Припозднившийся герой

       Голова невыносимо гудела, заставляя все естество переворачиваться. Поттер не мог думать ни о чем, кроме боли и о таблетках в тумбочке. Руки предательски ослабли, дрожали. Белый сосуд выпал, покатившись по полу прямо к ногам испуганного Ивана.  — Боже, Гарри, с тобой все хорошо?!

***

       Брюнет пытался успокоить брата, которого после процедур позвал Гинцбург. Слабость все ещё оставалась, а Дадли кричал, злился, ходил из угла в угол, причитая, злясь на непутёвого брата.        Но сделать все равно ничего не мог. Все Колдомедики разводили руками и говорили, что эти приступы связаны с психикой. Врачи тут бессильны. Можно лишь ослаблять их таблетками. Которые Поттер просто забыл принять — слишком часто его мысли были заняты другим.  — Придурок, — выдал окончательный вердикт Дурсль-младший, за что и получил подзатыльник от брата. и обиженную моську его же.  — Прости, я просто слишком сильно переживаю, — грустно сказал Гриффиндорец, вздохнув. Не часто можно было увидеть его таким — без маски глупого силача. И, судя по блеснувшим глазам Ивана, он это отметил.       Гарри слабо улыбнулся, собираясь что-то сказать. Дверь грубо открылась, на пороге стоял хмурый Северус. Которого позвал Блейз.

***

       В последнее время Гарри плохо спал. Вместо этого он продолжал бродить по забытым коридорам замка под заклинанием, которое полностью скрывает его присутствие.        Омега уже месяц проводил занятия для Малфоя, все так же натыкался на него в коридорах и страдал от недосыпа, нарастающей пустоты в груди и усилившихся приступов.        Кажется, жизнь как-то резко полетела на дно. Помимо загадок прошлого, он вляпался в одного блондина. И ладно бы Малфой был бы простым чистокровным гадом, но нет. У всех есть свои тайны, разные, темные, светлые, а чутьё омеги говорило, что у этого альфы — тайны именно темные.        Звуки битвы были не сильно громкие, тихие заклинания и слабая заглушка, через которую Поттер мог слышать — ещё одна ему самому неизвестно откуда взявшаяся способность.        На инстинктах он вылетел вперёд сразу, как только узнал одного из дуэлянтов. Малфой гордо сражался против троих магов в масках. Брюнет же просто не мог не помочь, а омега внутри грызла волнениями.       Кинув в двоих обездвиживающим, он завершил начатое проклятьем. Голова снова заболела, перед глазами предстала картина поля, полного крови. Упав на колени, Гарри взвыл, схватившись за голову.        Вот он стоит, руки в крови, сердце совершенно спокойно. Перед ним лежит окровавленный труп Юнь Баожей, картина маслом.       В голове ком, он же не убивал ее.       Это все приспешники Ши Чуанли.       Он же вообще не участвовал в войне.  — Почему я в ней не участвовал, если все они, — хрипло произнёс брюнет, открывая глаза. Закончить предложение он не смог, перед глазами муть и Малфой, только Малфой и муть. И ничего больше, слабый свет, тухлый Люмос.  — Поттер, не ожидал тебя здесь увидеть, — усмехнулся блондин, а Гарри почувствовал, что его руки связаны.  — Ты же знаешь, что я владею беспалочковой, Малфой, — усмехнулся брюнет, в голове вмиг стало пусто. И немного грустно, что все же этот человек не доверял Гарри — это омега внутри.  — В твоём состоянии ты не сможешь колдовать, слишком мало концентрации, — пожал блондин плечами, продолжая смотреть холодным туманом. Этот взгляд заставлял бабочек внутри порхать с автоматами. Омега, видимо, совсем свихнулся — ему это нравилось. Нравилось настолько, что феромоны вокруг взбесились. А глаза альфы расширились, когда он вдохнул запах омеги.  — Я не стану тебе причинять вред, — слабо улыбнулся Поттер, а веревки на его руках развязались. Тяжело дыша, он полностью снял с себя блокировку запаха.       Альфа напротив хищно улыбнулся.