Она в синем, а он в крови

Кэролайн ненавидит опаздывать и терпеть не может, когда опаздывают другие. Этот мужчина расталкивает людей, протискиваясь между рядами к единственному свободному в зале месту – рядом с ней. Кэролайн старается не обращать внимания, но он разбрасывается извинениями за принесенные неудобства громче, чем позволяют приличия. – Просто сядьте уже, боже мой, – она тянет его за рукав. Он плюхается рядом и старается стать максимально незаметным, но, честно говоря, это невозможно. На него оборачивается по меньшей мере десять женщин. Кэролайн как девушка прекрасно их понимает, ведь там есть на что посмотреть, но ведь это родительское собрание! Мистер Зальцман продолжает рассказывать об успехах школы. Он благодарит спонсоров за вклад в постройку жилого корпуса для детей, делится планами на предстоящее лето и приглашает всех принять участие в неделе здоровья, которая совпадает с последней учебной неделей в этом году. Незнакомец наклоняется к Кэролайн, когда директор заканчивает свою речь и наступает череда вопросов от родителей. – Как вы думаете? – спрашивает он, обдавая ее запахом своего одеколона. – А можно проспонсировать гардероб директора? Потому что он определенно выглядит, как уборщик. Он действительно считает это смешным. Кэролайн вскидывает брови. – О, вы так считаете? – Да. А вы нет? – Нет, – сообщает она и с милой улыбкой добавляет. – Он мой муж. Лицо мужчины вытягивается, и он принимается извиняться. * Ладно, возможно, Аларик Зальцман – бывший муж, и Кэролайн погорячилась, отшивая незнакомца таким жестоким способом. Но она не в лучшем настроении, так что можно понять. Лиззи виснет на ней, как только все родители выходят во двор, чтобы повидаться с детьми. – Мамочка, я соскучилась, – щебечет она. Кэролайн готова расплакаться от мысли, что они уже почти одного роста. – Сколько тебе нужно? – Всего сотню баксов. Кэролайн прищуривается. – Как так выходит, что ты и твоя сестра получаете одинаковое количество карманных денег, но она умудряется откладывать, а ты уже в середине недели клянчишь еще? – Джоззи не запаривается из-за необходимых вещей. Косметики. Одежды… – … ночных вылазок в Мистик Гриль. Ты действительно думала, что я не узнаю? Лиззи закатывает глаза и Кэролайн узнает в ней себя в пятнадцать. Она берет с дочери обещание, что та не расскажет отцу о том, что получила дополнительные деньги. Та бесцеремонно прячет купюру в лифчик и смотрит куда-то за спину Кэролайн. – Отец Хоуп таращится на тебя, – с сияющей улыбкой заявляет она. Не нужно быть гением, чтобы понять, кто именно тут отец Хоуп. Кэролайн поправляет сумку на плече. – Прекрати это. И найди сестру. Хочу узнать, как у нее дела. Лиззи делает обиженное лицо. – Брось, мам. Когда ты в последний раз была на свидании? Уверена – еще до отца. – Не слишком ли ты соплива, чтобы говорить со мной на такие темы? – Она отказывается это обсуждать и разворачивает дочь спиной к себе, чтобы легонько подтолкнуть. – Найди сестру. * Она и в самом деле не была на свиданиях целую тысячу лет. Было не до того. В последнее время работы навалилось так много, а плохой опыт с мужчинами бесконечно давил и теперь, входя в Мистик Гриль, она думала лишь о том, чтобы выпить. Безо всяких обязательств. Он ставит стакан рядом с ее бокалом и только потом приземляется сам. – Вы в разводе, – сообщает он, словно Кэролайн этого не знала. Она замечает, что алкоголя в его стакане осталось на дне. И залпом допивает свое вино. – Немного пугает то, как быстро ты достаешь сведения. – Моя дочь дружит с твоей, – он улыбается, и Кэролайн думает, что в какой-нибудь сверхъестественной параллельной вселенной с этой улыбкой он мог бы быть главным злодеем. – Подростки – лучшие источники сведений. Он машет рукой, и официант, протискиваясь между столиками, подходит к ним, чтобы принять заказ. – А что насчет тебя? – Кэролайн наклоняется, прищурившись. – Тоже в разводе? Он откидывается на спинку стула. Уверенность хлещет из него через край. Такими мужчинами можно заколачивать гвозди. – Я не был женат. Одна ночь без обязательств, повлекшая за собой последствия. Сейчас мать моей дочери замужем за моим братом. – Звучит, как сюжет для третьесортного романа. – Дарю. Станет шедевром. Они смеются. Почему-то говорить с ним чрезвычайно легко. Как будто когда-то в прошлом они уже знали друг друга. – Клаус Майклсон, – он протягивает руку через стол. Кэролайн сжимает чужие сухие пальцы. – Ого. Такие имена существуют? – Мама была со странностями, а отец меня заведомо ненавидел, так что… Все это он произносит, продолжая улыбаться. Кэролайн вспоминает своего отца и тут же пытается смахнуть эти воспоминания, потому что она пришла сюда развлекаться, а не реветь. – Кэролайн Форбс, – отвечает она, выпуская руку. Клаус кивает. – Отлично. Что закажем, Кэролайн Форбс? Она берет меню и пробегается взглядом по страницам. Ей становится так легко. В голову приходят все их подростковые пьянки тут, в этом баре. Тогда еще Мэтт работал официантом, и они пытались крутить роман. – Если честно, – она наклоняется и шепчет, как будто планирует заговор. – Я так голодна, что проглотила бы бегемота. Клаус в один миг становится серьезным. – Паста, – выдает он резко, поднимая голову на официанта. – И самый огромный кусок отбивной, который только вы можете нам принести. Сейчас же.