The Tale of Harry Midgardson

      Гарри застонал, как только пришёл в сознание. Всё тело болело. Болело настолько, что какое-то время он даже не мог вспомнить, что произошло. Но затем в его сознании начали всплывать образы: лес Дин, палатка, которую он делил с лучшими друзьями последние семь месяцев, их обсуждения Даров Смерти, его глупая ошибка, когда он громко назвал Волдеморта по имени, звук аппарации, их отчаянная и бесполезная попытка спастись от Фенрира Грейбека и егерей, панические крики Гермионы о том, что он должен использовать своё всё ещё не изученное даже им наследство, чтобы сбежать, а потом – ничего. Его охватила паника, и он быстро сел – и тут же пожалел об этом, потому что от резкого движения закружилась голова и кровь молотом стучала по вискам, а яркий свет ударил по глазам. Что ж, по крайней мере, он каким-то образом ускользнул от Пожирателей Смерти, если только Волдеморт не решил пытать своих пленников ярким светом вместо круциатуса, в чём он, конечно же, сомневался.       Застонав, Гарри попытался открыть слезящиеся глаза. Если он всё ещё был на свободе, то не мог позволить себе терять ещё больше времени, лёжа без сознания в какой-нибудь канаве, в случае, если его друзей схватили.       Только, к своему удивлению и замешательству, Гарри обнаружил, что лежит не в канаве. И не в лесу. Над ним простиралось ярко-голубое небо и (он протёр глаза, не совсем доверяя им) несколько солнц – три, если быть точным. Трава под ним была густой, мягкой и самой ярко-зелёной, какую он когда-либо видел. Оглядевшись, Гарри понял, что, похоже, оказался в каком-то внутреннем дворе, потому что вокруг возвышались высокие мраморные колонны гигантского здания. Осмотревшись, он увидел неподалёку небольшой пруд, скамейку и красивую мозаичную дорожку. Откуда-то доносились приглушённые разговоры, и в целом атмосфера была спокойной. Даже умиротворённой. Какое-то время Гарри просто сидел, наслаждаясь спокойствием, но потом вспомнил, чем занимался до того, как оказался в этом странном месте. Он быстро вскочил на ноги, не зная, что делать дальше. Ему нужно было найти своих друзей. Он надеялся, что тех не поймали, и они смогли спрятаться. Но даже если так, найти их будет непросто. Заклинания Гермионы были хороши – блестящи на самом деле. Если бы не глупая ошибка Гарри, даже приспешники Волдеморта не нашли бы их. Внезапно по двору разнёсся звук тяжёлых шагов. Не обращая внимания на боль в теле, Гарри развернулся, пытаясь найти место, где он мог бы спрятаться. Однако идеально подстриженные кусты роз не могли служить хорошим укрытием, и прежде чем он успел где-то скрыться, в поле зрения появились двое мужчин, идущих под крытой дорожкой под колоннами. Гарри вздохнул с облегчением, поняв, что это не Пожиратели. Это были высокие, мускулистые до такой степени, что казались громоздкими, мужчины. На них были странные серебристые доспехи, а части по бокам на шлемах напоминали перья. В руках их были копья, а на поясах висели тяжёлые мечи. Они казались сошедшими с экранов исторического документального фильма воинами. Мужчины шли, тихо переговариваясь, и не замечали Гарри. На долю секунды он замешкался, нерешительно покусывая нижнюю губу и наблюдая, как те медленно стали исчезать из виду. Но какой у него был выбор? Гарри понимал, что, скорее всего, это была глупая идея – бежать за ними, но ему нужно было выяснить, где именно он находился и как мог вернуться к друзьям. Коричневые плащи солдат скрылись за поворотом, и Гарри понял, что сейчас или никогда. Собравшись с духом, он привёл мысли в порядок и окликнул их: «Извините!» Их шаги на миг замерли, но потом возобновились, и через секунду стража снова появилась из-за угла. — Да, что… – начал один из них вежливо, но потом его суровый взгляд карих глаз остановился на нём, и Гарри понял, что это была всё же глупая идея. — Кто ты? – резко спросил другой стражник, и оба ускорили шаг, направив копья прямо на него. — Я… – начал Гарри, поднимая руки в общем примирительном жесте, и сделал шаг назад. Однако те двое либо не знали этого жеста, либо не обратили на него внимания, потому что резко схватили его за руку и тщательно осмотрели. Он поморщился, когда его руку сжали и, скорее всего, оставили синяк. — Ты не ас! – обвинил его первый. — Нет, вовсе нет. Я... – начал Гарри, не зная, кто такие асы, но второй охранник перебил его: — Незваным гостям здесь не рады. —Я не... – попытался он снова, но первый стражник резко толкнул его. — Двигайся! Один Всеотец решит твою судьбу, – заявил он, и Поттер побледнел. Чёрт возьми, он очутился во дворе какого-то короля. Какая удача. Сглотнув, Гарри снова попытался обрести утраченную на время гриффиндорскую храбрость. — Простите, я не собирался врываться. Правый стражник лишь усмехнулся: «Тебе придётся придумать историю получше, если хочешь, чтобы мы тебе поверили, парень!» — Я не лгу! – воскликнул Гарри. — На самом деле, я даже никогда не слышал о вашем короле до сегодняшнего дня! Его слова явно не возымели действия, поскольку стражники начали хрипло смеяться. — Харальд, разве такое возможно? Есть ли кто-то, кто не слышал об Одине Всеотце, правителе Девяти миров? — спросил тот, что слева, а другой недоверчиво покачал головой. Гарри больше не дали возможности объясниться, и стражники повели его дальше в огромное здание, мимо красиво украшенных колонн и арок, по длинным мостам и через высокие лакированные двери. Он увидел больше охранников, чем мог сосчитать, и, конечно, не все они были людьми. Но, прежде чем он смог рассмотреть их поближе, они остановились перед гигантской дверью, окружённым шестью охранниками, по трое с каждой стороны. — Нам нужно поговорить со Всеотцом! – доложил товарищам стражник слева от Гарри. Один из них коротко кивнул, а тот, что стоял ближе всех к двери, с грохотом опустил на пол что-то похожее на толстый золотой и богато украшенный посох. Звук эхом разнёсся по коридору, и через мгновение дверь распахнулась Гарри сглотнул, увидев открывшийся зал. Потолок казался таким высоким, что со своего места он не мог его даже разглядеть. Золотые завитки, врезанные в белый мрамор пола, напомнили ему кельтские узлы. Затем один из стражников подтолкнул его вперёд, заставляя пройти дальше. Невозможно было не заметить две высокие фигуры, сидящие на двух тронах, одна из которых поменьше, другая побольше. Их золотистые светлые волосы, более тёплые и блестящие, чем у Малфоев, отражали яркий солнечный свет, струящийся через высокие арочные окна. Женщина, хотя и была меньше ростом и гораздо изящнее мужчины, выглядела столь же внушительно в своём элегантном золотистом платье и длинными волосами, ниспадавшими на край трона. — Один Всеотец, мы нашли этого шпиона в одном из внутренних дворов, – заговорил один из стражников, оба почтительно поклонились, не отводя от Гарри своего оружия. — Шпион, говоришь? – ответил человек на троне, и Гарри вздрогнул, когда тот повернул к нему суровое лицо, открывая металлическую повязку на одном глазу, в то время как другой смотрел на него с жёсткостью, которую Гарри никогда не чувствовал раньше. — Скажи мне, мальчик, в каком королевстве хватило глупости послать ребёнка в мой дворец? Думал ли твой король, что я пощажу его слугу, если он ещё не дорос до доспехов? Какое-то мгновение Гарри ничего не мог сделать, кроме как глупо взирать на Всеотца, надеясь очнуться от этого безумного сна и оказаться хотя бы в своей комнатушке на Тисовой улице. Аура царя была настолько сильна, что, казалось, давила на него. — Отвечай, мальчик! – рявкнул король, отчего он вздрогнул, выходя из оцепенения. Найдя в себе мужество, которого он считал потерянным всего минуту назад, Поттер выпрямился: — Я не шпион! Он имел дело с достаточным количеством сумасшедших, чтобы прятаться перед тем, кто, несомненно, был силён, но, по крайней мере, достаточно вменяем, чтобы вести диалог. — Откуда ты, я тебя спрашиваю? – повторил Всеотец, и в его голосе появились угрожающие нотки. Решив, что ответ на этот вопрос может помочь его делу, Поттер громко сказал: — Я из Суррея, что в Британии. Всеотец задумался: «Я никогда не слышал о королевстве, из которого, по твоим словам, ты родом». Нахмурившись, Гарри покачал головой, по крайней мере, теперь голос Всеотца звучал немного спокойнее. — Британия... или Англия... это страна. — Отец, я думаю, что Британия – это город на Земле. Мидгард, как мы её называем, – внезапно вмешался высокий светловолосый мужчина, выступивший из тени за троном Всеотца. У Гарри закружилась голова. Город на Земле? Неужели он каким-то образом перенёсся… куда именно? На другую планету? В другую вселенную? Неужели с помощью магии даже такое возможно? Однако его внимание вернулось к продолжавшемуся разговору, когда мужчина на троне хмыкнул и кивнул: — А-а-а, Мидгард, – Один на мгновение, казалось, погрузился в свои мысли. Гарри не осмеливался ни пошевелиться, ни заговорить, чувствуя, что его судьба уже решена, однако, когда Всеотец снова задумчиво посмотрел на него, ему задали другой вопрос: — Не знал, что технология Мидгарда достаточно развита, чтобы найти нас. Однако, если бы они стремились к гражданскому миру или торговому соглашению, официальный запрос письмом или посланец были бы правильным подходом. Так скажи мне, какова твоя миссия? Ты хочешь узнать, насколько мы сильны? Сколько у нас людей? Украсть наше оружие? Или что-то более зловещее? Гарри побледнел от его слов. Откуда, во имя Мерлина, эти люди вообще взяли, что он шпион? Или что он здесь, чтобы творить такие ужасные вещи? Неужели преступники в этом королевстве обычно выглядят как тощие недокормленные школьники? Однако Один заговорил вновь. — Скажу тебе, что мои сыновья и наследники — сильные воины, – он небрежно махнул рукой в сторону светловолосого «великана». — Попытка похитить их не принесёт плодов.(1) Снова покачав головой, Гарри повторил: — Я действительно не шпион. Меня не интересует оружие или сражения! Он постепенно приходил в отчаяние: как ему было убедить кого-то в правдивости своей истории, если у него не было ничего, что могло бы это доказать? — Это так? – спросил Один холодным тоном, поднимаясь с трона. Гарри напрягся, увидев, каким высоким был этот мужчина. Он всегда думал, что Рон высокий, с его 6 футами, но Всеотец должен быть не ниже 6,6 футов(2). К его ужасу, бог стал спускаться по ступеням, его тяжёлые башмаки и золотой скипетр эхом отдавались от пола. — Тогда скажи мне, мидгардец, почему мои стражники нашли тебя в самом сердце моего дворца? Если не от имени твоего правителя, то как ты попал в Асгард? Ты не прибыл с Биврёстом, так как тот сейчас закрыт. — Я… Я не знаю! – воскликнул Гарри, вытягивая шею, чтобы посмотреть в глаз Одина, но ему пришлось опустить взор через секунду, не вынеся очень напряжённого взгляда. — Наглец! – прорычал Всеотец, тяжело ударив скипетром о пол. По телу Гарри прошла ударная волна энергии, от которой его голову пронзила. — Ты считаешь меня дураком? Никто не входит в мой дворец без причины, особенно тайно! Я управлял девятью мирами больше тысячелетий, чем ты можешь себе представить! Я знаю каждую ложь и каждый трюк! Не пытайся одурачить меня, или и ты, и твой Мидгард дорого заплатите за свою дерзость! — Я… не… вру! – выдавил Гарри между приступами боли и головокружения. — Если бы вы могли просто отправить меня обратно… — Чтобы ты смог поделиться собранной информацией? Стража, отведите мидгардца в одну из камер строгого режима! – прогремел Всеотец, указывая скипетром на большие двустворчатые двери. Сердце Гарри пропустило удар, и он открыл было рот, чтобы возразить, однако, прежде чем он успел что-либо сказать, тихий, но в то же время властный голос опередил его. — Всеотец! — Фригга, – услышал он голос царя, но, казалось, откуда-то издалека. И прозвучал он куда мягче, даже нежно. — Пожалуйста, муж мой, сдерживай себя, – снова заговорила женщина. — Он всего лишь ребёнок. Послышались лёгкие шаги, и мгновение спустя тёплая рука опустилась на плечо Гарри. — Он болен и истекает кровью. Какая бы судьба ни привела его к нам, я верю, что это не злой умысел. Внезапно нежная энергия словно заполнила его, и боль в голове и конечностях утихла. В руку ему был вложен белый, изящно расшитый платок, и он понял, что из носа у него шла кровь. Вытерев её, он поднял голову и посмотрел прямо в добрые карие глаза королевы. Она мягко, понимающе улыбнулась и подтолкнула его к ступеням платформы, где стояли троны. К его удивлению, она усадила его на пол и села рядом. — Что ж, дитя, я — королева Фригга. Не назовёшь ли ты мне своего имени? – мягко спросила она, её тёплый голос успокаивал что-то глубоко внутри юноши. — Меня зовут Гарри. Королева снова улыбнулась ему и кивнула: «Добро пожаловать в Асгард, Гарри. Можешь ли ты вспомнить последнее, что произошло до того, как ты оказался здесь?» Гарри на мгновение задумался над вопросом. На самом деле не было причин не сказать королеве правду: находящиеся здесь явно не были в сговоре с Волдемортом. Да они, наверное, даже не слышали об этом безумном волшебнике, и, возможно, так он сможет донести до них важность своего возвращения домой. Поэтому он говорил и говорил. А потом говорил ещё. Он не вдавался в подробности, лишь упомянув, что человек-психопат пытался подчинить себе мир, из которого он пришёл, и всё же, когда он закончил, казалось, что прошло несколько часов. Возможно, Гарри просто так показалось, потому что воспоминания о событиях последних месяцев вымотали его. К моменту, когда он замолчал, печальное выражение появилось в глазах королевы. Однако она не дала Гарри почувствовать, что жалеет его, а затем мягко спросила: — А потом ты очнулся в нашем саду? — Да. — Ты, конечно, придумал забавную историю, – усмехнулся Один, но, к облегчению Гарри, Фригга покачала головой. — Я не верю, что мальчик лжёт, не чувствую в его словах обман.       Всеотец пристально посмотрел на неё, но взгляд королевы оставался непоколебимым. Наконец он кивнул. — Хорошо. Что же нам тогда делать? Мы больше не поддерживаем никаких отношений с Мидгардом, а простая отправка его обратно может поставить под угрозу наше королевство. Они забыли древние легенды и ещё недостаточно развиты, чтобы вновь узнать о нас.       Фригга замолчала, явно погрузившись в раздумья, и, хотя сердце Гарри замерло при мысли о тщетности его положения, он не осмелился её прервать.       Наконец королева встала и повернулась к своему мужу, который молча стоял в стороне и наблюдал за происходящим.       — Всеотец, – почтительно начала она, — я бы предложила посоветоваться с Норнами.       Единственный глаз Одина скользнул по мальчику, изучая с минуту, потом кивнул и повернулся к стражникам, что привели его сюда. — Мидгардца поместить в комнату, где его напоят и накормят. Он не должен покидать её, пока я не дам знать, и его нужно охранять днём и ночью! Поняв, что его вот-вот отведут в какую-нибудь отдалённую комнату этого гигантского дворца, он вскочил на ноги. — Но мне действительно нужно вернуться домой! Мои друзья… Однако Всеотец опустил свой скипетр, и стражники снова схватили его под руку, чтобы вывести из тронного зала, не оставив ему возможности возразить. Вздохнув от досады, Гарри прекратил сопротивление, и стражники действительно отпустили его. Ночь отдыха, вероятно, пойдёт ему на пользу, и если его не вызовут обратно в тронный зал к завтрашнему дню, он всегда сможет начать обдумывать новый план. Стражники провели его вглубь замка, и следом шли два молчаливых часовых. И всё же, независимо от того, как далеко они ушли от тронного зала, великолепие вокруг не уменьшалось. Наконец стражники свернули в тупиковый коридор, вдоль которого тянулись сравнительно простые двери, единственной примечательной деталью которых были золотые ручки. Стражник справа толкнул ближайшую дверь и жестом пригласил его войти. Видимо, разговоры не были его сильной стороной. Дверь за ним захлопнулась, и Гарри внезапно оказался один. Не зная, что ещё делать, он оглядел комнату. Она была небольшой, но хорошо обставленной и, конечно, намного больше, чем он мог ожидать от Пожирателей Смерти или даже Министерства Магии. Мебель была сделана из светлого дерева. В углу стояла кровать, небольшой диван, кресло и низкий кофейный столик. Окно выходило на сад, а рядом с ним стояла книжная полка. Она была почти пуста, на ней находилась только одна книга, но сейчас это не имело никакого значения, потому что ему нужно было о многом подумать. И он смертельно устал. Поколебавшись мгновение, он подошёл к удобной на вид кровати, снял кроссовки и лёг. Он подумает о своём новом положении, когда отдохнёт. В данный момент он ничего не мог сделать, и был слишком измотан, чтобы мыслить разумно. Сон почти сразу овладел им: сказалась усталость и мягкая подушка под головой. _____________________________ Когда Гарри проснулся, он не мог сказать, как долго проспал или который сейчас час. Солнца в небе, казалось, немного опустились, но он всё ещё чувствовал себя измотанным. Но всё же достаточно бодрым, чтобы, наконец, заняться чем-нибудь. Перевернувшись на спину, он вздохнул и уставился в потолок. Его мысли сразу же вернулись домой, к Рону и Гермионе. Ему не нужно было проверять дверь, чтобы знать, что он всё ещё находился под стражей, а значит, сейчас у него не было возможности найти дорогу домой. Но это не важно, он все равно решил дождаться следующего дня. Королева Фригга была достаточно мила и, казалось, искренне хотела помочь ему. Приподнявшись, Гарри рассеянно оглядел комнатушку. Она была чистой и аккуратной, и только тихое пение птиц доносилось до его ушей через открытое окно. Он никогда не был в таком спокойном месте. Но что, если действительно не будет никакой возможности отправить его домой? Что он тогда будет делать? Неужели он проведёт остаток жизни в заточении? Сам того не желая, он начал представлять себе картины возможной жизни в этом мирном царстве. Королева поверила ему, так что, возможно, ему будет позволено построить для себя новую жизнь, даже если он окажется среди незнакомцев, на чужой планете, в чужой вселенной. Он мог бы стать пекарем или поваром, а может, даже слугой во дворце. Он мог бы делать всё это даже без предварительного обучения. И, может быть, когда пройдёт какое-то время, он накопит немного денег и обретёт душевный покой, чтобы, наконец, понять, чем он действительно хочет заниматься. Он мог бы пойти в здешнюю школу и научиться чему-то полезному. Это был прекрасные и в то же время ужасные мечты. Коварная фантазия. Поддаться ей, означало бы оставить своих друзей на произвол судьбы, хотя он прекрасно знал, что кроме него нет никого, кто мог бы убить Волдеморта. Пророчество подтвердило это. Не то чтобы в глубине души он не знал, что убить Тёмного Лорда — его судьба. Нет, как бы ни было приятно мечтать о мирной жизни, он был нужен на земле. Слишком много людей рассчитывали на него. Если он не вернется, то погибнут не только Рон и Гермиона, но и все магглорожденные, все полукровки и все чистокровные, которые противостояли Волдеморту. К тому времени свет в его комнате немного потускнел, поэтому Гарри лёг обратно, повернулся на бок и снова закрыл глаза. Однако прошло довольно много времени, прежде чем он заснул.