Двуличие музыкального гения

— Так что вас беспокоит? — обращаясь к Мину, психолог с равнодушным, но заинтересованным лицом возвращается в своё кресло, берёт ручку и начинает что-то строчить в бланках. На его лице ни намёка на ту комичную ситуацию, что заставила уши некогда невозмутимого Юнги покарснеть. Он даже, мягко сказать, удивился тому, что этот молодой человек так спокойно себя ведёт после их с Agust D представления. Оно в принципе и ожидаемо: он же врач, так что должен сохранять компетентность. — Я думаю, что у меня раздвоение личности. — спокойно выдаёт Мин, смртря в глаза психологу. Молчание продолжается не долго, но, как ни странно, его «приятель» совсем не встревает в разговор. Юн уже было подумал, что праведная рука этого рыжеволосого юноши просто выгнала из него всю «нечисть», но Agust D тут же напомнил о себе. — Сколько тебе лет, красавчик? — тело Мина принимает не особо приличную позу: ноги закидываются на подлокотник кресла, а голову подпирает одна рука, пока вторая вольяжно поглаживает бедро. «Началось в колхозе утро» — вздыхает Юн, видя удивлённое лицо врача. На ум приходит немедленная смена позы, но попытки что-то предпринять в конец рассмешат молодого специалиста и отправят Юна не в психушку, а на шоу «Stand up». — Я не буду спрашивать, уверенны ли вы в этом, так как сам всё вижу. — доктор Пак учтиво игнорирует вопрос Agust D, скользя измученым взглядом по похотливому лицу Юнги и всем остальным частям его тела. — Пожалуйста, извините за такое поведение, я пытаюсь это контролировать, но, как видите, не особо успешно. — Мин кое-как справляется со страптивым «партнёром по телу» и принимает нормальное положение. — Я, конечно, многое видел за время своей практики, но подобное созерцаю впервые. — констатирует врач и подходит к Юну с каким-то листом бумаги и ручкой. Мин на секунду задумывается, восколько этот парень мог закончить университет, но из потока мыслей его выводит голос врача: — Заполните пожалуйста эту анкету. Только попрошу вас как-нибудь договориться со своим товарищем, чтобы не мешал вам в процессе заполнения. — А если он не послушается? — говорит Мин залипая на очки, сползшие с носа психолога, что возвышается над ним, всё ещё не отпуская бланк. — Не беспокойтесь об этом. — произносит доктор и отходит назад к своему столу. Теперь взгляд молодого музыканта прикован к листку, всё ещё тёплому от чужого прикосновения. «Психологический тест» — читает Мин и включает ручку. — «Бывает ли у вас что-либо из ниже перечисленного?» — Юнги ставит везде «нет», так как депрессией он не страдал, «шизанутых родственньчков» у него нет, а родители очень любят своего единственного «сыночка с прибабахом». Далее следуют вопросы про вредные привычки, различные заболевания, возможное недосыпание и много чего другого. Ко всему тесту бедный Мин Юнги относится скептически: ещё со школьных времён он был завален подобным после того, как учителя поймали его компашку за выкуриванием сигарет в туалете. Кстати с неугомоннным Agust D во время прохождения теста проблем, как ни странно, не возникало: он старательно дрыгал то правой, то левой ногами своего «собрата», на что тот решил не обращать внимания, так как ЭТО ЕЩЁ ЦВЕТОЧКИ. Вскоре с тестом было покончено и студент покорно ждал вердикта специалиста. Он конечно не ожидал услышать что-то вроде «Вы серьёзно больны» или «Сейчас вас заберут в псих-больницу», но хотел чтобы его потраченные на какую-то чепуху 15 минут оправдали ожидания. — Ну, что я могу сказать. — многозанчительно тянет доктор Пак, смотря в листок. — Вы однозначно адекватный человек, раз успели добраться аж до последнего курса университета с отличными оценками. — продикламировав каракули Юна, он всё-таки поднимает глаза на пациента. — Но это конечно же не означает, что вы психологически здоровы. Подобных заявлений во всём мире много, но правдивых из них лишь единицы, да и во всей нашей клинике, насколько я знаю, ещё никогда не встречались люди с подтверждёнными диссоциативными расстройствами, так что, не буду скрывать, я счастлив, что вы пришли именно ко мне. — Пак прищуривает глаза, победно улыбаясь, и поправляет очки. — Имеет место быть, что вы лжёте, но после подобного представления я в этом сразу же усомнился. — встаёт и идёт к шкафчику с какими-то таблетками. — Я выдам вам препараты, которые могут помочь и напишу рекомендации к их применению, но так как я не могу сразу назначить лечение от заявленного вами диагноза, так как он достаточно серьёзный и требует полного подтверждения, я выпишу направление на сдачу анализов. Всё это время, пока психолог говорил, Юнги бесстыдно залипл на его голос и поставленную речь. За время небольшого рассказа, он уже раз пятьдесят пожелал, чтобы этот прекрасный тенор спел парочку его песен или хотя бы протянул какой-либо звук, но сейчас они точно не в том положении. — Я бы из личного интереса хотел за вами понаблюдать и вне рабочего кабинета, но на это мне придётся упрашивать своё начальство до тех пор, пока рак на горе не свиснет, но я не говорил, что не попробую. — он подходит ближе к креслу Юнги и мило спрашивает. — Позволите проводить вас до дома? От такого предложения у Мина буквально отваливается челюсть и пробивает под собой пару этажей. Его озадаченный вид говорит сам за себя и Пак более дружелюбно поизносит: — Вне рабочего кабинета и стен больницы, позвольте мне стать вашим другом. Вот она грань между доктором Паком и просто Чимином, которая пересекается медленно, но явно. Мин с минуту просто пялится на рыжие волосы, которые спадают на лоб, на глаза, которые молодой человек как-то по детски тупит в пол и чётко даёт ответ: — Я согласен, но если Agust D начнёт вас лапать, я врятли смогу помочь. Зрачки Чимина сразу расширяютя, а пухлое лицо украшает улыбка.