Задание государственной важности.

На стенах комнаты висели фотографии из разных стран. На них девушка лучезарно улыбалась, но на всех снимках была лишь она одна. Не держала никого за руку, ни с кем не обнималась. В голове Шерлока на данный момент было лишь два главных вопроса: «Кто её фотографировал?» и «Знает ли Джон эту женщину?». Он пытался прочитать эмоции на лице своего блоггера, но в этот раз почему-то не получалось. Ему на миг показалось, что черты лица Джона стали жестче и острее, что от добродушного, мягкого лица ничего не осталось. Но детектив, закрыв на секунду глаза, решил, что это бред собачий, и незамедлительно их открыл. Уотсон всё также, не двигаясь и не моргая, стоял на месте. Дыхание его было ровным и всё вроде бы стало нормальным, но странная нагнетающая атмосфера была в комнате, и Шерлок никак не мог понять, что же это. - Нет, не знаю, - сказал Джон на выдохе. - Ясно, - только и сказал консультирующий детектив, начав заново осматривать место преступления. Лепестки роз насышенного алого цвета, окружавшие девушку, образовывали действительно идеальный круг. Убийца проделал кропотливую работу. Холмс наклонился к трупу и направил свой взгляд на выпотрошенный живот. Все органы были присыпаны какими-то высушенными измельчёнными травами, но он все не мог понять, какими именно. На полках, висевших по всему периметру комнаты, стояли книги разных жанров и содержания, от Шекспира до Селинджера. Сделать вывод о том, что она любит читать, мог бы сделать каждый. Это не имело отношение к делу, и Шерлок быстро выкинул ненужную информацию из головы. Затем, подойдя к стоявшему напротив окна комоду, он открыл первый ящик. Он был пуст, что показалось довольно-таки странным, ведь, судя по пыли на полках и на самом комоде, девушка живет здесь давно. Во втором ящике также пусто. В третьем и в четвёртом тоже. - Странно, - сказал Шерлок, снимая перчатки и направляясь к двери. - И это всё, что ты можешь сказать? – спросил Джон. В его голосе слышалось недоумение, а в глазах читалось разочарование. Это совсем не то, что хотел видеть детектив-консультант в глазах своего напарника. Совсем не то. Шерлок хотел рассказать ему намного больше того, что он узнал об этой девушке, но не мог. Это бы подвергло Джона опасности. Поэтому он лишь покачал головой и вышел. Около двери, прислонившись к стене, стоял Лейстрейд, а напротив него Донован. Они одновременно посмотрели на Шерлока, ожидая тираду, как всегда полную фактов и умозаключений, но ничего не услышали. Детектив лишь мельком взглянул на них и быстро спустился по лестнице, спеша куда-то. Он так же быстро вышел из дома, поймал такси, и назвав водителю адрес клуба «Диоген», погрузился в свои мысли. Стоя в комнате и смотря на Эмми, Джон пытался понять, почему. А, что ещё более важно, как Шерлок ушел две минуты назад, но Джон не последует за ним. Не сейчас, когда здесь лежит она. Только не сейчас. Часы мирно тикали. Их ничего не касалось в этой жизни, они просто тикали, показывая сколько нам осталось. «Через часы мы можем слышать биение сердца времени и вечности», - говорила Эмми, когда её изнуряли вечные тренировки на базе. Она уставала так же как и Джон. Она убежала, так же как Джон. Её подобрал Майкрофт, так же как и Джона. Они были похожи, и тогда еще пятнадцатилетнему Джону казалось, что всё не так плохо. Казалось, что, если он будет рядом с Эмми, то всё будет хорошо. Было. Было хорошо. Он защищал её. Она всегда защищала его. Но Джон ошибся, подумав, что в мирном Лондоне ничего не может случиться. Первая его ошибка. Одна единственная, а человека уже нет. В комнату зашел Лейстред и, посмотрев на Уотсона, сказал: - Да уж, жутковато, - Грег положил свою руку ему на плечо и легонько сжал. - Ладно. Тебе пора, а то я получу нагоняй за то, что позвал вас. Джон кивнул, выпрямился и, не смотря на Эмми Хопкинс, вышел из дома. На улице дул сильный ветер. Начинал накрапывать мелкий дождь. Джону срочно нужно было позвонить Майкрофту. Срочно. Быстро достав мобильный и найдя номер в телефонной книжке, приложил телефон к уху. После двух гудков Майкрофт ответил. - Что случилось, Джон? – голос его, как всегда был спокойным. - Эмми Хопкинс умерла, - сказал Джон и направился в ближайший бар. - Самоубийство? Джон остановился на месте всего на секунду и в эту секунду в нём забурлила кровь, ярость стало слишком сильно, но резко выдохнув он спросил: - С чего бы? – в его голосе ещё слышалось раздражение, - Нет. Убийство. Молчание повисло между ними, а затем Майкрофт продолжил. - Нужно найти убийцу, ведь это просто невозможно… - Да уж, невозможно убить агента ми-5, который состоит в десятке лучших, - сказав это, на губах Джона заиграла мерзкая ухмылка. Его начинало забавлять случившееся. Убить агента ми-5. Абсурд, тем более из десятки лучших, да ещё и так. Не просто пуля в голову, а выпотрошить девушку. К ней невозможно было подойти и на сантиметр ближе, если она тебе не позволила. - Джон, откуда… Ватсон опять его перебил своим истерическим смешком. - Откуда я знаю, а ты нет?! Не стыдно Майк?! Лейстрейд позвонил, сказал здесь интересное дело. Дело! Я узнал 20 минут назад, а ты всего лишь 4 минуты знаешь, что твоего лучшего разведчика больше нет! Прекрасно Майкрофт, просто прекрасно! Ярость, злость, разочарование. Всё это бушевало в Джоне и он быстро нажав на кнопку «отбой» засунул телефон в карман своих джинс и почти бегом направился к двери бара, который виднелся впереди. *** Такое чувство часто посещает Джона. Пустота. Оно никогда не предвещало ничего хорошего. И каждый раз Ватсон пытался наполнить себя. Только бы не чувствовать этой отвратительной пустоты внутри себя. Только не снова. Поэтому он всегда или напивается в хламину, либо трахает кого попало. По-другому, Джон не может. По-другому, он не умеет. И поэтому он сидит сейчас на унитазе, а на нём прыгает блондинка с пышными формами. Ему плевать кто, ему плевать, что будет дальше. Лишь бы пустота ушла. Девушка ушла сразу пошлее того, как Джон без единого звука кончил, сказав, что-то напоследок, но Джон не слушает. Ему как всегда плевать. Он снова потерял человека, которому доверял. Ему снова плохо. Он умирает. *** Ватсон приходит домой под утро. Его никто не встречает. Он привык к этому. К пустоте вокруг, но он никак не мог привыкнуть пустоте внутри себя. Просто невозможно, нереально. - Шесть часов утра, а ты только домой явился,- мягкий с хрипотцой голос вырывает его из самоуничижения. - Бывает, - тихо отвечает Ватсон не оборачиваясь на источник звука, и так понятно, кто это. - Ты был в баре, пил… - Неважно,- резко перебивая Шерлока, говорит Джон и направляется наверх, в свою комнату. Шерлок следует за ним, не понимая внезапной агрессии. - Джон? Что не так? Ватсон останавливается на середине лестницы. В голове проносятся сотни мыслей. Странных, неприемлемых, живых. Злость снова накрывает Ватсона с головой, он резко поворачивается к Шерлоку и смотрит на него с каким-то не понятным сожалением. Джон не понимает, почему Шерлок хочет всё знать, почему Шерлок не может отстать от него. Шерлок. Джон вдруг резко осознал, что потерял суть своего задания. Заслужить доверие Шерлока. Любой ценной, даже если ему всё это будет противно. Ватсона отвлекает от своих мыслей лёгкое прикосновение пальцев к своей коже. Он поднимает глаза и видит как жалобно, просящее смотрит Шерлок. Идеальный момент для акта доверия. Идеальный момент для поцелуя. Джон берёт руку Шерлока в свою и легко тянет на себя. Не встретив сопротивления, Джон тянется к губам Холмса. Их губы соединяются и Шерлок не пытается вырваться из его объятий. Всё вроде бы идеально, но вот только Джон не может понять, почему перед его глазами стоит образ Майкрофта.