Скованные одной цепью

В этот день Джейн собирался на встречу с одним из своих информаторов, Биллом Крэгом, покинувшем десять лет назад секту Визуалистов. Патрик сумел подцепить его на крючок, угадав существование кое-каких скелетов в его шкафу, и теперь собирался расспросить его о некоторых деталях биографии Бреда Стайлса, который его очень интересовал. Лисбон строго запрещала сотрудникам отдела выезжать по одному даже на такие безопасные с виду встречи, но в этот день все «вооруженные» были заняты. Патрик же не хотел откладывать свои планы. — Это кроткий пожилой джентльмен, я прекрасно справлюсь один — услышала Мириам краем уха голос Джейна, который стоял в коридоре и пытался в последний раз уговорить уже убегающую на совещание Лисбон. — Ты сумеешь и его разозлить так, что он бросит тебе в голову кофейник! - устало сказала Тереза. Патрик огляделся, пытаясь найти ещё аргументы. Сквозь стеклянную панель он встретился взглядом с Мириам, и глаза его вспыхнули. — Мы поедем вместе с Мириам. Нам не нужно оружие, мы ведь встречаемся в людном месте, нет никакой угрозы. Лисбон вздохнула: — Ладно, если Стайн может, поезжайте вдвоём. Она благотворно влияет на тебя. По крайней мере, будешь вести себя прилично. И Патрик, и Мириам за стеклом удивленно вздёрнули брови после этой реплики. Но Джейн прикусил язык и стремительно направился к столу коллеги: — У тебя нет сейчас срочных дел? — издалека начал он. — Не утруждайся, я все слышала. Могу съездить с тобой. — У тебя прекрасный слух! — благодарность Патрика проявилась, как всегда, в его лучезарной улыбке, внезапной и яркой:  — Ты не пожалеешь. Будет не скучно. У Крэга довольно сильный диалект, интересно, угадаешь ли ты, какой. Этого ей сделать не удалось. Просто не было шансов. «Людное место» оказалось маленьким темным кафе на узкой улице промышленного пригорода. Крэг сидел за столом и ждал их, другие три столика были пусты. Ни бармена, ни официантов тоже почему-то не было на месте. Как только они сели, из двери на кухню появились две крепкие фигуры, накинули им на головы темные мешки и куда-то потащили. Потом они ехали в машине. Долго. Мириам пыталась считать минуты, но бешеное количество адреналина в крови мешало, и она все время сбивалась. Их куда-то привезли, протащили по лестнице, втолкнули в какое-то помещение и заперли в нем. Вероятно, при этом её все же стукнули по голове, потому что некий отрезок времени выпал из сознания. Когда Мириам очнулась, она обнаружила себя сидящей на стуле в захламлённой комнате. Солнце пробивалось сквозь грязные окошки, и в его лучах плясали пылинки, очень много пылинок. Она пошевелила кистью руки, почувствовала холодную металлическую тяжесть и даже почти успела догадаться, что это наручники. — Ты в порядке? Болит что-нибудь? — услышала Мириам откуда-то сзади и несколько секунд соображала, кто спрашивает. Это был, конечно же, Патрик, но узнать его было сложно: вместо вальяжных мягких модуляций, свойственных его манере говорить, она услышала резковатый, собранный и обеспокоенный голос, впрочем, без всяких признаков паники. — Кажется, я в порядке. Наверное, я на какое-то время отключилась, — ответила она и попыталась понять, где Джейн. При этом она, вероятно, пошевелила ногами, потому что почувствовала колющую боль в щиколотках и тут же услышала: — Могу я попросить тебя какое-то время не шевелиться? Я пытаюсь развязать нам ноги, — голос Патрика звучал ворчливо, но в нем слышалось облегчение. Они сидели возле стены боком к ней на стульях, составленных спинками друг к другу. Их лодыжки под сиденьями были небрежно — вероятно, в спешке — обмотаны проволокой, а правая рука Мириам и левая Патрика скреплены одной парой наручников, пропущенных за довольно ржавой водопроводной трубой, закреплённой на стене. Джейн наклонился и некоторое время сосредоточенно пыхтел, потом Мириам почувствовала, что щиколотки свободны. — Извини, твои колготки пострадали от проволоки, — сказал Патрик с улыбкой, когда они немного развернули стулья лицом к стене и смогли взглянуть друг на друга. При этом им приходилось вытягивать вперёд скованные руки, труба мешала опустить их. Глаза его были серьёзны и смотрели испытующе, как бы пытаясь считать ее состояние. У неё не было сил улыбнуться в ответ. — Что мы будем делать, Патрик? Или, точнее, что они сделают с нами? — Думаю, нет причин беспокоится, кто-то просто хочет с нами поговорить. Но мы не будем дожидаться. Наш страж отошёл ненадолго, наверное, за кофе. Надо быстро придумать, как освободиться. У тебя нет какой-нибудь шпильки или булавки? Он не шутил. Его глаза сосредоточенно обегали помещение. Она знала это выражение, когда он искал срочный ответ на серьезный вопрос, и молча наблюдала, не говоря ни слова, чтобы не помешать процессу. По-видимому, никакого элегантного решения не нашлось. Патрик вздохнул и сказал: — Придётся применять физическую силу. Нет времени долго думать. Встань, пожалуйста, и прикрой на всякий случай лицо другой рукой. Не понимая, чего он хочет, Мириам встала на ноги. Джейн взялся второй рукой за основание ее браслета, упёрся ногой в стену и несколько раз резко дернул на себя. Старая труба жалостно загудела, и вдруг откуда-то снизу забил фонтан воды. Джейн схватил Мириам за плечи и потащил к противоположной стене. Старая труба была выдрана из соединения где-то на уровне пола. Они отходили, пятясь задом и одновременно пытаясь отогнуть книзу кусок трубы, к которой были прикованы. Когда они отошли достаточно далеко, труба закончилась и им удалось освободить нанизанную на нее цепь наручников. Теперь они не были прикованы к стене, только друг к другу, и могли бежать. Мириам не успела расспросить Патрика про их планы на этот счёт. Он вдруг опять потащил ее, на этот раз к стене возле двери, сам встал поближе к выходу, отодвинул Мириам в угол и приложил к своим губам указательный палец. И только теперь она услышала шаги в коридоре и лязг ключа в старом замке. Дальше все пошло ещё быстрее, как будто киномеханик свихнулся и пустил плёнку с максимальной скоростью. Дверь распахнулась и явила им лицо здорового детины с картонным стаканом кофе миллилитров на 500. Две секунды он таращился на пустые стулья и водную струю из разодранной трубы, успевшую залить водой уже пол комнаты. Этого мгновения было достаточно. Патрик резко толкнул дверь, попав её краем прямо в лоб охраннику. Тот схватился за голову и опустился на колени. Джейн буквально прыгнул в дверной проем, волоча за собой Мириам. Оказавшись в коридоре, он успел прикрыть дверь и вставить поперёк ручки какую-то рейку, которую прихватил с собой из их темницы, к сожалению, не слишком толстую и прочную. Таким образом, дверь была заблокирована хотя бы на несколько минут. Потом они бежали сломя голову по длинному коридору, старой лестнице с выбоинами в ступенях, по заднему двору с мусорными баками, пересекли небольшую пустынную улицу, потом ещё одну и ещё одну. В четвёртом или пятом по счёту заднем дворе Патрик замедлился, прислушался (погони не было слышно) и внимательно посмотрел на какую-то дверь, дёрнул её — она не подалась. Патрик привычным движением пошуровал в замке подобранной тут же железякой. Дверь открылась с громким щелчком. Они вошли на грязную чёрную лестницу, аккуратно захлопнули за собой дверь и стали подниматься по загаженным ступеням. Пахло котами и немного гнилью. На самом верху их ожидал просторный чердак, пол которого был частично завален досками и засыпан древесными опилками. Похоже, здесь раньше было какое-то производство, владельцы которого успели вывезти инструменты и станки, оставив после себя древесные отходы. Они пробрались к стопке досок у стены и осторожно сели, переводя дух. Дыхание Мириам постепенно выравнивалось, и адреналин неохотно отступал. Внезапно ее стала бить крупная дрожь. Она читала, что такое бывает — сильная доза адреналина пытается найти выход через мышцы. С этим ничего нельзя было поделать, она лишь старалась не прикусить язык. Патрик спокойно ждал, пока это пройдёт, видимо, видел такое не раз. Его самого не трясло, вероятно, он вложил всю адреналиновую энергию в борьбу с трубой и затем в удар дверью. Мириам осмотрела свои ноги: колготки были в плачевном состоянии, но кожа цела. Вдруг она заметила бурые пятна на своей юбке и замерла. О Боже, неужели это месячные!? У неё ещё с утра ныла поясница. А теперь вот, на фоне стресса, все и началось. Она осторожно покосилась на Патрика — заметил ли он уже? Однако его взгляд был направлен на их сцепленные наручниками запястья. Он развернул свою ладонь к её ладони, переплел их пальцы и поднял её руку повыше. Браслет сдвинулся вниз, к локтю, и она увидела струйку крови, стекающую по её собственной руке из небольшой ранки. Эта кровь и запачкала юбку, с облегчением поняла Мириам. — Я резко дёрнул и поранил тебя, прости… - И вообще, прости меня! Мне очень жаль, что втянул тебя в эту историю. В его голосе звучало настоящее раскаяние. Мириам и не знала до сих пор, что он умеет так искренне просить прощения. Вероятно, он действительно винит себя за то, что поступил легкомысленно и недооценил опасность встречи с Крэгом. Однако она почему-то совсем не сердилась. Да и не время было выяснять, кто виноват. — Извинения приняты. Расскажи мне лучше, что произошло? Ты знаешь, кто нас похитил? — Пока нет. Предполагаю, это сделали люди, которые не очень хотят, чтобы я узнал определенные подробности из жизни Стайлса. Патрик полез в карман своего жилета и достал оттуда белый носовой платок. На удивление чистый платок, если принять во внимание неопределенное место жительства его владельца и приключения последних двух часов. Он развернул белую ткань, сделал жгутик и попытался осторожно обернуть им её запястье. Получилось совсем неплохо. — Спасибо, — сказала Мириам, внимательно наблюдая за его манипуляциями. — Не за что. Будет немного оберегать ссадину. Но все равно, когда мы пойдем или, тем более, побежим, нам лучше держаться за руки… Так, как сейчас. Лишь теперь, когда Патрик сказал это, она поняла, что их пальцы сплетены так, как это бывает у влюбленных. Мгновенно ощутила жар его ладони и была уверена, что он тоже не мог не почувствовать энергетический импульс, который послала её рука. Это не походило на удар тока, скорее — на замыкание тщательно зачищенных контактов электрической цепи. Поток побежал по ее телу, и она бы слукавила, если сказала, что это было неприятное ощущение. Однако оно было слишком интенсивным. Кровь прилила к ее щекам, и Мириам ощутила нехватку воздуха. — Ээ, а сейчас давай немного проветрим руки, мне жарко — сказала она, опустив глаза. Патрик улыбнулся и разжал пальцы. Мириам сделала медленный вдох и выдох. Ей действительно стало жарко, и вовсе не от солнца за окном, а от того, что за последние два часа слишком близко к ней было слишком много Патрика, настолько много, что трудновато стало дышать. Под натиском этих ощущений страх за жизнь и паника, овладевшие ею после похищения, отступили. Однако расслабляться рано, они все ещё были в бегах. Похитители отобрали у них всё, включая телефоны и её сумочку. Значит, нет ни денег, чтобы воспользоваться транспортом, ни средств связи, чтобы попросить помощь коллег. Они даже не знали, в каком городе находятся. — Какой у нас план? — спросила Мириам, немного остыв. — Посидим здесь до наступления сумерек, а затем переберёмся куда-нибудь ещё. Надо оглядеться на местности, но сейчас выходить с нашими браслетами опасно. — Ты не можешь открыть их замок? Для двери тебе понадобилось всего пара секунд. — Это новая модель наручников, они очень надёжные. И у меня нет подходящего инструмента. Нужно что-то очень тонкое и прочное. Дверь же — старый хлам, ее можно было открыть и ногтем, лишь подцепить язычок. Патрик опустил затылок на стену и прикрыл глаза. Она тоже постаралась расслабиться и отдохнуть, но руку саднило, горло пересохло, а как только она закрывала глаза, перед её внутренним взором оказывался проклятый коридор, по которому они бежали. Когда сумерки опустились на город, они попытались привести себя в порядок и покинули своё укрытие, держась за руки и прикрыв наручники рукавами пиджаков. Передвигаясь по оживленной улице, они старались держаться ближе к стенам домов, чтобы в случае чего иметь возможность быстро свернуть в переулок. Патрик быстро и внимательно осматривал все вокруг, а у Мириам от усталости, голода и городской суеты голова быстро пошла кругом, и она просто следила за тем, чтобы не отставать. Вдруг Джейн притормозил: — Пойдём туда! — он мотнул головой на вход в фешенебельный и явно дорогой отель на противоположной стороне улицы. Мириам не успела спросить, на какие средства они будут так роскошествовать. Их уже преувеличенно радостно приветствовала девушка на ресепшн. — Хай! Найдется ли у вас хороший номер? — Патрик лучезарно улыбался служащей. — Да, сэр, конечно, сэр! Обычный двухместный? — Ну нет! Обычный нам не подойдёт. Нам нужно что-то особенное — на этих словах он прижался к Мириам плечом и заговорщицки подмигнул ресепшионистке. Мириам, пыталась подыграть ему, стараясь улыбаться не просто смущенно, но ещё и радостно. Девушка за стойкой тоже почему-то смутилась. — Конечно, сэр, — залепетала она — у нас есть сьют для новобрачных. На него сейчас действует специальное предложение. Клубника и шампанское бесплатно! — Отлично! Добавьте ещё сыр, ветчину, тосты и несите все поскорее — энергично воскликнул Джейн. В лифте Мириам изо всех сил улыбалась портье, который их сопровождал («А не то подумает, что Джейн меня похитил. Видок у меня тот ещё! Вся в грязи, волосы в пыли, на колготки вообще лучше не смотреть». Почему она не сняла их там, на чердаке?! Странно, как ее вообще пустили в такую гостиницу в этих колготках). — Как мы будем расплачиваться? — спросила она, как только они захлопнули дверь номера изнутри. — Расплачиваться? Что за абсурд! Мы при исполнении служебного долга, работаем на благо общественной безопасности, — блеснул белозубой улыбкой Патрик, — А если серьёзно, шикарная гостиница — лучшее место для тех, у кого нет денег. Паспорта не спрашивают, еду приносят, рассчитываться можно в самом конце. Сьют был декорирован кем-то, имевшим очень наивные представления о роскоши: кремовые шторы с крупными розами, кресла и диван, обитые малиновым плюшем, под потолком щекастые гипсовые амуры с позолоченными трубами. В другое время такая безвкусица разозлила бы Мириам. Или рассмешила. Но сейчас ей было не до смеха. Она ни на минуту не могла больше откладывать то, что давно уже маячило в ее сознании как неизбежно приближающаяся угроза. Ну что ж, это как прыжок в холодную воду, лучше делать быстро. — Патрик, мне жаль, но я ужасно хочу в туалет. — Ты не представляешь, как я туда хочу — тут же весело ответил он — настолько сильно, что вынужден просить тебя, пропустить меня без очереди. В просторной ванной комнате, выложенной тошнотворной позолоченной плиткой, она встала спиной к унитазу и принялась рассматривать вычурные краны, пока Джейн возился с молнией на брюках. Внезапно ей пришла в голову блестящая идея, и Мириам свободной рукой отвернула кран. Шум воды заглушил все, что происходило за ее спиной. Видимо, оценив ее манёвр, Патрик не стал выключать воду после того, как вымыл руки и они поменялись местами. Вода шумела, все обещало пройти гладко, но ее ждал неприятный сюрприз. Поясница болела утром все же не зря. — Патрик — она откашлялась — посмотри, пожалуйста, что у них есть в санитарном наборе в шкафчике. Мне нужна прокладка, или тампон, или что-то в этом роде. Ни одним словом не отреагировав на ее реплику, Патрик стал рыться в шкафчике и через минуту воскликнул торжествующе: — Обожаю пятизвездные отели. Здесь можно жить месяцами! Не оглядываясь, он протянул ей дорожную упаковку с тремя прокладками. Она спасена! Дело за малым, надо лишь закрепить ее. — Извини, но мне на короткое время понадобятся две руки. Патрик быстро сообразил, чего она хочет, сделал шаг назад в ее сторону, присел на корточки спиной к ней и поднял левую руку. Его затылок и спина оказался прямо перед ней, она видела золотые завитки волос на шее. Слишком близко. Черт, ну и ситуация! — Я тебе рассказывал, как у нас из клетки однажды убежала львица? — вдруг заговорил Джейн — Мы с отцом ездили тогда вместе с цирком. Мне было 11 или 12. Следующие три минуты, пока Мириам пыхтела, пыталась не шуршать упаковкой и не слишком дергать закованной рукой, Патрик громко рассказывал уморительную историю поимки дрессированной львицы. Лишь на мгновение он запнулся, когда в процессе ее манипуляций тыльная сторона его ладони случайно коснулась ее бедра. Но уже через пол секунды рассказ продолжился, как ни в чем не бывало. «Он все-таки очень находчивый. Так уметь разрядить обстановку!» — думала она тремя минутами позже, умываясь перед зеркалом. И быть первым он попросился не случайно, чтобы ей было проще. И уж конечно, рассказ про львицу пришёлся как нельзя вовремя. Чувство мучительной неловкости совершенно испарилось. Ей ужасно хотелось принять душ. Сейчас на это нет никаких сил, но потом, если им предстоит провести в таком положении ещё пол дня, она пожалуй придумает, как сделать это. Почему-то теперь эта идея уже не страшила ее так, как десять минут назад. — Я думаю, нам следует поскорее вернуться в комнату. Скоро принесут наше шампанское, — напомнил Джейн. Выйдя из ванной, Патрик отпер входную дверь, выложил на столик в прихожей какую-то мелочь из кармана, и они уселись на диван, изображая непринуждённую позу. Двое влюбленных сидят на диване, держась за ручки. Что в этом подозрительного? Мириам скинула туфли и подогнула ноги под себя, от рваных колготок она избавилась ещё в ванной. Патрик нашёл свёрнутый плюшевый плед и накрыл её, прикрыв одновременно их скованные руки. Их тайминг оказался безупречным. Через несколько минут в дверь постучали. — Входите, открыто! — крикнул Джейн. Пока официант, пытаясь не смотреть в их сторону, старательно застилал столик перед диваном салфетками и расставлял на нем тарелки, бокалы, блюдо с едой, вазочку с клубникой и ведерко с шампанским во льду, Патрик рассказывал ей на ухо какую-то шутку, и они оба старательно хихикали. — Открыть бутылку? — О, будьте так любезны! Не могу оторваться от этой женщины! Официант, совсем молодой мальчик, покраснел. Ему явно хотелось уйти как можно быстрей, но он все же спросил: — Наполнить бокалы? — Ну нет, на это я пока ещё способен. Благодарю вас! Ваши чаевые на столике. И захлопните, пожалуйста, дверь поплотнее. Как только юноша ушёл, они, не сговариваясь, накинулись на еду. Утолив острый голод, Мириам почувствовала, что глаза ее начинают слипаться. Пристроить скованные руки было непросто. Поворочавшись и так, и сяк, она в конце концов положила Джейну на колени маленькую диванную подушку, опустила на неё голову и практически мгновенно отключилась. Проснулась Мириам от того, что кто-то осторожно трогал ее за плечо. Ей показалось, что прошло несколько секунд, однако за окном было уже совсем темно, она лежала на диване одна и ее правая рука была свободна. — Мне жаль тебя будить, но самое время уносить отсюда ноги, - Патрик сидел возле дивана на корточках. На его плечах было полотенце, а с мокрых волос скатывались капельки влаги. Его ясное лицо и лучистые, несмотря на усталость, глаза тоже заставили ее улыбнуться. Она посмотрела на часы, было 3:30. — Чем ты вскрыл наручники? — Вилкой! Она увидела на столе вилку с отогнутым под 90 градусов зубцом. — Уже встаю. Но мне очень нужно в душ! — Ладно, но давай побыстрее, пожалуйста! Сейчас хорошее время для побега, все спят. После душа Мириам почувствовала себя рождённой заново, причём с двумя свободными руками. Они спустились на улицу по пожарной лестнице, выход на которую обнаружили в торце коридора. Долго плутали дворами и закоулками по ночному городу, пока, наконец, Патрик, ведомый непостижимым чутьем, не вывел их к автовокзалу. Там они узнали, где находятся — это был N, небольшой городок в 50 км от Сакраменто. В маленьком здании автобусной станции немногочисленные пассажиры дремали в ожидании ночных рейсов. Патрик посадил ее на лавочку и куда-то исчез. Мириам начала клевать носом, но, как ей показалось, уже через пару минут Джейн вернулся, и они направились на платформу. Их автобус тронулся быстро. Через пол часа, в городке Z они вышли, чтобы сделать пересадку. Ждать следующего автобуса пришлось довольно долго и к тому же - стоя на улице. Тут не было здания, только небольшая автобусная остановка. Солнце ещё не взошло, но небо уже теряло ночную насыщенность своего цвета и все больше высветлялось на востоке. Звезды гасли одна за другой, а птицы, наоборот, начали просыпаться и отчаянно свистели и чирикали в придорожных кустах. Кроме них ничто не разрушало предрассветную тишину. Шоссе было пустым. Свежий ветерок вызвал у Мириам мурашки, но зато окончательно разбудил её. Мозг постепенно включался, и она начала задавать вопросы. — У нас есть билеты до Сакраменто? — Есть. — Откуда ты взял деньги? — Тебе лучше не знать, — Патрик улыбался спокойно и чуть дразняще. Он выглядел так, словно не было этого безумного дня и бессонной ночи (как он это делает?!), только щетина начала пробиваться на подбородке. Мириам хмыкнула:  — Боюсь даже предположить. Продал меня в рабство? Нашёл состоятельную покровительницу? — О-о, будь осторожна! Твои фантазии могут тебя выдать. — Я думаю, ты давно уже знаешь обо мне все, что тебе нужно. На этот раз усмехнулся он. Их пикировка на грани фола очевидно доставляла большое удовольствие им обоим. Когда они, наконец, забрались в тёплые недра следующего автобуса и уселись на потрепанные, но мягкие сиденья, Патрик достал из кармана мобильный телефон. Мириам открыла рот от удивления, но быстро сообразила, что о происхождении телефона ей тоже лучше не знать. Джейн набрал номер. Несмотря на очень раннее время, трубку сняли быстро:  — Лисбон, доброе утро! … да… мы в порядке… Едем на рейсовом автобусе из Z в Сакраменто. Где вы сможете нас забрать? Не хотелось бы болтаться по улицам. Через сорок минут они вышли в пригороде, не доехав две остановки до автовокзала. Лисбон и Чо уже были там, осунувшиеся, но собранные. Мириам могла бы поклясться, что Патрик при виде их снова испытал угрызения совести. Однако коллегам Джейн не выразил извинений, как ей. Наоборот, напустил на себя невозмутимый вид и явно приготовился к отпору. Но Лисбон, убедившись, что оба целы и невредимы, решила, по-видимому, отложить воспитательные меры на потом. Сейчас было важно найти неудачливых похитителей. Она расспрашивала их прямо здесь, стоя на парковке возле своего джипа, а быстрые, но внимательные взгляды Чо контролировали периметр площадки. Когда подъехала потрепанная Хонда, он незаметно расстегнул кобуру своего пистолета. Из машины вышли два спортивных парня и направились было к ним решительным шагом, однако военная выправка Лисбон и тяжелый взгляд Чо заставил их притормозить. Они топтались метрах в десяти и выглядели не слишком угрожающе, но и убегать явно не собирались. Патрик прервал разговор и направился к ним. Потом вернулся, одолжил у Чо 50 долларов и пошёл обратно. Мириам и ее привыкшие к выходкам Джейна коллеги молча наблюдали, как тот вынул из кармана телефон и отдал его незнакомцам вместе с деньгами. Потом он пожал им руки и громко сказал: «Благодарю вас за содействие операции КБР!» — Твои друзья? — проявил Чо своё незаурядное чувство юмора, когда Патрик снова присоединился к ним. — Это владельцы телефона. Мне пришлось позаимствовать его у них на автовокзале, и еще немного наличных. Они отследили нас по GPS. — Ты дискредитируешь КБР, Джейн! — жёстко сказала Лисбон. — Напротив, они были счастливы, что их телефон поучаствовал в спецоперации, и уже готовы вступить в клуб добровольных помощников КБР! А деньги я вернул - беззаботно ответил воришка телефонов. И никто не смог удержаться от улыбки. Было решено, что Джейн и Лисбон поедут в офис. Нужно было запустить поиски, рабочий день скоро начнётся. Присутствие Патрика было необходимо для составления фоторобота похитителей. Визуальная память Мириам оставляла желать лучшего, она практически ничего не видела, к тому же, была совершенно измотана. Чо собирался отвезти ее домой на своей машине. Когда она уже пристегнулась на пассажирском сиденье, снаружи в окно постучали. Она опустила стекло. Патрик засунул голову в салон машины и внимательно посмотрел на неё: - Ты в порядке? Сможешь уснуть? - Думаю да. - Ты хорошо держишься, но тебя, возможно, тебя ещё «накроет». Тогда обязательно позвони мне. Я знаю несколько хороших техник для релаксации. Мириам удивилась несвойственной, как ей казалось, заботливости Джейна и одновременно разозлилась на него за сомнения в её психической стабильности, поэтому ответ был колким: - Ладно, хорошо. Ну а ты как, супермен? Тебе отдых не нужен? Он улыбнулся: - Конечно, нужен. Сейчас я передам им всю информацию (кивает на Лисбон) и поеду спать. Но телефон отключать не буду. - Который у тебя забрали похитители? Он постучал себя пальцем по лбу: - Усталость начала сказываться даже на моей мыслительной деятельности. Потом открыл бардачок Чо, нашел там блокнот и ручку, вырывал листок и написал на нем номер. - Вот, держи! Это ресепшн мотеля. Они позовут меня к телефону, если ты позвонишь. Неожиданно Патрик наклонился и невесомо поцеловал ее в щеку: - Спокойного сна! Через минуту машина уже летела по шоссе. Чо крутил баранку. Его лицо ничего не выражало. Когда через пару дней Ван Пелт, воспользовавшись тем, что они остались в офисе одни и можно было сменить стиль общения на менее официальный, спросила ее, как она выдержала почти целые сутки наедине с этим невыносимым Джейном, Мириам на пару минут задумалась. - Ты знаешь, - удивленно сказала она - он оказался не таким уж невыносимым. Ван Пелт воззрилась на неё с ироническим выражением лица: - Ты серьёзно?! - Вполне. Надо сказать, я тоже удивлена, но факт остаётся фактом: он вёл себя как хорошо воспитанный и тактичный друг. - Мм, друг... - в глазах Ван Пелт плясали чертики. Она явно хотела подробностей. Но Мириам решила, что и так сказала уже слишком много. О том, как её удивила способность Патрика брать на себя ответственность, просить прощения, заботиться, легко сглаживать невыносимо неловкие ситуации, а главное, каково это было, находиться несколько часов на расстоянии 20 см от него и ощущать его ладонь на своём обнаженном бедре, она решила благоразумно умолчать.