On The Wings of a Phoenix (На крыльях Феникса)

«Говорят, что птица Феникс регенерирует, когда её ранит враг, и потому становится почти непобедимой и бессмертной. Это символ огня и божественной природы. Слёзы Феникса способны исцелить самые тяжёлые раны».

— Коннер? — Джон шагнул вперёд, когда его бывший свёкор снял солнцезащитные очки и обошёл машину спереди. Тёмный голос, живший в сознании Винчестера, нашёптывал кошмарные вещи — все страхи нормального родителя и охотника. — Что случилось? Сэм в порядке? Едва он успел произнести эти слова, как задняя пассажирская дверь распахнулась и из неё выскочил его семилетний сын. — Папа! — Сэм бросился к отцу, будто с их последней встречи прошли недели, а не часы. — Я дома! Джон поймал его, не зная, что и думать. — Привет, приятель, — выдохнул он мальчику в ухо и обнял. Джон уловил запах детского шампуня и мыла и крепче прижал ребёнка к себе. — Я скучал по тебе. — Я тоже. — Сэм отстранился, широко улыбнувшись Джиму и Бобби. Он извивался в отцовских руках, пока Джон не опустил его на землю. — Привет, пастор Джим. Знаешь что? Я дома. Джим опустился на колени рядом с ребёнком и провёл рукой по его волосам. — Я слышал, мой мальчик. Самое время. Без тебя всё было не так. — Где Дин? Не могу дождаться, чтобы рассказать ему новости. И у меня есть для него подарок. — Эй, эй. — Джон удержал извивающегося ребёнка, который попытался побежать в дом. — Какие новости? Сначала скажи мне, Сэмми. Сэм перевёл взгляд с отца на Чарльза, который всё ещё настороженно стоял возле машины. — Мистер Коннер сказал, что я должен остаться с тобой и Дином. Он думает, что я похож на маму, а мама принадлежала нам. Джон нахмурился. — Это правда? — Да, — Чарльз осторожно двинулся вперёд. — Сэму, кажется, требуется особое внимание. Боюсь, что на данный момент я не в состоянии справиться с этим, и у меня нет под рукой ресурсов. Однако у меня есть это. — Он протянул Джиму большой портфель. — Информация, которую я собрал о вашей организации, мистер Мерфи, — объяснил он. — Несмотря на то, что это интересное чтиво, я больше не буду использовать его. У меня также нет желания, чтобы моё имя ассоциировалось с тем, чем вы занимаетесь. Сэм устал от взрослых разговоров и потянул отца за руку. — Папочка, можно мне навестить Дина? — Услышав нетерпеливый голос Сэма, Джон снова посмотрел на него, всё ещё не веря, что младшего сына ему возвращают. Он улыбнулся ребёнку. — Беги. — Когда мальчик убежал в дом, усмешка Винчестера исчезла, и он посмотрел на Коннера. — Ты сукин сын. — Джонатан, — предостерегающе сказал Джим, медленно делая шаг вперёд. — Это то, на что мы надеялись. — Нет. — Винчестер сердито покачал головой. — Чарльз делает то же самое, что и с Мэри. — Джон шагнул к отцу жены. — Что, Сэм уже разочаровал тебя? Ты решил, что он слишком похож на своего старика? Не достоин быть Коннером? — Наоборот. — Чарльз фыркнул. — Я понял, что он очень похож на свою мать. Джон озадаченно поднял брови. — И это плохо? — Я не собираюсь обсуждать с тобой свою дочь. — Его прошлые грехи были его собственными. Но Чарльз решил не повторять их. — Я просто говорю, что Сэм уже приспособился к твоему образу жизни. Мы живём в двух разных мирах, как вы доказали, убив вчера вечером моего помощника. И мне ещё предстоит услышать доклад от телохранителей. Они, по-видимому, влипли в некоторые неприятности. — Твой помощник убивал и насиловал маленьких детей. — Джон ткнул пальцем в грудь бизнесмена. — Твой помощник похитил твоего внука, первенца Мэри, и планировал добавить его к своему списку жертв. — Джон усмехнулся, подумав о двух обезьянах, над которыми поработал Калеб. — И твоим бугаям нужно будет найти новую работу. По крайней мере, до тех пор, пока они не смогут полностью пользоваться своими конечностями. Чарльз, казалось, обдумывал информацию; мириады эмоций пересекли его морщинистое лицо. Он пожал плечами. — Я не против смертной казни за такие отвратительные действия, которые совершил Питер. В конце концов, я республиканец. — Республиканец, — Бобби фыркнул. — Вам на всех плевать, пока кто-то другой делает за вас грязную работу. — Я пришёл сюда не для того, чтобы обсуждать политику, мистер Сингер. Я пришёл вернуть Сэма. Джон сжал кулаки. Это было то, на что он надеялся, но теперь он был в бешенстве. Чарльз вывел его из себя, и у Джона чесались кулаки. — Итак, ты приехал сюда, разрушил жизнь моих детей, причинил боль людям, о которых мы заботимся, а затем собираешься уйти, как будто этого никогда не было? — Ты бы предпочёл альтернативу? Как заметил мистер Мерфи… я думал, это то, что ты хотел. В данный момент Джон хотел задушить этого старого ублюдка. — Ты заставил меня отдать тебе моего сына! Мне пришлось разбить сердце его брата. Для чего? Чтобы ты доказал, что контролируешь ситуацию и можешь получить всё что захочешь? — Джон прикусил губу и уставился в землю. — Мэри была бы тобой недовольна. — Я не уверен, что она будет благосклонна и к тебе, Джон, — разозлившись, рявкнул Коннер. — Ты развратил её детей, вырастил их в компании еретиков и наёмников. — Я дал им семью. — взревел Джон. — Это всё, что Мэри когда-либо хотела для себя. И для её мальчиков. Чарльз съёжился от гнева Винчестера. Он сделал несколько неуверенных шагов в сторону от злого охотника. Эти люди были способны на насилие, и Коннер внезапно почувствовал себя очень одиноким. — Джонатан, — сказал успокаивающе Джим Мерфи. — Всё это в прошлом. Чарльз посмотрел на пастора, его глаза защипало, и он откашлялся. — Может быть, у нас с дочерью больше общего, чем я думал. Я только хотел, чтобы моя семья вернулась. — Ну нет, — фыркнул Джон, не в силах сопереживать этому человеку. С тех пор как всё началось, Джим не раз говорил ему, что у них с Чарльзом много общего — любовь к Мэри и её ужасная потеря. Но боль от того, что сделал Чарльз, ослепляла Джона к этой неуловимой взаимной почве. Он сделал ещё один шаг к Коннеру, чувствуя на себе взгляд Джима. — Ты хотел семью? Вот это вряд ли, Чарльз. Ты хотел получить наследство. Это две совершенно разные вещи. На этот раз пастор посмотрел на Коннера, и в его словах прозвучала жалость. — Есть лучшие способы завоевать любовь, чем манипуляции, — священник понимал гнев Джона, но он всегда был тем, кто видел возможность исцеления. — Простор детского сердца удивителен, мистер Коннер. Особенно когда ребёнок такой же заботливый, как ваш внук. Оба они весьма примечательны. Чарльз на мгновение перевёл взгляд на горизонт. — Я бы хотел поддерживать с вами связь. — Он проглотил гордость, едва не подавившись комком в горле, и встретился взглядом с Джоном. — Может быть, даже навещать мальчиков время от времени. Или, ещё лучше, пусть они навестят меня. — Это было бы хорошим началом, — прервал Джона Бобби. Хотя он всё ещё был уверен, что им следовало похоронить этого человека в задней части дома сорок дней назад. — Вместо всего этого беспорядка. Вы так не думаете? Коннер снова замер. — Это действительно не ваша забота. Я разговаривал с Джоном. — Мне бы хотелось сказать чертовски много, прежде чем ты забрал Сэма, — сказал Винчестер. — Ты забыл, что сам забрал моего ребёнка? — раздражённо спросил Коннер. — С гораздо более серьёзными последствиями, могу добавить. Она мертва! — Так это была месть? — Джон вскинул руки. — Ты обвиняешь меня в смерти Мэри, поэтому ждал шесть лет, чтобы вырезать моё сердце? Так, что ли? — Нет. — Чарльз провёл дрожащей рукой по губам. Ситуация выходила из-под контроля, и он был не из тех, кто хорошо справляется с хаосом. — Я только надеялся… — Он помолчал, потирая лоб. — Не знаю, на что я надеялся. Но теперь я вижу, что это невозможно. Ты невозможен. — Коннер сунул руку в карман и вытащил сложенную бумагу. — Вот. — Он протянул документ Джону. Винчестер взял его, уставившись на знакомые юридические бланки. — Ты действительно уходишь? — Он не привык к тому, что судьба дарит ему подарки. Должна быть какая-то заминка. — Почему ты сдаёшься? Коннер облизнул губы и засунул руки глубоко в карманы своей лёгкой куртки. — Сегодня утром я спросил Сэмюэля, кем он хочет стать, когда вырастет. — Бизнесмен посмотрел на каждого из стоящих перед ним мужчин. — Он сказал мне, что хочет быть драконом. Я не уверен, что это означает, но полагаю, что принятие моего бизнеса не входит в его планы. — Чарльз вздохнул. — Я только надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Джон разорвал бумагу на мелкие кусочки. — Я делаю всё, что могу, Коннер. Это всё, что я могу тебе обещать. — Мэри ожидала бы большего. Джон кивнул и бросил конфетти к ногам бизнесмена. В конце концов, они о чём-то договорились. — Да. Она бы так и сделала. — Передай Сэмюэлю, что я буду на связи. Джон фыркнул. — А Дин? В конце концов, у Мэри было два сына. — Если он так похож на тебя, как я думаю, то это спорный вопрос. И снова они поняли друг друга. — И ты был бы прав. — Джон повернулся к Джиму. — Я пойду проведаю мальчиков. Как только Винчестер ушёл, Джим откашлялся. Дела шли не так хорошо, как хотелось бы, но Сэм был дома, в безопасности. Пастор не мог просить большего. — Я так понимаю, вы скоро уезжаете из Кентукки. — Мерфи взглянул на Мануэлу, которая молча наблюдала за происходящим. — Я попрошу Мануэлу проводить вас в аэропорт и убедиться, что вы добрались в безопасности. — Мне не нужно… Пастор поднял руку, заставив Коннера замолчать. — О, я настаиваю. — Он встретился с ним взглядом. — Я также считаю необходимым сказать вам, что если вы когда-либо попытаетесь сделать что-то подобное в будущем, я буду вынужден считать вас угрозой всему, что я оберегал последние двадцать лет. — Джим холодно улыбнулся. — Я уверен, что как бизнесмен вы можете это понять. Коннер тяжело сглотнул. — Думаю, я вас прекрасно понимаю. — Хорошо. — Джим улыбнулся и посмотрел на Мануэлу, которая согласно кивнула. — А теперь, если позволите, мне нужно готовить ужин. Кажется, у меня сейчас дом, полный голодных мальчиков, и нам есть что отпраздновать. Чарльз проводил его взглядом и направился к машине, когда услышал голос Бобби Сингера. — Ты поставил деньги не на ту лошадь, Коннер. — Прошу прощения? — Чарльз слегка отступил назад, когда Сингер внезапно оказался рядом. — Мальчик. — Бобби почесал бороду и озадаченно покачал головой. — Видишь ли, последние несколько дней я думал о том, где ты облажался. И пришёл к выводу, что тебе действительно стоило взять Дина. Бизнесмен нахмурился. — Я не понимаю, о чём ты говоришь. — Я говорю о том, что Дин сделает всё для своей семьи. Что угодно. В том числе согласится быть твоей личной марионеткой, если бы это означало, что его брат в безопасности. Он сделал бы всё, о чём ты попросил бы его. Сэмми, с другой стороны, похож на своего отца. — Бобби пожал плечами. — Конечно, Калеб, вероятно, перерезал бы тебе горло во сне или что-то в этом роде, но я думаю, мы никогда не узнаем. Коннер покраснел от гнева. — Есть ли смысл в этом твоём маленьком озарении, Сингер? — Не совсем. — Бобби усмехнулся. — Я просто хотел кинуть тебе это в лицо. — Идиот, — пробормотал Чарльз себе под нос, прежде чем повернуться к механику спиной. Он умчался прочь под смех Бобби.

***

— Почему они вели себя как идиоты? — спросил Дин, уставившись на следующую часть головоломки, над которой они с Калебом работали. — Можно подумать, они никогда раньше не видели девушек. Ривз заговорщически наклонился, пытаясь разрядить угрюмое настроение ребёнка, сгустившееся, как грозовая туча во время завтрака. — В случае с Бобби, я думаю, дело в том, что у девочки были все зубы, а под ногтями не было смазки. — И не похоже, чтобы на ферме часто бывали женщины, — прокомментировал Джошуа из-за газеты. Он сидел за столом напротив Ривза, время от времени поглядывая на головоломку, чтобы проинструктировать Калеба о том, куда вложить недостающую часть, к большому неудовольствию экстрасенса. — Я уверен, что это было для них в новинку. Калеб фыркнул, отталкивая руку Сойера, когда тот попытался указать, куда поместится кусок голубого неба. — У Джима есть тайная жизнь, о которой мы не знаем. Как ты думаешь, почему все эти вдовы приносят ему еду? — Почему? — спросил Дин. — Да, скажи, Дэмиен, — сказал, усмехаясь, Джошуа, опуская газету. Ривз открыл рот, посмотрел на Дина, который пристально смотрел на него, но затем снова перевёл взгляд на Сойера. — Почему ты здесь? — Калеб указал на головоломку. — Я думал, ты ненавидишь такие вещи. Джошуа облокотился на стол, явно наслаждаясь происходящим. — Не надо переводить стрелки, Ривз. Дин задал тебе вопрос. Ответь ему. Это похоже на один из тех моментов старшего брата, и я люблю смотреть, как ты мнёшься. — Ты хочешь сказать, что пастор Джим занимается сексом со многими женщинами? Разве это не против правил? Калеб снова перевёл взгляд на Дина. — Я этого не говорил. И что ты знаешь о сексе? Подросток пожал плечами. — Немного, но я знаю тебя. И у тебя всегда после него появляется эта глупая улыбка на лице. — Дин взял кусочек головоломки из руки Калеба и положил его туда, куда указал Джошуа. — Как ты думаешь, папа хочет сделать это с доктором Маккрой? — Что? — ошарашенно спросил Калеб. — Это? — Я думаю, он имеет в виду секс, — любезно подсказал Джошуа. Ривз впился в него взглядом. — Тебе не разрешается участвовать в этом разговоре. — Он снова повернулся к Дину. — Чувак, почему ты так говоришь? — Внезапно кислое настроение ребёнка и отсутствие аппетита за завтраком обрели смысл. Дело было не только в Сэме. Дин бросил на стол кусочек головоломки. — Он так разговаривал с ней… Они смеялись… Калеб усмехнулся. — Да. И что? Это ничего не значит. Доктор Маккрой разговаривала и с Джошуа. Поверь мне, ему не повезёт. Дина это не позабавило. — Она мне не нравится. — Малыш, она была здесь, чтобы оказать услугу Джиму — осмотреть всех. — Ну, она точно осматривала папу. Калеб снова посмотрел на подростка, не понимая, откуда всё это взялось. — Откуда ты знаешь? — Я не слепой, заметил. Это было правдой. Дин был наблюдательным и попадал в ситуации, с которыми большинство людей — не говоря уже о детях — не сталкивались. — Джонни просто был милым, Двойка. Забудь. — Как я должен забыть о Сэмми? — огрызнулся Дин. — Может быть, папа теперь начнёт искать новую жену? Забудет о моей маме, как забыл о моём брате? Забудет о нашей семье? — Дин… — Калеб покачал головой. — Этого не случится. — Почему? Потому что ты так сказал? — Дин усмехнулся. — Да, потому что в последнее время ты всегда был прав. Ривз чувствовал себя плохо: раздражение на слова ребёнка и незаслуженный удар ниже пояса переполнили чашу его терпения. Обидеть Дина означает разозлить Дина, но всё же… Калеб открыл было рот, вероятно, чтобы сказать что-то, о чём он пожалеет, но Джошуа спас положение: — Я думаю, Калеб имел в виду тот факт, что совершенно очевидно: твой отец всё ещё очень любит твою мать. — Когда Дин и Калеб с удивлением посмотрели на него, Джошуа пожал плечами. — У Джона и Мэри было то редкое явление, вокруг которого вращается большинство сказок. Ты сам говорил мне, что твой отец любил твою мать больше всего на свете. Правильно? Дин с трудом сглотнул и отвёл взгляд. — Да, — тихо ответил он. — Тогда я предполагаю, что это не изменится — пройдёт ли десять лет или десять тысяч. Можешь мне не верить, но моя мать говорит, что настоящая любовь — это единственная настоящая магия в этом мире, и она самый умный человек, которого я знаю. — Эсме знает своё дело, Двойка, — согласился Ривз, бросив на Джошуа благодарный взгляд. Иногда Сойер мог удивить его. — Отдай должное своему старику. Имей немного веры. — И если это не сработает, взгляни на это с точки зрения доктора Маккрой. Она красивый, умный, успешный врач. Твой отец приближается к среднему возрасту. У него военное псевдообразование, нет постоянной работы, нет пенсионного фонда, нет собственности. И у него багаж в виде двух довольно избалованных, капризных, невоспитанных — в лучшем случае — детей. — Джошуа расправил газету и продолжил чтение. — Этот мужчина не очень хорошая добыча, особенно для женщины её калибра. Калеб фыркнул. И были моменты, когда он вспоминал, почему они с Сойером не были друзьями. — Да, Двойка, Джон всего на ступеньку выше Бобби, и ты знаешь, что он не собирается жениться в ближайшее время. — Сингер имеет высшее образование и владеет собственным домом и бизнесом. У него внушительный портфель акций и облигаций. И ещё: собаки имеют более короткий срок жизни и стоят дешевле, чем дети. — указал Джошуа. — Несмотря на проблему блох и ухода за собой, они гораздо более востребованы. — Спасибо за объяснение, — прорычал Калеб. — Я думаю, что смогу сам всё объяснить. — Он сжал плечо Дина. — Ты меня слушаешь, Двойка? Перестань придумывать проблемы на пустом месте. У нас их и так предостаточно. Дин наконец поднял на него глаза, и на его губах заиграла усмешка. — Может быть, мы могли бы сказать Бобби, что она смотрела на его задницу — на всякий случай. Калеб рассмеялся. — Окей. Но у меня есть кое-что получше. Мы могли бы попросить Джоша организовать ему стационарное лечение в больнице и написать очень остроумное любовное письмо. Сойер снова посмотрел на них поверх газеты. — Не втягивайте меня в свои детские шалости. Я скоро уеду. Эта работа закончена, и некоторые из нас не школьники на летних каникулах. У меня есть важные обязанности, к которым я должен вернуться. — Ревнуешь? — Дин поднял кусочек головоломки, который уронил, и вставил его на место. Он посмотрел на Калеба. — Это должно быть отстой — быть старым. — И не говори, — Ривз усмехнулся. — Сегодня Джим готовит яблочный пирог и домашнее мороженое. — Он вздохнул, потирая руки в притворном предвкушении. — Больше для нас, детей. Джошуа встал, готовясь к драматическому уходу. — Я действительно должен был понимать, что помогать вам бесполезно. Калеб смотрел, как он вышел. — Он действительно должен был это понимать. — Да, но над кем мы тогда будем смеяться? — Точно. — Ривз изучил ещё один кусочек головоломки. — Послушай, Двойка, насчёт того, что ты сказал… насчёт того, что я облажался в последнее время… — Я не это имел в виду. — Но это правда. И это нормально — злиться на меня. Чёрт, Мак говорит, что это нормально. Дин искоса взглянул на него. — Ты называешь меня нормальным? Калеб толкнул его. — Я пытаюсь поговорить серьёзно. — Будешь говорить о сексе? — усмехнулся Дин. — Ничего подобного. — Калеб покачал головой. — По крайней мере, подожду ещё пару лет. Ты только что вышел из той стадии, когда думал, что у всех девушек есть вши. Дин на мгновение задумался, а затем согласился. — Окей. Калеб снова серьёзно посмотрел на него. — Я просто не хочу, чтобы ты думал, что это конец. Мы вернём Сэмми. Ты должен верить в Джима, Мака и своего отца. Двенадцатилетний мальчик приподнял бровь. — Хочешь сказать, что я должен верить в драконов? — Я говорю, что ты не можешь отказаться от людей, которые тебя любят. Джош — идиот, но его слова обо всём этом волшебном дерьме… Я думаю, он был прав. Может, драконы и не реальны, но идея, стоящая за ними, важна. Нам всем нужны герои. — Как мушкетёры? — Дин покрутил кусочек голубого неба и взглянул на Калеба. — Я не спал, когда ты читал его вчера вечером. Ривз заерзал на стуле, делая вид, что снова изучает головоломку. — Мак читал мне её, когда приезжал в больницу, где мы впервые встретились. — Он ухмыльнулся Дину. — Я сказал ему, что это отстой. Дин улыбнулся, чувствуя родство с другом. — Ты хотел быть д’Артаньяном. Не так ли? — Да. — Калеб закатил глаза. — Как будто ты не знаешь. — Мне нравится быть драконом. — Да. Мне тоже. — Но что, если Сэмми… Что, если принц не вернётся? Ривз поморщился, потирая лоб, когда снова началась головная боль. — Он вернётся, Двойка. — Калеб наклонил голову и усмехнулся. — У тебя должна быть надежда. — Теперь ты говоришь, как Джим. — Ну, Джим чертовски умён. — Почему ты так уверен? Ривз взял мальчика за плечи и развернул лицом к двери. — Вот почему. Дин в замешательстве наморщил лоб, но когда дверь в «гробницу охотника» распахнулась и появился гость, которого Калеб почувствовал всего несколько мгновений назад, глаза Дина загорелись. — Сэмми! — Привет, Дин. Я дома! Дин едва успел встать, как младший брат врезался в него. Он застонал от удара, и Калеб протянул руку, чтобы поддержать обоих мальчиков. Дин всё ещё не мог полностью стоять на раненой ноге, и буйство Сэма грозило опрокинуть их на пол. — Полегче, тигр. — Калеб взъерошил волосы Сэма. — Твой брат сейчас немного похож на Вуби. — Прости, — Сэм усмехнулся, слегка отстранившись. Он сбросил рюкзак на пол. — Ты в порядке? — Что ты здесь делаешь? — обеспокоенно спросил Дин. — Я думал… — Мистер Коннер перестал быть придурком. Калеб рассмеялся. — Сомневаюсь в этом. — Это правда. — Сэм обратил взгляд на старшего охотника. — Он хочет, чтобы я был со своей семьёй. Учитывая радостные взгляды на обоих лицах Винчестеров, Ривза действительно не волновало, почему Коннер передумал. Он был чертовски благодарен, что парень вернулся домой, где ему и место. — Он умнее, чем я думал. Сэм кивнул. Его лицо скривилось в задумчивом раздумье. — Я думаю, он тоже боялся драконов. Калеб усмехнулся. — Чёртовски верно. — И всё же причина не имела значения. Он протянул руку и быстро обнял мальчика. — Драконы надирают задницы плохим парням. Сэм рассмеялся. — Да. Я так ему и сказал. Ривз встал, крепко сжав плечо Дина. У него было чувство, что мальчикам нужно побыть наедине. — Я собираюсь проверить, как твой отец. Убедиться, что О’Натан Джей не произносит тост за покаянного Святого Георгия. Дин кивнул. — Спасибо, Белак. — Нет проблем, Атевм. Сэм протянул руку и коснулся одного из синяков на лице старшего брата. — Это больно? Дин закатил глаза и фыркнул. — Я в порядке, Сэмми. А как насчёт тебя? — Я в порядке, Дин. — Коннер действительно разрешил тебе остаться? — Навсегда, — кивнул малыш. Дин почувствовал, как у него защипало глаза, и моргнул. — Это хорошо, братишка. Действительно хорошо. Глаза Сэма загорелись. — У меня есть кое-что, что тебе понравится. Дин откашлялся и снова сел в кресло. — Неужели? Сэм наклонился и начал рыться в рюкзаке. Он вытащил несколько драконов и передал их Дину. — Подожди, вот увидишь, — сказал он, вытаскивая из сумки что-то похожее на статуэтку. Он быстро встал, протягивая игрушку брату. — Вот. — Это был не дракон, а крылатая белая лошадь с серебряным рогом. — Разве она не хорошенькая? Дин взял лошадь и стал её изучать. — Да, братишка. Мне это нравится. Сэм наклонился ближе, заговорщически понизив голос. — Она принадлежала маме. Дин удивлённо вскинул голову. Его взгляд снова скользнул по лошади, по-новому рассматривая детали. — Что? Семилетний мальчик с энтузиазмом закивал. — Мама тоже любила истории. Как и я. Но вместо драконов у неё были лошади, волшебные лошади. Дин повертел игрушку в руках и улыбнулся. — У неё была одна в спальне. Теперь я вспомнил. — Он посмотрел на брата. — Где ты это взял, Сэмми? — Мне дал её мистер Коннер. Дин попытался вернуть лошадь Сэму. — Ты должен оставить её себе. — Нет. — Сэм яростно замотал головой. — У меня есть драконы… и ты. Мама хотела бы, чтобы она была у тебя и присматривала за тобой. — Он улыбнулся брату. — Я тоже хочу, чтобы она была у тебя. На случай, если мне снова придётся уехать. Наконец Дин кивнул. — Она может жить в замке? — Конечно, — согласился Сэм. — Но ей нужно имя. Дин вздохнул. Ему было двенадцать лет, в конце концов. — Сэм… — Пожалуйста, — протянул Сэм, глядя на брата щенячьим взглядом. — Окей. — Дин на мгновение задумался. Он поднял глаза на брата и не смог сдержать нахлынувшего на него чувства. Слова Сэма эхом отозвались в его мыслях. «Я тоже хочу, чтобы она была у тебя. На случай, если мне снова придётся уехать». Как насчёт Хоуп? * Сэм кивнул. — Мне нравится это имя. Дин снова взглянул на лошадь и провёл пальцем по крылу с серебряным кончиком. — Хоуп будет жить в замке. — Он поднял глаза и обнял младшего брата. — Но никто и ничто не заберёт тебя снова. — Обещаешь? — прошептал Сэм. Дин крепче обнял брата, зажмурив глаза. — Обещаю. --- — Прекрати кормить щенка под столом, Сэмюэль, — сказал Джон, бросив в сторону младшего сына сердитый взгляд. — Но она голодная. — Сэм взглянул на пастора. — А Джим говорит, что мы должны делиться. Мерфи рассмеялся. — Я так и сказал, но боюсь, что слишком много объедков со стола не очень полезно для Скаут. — Калеб дал ей брокколи. — Эй. — Ривз нахмурился. — Что случилось с любовью, Коротышка? — Ты знаешь правила, Дэмиен. — Дин бросил ехидный взгляд на старшего охотника. — Нет овощей — нет десерта. — Больше для нас. — Джошуа положил себе ещё одну порцию картофельного пюре. — Я с нетерпением жду домашнего мороженого. — Я думал, ты уезжаешь. — проворчал Ривз. — Разве тебе не нужно вернуться к притворной жизни? — Опять нытьё, — пожурил Бобби. — Перестань придираться к брату. — Пошёл ты, Бобби. — Калеб! — хором сказали Макленд и Джим. — Следи за речью. — Простите, — покаянно пробормотал Ривз. — Но это он начал. — Держи, малыш, доктор Лиз сказала, что тебе нужны витамины. — Джон переложил свою порцию брокколи на тарелку Ривза. — Я поделюсь. — Какой ты добрый, — прорычал Калеб. — Кто-то должен за тобой присматривать. — Джон ухмыльнулся. Дин и Сэм рассмеялись, заработав сердитый взгляд Ривза. — Чёртовы сопляки. — А что, по словам доброго доктора, тебе нужно, Джонатан? — спросил Макленд. — Я слышал, это как-то связано с ужином и блестящей беседой? — Я думаю, она хотела проверить его рефлексы? — Бобби поиграл бровями. — Может быть, дать ему бесплатный экзамен по проктологии. — Бобби, — раздражённо вздохнул Джим. — Только не за обеденным столом. — Ты собираешься заняться с ней сексом? — спросил Дин, глядя на отца, и все взгляды устремились на него. За столом воцарилась тишина. — Что? — Джон поперхнулся чаем, и Калеб застонал, когда тёмный взгляд Винчестера метнулся от его старшего сына к экстрасенсу. — Что такое секс? — спросил Сэм, оглядывая мужчин постарше. — Калеб! — рявкнул Джон, глядя на своего протеже. — Почему ты на меня смотришь? — проворчал Калеб. — Я сказал ему, что ты не в её лиге. — Вот спасибо, — саркастически ответил Джон. — Да, тогда я предположил, что Бобби больше ей подходит, — сообщил им Джошуа с любезной улыбкой. — Наконец-то хоть кто-то в здравом уме. — пропел Сингер. — Молодец, малыш. Я знал, что есть причина, по которой ты мне нравишься больше всех. — Я имею в виду, по крайней мере, на бумаге. — На бумаге? — Бобби вскинул бровь. — Что, чёрт возьми, это значит? — Я думаю, это значит, что пока Лиз не придётся смотреть на тебя или нюхать тебя, у вас двоих может быть шанс. — Макленд усмехнулся и откусил ещё кусочек курицы. — По крайней мере, больше шансов, чем у тебя с Эсме. — Пожалуйста, оставьте мою мать в покое! — умолял Джошуа. — Она даже не взглянула бы на вас, язычников. — Мальчики, — перебил Джим. — Давайте, пожалуйста, попробуем закончить ужин в мире и… — Ты хочешь сказать, что мой отец недостаточно хорош? — спросил сердито Калеб. Джим поднял глаза к небу и глубоко вздохнул, моля о терпении. — Мальчики! — Джош сказал, что мы непослушные дети и что папа глупый, — проинформировал их Дин. — Что? — Джон бросил взгляд на Сойера. — Что ты сказал? — Я пытался помочь, — защищался Джошуа. Сэм посмотрел на Калеба. — Что такое секс? — спросил он снова с полным ртом картофельного пюре. Дин посмотрел на младшего брата. — Калеб сказал… — Я ничего не говорил! — быстро оборвал его Ривз. — Довольно! — Джим со стуком поставил чашку на стол. — Вы все замолчите! — Ух ты, Джим. — Калеб ухмыльнулся. — Ты чуть не разбил фарфор мисс Эммы. Снова наступила тишина. Сэм поднял руку, ёрзая на стуле. — Я закончил. Мы со Скаут можем принять ванну? Джон бросил взгляд на своего младшего сына, который теперь держал в руках извивающегося щенка. Его лицо было перемазано подливкой, макаронами и сыром, и Скаут была не намного лучше — её чёрная шерсть была испачкана различными овощами. Джон ничего не мог с собой поделать — он рассмеялся. Следующим был Макленд, за ним быстро засмеялся Бобби. Наконец лицо Джима расплылось в улыбке. — На этот раз, я думаю, Эмма даст тебе своё благословение. — Но как она отнесётся к тому, что ты занимаешься сексом с вдовой Хенсен? — спросил Дин. Калеб быстро зажал ему рот ладонью. — Кто хочет пирога?...