Двуличие музыкального гения

— А что потом? — увлечённо спросил Юнги, явно ожидая продолжения — Ну, Тэхён переехал ко мне. Я заставил его учиться и вот. Теперь мой мальчик лучший на курсе! — горделиво воскликнул Чонгук. — Всё прям так и было? — спрашивает Чимин, который впервые услышал настолько развёрнутую версию этой истории. — Конечно же не так, — возразил Чон. — Не к столу конечно, но я не мог кончить четыре раза подряд без остановки! — старший явно был недоволен тем, что его Тэтэ нагло врёт. — Ну приврал я немного, что здесь такого? Оппа, ты же не будешь злится? — Ким незаметно кладёт руку на бедро своего парня. Внезапная мысль быстро ударяет в голову, когда сидящий рядом Техён шумно выдыхает, томно прикусывая губу. Парень ёрзает на стуле, бегая глазами в разные стороны. Его коленки плотно сведены, а тонкие пальцы с силой сжимают бедро, от чего наверняка останутся красные пятна не смотря на плотную ткань брюк. Ким Тэхён возбуждён и хочет Чонгука здесь и сейчас! — Ребят, нам уже пора. Мы что-то засиделись. — символически бросая взгляд на часы, промямлил Чон. — И правда. Мы достаточно долго пьём один лишь чай. — ответил Юнги, вставая из-за стола, чтобы проводить гостей. Проходя по коридору, музыкант внезапно почувствовал какой-то подвох. Навязчивые мысли так и крутились в голове, не давая покоя. Но пианист решил разузнать всё чуть позже. Всего через несколько минут ему предстоит один на один остаться со своим психологом. — Ну тогла мы пошли. — немного нервно заявляет Чонгук, с силой сжимая запястие порозовевшего Тэхёна. — Пока, Юнги. — через силу мямлит Ким, после чего оба ускользают ха дверь. Наступает гробовая тишина, которая вскоре прерывается звуком отодвигающегося стула. — Скажи честно, это ты подсыпал возбудитель в чашку Тэхёна? — Чим, проговоривший это на одном дыхании, явно злится. — Нет! Честно, — произносит Мин. — Я бы никогда не сделал такого с этим мелким гномом! — Я надеялся на это, — Пак более спокойно выдыхает, но продолжает более тихо — Я хотел принять душ, и могу ли я взять твою одежду? — Да, конечно. — ни секунды не смневается Мин, быстро проскальзывая на кухню, чтобы скрыть свою «девичью робость». Когда первая тарелка была опущена в мыльнкю воду, из ванной послышался звук струящейся воды. В голову Мина сразу полезли неприличные картинки с Чимином в главной роли. В самых безобидных фантазиях студента он стоял совершенно обнажённым, стоя под струями горячей воды и моля Мина сделать ему «хорошо». От таких смелых мыслей Юна отвлёк его собственный голос: — Юнги, ты полный дебил. Как можно было перепутать чашки? Я вообще-то о твоей половой жизни забочусь! — Так это ты продлил какую-то гадость пиздюку Чонгука! — воскликнул Юнги. — Да не кипятись ты так. Что не делается — всё к лучшему. Да и Чон наверное доволен. У него будет долгожданный секс. — Agus D надменно ухмыльнулся. Всё оставшееся время до выхода Пака из ванной они простоял в тишине. За это короткое время вся посуда была вычещина до блеска и расставлены по своим местам. Никогда ещё в квартире музыканта не было так чисто! *** — Спасибо, что одолжил свои вещи. — послышался голос выходящего из ванной комнаты Чимина. Юнги уже целых десять минут не знал куда себя деть, и появление этого мокрого чуда было весьма кстати. Психолог выглядел по-домашнему: растрёпанные влажные волосы, горячее тело, от которого всё ещё шёл пар, и яркий румянец от горячей воды. Дополняли картину спортивные шорты до колена, которые с трудом держались на бёдрах, потому что талия Чимы была слишком узкой, и широкая толстовка вишнёвого цвета с огромным вырезом. Как раз из-за того, что последняя деталь гардероба еле держалась на худом плечике этого сонного юноши, оголяя бедную ключицу, у Юнги чуть не случился инфаркт. Мин стоял и смотрел на этого чудесного парня в его мешковатой одежде, а бурное воображение рисовало милые картинки их совместной жизни. Студент буквально чувствовал душой, что именно такой Пак Чимин должен засыпать и просыпаться каждое утро лишь только в его объятиях. Скучать и готовить еду, пока он в университете психолог тоже по какой-то причине должен был, но всё конфетные мечты в одну секунду разбились, лишь только маленькая ладошка больно ударила его по лбу. — Хватит на меня пялиться, взрослый ты извращенец, — Чимин почему-то очень сильно злился. — Нам нужно очень серьёзно с тобой поговорить. Пак схватил Юнги за руку, после чего повёл его куда-то в глубь основной комнаты, где на столе уже лежали какие-то больничные выписки.