тебе скажет». Я ведь правильно понял, что она имела ввиду? — Ну, да, что-то вроде того… — он попал к работорговцу в пять лет. И ему говорили о подобном в пять лет?! — Тогда уж делай со мной всё, что пожелаешь. В любом случае…меня, так скажем, этому всю жизнь и учили. Делать то, что скажет хозяин. Ты мой хозяин, так что, — Чуя развёл руки в стороны. — Вперёд. — Чуя, — Дазай сел перед Накахарой, посмотрев прямо в глаза. — Я не хочу тебя ни к чему принуждать… — Ты меня ни к чему не принуждаешь. И хватит уже. Поцеловаться мы с тобой без твоих долгих раздумий не можем, это сделать не можем… Ты со всеми своими партнёрами та… — ему не дали договорить, заткнув рот поцелуем. Это было…неожиданно. — Тебе это не понравится, — сказал Осаму, отстранившись. — Ты не девушка, с девушками проще подобное сделать… Я не знаю, как заниматься этим с парнями. У меня не было такого опыта, поэтому я не знаю, что надо делать. — Посмотрим, понравится мне или нет, — сказал Накахара, притянув Дазая за шею и поцеловав. *** Теперь стало очень жарко, хоть на улице и дул ветер. А чувствовать что-то в себе довольно необычно… — Чуя… — Не смотри, — пискнул Чуя, прижавшись к Дазаю сильнее. Лицо у него было заплаканное, потому что чувствовать чьи-то пальцы в своей заднице не очень приятно. — Больно, так ведь? — спросил Осаму. — Н-нет, — нагло врёт Чуя. Хотя по его движениям видно. Он зажимается и сжимает палец Дазая так, что он не может им двигать внутри. — Расслабься, Чуя, — сказал Осаму, начиная гладить Накахару по спине. Чёрт…ему легко говорить, не в его же задницу палец пихают. «Так, ладно… Если я расслаблюсь, то мне же самому лучше будет» — Чуя попытался сделать то, что ему сказал Дазай. И Осаму удалось протолкнуть ещё один палец в анальное отверстие. — «Вот же ж… Ещё больнее стало. Так, надо расслабиться» — всё ещё думал Накахара, пытаясь расслабиться, хоть это и получалось из рук вон плохо. Но всё же получилось и Осаму смог протолкнуть ещё один палец. «Он меня не примет» — подумал Дазай. Если Чуе очень больно сейчас, то страшно подумать, что он будет чувствовать потом. — «Пока ограничимся пальцами» — Осаму стал искать ту точку, от соприкосновения с которой Накахаре будет приятно. — Ах! — по его телу резко прошла волна дрожи и стало настолько приятно, что аж ноги начали подкашиваться. — О-саму…ч-что это было? — Тебе было сейчас приятно? — спросил Осаму, улыбнувшись. Ну наконец-то он сделал Чуе приятно. Накахара кивнул. Ему было очень приятно, что он уже готов был кончить без рук. Теперь же Дазай стал двигаться именно в этом направлении и спустя пары минут таких махинаций Чуя кончил, пачкая свой живот и тунику Осаму. Накахара так и не коснулся себя. — Осаму, а как же ты? — испугался Чуя. Дазай сделал ему приятно, а вот он Осаму… — Всё хорошо, Чуя, не переживай, — успокоил его шатен, встав с простыни и направившись к повозке, чтобы сменить тунику, а эту надо будет постирать потом. — Иди пока вымойся в реке, а я пройдусь чуток, скоро вернусь. — Как скажешь… Дазай ушёл. И, Боже, он всё-таки сделал это с ним! Ну всё, теперь он точно грешник…