Жизнь за кадром

      Сегодня Янйи вместе с Шивоном и Йесоном, а также Марией ездили на выбор платья, а точнее его силуэта и цвета для свадьбы. За всё то время, что об их с Чонсу отношениях знали другие участники, девушка сблизилась с Шивоном, а их общению Итык не препятствовал, прекрасно понимая с чем связаны их интересы. Волосы невесты были заплетены в высокий хвост, а сама она была одета в нежно-голубое широкое платье с поясом в виде резинки, вшитой в ткань, с длинными рукавами и длиной по её щиколотки, с круглым вырезом, а на ногах были белые туфли на каблуке. Мастер массажа любила носить платье, в чём её жених всячески потакал, покупая различные платья и юбки с мест гастролей. Правда, даже на каблуках, она была миниатюрной. Чхве, как истинный джентльмен, был одет в чёрные джинсы и белую футболку поло с белыми мокасинами на ногах, на его запястье были часы. На Йесон, присутствующем в команде как главный стилист, были одеты серые брюки карго и светло-голубая свободная футболка. На ногах были кроссовки, а на голове кремовый, под цвет обуви, берет. Мария, которая познакомилась с Янйи за несколько дней до поездки, была одета в чёрные шорты и яркий топ с рукавами, заканчивающимися где-то в области локтей, открывавший её талию и ключицы, а на ногах — сандали на небольшой танкетке.       Салон, в котором они находились, по праву являлся одним из лучших в Сеуле, из-за чего и цены были слишком высоки, однако они приехали не для того, чтобы покупать, а для того, чтобы перемерить всё и найти, что будет лучше всего на ней. Их сопроводили в отдельный зал для примерки и показа сопровождающим платья. Первое было строго традиционным синхом* с прямой бордовой юбкой до середины голени и золотым топом, поверх которого шла широкая лента на плечо того же цвета, что и низ. Чонун сразу опроверг этот вариант, ссылаясь не только на то, что цвета не подходили и сам костюм смотрелся тёмным, но и то, что нужно что-то среднее между двумя национальными костюмами, говоря о ханбоке. Шивону наряд тоже не пришёлся по вкусу, но тут мужчина сравнивал с тем, какой бы хотел видеть свою возлюбленную его хён. Мария же оценила наряд, хотя добавив, что он не похож на свадебный.  — Может быть, оставить верх от костюма, — это всё проговаривалось на корейском, но между собой девушки говорили по английски, — А вместо прямой юбки сделать пышную?  — Также можно у юбки тогда сделать два цвета: нижний слой, видный в основном у земли — красный, а верхний слой и сам верх юбки — белый, — светловолосый повернулся к звезде для и спросил, — Как тебе такая идея?       Гражданка Сингапура ничего не ответила, зная, что идея Марии и Йесона выйдет ей в «копеечку». Пройдя самой финансовые проблемы, зная какие трудности с деньгами были у Пака, девушка не хотела тратить столько денег на платье, которое наденет только раз в жизни. Она прошлась взглядом по своим спутникам, которые считали, что идея была отнюдь не плоха.       Вторым платьем был свадебный ханбок, юбка которого была рубинового цвета, а верх — белым с бледно-персиковым отливом. Окоём был рубинового цвета. Оно было красивым, но это не было тем, о чём говорили Янйи и Итык, так как массажистка не была кореянкой.       Третий наряд был обычным подвенечным платьем с воротником-стойкой, корсетом, напоминающим ципао, длинными полупрозрачными рукавами и юбкой, бывшей не слишком пышной, но лёгкой и многослойной. Увидев Янйи в этом платье, Мария подошла к ней, чтобы расправить её юбку и поправить отдельные волосы, не зацепленные резинкой.  — Perfecto (Идеально), — выдохнула латиноамериканка, приобнимая знакомую, стоящей на мини-подиуме, — Если бы ваша свадьба не была с уклоном в старину, то это было бы то самое платье.  — Indeed (В самом деле), — немое восхищение охватило представительниц женского пола на пару мгновений, но потом они вернулись в реальность, — Но так как всё-таки это межнациональная свадьба, то оно должно быть не чисто белым.  — Извините за задержку, — произнесла вошедшая в зал женщина, поклонившись всем присутствующим, — Меня зовут Ли Минчжи и я — дизайнер свадебных платьев. Мне позвонил… — она достала свою записную книжку и быстро нашла номер и контакты, — Чхве Ши-вон. Всё верно?  — Да, это я, — Шивон встал и поклонился в ответ, пригласив присесть.       Госпожа Ли Минчжи была мастером своего дела, если оно касалось традиционных костюмов и свадебных платьев. Может эта женщина, одетая в тёмно-серый пиджак с белой рубашкой под ним и чёрные джинсы, и чьи волосы были пострижены в каре, и не была всемирно известным дизайнером, но качество пошива вещи стоило гораздо выше, чем она брала за работу. Она внимательно посмотрела на Сан, делая пометки по наглядным параметрам, а затем отпустила девушку переодеваться в обычную одежду. Сама же, начала спрашивать у гостей, которых женщина примерно знала, чтобы хотелось жениху, если они, конечно же, знают.       В это же время Янйи снимала платье, понимая, что не сможет подслушать разговор, хотя ей было любопытно узнать, о чём именно говорили. Через пару секунд к ней в комнату для переодеваний зашла латиноамериканка, предварительно постучав перед входом. Закрыв за собой дверь, младшая из девушек присела на стул, который был поблизости от второго, на котором сидела сингапурка, одетая в халат, дабы не сидеть в нижнем белье.  — О чём думаешь? — Мария начала на комфортном для них обеих английском.  — Я в полной растерянности, — честно ответила женщина, — Никогда не думала, что буду иметь свадебную церемонию в двух стилях. Это сложно особенно после… произошедшего. Я думала, что Чонсу-оппа расстанется со мной, но вместо этого он был настолько нежен в Тайланде… — она ухмыльнулась и подняла взгляд наверх, вспоминая все ощущения, которые ей дарил её мужчина.  — Как вижу — ты цветёшь, а это — главное. Если ты счастлива с ним и любишь его, а он отражает твои же чувства, тогда ничего не должно тебя тревожить, — ответила девушка более европейской внешности, в чьей крови была половина наследия инков и ацтеков — наций, не принадлежавших ни европеоидной, ни монголоидной расам, а её руки накрыли руки собеседницы, — Чонсу неплохой человек, просто он прошёл через много боли, а ты для него сладость, поэтому он хочет по-всякому баловать тебя, лишь бы ты улыбалась.  — Спасибо, — не успела Янйи ответить, как услышала стук в дверь, а затем увидела входящего дизайнера. Женщина села напротив клиенток, перелистывая страницу толстой записной книжки. Поправив очки на носу, она обошла их взглядом, а затем начала задавать вопросы.  — Для начала, я бы хотела узнать о том, как вы представляете себе своё свадебное платье. Пышное или облегающее, яркое или сдержанное — всё это для меня важно.  — Я бы хотела, чтобы в нём сливались лаосская культура и стиль платьев ханьфу, то есть вещи, которые переплетаются во мне, — начала Янйи, пытаясь уйти в свои фантазии, — Что-то не слишком яркое… Может где-то светло-рубиновый цвет и белый с золотым…  — Тогда я могу предложить вам такой вариант, — протягивая лист бумаги ответила госпожа Ли, рисовавшая всё то время, что говорила будущая невеста, — Мы можем за основу нижней части взять юбку из ханьфу. Она длинная, многослойная, но не пышная, а лёгкая. Верх же мы берём из лаосской одежды, открывая одно плечо, но которое, как и руки можно закрыть практически прозрачным белым и кружевом. Также будет подобие корсета, которое есть и в лаосской, и в корейской одеждах. Чтобы соединить две части, я предлагаю использовать пояс из китайской одежды, — всё время дизайнер указывала на часть платья, подробно излагая до мельчайших деталей самым простым языком, узнав, что они иностранки. Может быть именно в этом и заключалась причина почему именно её попросил Чонсу быть модельером для своей возлюбленной.       Весь поход за платьем, модельер и даже платья для примерки были спланированы Итыком, который знал, что Сан сама не пойдёт в такой дорогой салон. Его принцесса, по мнению айдола, не должна ни в чём нуждаться и ни о чём переживать пока она с ним. Это постоянно всплывает в его голове, когда девушка смеётся, спит, а он за ней наблюдает, когда она готовит что-то для мужчины необычное. Быть может это и была та самая любовь, которую искал и нашёл лидер Супер Джуниор?       Шивон попросил Чонуна отвезти Янйи домой после завершения прогулки, а сам уехал по своим делам, связанных с концертом в Саудовской Аравии, попутно обсуждая с менеджером о официальном сообщении Итыка касательно свадьбы, которое будет сразу после концерта в Джиде. Мужчина искренне надеялся, что не будет слишком большой волны негатива, какая была у Сонмина.Раздался гудок телефона. Сообщение от хёна. Стоя на красном свете, «капитан Америка» СуДжу прочитал его: «Не нужно официального сообщения. Я сам объявлю об этом в инстаграме». Всего два предложения, но именно они заставили Чхве беспокоится по понятным для всех причинам — как воспримет это публика: сначала Канин, который официально покинет группу, затем сообщение о второй свадьбе в рядах Супер Джуниор. Корейские фанаты — страшная сила, в отличие от международных, которые уже грезили свадебными фотографиями ребят.

***

      Йесон, Мария и Янйи ехали в одной машине, но их пунктом назначения были вовсе не дома, а кафе. Кафе родителей Чонуна, где бы они могли посидеть втроём без лишних взглядов за чашечкой кофе или чая. Девушки сидели на задних сидениях и общались по-английски, и единственный мужчина в салоне толком не понимал о чём велась беседа. Как бы странно не было, но «облачному принцу» так было даже комфортней: Мария знала, что он не понимает английский, но ей самой он был ближе и она находила в нём выход из восточной среды в западную. Так как было уже прохладно, то девушка сидела в спортивной кофте своего мужчины. Вторая иностранка особо не мёрзла, да и её наряд был более закрытым. Её глаза смотрели куда-то сквозь Марию, будто бы здесь и не здесь.  — Мария, можно задать тебе немного… личный вопрос? — неловко спросила Янйи, ожидая реакцию младшей, — Мне интересно каково это, встречаться с человеком старше тебя на десять лет?  — Я об этом не задумывалась в таком ключе, — ответила латиноамериканка, убирая пышный хвост каштановых волос назад, — Когда мы с ним познакомились, то не интересовались особо возрастом. Более того, для меня важна личность человека, а не его расовая, национальная, религиозная или половая принадлежность.  — То есть, ты до этого встречалась с девушками тоже? — удивлённо спросила сингапурка, распахнув свои глаза, — Ты человек широких взглядов.  — Было раз в Бразилии, но это был короткий роман — месяц, может полтора, потом мы расстались, но до сих пор дружим, — отвечала девушка Чонуна, окунаясь в прошлое, — Может меня это не заботит потому, что я сама не европейка даже по расе. Мой отец — индеец, коренной перуанец, а мама — испанского происхождения с небольшой долей крови кечуа.  — Но разве индейцы не монголоидная раса? — задалась вопросом Янйи, хотя тот был чисто риторическим.  — Но знаешь, ответ на твой вопрос — точно также, как и любить одногодку, как любить человека младше или тебя на три-пять лет. Чувства не меняются, — Мария коснулась пальцем до кончика носа старшей, — Единственное, что отличается — большая свобода выбора и большая ответственность, но это впрочем ты и сама знаешь.

***

      В квартире Итыка всё как всегда было безупречно чисто — белый диван, белые стулья… Сам же хозяин стоял в чёрных шортах и белой майке, в белых тапочках и с маской для глаз на голове, любуясь красивым ночным небом, пытаясь отыскать падающие звёзды. Его невеста тоже не спала — тихо, пытаясь не издать ни единого звука, она подошла со спины и обняла его за талию. Или в случае Чонсу — за живот с шестью кубиками пресса. Сан уткнулась лицом в его спину, а затем облокотилась на него. Её наряд был прост — короткая пижама небесно-голубого цвета и такие белые тапки, а красивые тёмные волосы ниспадали на спину. Мужчина притянул её левую руку и поцеловал. Это был их привычный вечерний ритуал вот так вот стоять и просто наслаждаться обществом друг друга. Каждый вечер, когда Итык ночевал не в студии, а дома проходил так.  — Соглашайся на то платье, — не то просьба, не то приказ, не то мольба. Он не требовал отвечать, но лишь согласиться. Скоро, очень скоро всё будет иначе. Они оба прекрасно понимали это.  — Чонсу, я тебя люблю, — сказала девушка фразу по китайски, краснея от смущения, но улыбаясь. Сегодня было много мелких фрагментов, которые её не раз наталкивали на размышления об их отношениях, — Поэтому… не оставляй меня, пожалуйста.  — Я тебя не отпущу, — Пак повернулся к ней лицом, беря в свои большие ладони её маленькое личико, — Никогда и ни за что, — и с этими словами он её нежно поцеловал, скрепляя их уговор.

***

      Мария снова останавливалась на ночь у Йесона просто потому, что и он настаивал, и ей было удобней. Она сидела в халате перед зеркалом в его комнате расчёсывая волосы, когда в комнату вошёл её парень с голым торсом и в синих спортивных штанах. Его руки опустились на её плечи, а сам он нагнулся и прошептал ей в ухо по-испански, невольно соблазняя её:  — Расскажи мне завтра о той девушке, которую ты целовала.