Дружеские проблемы

На Юнги обтягивающие джинсы, кожаный ремень с огромной железной бляхой, белая футболка, заправленная в джинсы. Тэхён отдал ему свою чёрную кожаную косуху. Мин стоял перед зеркалом и смотрел на себя… Да уж, последствия ночи очередного рыдания были на лицо. — Иди сюда, — Тэхён подходит к другу и поворачивает его лицо за подбородок. — Сейчас будем химичить. Он кладёт на столик рядом какие-то баночки, начинает выбирать что-то, пока Мин не берёт одну из них и начинает рассматривать. «Консилер» выведено розовыми буквами на белом фоне. Парень уже хочет возмутиться, но Тэхён выхватывает косметику из рук Юна, открывает и начинает мазать на лицо лёгкими мазками. — Заткнись и ничего не говори. — Я и не говорил. — Но хотел. Если хочешь выглядеть хорошо на вечеринке, мы просто используем трюки девушек, всё будет зашибись. Мин на эти слова только закатил глаза и стал прямо, чтобы ему нос перед мероприятием не разбили. А то знает он Кима. Через пол часа мучений Юнги был как куколка: ровный тон лица, никаких синяков, губки намазаны бальзамом, бровки густые, подведённые подводкой глаза так и напоминали глазки лисички. Тэхён похлопал друга по щеке, мол, «готов к труду и обороне, поздравляю», и они вышли из квартиры. Вечеринка была в самом разгаре. Все веселились, музыка играла на полную, басы трясли стены, напитки были выпиты наполовину, а люди совсем немного пьяны. Именинница улыбнулась новым и таким желанным гостям, сразу протянула два красных стаканчика, на которых была надпись «с днём рождения». Парни любезно приняли, Ким сразу же выпил и кинул быстрый взгляд на Юнги, который мялся у входа. Ему было не очень комфортно, давно не был в таких местах, уже забыл, как себя вести. Тэхён прищурился, подошёл к брошенному котёнку, залил в него жидкость и поднял лицо, сталкиваясь лбами. — Если сбежишь — я трахну тебя, понял? Если вы думаете, что Тэхён будет трахать нежно, то нет, он не любит такое. Он по садомазо, поэтому Юнги сглотнул и угукнул, переводя взгляд на толпу. Он кивнул в сторону алкоголя и помахал ладошкой другу, скрываясь между телами. Вечеринки Мина привлекали тем, что здесь можно было расслабиться, напиться и забыться. А ещё потому что на каждую вечеринку он плёлся за Чонгуком. Сначала это были просто походы, потому что этого ребёнка потом кто-то должен был довести домой, а потом Юнги как-то сам втянулся, даже не заметил, что теперь его вместе с Чонгуком доводили в полумёртвом состоянии. Юнги допивает уже третий стакан и чувствует, как его тело начинает полностью расслабляться, а на горизонте появляется чёрная макушка, которая так похожа на… Мин сжимает пальцами край стола. Чонгук стоит в толпе, улыбается своими белоснежными зубами какому-то парню. На нём чёрная футболка, надпись какая-то на ней, джинсы с порезами и ботинки высокие. Пьёт и разговаривает, а у Мина уже сердце пропускает удар за ударом. Пожалуйста, подойди и поговори со мной, прошу… Силуэт младшего закрывают какие-то девушки. Парень теряется в толпе, а Юн уже порывается бежать за ним, чтобы снова увидеть, но его останавливают. Маленькая ладошка сжимает плечо, возвращает обратно, суёт в руки баночку пива. — Не смей. Он сам должен увидеть тебя и подойти, — говорит серьёзным тоном именинница и опирается на столик. — Ты не должен ни за кем бегать. Тут не квест «найди свою вторую половинку», усёк? — Вы с Тэхёном записались мне в родители, или я чего-то не понимаю? — возмущается Юнги, — Каждый пытается меня чему-то научить. Заебали, ей богу. Су смотрит на парня, приподняв брови, щурит и так узкие глаза. — Да, записались. Не будешь послушным ребёнком — сдадим в детдом. Юнги хмыкает и отворачивается в другую сторону, утыкается лицом в чью-то широкую грудь. Запах знакомый врезается в нос, Мин поднимает глаза и замирает. На него сверху вниз хитренько смотрит Чонгук. — Ты не сказал мне, что придёшь на вечеринку, — Он забирает у Юнги баночку пива и отпивает, не отводя взгляд от подкрашенных глаз, которые начинаю бегать по помещению. — Т-ты тоже. А ещё не писал и не звонил несколько дней. Чонгук молчит, лишь взглядом почти раздевает. Видимо, он выпил уже немало. Он ставит банку на стол, облизывает губы, знает, что виноват, но стрелки перевести надо как-то, чтобы тему замять. — Ты с Тэхёном? Только вот Юн уже не ведётся почему-то на такое, а ждёт объяснений. — Так это было липовое свидание, только для того, чтобы всё замять? И мы сейчас, как и раньше, не вышли из фрэндзоны? — Я тебя спросил, ты с Тэхёном? — не обращает внимание на вопросы, говорит Чон. Тогда Юнги вскипает в мгновение, сжимает кулаки, намереваясь уйти отсюда, потому что ничего нового. Всё по-старому, он снова начнёт издеваться. Но Чонгук останавливает у входа, прижимает к стене, поднимает лицо за подбородок, смотрит в эти кошачьи глаза, и его ведёт. Они такие блядские сегодня… — Это было настоящим свиданием. То, что мы сказали друг другу там — исповедь. А после… Небольшой перерыв, чтобы немного измениться. Я вижу, что кто-то уже это сделал. Юнги сжимает губы. Снова этот мёд на уши льёт. Сволочь. — Можно было написать, чтобы я не метался из стороны в сторону, не ждал неделю, а потом не встретил тебя на вечеринке моей подруги, Чонгук. Ты, мне кажется, совсем не измен- Целует. Резко, напористо, углубляет, сплетаясь языками. Гель на губах отдаёт клубникой, Чонгук улыбается из-за этого, покусывает нижнюю губу, прижимает запястья старшего к стене, чтобы тот не мог вырваться. — Прости, котёнок, из меня плохой папочка, — шепчет младший. А Юнги буквально чувствует, как весь выпитый алкоголь начинает туманить сознание. — Но… раз уж мы встретились, не хотел бы ты… — Чонгук прислоняется губами к ушку, — …Попрыгать немного на мне, м?