***
Нарочинская снова оперировала. Она молча забрала своего пациента у Брагина. Вот пришла и забрала. Только поставила в известность мужчину, что она лечащий врач, а Олег Михайлович просто мимо проходил. Брагину она ничего не сказала. Даже не посмотрела на него. Было такое чувство, что она его вообще не видит, может так и было. - Нарочинскую не видела? - подошел к подруге Брагин. - Скажи мне вот что, друг мой дорогой! - начала Нина, полностью игнорируя вопрос Брагина. - Вы вместе или нет? - задала она свой. - Нет. - ответил он. - Так видела или нет? - снова спросил хирург. - Оперирует до сих пор! - ответила она. - Уже четыре часа оперирует, а до этого мы с ней шесть часов, еще до этого была ночная смена! Скажи мне, она сошла с ума? - с каждым словом он повышал голос и смотрел прямо на подругу. - Что ты кричишь на меня? - ответила она. - Это ваши с ней дела! Ты с ней поссорился, вот она и показывает свой характер! Иди и ори на нее! - добавила она. Нарочинская вышла из операционной и сразу села на скамейку рядом с ней. Устала ужасно. Она понимала, что это не правильно, что надо отдыхать, что это перебор, но и показать свой характер тоже обязана. - Вот она где! - услышала блондинка. - Нарочинская, у меня к тебе один вопрос, какого черта, а? Ты оперировала десять часов, после ночной смены! - сел он рядом. - Это моя работа, Олег Михайлович! - посмотрела на него. - Это твой характер, а не работа! - крикнул он. - Переодевайся и на выход! Я отвезу тебя домой! - он встал с места. - Так! Стоп! - встала она. - Я сама доеду! О нас и так вся больница говорит, не хватало еще, чтобы я села в твою машину! - У тебя десять минут! - отвечает он и уходит.***
И все-таки она села в его машину. У нее действительно не было сил даже на то, чтобы сесть самой за руль. Ехали они в полной тишине, и каждый думал о своем. Нарочинская, конечно, по большей части думала о дочке. Обещала ей прийти утром, а сама пришла вечером. Вчера утром ушла, сегодня вечером пришла. Отличная мама... Она чувствовала свою вину. Девочку в чужом городе, с чужим человеком. Иногда блондинка ненавидела свою работу, хотя бы потому что, она мало видит дочь. Только утром и вечером, а теперь и даже ночью ее не видит... - Как день прошел? - неожиданно спросил Брагин. - Что? - посмотрела она на него. - А... День... Нормально прошел. Как и у тебя! - отвернулась. - Ну, еще на меня смотрели косо, улыбались, шептались... Не скажешь почему, а? - снова посмотрела на хирурга. - Я же извинился... - он посмотрел на нее. - Ну, такой у нас коллектив... - улыбнулся и снова отвернулся. - Это не коллектив такой, Брагин, а у кого-то язык слишком длинный! - она тоже отвернулась, а через секунду он резко затормозил. Если бы не ремень безопасности, то Марина бы точно улетела вперед. - Ты что творишь? - крикнула она. - Хватит! Все, Нарочинская! - крикнул он в ответ. - Я извинился, но даже не понятно за что! Я просто решил поменяться с Куликовым и все, а он уже себе там все напридумывал, но во всей этой ситуации ты сделала виноватым только меня! А я хотел просто провести эту ночь с тобой, потому что меня к тебе тянет, черт тебя подери! У тебя отличная дочь, да и ты сама необычная! Я хотел помочь с первым дежурством! - говорил он, а она смотрела на него и слушала, даже боялась и слово сказать. - Ты поняла меня? Если ты и ищешь виноватых, то ищи их среди Сергеев и желательно с фамилией Куликов! - он, кажется, закончил. Еще пару-тройку минут тишина, потом мужчина завел мотор, и они поехали дальше.