Последний цветок весны

«Я снова здесь, в родной Суне. Тут почти ничего не изменилось. Все те же дома, улицы, заведения. Вот бы вернуть время вспять и играть также беззаботно с теми, кого я оставила здесь. Сейчас же, все выросли… Все же деревня преобразилась в лучшую сторону. Только… Тот взгляд, такой родной, такой близкий, но в тоже время такой далекий. Почему я думаю об этом?» — Мизуки шла по давно уже знакомым ей улицам Суны. Мысль о том, что произошло в резиденции, не давала ей покоя и мешала помечтать о детстве. В деревне мало чего изменилось за эти годы: все те же улицы, дома, даже прилавки из воспоминаний о Суне стояли там же. Разве что, изменились люди. Уже реже можно встретить тех, кто не доволен положением своей деревни во всех сферах, политикой или просто частым песчаным бурям. Сейчас дети беззаботно резвятся на улице, взрослые спокойно идут по своим делам, жизнерадостно общаясь с друзьями-коллегами, более старшие смотрят на это все и не могут нарадоваться, периодически жалея, что они не смогли создать похожий мир в свое время. Изменились отношения не только в самой деревне, но и с другими странами. Суна еще никогда прежде не находилась в дружеских отношениях со всеми пятью великими деревнями. Пятый Казекаге приложил большие усилия, чтобы так все и было. Но даже у такого человека могут быть свои проблемы. Очередное собрание, на котором нужно обсудить несколько важных моментов в самой Суне, так и вне её. Старейшин очень тревожил тот факт, что преступная организация, именуемая себя Акацуки, ведет охоту на Главу деревни. -Мы не должны позволять Казекаге-сама, в такой тревожный момент, обходиться без хорошей охраны! -Верно, надо поднять уровень защиты вдвое… Нет, втрое больше!.. Из всех уст были слышны предложения по укреплению охраны вокруг Казекаге. Гаара понимал, что это несомненно беспокоит их, но он может и сам за себя постоять. -Наша главная задача на данный момент — обеспечить безопасность деревни, иначе какой из меня Казекаге, если я не могу защитить своих товарищей и простых жителей? Никто не мог ему перечить, поэтому на этом они и разошлись. В дверь кабинета Гаары постучали и, через секунду, в дверном проеме появился Баки. Он, по просьбе старейшин, периодически заходил к нему и разговаривал с ним по определенно-личным вопросам. «Самой любимой» для Казекаге была исключительно тема, касающаяся его помолвки и семьи. Предыдущие попытки Баки поговорить с ним на эту тему проваливались под несокрушимым безразличием его ученика. Но в этот раз Гаара находился в довольно задумчивом состоянии, и Баки счёл этот момент более чем подходящим для подобного диалога. — Гаара, ты же сам прекрасно понимаешь, что это рано или поздно должно случиться. Жизнь ниндзя коротка, поэтому говорить про то, что еще рано, нет смысла. — У меня есть Шинки, чем он не устроил старейшин? — Тем, что он не твой родной ребенок. Ты его усыновил, причем довольно недавно. — Хм…. Сегодня я целый день думал над этим. Знаешь, заключение брака — это очень ответственный момент, даже для меня. Сколько бы я не искал, мне никто не приглянулся. Из всех девушек Суны для меня не нашлось подходящей кандидатуры. Баки, это бессмысленно… — Может быть, она есть, прямо у вас под носом, но просто вы не замечаете этого? С этими словами, Баки повернулся к выходу, но в коридоре послышались чьи-то быстрые шаги. Они удалялись прочь от кабинета Казекаге. -Черт! Кажется, он все слышал… Пробежав по этажам резиденции и выпрыгнув наружу, парниша бросился бежать подальше от этого места, где его не хотят принять. Он бежал по переулкам деревни, не разбирая дороги. «Почему? Чем я им не угодил?» — задавал себе он вопросы. Он спотыкается о незамеченный им ранее камень. Слезы, пыль, разодранное колено. Шинки не знал, что он делает. Почему бежит, почему плачет. Он сел у одного из домов и пытался успокоиться. Вокруг него образовалась небольшая воронка из песка, которая «защищала» его от всего остального мира. Он не видел ничего, кроме темноты. Он был обижен на мир за такое отношение к нему. Он не понимал, почему все так предвзято к нему относятся. Чья-то мягкая рука коснулась его плеча. Мальчик посмотрел своими заплаканными глазами на силуэт, который подошел к нему. — Привет. Почему ты тут сидишь один? — Вам-то какая разница… — Ну… ты просто тут один, плачешь и я не смогла так просто пройти мимо. Может, расскажешь что случилось? — Не важно…. Вы кто? — Я Мизуки Хигаси, что на счет тебя? — А я Шинки. Я вас здесь не видел раньше, вы не из нашей деревни? — Да, но раньше я жила здесь, но потом я должна была переехать в другую деревню. Хм, слушай, у меня сейчас появилось немного свободного времени, можешь показать мне деревню. Я вижу, что тут много чего изменилось… — наигранно заявила девушка. — Думаю можно, да есть такое. Оранжерея расширилась, построили много новых заведений, да и к тому же, завтра будет проходить фестиваль Солнца, и деревню будут украшать абсолютно все жители. Думаю, если повезет, мы сможем помочь с подготовкой. — Тогда что мы тут стоим? Нас ждут великие дела! Мальчик вскочил на ноги и, схватив за руку свою новую знакомую, помчался в центр деревни. Шинки не обманул, и в деревне взаправду появилось много забегаловок, новых библиотек, школ. Даже сквер своеобразный теперь здесь тоже есть. — Мизуки-сан, давайте поможем повесить гирлянды и фонарики! Девушка улыбнулась и направилась за парнишкой. И правда, казалось, что все жители деревни сейчас находятся на улице и готовятся к завтрашнему дню. Раньше, когда Мизуки еще жила в Суне, фестивали проходили редко, а если и были, то готовились не так уж обильно. А сейчас можно увидеть, что все принимают участие в фестивале: мужчины, женщины, дети, старики. Все дружно помогают друг другу, иногда даже слышны смех и восторженные возгласы. На улицах уже виднеются первые украшения: гирлянды из цветов на дверях домов и подоконниках, натянутые нити для фонариков и флажков. Дворы и улицы очищают от мусора. Но самое интересное проходило в центре поселения. Там будет проходить сам фестиваль и ярмарка, поэтому там раскрывали шатры местные мастера и прибывшие купцы, ставили сцену и украшали ее цветами. Именно здесь эти двое решили оказать свою помощь с подготовкой. Все веселились и работали, вокруг царила приятная атмосфера и все с нетерпением ждали завтрашний день. — И, все-таки, ты расскажешь, почему грустил сегодня днем? — Эм… Ну, в общем, я услышал разговор отца на тему свадьбы и его будущей семьи… Я ведь не родной, он принял меня к себе год назад. А ведь я уже успел привязаться к нему. Не хочу терять его… — Так это же замечательно, что у тебя есть человек, который может позаботиться о тебе. Не расстраивайся, он любит тебя, и ты ему не безразличен. — Вы правда так думаете, Мизуки-сан? — Ага! — И девушка улыбнулась. Время летело, как ветер и стало настолько поздно, что нужно было расходиться по домам. — Ой, неужели уже так поздно! Прости, Шинки, но мне уже пора идти. Завтра я буду занята отправкой отчета для Хокаге и подготовкой самой себя к фестиваль-ярмарке. Давай встретимся завтра, уверена, мы еще повеселимся! — Да, мне тоже пора идти. Отец наверняка уже волнуется. Но завтра, он, как всегда, будет занят своей работой, а дяде с тетей на меня попросту нет времени. Я не хочу веселиться один, так что я буду ждать вас здесь. До свидания. Обменявшись друг с другом улыбками, Шинки побежал в сторону резиденции Казекаге. Юная куноичи, помахав ему в след, посмотрела на то, как преобразился центр Суны. Почти все уже было готово, так что девушка решила, что больше тут ее помощь будет не нужна. Она направилась в сторону гостиницы с улыбкой на лице. — Ты навеселе сегодня, это радует, что-то случилось? Мужчина встал со своего кресла и подошел к вошедшему в дом парню. — Да, отец, было очень увлекательно проводить время за подготовкой к фестиваль-ярмарке. Мы сначала прогулялись по деревне, затем пошли в центр и помогли с украшениями и со сценой. С нетерпением жду завтра, чтобы мы повеселились все вместе. — «Мы»? — Сегодня я познакомился с девушкой, я уверен, она тебе понравится. Я был расстроен вашим разговором с Баки-сенсеем, а она просто взяла и села около меня. Она была в форме Анбу, но не нашего подразделения. И…ой, она забыла свою маску. Нужно будет завтра вернуть. Шинки сел на диван рядом с креслом и расплылся в широкой улыбке, глядя на ту самую маску, что была у него в руках. Гаара не часто видел его в таком отличном настроении, поэтому в его взгляде можно было увидеть удивление. Мужчина радовался за своего сына, и ему жутко было любопытно увидеть ту, которая скрасила ему день. Но когда мальчик показал маску, то его лицо озарила улыбка. «Они уже познакомились. Замечательно.» — Надеюсь, что завтрашний день будет незабываемым. Отец, ты же пойдешь с нами? — Конечно, думаю, к фестивалю я успею закончить свои дела. После совместного ужина, все разошлись по своим комнатам. Каждый ждет от завтрашнего дня что-то особенное. Может, именно этот день изменит жизни некоторых людей.