Новая история Арды

      Всадники выехали на берег озера, со всех сторон обрамлённого рдяной позолотой осенней листвы, и спешились, выискивая следы исчезнувшего Амбарусса.       — Атто, ты уверен, что Питьо может быть здесь? — Майтимо обвёл взглядом окрестности.       — Я рисовал то, что легко проверить, — кивнул Фэанаро, открывая сознание для осанвэ и прислушиваясь к своим ощущениям.       — Да, очень похоже на рисунок, — согласился Тэльво, вновь мысленно пытаясь дозваться брата.       — Какая необычная музыка, — прошептал Макалаурэ, спускаясь к воде и набирая её в ладони. — Вы слышите?       — Что, Линдо? — Нельо уставился на менестреля. — О чём ты, торонья?       — В плеск воды и шелест леса вплетается чудная мелодия, — Кано умылся. — Она настолько прекрасна…       — Как будто поёт мама, — закончил за него Пламенный. — Это её голос.       — Атто? — все трое обернулись к замершему на месте, словно околдованному музыкой Фэанаро, на губах которого возникла мечтательная улыбка. — Ты тоже это слышишь?       — Я не могу ошибиться.       — Питьо… — Тэльво прислушался вслед за остальными, хотел подойти к ним, но уставился на примятую траву. — Он здесь.       — Амбарусса? Где он? — Майтимо бросился к нему, а Кано, поднявшись от воды, проследил взглядом за идущим к дому отцом. Тот сначала шёл медленно, как будто всё ещё находясь под действием чар, потом рванул что было сил…

***

      От тлеющих кустов тянуло горьким дымом… Отчего-то сильно закружилась голова, и Карантир раздраженно рыкнул в адрес невинной растительности.       — Эх, я бы вас всех… — и с чувством выругался на кхуздуле. Поймал на себе насмешливый взгляд Курво, но со злорадством отметил, что брат выглядел таким же усталым. Криво усмехнулся в ответ и вновь ринулся с топором на проклятые заросли, стараясь как можно быстрее уничтожить коварную зелёную преграду на пути к цели. Наконец вражий заслон стал реже и прозрачнее, с другой стороны послышались чьи-то удивлённые голоса. Срубив особо корявый куст тёрна, Морьо оказался в конце колючего тоннеля, во всей красе представ перед эльфами из Тириона, а вот Летиции нигде не было видно, и сердце Мрачного тревожно сжалось. Карантир подскочил к первому попавшемуся на пути, чтобы узнать, где невеста, но тот невольно отпрянул назад. Привычно хмуря брови, Морьо вмиг сообразил, чем вызван такой испуг, и громко расхохотался, представив себе, как смотрится сейчас со стороны: в руке зажат топор, в волосах запутались сор и мелкие веточки, горящий взгляд, как у взбесившегося энта - хорош лорд! И именно в этот момент Лети показалась на дороге…       — Морьо? — прошептала дева, увидев вместо зелёной стены кустарника вполне довольного собой нолдо. Ей хотелось сломя голову броситься к нему, но внезапно одеревеневшие ноги отказались ей служить. — Морьо!       — Лети! — в один удар сердца Карантир оказался возле любимой и, подхватив её на руки, понял, как скучал по ней всё это время.       — Что это ты здесь устроил? — Летиция хихикнула, заметив сучки, торчавшие из волос Морифинвэ. — А тебе идут рожки.       — Я? — внезапно охрипшим голосом ответил Мрачный, краем глаза наблюдая романтичную встречу Курво с Лехтэ. — Ничего я не устраивал, это всё они, заразы такие…       Кивнув куда-то в кусты, с запозданием подумал, что, наверно, надо бы вежливо поинтересоваться у невесты, какова была дорога и как Лети понравились ее спутники, но Морьо и в лучшем своём состоянии не всегда снисходил до изящных фраз. Поэтому сейчас он дико оскалился в ответ и прижал невесту к себе - так сильно, как только мог.       — Это лесное рогатое чудище, которое по тебе очень сильно соскучилось! А ещё я услышал твоё осанвэ!       Лети доверчиво обвила руками его шею.       — Чудище, осторожнее! Ты сейчас раздавишь меня, нас…       — Прости, я больше не буду, — Карантир чуть ослабил стальную хватку, но продолжил держать деву на руках, не обращая внимания на суету вокруг. Дружно стуча топорами с двух сторон колючего тоннеля, эльфы расчистили последний участок дороги, и с недоумением уставились друг на друга.       — Мори… Как хорошо, что ты рядом, я по тебе тоже очень скучала, — нежно поцеловав его в щёку, Летиция начала осторожно выбирать сучки и мелкие колючие веточки из его всклокоченной шевелюры и распутывать длинные тёмные локоны.       Неожиданно Карантира посетила шальная мысль, частично порожденная долгой «борьбой», частично - давними разговорами.       — Погоди, Лети, — глухо заговорил он, в упор глядя на уютно устроившуюся в его объятиях девушку. — Послушай. Отец мне уже говорил… Тьфу ты, не так! Кусты эти проклятые… Да причем они тут, причем всё тут! Я… — дыхание начало предательски сбиваться, волосы лезли в лицо, и Карантиру показалось, что сцена была на редкость дикой - как лес вокруг. — Я так решил, да и всё. Станешь ли ты женой лесного страшилища, чудища с топором?       Последовала пауза… дева замерла с протянутой к Морьо рукой.       — Ну? — на бледном лице Карантира проступили багряные пятна. — Я серьёзен, как никогда - давай… узаконим наш брак.       — Что? Ты серьёзно? — на глазах у Лети заблестели слёзы. — Ты не знаешь, но у нас есть старая-престарая сказка «Красавица и чудовище», и сейчас мне твои слова вдруг напомнили это древнее предание. Там девушка встречает превращённого в чудище принца и снимает с него чары поцелуем настоящей любви. Это если вкратце. Мори, скажу тебе по секрету, мне повезло, и в Ирландии я повстречала не чудовище, а принца, которого не надо расколдовывать…       От восторга лорд взревел вовсе не как прекрасный принц, а очень даже как прежняя его сказочная ипостась. Летиция охнула, когда Мрачный выпустил её из своих объятий, и отступила на шаг, с всё возраставшим недоумением наблюдая за диким танцем торжествующего нолдо — несколько кругов галопом и череду причудливых косых кульбитов. Наконец, изнемогая от усталости и счастья, лорд просто рухнул в придорожную траву.       Тьелперинквар вернулся к отряду вместе с родителями, и они вдвоём с Искусником рассказали тирионцам о вставших под флаги Первого Дома авари с Тол-Эрессеа, а тем - о помощи Аулэ и Йаванны, чем прервали тягостное молчание впервые видевших друг друга эльфов. На лицах появились слабые улыбки, вновь исчезнувшие от зрелища дикой пляски лорда. Летиция первой не выдержала, звонко рассмеявшись, за ней - все остальные. Холодок недоверия вмиг исчез от задорного смеха, и тирионский отряд двинулся дальше к Форменосу. Дева сошла с дороги к валявшемуся в траве Карантиру, но не успела присесть рядом с женихом, как тот сцапал любимую в объятия.       — Ты успокоился? — продолжая улыбаться, Лети убрала прядь волос с его лица. — Моё любимое лесное чудище.       Успокоиться? Карантир в жизни не подумал бы, что дикий вихрь в его душе можно унять хоть чем-то. Но совсем пренебрегать рассудком было нельзя — мимо проезжали тирионцы, а рядом с лежащей парой остановилась пролётка, в которой путешествовала беременная Летиция. Совсем незачем задерживать отряд, если можно отправиться дальше вместе. Отправиться — и ликовать всю дорогу, и горланить песни про любовь, не знающую преград, и послать осанвэ отцу, рассказать ему обо всем, нет, лучше чуть позже предстать перед ним сразу с невестой…       — Эхх… — поднявшись с земли, Карантир кое-как отряхнулся и подал руку хохочущей Лети, помогая сесть в карету. — Форменоссэ ждёт нас!       И эльфы двинулись дальше по проторенной с такой страстью дороге. Морифинвэ одной рукой приобнял деву, второй поглаживая её большой живот, и... запел. И весь оставшийся до крепости путь старательно, пусть и не очень умело, распевал хвалы себе и своей будущей прекрасной супруге.

***

      — Мори, может хватит? Мне кажется, я не столь хороша, как ты поёшь, — смущённо шептала на ухо эльфа Летиция, сидя рядом с ним и в первый раз задумавшись о предстоящей свадьбе. Она, конечно, мечтала о принце, как и все девочки, но сейчас всё было каким-то слишком сказочным и волшебным. А Карантир, наоборот, ликовал в душе, наконец почувствовав, что Аман реален и по-прежнему прекрасен.       — Не хватит! — Мрачный деланно сурово отвечал на робкие протесты. — И не хватит никогда… Лет, у нас будет такая свадьба, что даже валар обзавидуются! Что? Ты не веришь?