И психология не всегда выручает.

      Мне всегда было интересно наблюдать за людьми. Их поведение, манера общения, поступки, действия, слова. Все это было интересным для меня, и я не упускала малейшей возможности изучить людей. Возможно, именно поэтому я выбрала профессию психолога. Не так давно ко мне на приём приходила девушка. На лицо эмоциональное расстройство. Каждого человека я пыталась понять, разобрать, разложить на отдельный пазл и нет, это вовсе не издержки профессии, просто я горела этим и жила. Меня волновали люди, их состояние и их внутренние ощущения, поэтому я достаточно быстро находила общий язык и точки соприкосновения, но на том приеме что-то шло не так. Девушка вела себя крайне агрессивно и несдержанно, мне еле удалось выяснить в чем суть её душевных переживаний. К положительному результату за один приём с такими пациентами точно не придешь, но мы с ней не пришли ни к какому результату, от слова совсем, и это очень сильно меня беспокоило. На протяжении недели я размышляла о том, почему же у меня не вышло выстроить диалог и вывести девушку на контакт. Я штудировала томы научной литературы, статей, диссертаций. Пыталась глубже понять ту проблему, над которой мне нужно было работать и, кажется, слишком увлеклась собственными рабочими переживаемыми, потому что не заметила, как, сдавая назад, моя машина вписалась в бампер чужого «BMW». Я резко позабыла о своём пациенте, сосредотачиваясь на образовавшейся проблеме. Взгляд упал на наручные часы, которые показывали, что я опаздываю на работу, но, кажется, сейчас это вовсе не то, о чем нужно беспокоиться. Я вышла из машины, владелец «BMW» последовал моему примеру. И я замерла, увидев перед собой соседа с этажа выше, который переехал к нам совсем недавно, но уже успел зарекомендовать себя не с лучшей стороны. Затопил мою квартиру, а, когда я пошла к нему разбираться, нахамил с невозмутимым видом, будто все так и должно было случиться. — Так это ты, — устало выдохнула я. — Скажи, а ты права в метро купила? — с неподдельным ехидством, поинтересовался он. От негодования у меня даже пропал дар речи. Извиняться перед ним вмиг расхотелось, более того, захотелось добавить на его голову проблем. Кажется, на работу я все равно уже не приеду вовремя, а так хотя бы мой внутренний эгоцентризм пожмёт мне руку. — Я вызову инспекторов, они тебе подробно опишут, где можно приобрести права. Его, и без того грозное выражение лица, приобрело более устрашающий вид. Тёмные глаза сверкнули странным огоньком, брови сошлись у самой переносицы и он зло улыбнулся мне. — Ты выбрала не того парня, с кем можно играть в игрушки.

***

С того самого злополучного дня на стоянке у дома прошло уже более двух недель, я начала писать исследовательскую работу о выявлении новых черт в характеристике заболевания «эмоциональное расстройство». Между прочим, моя исследовательская деятельность стала единственным лучом светом в разгоревшейся войне между мной и моим соседом. После того, как к нам прибыли инспекторы ГИБДД, документально все оформили, пусть на это и ушло два часа времени, между нами вспыхнула война. Я мысленно возликовала, что сорвала планы этого хама и, наконец-то, смогла поставить его на место. Но как же я ошибалась в его способностях портить о себе и без того ужасное мнение. На следующий день с пяти утра, несмотря на выходной, он начал сверлить что-то в своей квартире. И, да простят меня боги, но я готова была прибить его его же дрелью. Вечером, того же дня, он закатил вечеринку, плавно переходящую в утро, а через два дня его пьяная личность заявилась на порог моей квартиры, требуя от меня то ли соль, то ли сахар, перегаром от него несло так, что меня напрочь контузило на оба уха и я так и не поняла, что ему было нужно от меня. Но я стойко старалась выдержать каждую его выходку, не поддаваясь собственным эмоциям и желанием отвесить ему затрещину. Я полностью ушла в работу, практически ночуя в своём кабинете. Кстати, это пристанище нравилось мне многим больше, хотя бы потому что никто этажом выше не устраивал «свистопляски». Изо дня в день, я рассматривала различные примеры на которых можно исследовать заболевание, конфликты, искала новую информацию и оформляла все это в единый текст. Психология всегда поглощала меня с головой, заставляя позабыть о трудностях и проблемах. Но поняла я своё пристрастие отнюдь не сразу. Мне пришлось отучиться год на педагога, где так же преподавали психологию и вот тут-то меня стукнуло, что на самом деле мне интересно и, закрыв летнюю сессию с отличием, я забрала документы и перевелась на факультет психологии. Это стало важным поворотом моей судьбы, о котором я никогда не пожалею. Исследовательская работа продвигалась очень легко. Мне быстро удавалось найти нужный материал, а описание случая болезни на примере той самой пациентки вообще отлично вписалось в масштабы моей работы и я уже совсем позабыла о проблемах с моим соседом, но как оказалось очень зря, потому что сегодняшний приезд домой не принёс в себе ничего хорошего. Я вылезла из машины, которую уже успела забрать из сервиса неделю назад. Заблокировав двери, направилась к подъезду. Голова была забита различными мыслями, шестерёнки в моем мозгу в последние дни работали слишком активно, поэтому даже, когда день заканчивался, я не могла отключить мысли. Скамейка у подъезда была занята, а я даже не заметила этого, направляясь к двери с коробкой бумаг и литературы. Мне в ноги бросилась собака, от испуга, я выронила коробку на асфальт, рассыпая половину содержимого. — Мисс неуклюжесть, собственной персоны! — раздался едкий голос около меня. Я обернулась на скамейку, которую занимал мой обожаемый сосед. Его тёмные пряди волос были небрежно уложены на голове, брови заломились, изображая ехидство, а тёмные глаза, казалось, стали почти чёрными. Поднимая документы с асфальта, я старалась делать это максимально быстро, чтобы освободить себя от необходимости общаться с ним. Но абсурд! Разве же это было возможно, если мы уже оказались в поле зрения друг друга. У меня уже появилось стойкое ощущение того, что мы на подсознательном уровне раздражаем друг друга, ибо я не знаю, как более объяснить такую категорическую неприязнь. — Интересные писульки, — хмыкнул сосед, вертя в руке файл с документами, — сама придумала? — Тебя не касается, — закатила глаза я. На лице мужчины отразилась кривая улыбка. Он поднялся с лавочки, подтягивая собаку к себе за поводок. — Мне так не кажется. — Вероятно, у тебя плохое чутьё. Я потянулась к нему за листами, он чуть отдалился от меня в сторону, уставившись в бумажки. — Интересненько… психологиня, значит? — У тебя и со слухом не все в порядке? — нервно выдохнула я, — мне повториться? Он рассмеялся, возвращая мне листы. Я тут же засунула их в коробку и и направилась к двери, как в след услышала. — Мне кажется, что в тебе тоже проявляются симптомы эмоционального расстройства личности. Подумай об этом на досуге, крошка. Меня переполнил гнев, но я невероятным усилием постаралась сдержаться и не ответить ему что-то колкое в ответ. Признаться, его слова меня не задели, а, скорее, озадачили. Неужели этот человек близок к психологии? Это предположение показалось мне таким смехотворным. Он сам похож больше на человека с душевной травмой, который отыгрывается на окружающих, но вовсе не на того, кто лечит эти самые душевные раны. Оказавшись в кабине лифта, я нажала на кнопку «7». И только когда двери закрылись, я спокойно выдохнула, что сегодня более не встречусь с этим хамом.