Да, да, но нет

у нас проблема, хьюстон, только давай без лжи во спасение, иначе сразу отбой. «всё будет хорошо!» – самое хреновое утешение, гораздо лучше: «я не знаю, что будет дальше, но проживу это вместе с тобой». хьюстон, хьюстон, у нас проблема: мы взрослеем, грубеем, с головою уходим в быт. и это давно доказанная теорема – ничего нет больнее пропасти между тем, кто ты есть, и кем хочешь быть. мы взрослеем, хьюстон. реже чувствуя, реже плача. чаще оставляем всё на автопилоты. мне страшно, хьюстон, ты лишь представь, что лет через двадцать кто-то устроит разбор мной невыполненных полётов. Ок Мельникова

      Съемки трейлера к камбеку шли 12-часовыми сменами, оформленный концепт производил неоднозначное впечатление, даже режиссер пытался сгладить углы и преподнести идею мягче. Но Мин продолжал стоять на своем, а вместе с ним и вся команда. Ни шагу назад, бессмысленно бороться, если в последний момент ты отказываешься говорить напрямую. Такая правда жизни о страхе не быть собой, не найти своих и не реализовать даже сотой части предназначения. Стало понятно о чем говорил Шихек, эта сентенция или попадет в самое сердце, или останется вне поля зрения, люди склонны избегать сложных тем и слепо верить в светлое будущее. А оно может таким и не быть, точнее в этой коробке с печеньками определенно попадаются не самые вкусные и в довольно произвольном порядке. И не потому, что ты не заслужил или не достоин, плохо старался или мало сделал, нет, это просто хаос, броуновское движение жизни. Всем нам в чем-то определенно везет, а в чем-то определенно - нет.       Нам наблюдал за Джином, этот калейдоскоп диалогов-ситуаций, малозаметных и не особо значимых для кого-то другого, но не для младшего. ...Гук морщится и расстегивает верхнюю пуговицу рубашки, закрывает глаза на пару секунд. Джин стоит к нему в пол-оборота, но тут же перестает разговаривать с Юнги: - Гук, иди за мной! - А можно потом? - Нет, сейчас же, я не буду двадцать раз повторять,- Джин отводит макнэ в гримерку, по дороге зовет врача. Отчитывает Тэ, что тот не уследил, находит обезболивающие и договаривается с режиссером о небольшом перерыве. Если не наблюдать за этими микродвижениями и не замечать быстроту реакций, складывается впечатление, что все организуется само собой. Но нет, старший направляет процессы, корректирует логистику. ...Чимин расстроен, сложно входить в роль, и так страх нереализованности его больное место, а тут он должен отыгрывать самые фатальные сценарии. Пака трясет, он постоянно оглядывает павильон в поисках поддержки, эти огромные на пол-лица глаза и подрагивающие губы. Он как всегда старается и в этом великолепен, но предел близок. Джин встает рядом с оператором, ничего не говоря, большой палец вверх, легкий кивок головы и мимолетная улыбка. Он аплодирует младшему после каждого отснятого дубля, и тот расслабляется, показывает чудеса перевоплощения. Старший хватает за руку Юнги, проходящего мимо и тоже уже порядком уставшего, ставит рядом и что-то тихо объясняет. Мин хмурится, но уже через пару минут врастает в землю и до конца съемок Пака не двигается с места. ...Хоби уже час вместе с охраной пытается понять, кто сливает кадры в режиме реального времени со съемок в интернет, много злости и непонимания. Это делает кто-то из своих, Хоуп выходит из себя каждый раз, когда его подводят те, кому он доверяет. Это подрывает его личную веру в людей, он всегда вкладывается в отношения, и это как удар в спину. Джин не вмешивается в эти разборки, но подходит к каждому из стаффа и просит отключить телефон. Мягко объясняет, договаривается, отправляет часть девочек-коорди по домам. Прямая трансляция прекращается после всех его манипуляций, Хоби раздраженно спорит, что надо найти источник утечки. - Хоуп, это уже третья смена, надо доработать, служба безопасности потом все отследит по ID. Меру твоего гнева я понимаю, но сейчас это эскалировать бессмысленно. Хочешь поорать, наори на меня. - Джин говорит убаюкивающим голосом, и тот перестает метаться и устраивать погром. Все так просто, казалось бы, простые действия и слова, изящные решения катастрофических ситуаций.       Намджун пытается перестать отслеживать и запоминать, это напряженное внимание и непрекращающийся поток осознаваний выбивают почву из-под ног. То, что казалось бы надо понять и решить, предстает в совершенно однозначном виде: выбора нет. Как там Мин Гуку говорил в машине: "Если ты живой и не социопат, ты не можешь это включить-выключить по собственному желанию." - Следишь за мной? - Джин как всегда краток и точен в формулировках, появляется в гримерке за спиной младшего, рассматривая его в зеркале. - Да, прости, это непроизвольно. Хотя надо себе-то не врать, не могу оторваться, - Нам успокаивается от одного его присутствия, еще один неоспоримый факт. Интересно говорить телом к телу, но с отражением в софитах. - Ты не хочешь мне что-то сказать? - Джин, ты совершенно не романтичен, что за нездоровый прагматизм? - Мне кажется, нам уже хватит драм, можно же легче и проще. Да или нет? - Да.       Вечером дома, когда Гука выселяли в свою комнату, на пожарной лестнице во время перекура Нама отловил Мин. - Я смотрю, ты все придумал? - Юнги искренне улыбался и был похож на довольного лисенка. - Я? Нет...вспомнил один важный разговор, там было что-то про заложенные риски в любых отношениях. Спасибо тебе! До меня медленно доходит. - Мне нужно тебе кое-что отдать, этот текст видел Джин. Я просто боялся, что ты выбросишь. Возьми!

хьюстон, хьюстон, у нас проблема. в новом мире нет места для сказок и бабочек в животе. ждать счастья, не ждать, вот в чём дилемма, но тот, кто однажды увидел солнце, сможет выжить и в темноте. у нас проблема, хьюстон, у нас проблема. который год. у нас проблема: мне дико пусто. но я верю, хьюстон, что всё пройдёт. Ок Мельникова