closer, closer enough

— На MTV опять дерьмо какое-то. Стэн пялился в телевизор, шуршал пустым пакетом от чипсов и жевал тоже очень шумно. Это раздражало Кайла, который уже полчаса мучился с кофеваркой — ну не захотелось ей заработать, непокорной такой. Мать же такую истерику закатит и вряд ли станет выяснять, кто виноват. — А что ты хотел? В ротацию пускают сплошную херню. — Согласен, — Стэн чуть убавил звук, поднялся с дивана и выкинул осточертевший пакет с некогда находившейся там отравой в мусорный бак. — Но и раньше-то они тоже всякое дерьмо проигрывали. Представь: преспокойный осенний день восемьдесят второго года, ветер колышет опавшую листву, а ебаные эмтивишные виджеи запускают в эфир «Sexual Healing» старины Марвина Гэя, причем не просто запускают, а по пятьсот раз на день — и тебе не совсем понятно: тебе то ли настойчиво пытаются насрать в уши, то ли ввергнуть в апатию. А он-то, между прочим, бабло на этом срубил! — Я бы возмутился активной ротации «Mickey» Тони Бэзил, — спокойно ответил Кайл, вздыхая при воспоминании о том, что пластинка с синглом ранее упомянутой мадам пылится в отцовской коллекции нетленок и не очень в их гараже. — Но что ты скажешь насчет «I Eat Cannibal»? — Единственное, что их тогда спасло, — факт того, что они женщины. Женщинам можно простить строчки по типу: «твоя любовь съедобна», но вот клип — это полный отстой. Когда я впервые увидел, я задался вопросом: а на чем, собственно, торчат эти девицы? — Зато ощущалась в этом какая-то экзотика. — Позволь заметить, достаточно извращенная. — А как ты относишься, м-м, к Bucks Fizz? — Да как-то... все равно. Две симпатичные девушки, два мужика — стандартный профит, всегда катил. АBBA ведь так же делали. Только вот они запомнились, а эти — нет. — Ты серьезно сравнил великих шведов с этими британцами? И нет, не говори мне, что «Making Your Mind Up» не запоминается. Они были с этой песней на Евровидении и победили. — Подожди-ка, а как дошло до того, что мы заговорили о музыке? — Все началось с того, что ты начал жаловаться на дерьмо, которое ротируется на MTV. Кайл оставил попытки воскрешения кофеварки. Раз уж ему не суждено выпить человеческого кофе, придется отставить все усилия на какой-нибудь другой период и вскипятить чайник — другого варианта он в упор не видит. Он не хочет уж совсем остаться без кофе. Занятый тем, что наливает воду из фильтра в чайник, Кайл вздрагивает и проливает мимо приличное количество воды и на стол, и на пол, и, черт, на себя, потому что за спиной материализовался Стэн Марш, незаконно устроив ничем не обремененную — в данный момент, вероятно — голову на его плече, да еще и пробормотав: — Мы с тобой как Бивис и Баттхед. — Я в нас и не сомневался, — он легко отстраняет Стэна от себя, — кыш отсюда. — А кто из нас кто? — Если уж так рассуждать, то роль Бивиса очень даже подходит Баттерсу, особенно если учесть, что у обоих имеются ебанутые альтер-эго. — А Баттхед тогда кто?.. — Крэйг, — вздыхает, — и какого хера я с тобой все еще поддерживаю контакт? — Потому что тебе необходимо поддерживать со мной контакт, — а Стэн кашляет. — Ты же не протянешь. Да ты скорее сдохнешь, чем протянешь. — А от чего сдохну-то? — От скуки, идиот. От чего еще? — Поставь-ка лучше «Golden Brown» The Stranglers, и от скуки сдохнем уже мы с тобой. На «мы» не планировалось акцента. Оно само собой вырвалось. Но Стэн просто кивнул, принялся рыться в шкафах в поисках заветной пластинки. Стэн, может, что-то понял, может — не совсем. Но на «мы» правда не хотелось акцентировать внимание. Потому что «мы» в понимании с языка простого народа значит «проблема».