Двуличие музыкального гения

Закончился очередной рабочий день. Чонгук, как и всегда, одетый в полицейскую форму, вышел из участка со своей лучезарной улыбкой. Все остальные приветливо попрощались с ним, как никак лучший сотрудник: отчёты идеальны, на доске разыскиваемых пусто, в общем, отличный государственный служащий. Но всё это было огромным заблуждением, так как никто не знал ужасной правды. Казалось бы, примерный парень по фамилии Чон несколько раз в неделю позволял себе ходить в стрип-клуб. Но не для того чтобы, смотреть на красивых нагих девушек, а для эротических забав с ветренными мальчиками, что так красиво извивались на тонком блестящем шесте. Такой грех совсем не беспокоил Гука потому, что никто даже не догадывался. Вот и сегодня он свободно мог себе позволить поход в горячо любимое место. Заходя в тёмное помещение, он сразу уселся на красный диван, ожидая официанта. — Мне чего-нибудь покрепче. Цена не важна, — пафосно произнёс он, подходящей к нему девушке. — Ммм, может ещё возьмёте меня? — она развратно бухнулась к нему на колени, затыкая рот своей накаченной грудью. — Хм, пожалуй Вы не в моём вкусе. Но вон тот парень очень даже ничего… — Чон скинул девушку с себя, засмотревшись на молодого паренька, что только подходил к высокому шесту, разминая голову. Несмотря на почти полное отсутствие света, было хорошо видно юношу с худыми плечами и накаченными ногами. Вот он закинул изящную ногу, обвивая ей стальную трубу, и прокрутился на ней в такт музыке. Начинается сильная доля и развратник начинает своё выступление. Его движения плавные и изящные, а эмоции, что источает его тело, показывают истинную похоть и покорность. Он прогибается, держась одними руками, оттопыривая почти голую пятую точку так, что у полицейского мигом твердеет член. Дыхание учащается, а в мыслях лишь одно — получить этого парня. — Как тебя зовут? — Чонгук подходит ближе к стрептизёру. — Узнаешь, когда снимешь меня, — тот подходит ближе и жадно целует. — Тогда я согласен. *** Они мигом закрывают за собой дверь, вовлекая друг друга в самый жаркий поцелуй в их жизнях. Постепенно раздеваясь, Чон понёс свою новую шлюху к кровати, что стояла в дальнем углу у стены. Он кидает развратного парня на простыни и нависает сверху: — Так как тебя величать? — Назвай меня как захочешь, оппа. Я весь твой, — в голосе слышалось некое безразличие. — Мм, но как же так. У тебя должно быть имя, — Гук вводит в мальчишку сразу два пальца, заставляя его простонать. — Тэхён, меня зовут Тэхён, — тот прогибается полностью, томно дыша. — Пожалуйста, не мучай меня. Вставь уже скорее! — Хочешь быстрее? — полицейский двигает пальцами в горячей дырочке очень медленно, стараясь довести его до полного сумасшествия. — Ах, оппа пожалуйста, я так устал! — Тэ хватается руками за волосы Чонгука, притягивая его к себе ближе. — От чего же ты так устал? — Чон вводит третий палец, двигая ими чуть быстрее. — Сколько членов до меня в тебе побывало за сегодня? — Три, ах, ты четвёртый, папочка. Пожалуйста закончи поскорее, я так прошу, ммм. — Какой же ты наивный! — Чон резко вводит свой пульсирующий орган, что так хотел войти в этого сладкого мальчика, что так громко стонал и просил разрядки. Он двигается сразу в своём темпе, игнорируя мольбы о быстрой концовке. Шлепки были ужасно громкими, заставляя обоих возбуждать я ещё сильнее. — Ну так, и кто был лучшим за сегодня, а? И только попробуй назвать чужое имя! Я могу долго тебя вдалбливать в кровать, пока сам коньки не отбросишь! — полицейский наращивает темп, заставляя Тэхёна обмякнуть под собой. — Оппа, я не знаю Вашего имени, ммм, — Тэ хватается за свой орган и начинает работать рукой. — Попробуй угадать. Я буду менять позу и наращивать темп после каждой ошибки, кончая прямо в тебя, — не унимался старший, расплёскивая горячую сперму внутрь и начиная двигаться заново. — Джинхён? Ахх! — перевёрнутый Тэхён, уже старался разобрать подушку в клочья, изгибаясь всё сильнее. — Не угадал, паршивец! — Гук переворачивает его, ставя раком. — Юнджин? — изгибающийся мальчик из последних сил сладко стонал. — Дальше! — выкрикнул Чон, сажая юношу на ковёр и продолжая неистого впечатываться полностью до звёздочек в глазах. — Чанбин? Ммм, пожалуйста хватит, я больше не выдержу! — уже давно кончивший Тэтэ был посажен сверху на своего мучителя, который насаживал его на себя, держа за бёдра. — Думай! — Чонгук поднялся, забирая с собой юношу, и пошёл к небольшому столику, продолжая творить с этим развратным мальчиком с почти сорвавшимся голосом от стонов, что дрожал под ним как при сорокоградусном морозе. — Чонмён? Мммм, я больше не могу! — Тэхён уже почти терял сознание. — Близко, но нет! — Чон резко кладёт спину стрептизёра на стол, закидывая его ноги на свои плечи. — Ч-Чонгук! — со слезами на глазах произнёс Тэ, после чего Чон кончает ему прямо на живот. — Хороший мальчик! — Гук поднимает голову парня и видит на его глазах слёзы, что катятся с невероятно быстрой скоростью. Юноша плачет заливаясь, не в силах вырваться из горячих объятий. — Ну чего ты разревелся? Это ведь всего лишь игра. Да и не мог ты так быстро кончить! — Чон поднимает парня за сочные половинки и несёт к кровати, где бережно укладыапет под тёплое одеяло. — Я, я кончил четыре раза. А ты даже не попытался остановится и дать мне передышку! — стрептизёр говорил почти без эмоций, так как сил вообще не было. — Но ты же не подросток какой-то? — Мне 16, — Тэхён говорит тихо, отодвигаясь от обнимающего его полицейского. — Серьёзно? — Чонгука словно холодной водой облило. — Да! — юноша плачет сильнее. — А если бы я сказал сразу, то ты бы не стал меня брать и не заплатил бы! — Господи, да я же ребёнка изнасиловал! — Чон схватился за голову. — Тэхён, пожалуйста прости! Ты так по-взрослому двигался и… — Вы все так говорите! Потом уходите, а я остаюсь один! А затем всё поновой! Я так больше не могу! Я устал! — Так почему ты просто не уйдёшь с этой работы? — Гук искренне обнимал. Так хорошо, как с этим мальчиком, ему не было никогда. Хотелось дарить ему любовь каждый день и целовать по утрам. Никому больше не отдать это сокровище с сочной попкой стало новой целью в его жизни. — Это единственное место, где я могу зарабатывать нормальные деньги для обеспечения нашей семьи и заботе об отце, — Тэ перевернулся к полицейскому лицом и обвил его шею. — Дай угодаю, она наркоман или пьяница, а живёшь ты в притоне, куда тебя продал отец за дозу да выпивку? Пожалуйста не лги мне! — Чёрт, ну почему все так много обо мне знают?! Я больше не хочу ложится под каждого встречного. — Ким заливается слезами опять. — Всё, хватит, — Чонгук резко вскакивает, натягивая на себя одежду. — Уходишь, да? — Тэ приподнимается на локтях. — Ага, — Чонгук мило улыбается, подходя ближе к бедному мальчику. — Я просто глупый мальчишка. Я всё уже понял! — парень опускает низко голову. — Чёрт, зачем я подумал, что ты останешься?! — Но как я могу остаться, если в противном случае тебе не в чем будет идти ко мне домой?