Я - Реджинальд, бракованный Золотой Страж

От лица Реджинальда. Я слышал крики своих друзей, которые пытались привести меня в чувство. Наконец-то мое сознание пришло в норму, и я открыл глаза. Но… я видел лишь белоту потолка и несколько двигающихся пятен. Я принялся быстро моргать в попытках прогнать пелену перед глазами, но… было тщетно. Она все так же стояла и мешала нормально видеть, что происходит. — «Ред, как ты?» — зашевелилась черная клякса с голосом Агаты. — «Сколько пальцев я показываю?» — спросил голос Барта, и я увидел что-то бирюзовое с очертанием руки, но… я не могу ответить на этот вопрос. Я не вижу их! Но… есть телепатия. Наверное, не стоит их заставлять за меня переживать. — «Три», — коротко ответил я. И был прав. Барт действительно показывать три пальца. — «У тебя вид опустошенный», — послышался голос Хохмача. — «Что было? — кратко сказал я, приподнявшись с койки. — Я лишь помню Шейна, молнию и…» — «Ты остановить шаровый молния, — сказал Лу. — Она взорваться так, что ты отлететь, но Громила тебя спас. Мы подумать, что ты откинуть копыта.» — «Сколько времени прошло?!» — продолжал я недоумевать. — «Ты проспал три дня… и… тебя ждет… Малак, чтобы… — робко говорит Хохмач, в голосе которого звучал страх. — Загадка Небес… указала всех, кто натворил делов… и… теперь… Но… Что ты сделал?» — «Я… — опускаю голову, чувствуя, как грызет меня совесть. Я вообще потерял голову тогда от горя и гнева… но тем не менее убил Алекса… — Я убийца…» — «ЧТО?!» — крикнули в унисон мои друзья в шоке. — «Я убил Алекса… в подвале… я чудовище… Хоть Алекс и злой и жестокий… но я не должен был опускаться до его уровня, — говорю я грустно. — Я понимаю, почему Загадка Небес разозлилась на меня. Я готов к суду.» — «Ред, мы еще хотели сказать… — Агата не договорила, но я ее перебил. — «Не надо, я знаю, что виноват, я оденусь, ждите меня снаружи, хорошо?» Монстры повиновались и покинули палату. Как же теперь… меня посадят? Казнят? Что жестокого со мной сделают? Я ведь… ах, я просто чудовище! Я ведь мог не убивать Алекса… мог! Но не сдержался… это все гнев! Гнев, страх и зависть… вот, что движило мной вместо того, чтобы разум этим занимался. Но теперь я ничего не сделаю, ведь… факта не отменить. Нет. Я не стану убегать от ответственности. Наказание не терпит уклонений, а тем более это еще и Загадка Небес будет судить меня. А артефакты не разжалобишь. Они словно компьютеры, которые лишь запрограммированы на то, чтобы выполнять функции исполнительной власти. Это конец для меня, да? Я стал бродить туда сюда, но задел рукой что-то. На ощупь и по форме это была сумка. Я открыл ее. Там были лишь осколки… Эдмунд… Эдмунд… мне так тебя не хватает. Прошу, вернись ко мне… Пожалуйста… Из глаз навернулись слезы. Он спас меня и умер… Я поднес к глазам поближе части его лица. Я их видел. Правда плохо. Если бы я мог вернуть Эдмунда… Надо одеваться и идти к Малаку. Я еле нашел свою одежду и напялил ее на себя. И… забрал с собой эту сумку. Пусть хотя бы осколки его лица мне греют душу… потому что она у меня теперь будет пуста, но… зато у меня есть друзья, которые готовы мне всегда помочь и словом и делом. Я буду скучать по ним, если меня посадят на несколько лет… Я вышел. Меня повели к Малаку. Я находился все это время в больнице, шестом кошмаре. В принципе я шел за ребятами, которые были мне словно поводырями. Я… почти ослеп. Вижу теперь лишь силуэты. Но… я не хочу никому говорить об этом. Не надо меня жалеть. Преступник заслуживает справедливого воздаяния за свое делинквентное поведение. Я заслужил этого наказания. Остается лишь уповать, что все будет не так плачевно для меня… все-таки я боялся. Сильно боялся наказания. Да, я готов его принять, но страх все еще колебал мою душу. Глубокий вдох. Сейчас мой страх ничем мне не поможет.

***

В поместье. Я зашел в кабинет Малака. Демон сидел за столом. Здесь было весьма темно. Стены были и так окрашены в темные цвета, а здесь и окна были занавешены, что будто предвещало жестокой расправы во мраке. Лишь зеленая лампа на столе у Лорда рассеивала тьму и освещала его красное лицо. Я не мог разобрать, что оно выражало, и мне сделалось вдвойне страшно. Это все неизвестность. Я понял, что именно меня пугало все это время. Имя этому ужасу — неизвестность. Теперь я вспомнил свою прошлую жизнь, как это положено красным, желтым и оранжевым душам. Я вспомнил Роджера Бернса, Анну Дарн и свой класс. В памяти всплыл первый урок с детьми и… разговор с Анной. Как я ей помог морально, хоть и не был с ней знаком. Похоже именно это мне надо было вспомнить. Я… могу вдохновлять, как я считаю. Наверное… А затем я узнал, кто меня убил. Тот молодой человек с голубыми глазами! Но кто он? Кто же?! — «Реджинальд, — позвал меня Малак. — Сядь.» Он указал на стул перед столом. Я робко сел. — «Итак, ты знаешь, зачем ты здесь, — сказал демон. — Загадка Небес нашла для тебя наказание.» — «Что я заслужил?» — спросил я, опустив голову. — «Кольцо посчитало нужным лишить тебя свободы и отправить на каторгу в угольные катакомбы, — сухо произнес Малак. — Скажу сразу, работа там очень тяжелая на шахтах.» — «На какой срок?» — прошептал я, хотя понимал, что обычно это на несколько лет. — «Загадка Небес уточнила, что на девять месяцев, — сказал Малак. Так мало? Нет, это много, но для тюрьмы мало. — «Ты будешь отчислен с остальными оставшимися в живых преступниками уже сегодня вечером, — продолжает Малак. — Готовься.» — «Я понял, Лорд Малак, — вдохнул я. — Я согласен.» — «Хорошо», — произнес Малак. Я собрался уйти из кабинета, но тут демон меня остановил. — «И еще кое-что, Реджинальд, — начал он. — Должен сказать одну вещь.» Я повернулся к демону. — «Ты сделал то, что я бы никогда не мог ожидать от бракованного, — говорит. — Ты удивил меня.» Я вопросительно уставился на беса. — «Я недооценивал дефективных, считал их бесполезными, но… — продолжает он. — Ты спас практически весь мой мир. И жизни сотням монстров. Именно поэтому кольцо смягчило тебе участь, ведь бы мог получить в несколько раз больше лет.» Я счастливо улыбнулся. — «К сожалению, освободить тебя от заключения я не могу, лишь могу пожелать тебе хорошей работы и… Удивляй всех и впредь, Реджинальд. Неужели?! Во мне увидели того, кто на что-то способен! Малак в меня поверил! Сам Малак! — «И еще кое-что, — демон коснулся моей переносицы когтем, и его глаза засияли красным светом. — Я могу дать тебе временно зрение…» — «Но… Вы же демон, а они… — Малак приложил к моим губам палец. Я действительно теперь мог видеть лицо беса. Он был счастливый и печальный одновременно. — «Я решил обучиться исцелению, Реджинальд, и пока у меня не очень получается, — говорил он мягким бархатистым басом. — Береги глаза.» Он улыбнулся мне и вывел из своего кабинета. — «Что он сказал?!» — воскликнула Агата и подскочила ко мне. — «Дали срок и отправят на каторгу, — сказал я спокойно и улыбнулся. — И в общем-то поделом.» — «На сколько?!» — спросил взбудораженно Барт. — «На девять месяцев, друзья», — сказал я грустно, но в душе я радовался. Я не бесполезен. Сет был прав. Я готов был расплакаться от счастья. — «Не волнуйтесь за меня, все будет хорошо, поработаю там и вернусь, — я говорил бед капли страха. — Давайте лучше обнимемся, ведь я ухожу сегодня вечером.» Агата, Барт, Лу и Хохмач крепко обняли меня. Хохмач и Агата заплакали от горя разлуки, а Лу и Барт тоже хотели бы это сделать, но для них это было невозможно. Естественно, их эмоции были такими же сильными и без слез. — «Я бы отдал все, что у меня есть, лишь бы отговорить Загадку Небес тебя отправлять туда, — прошептал Барт. — Но… тогда не скучай.» — «Я буду считать дни и часы», — пролепетала Агата, и я вытер ее слезы. — «Следить на здоровье, Реджинальд, — пожелал Лу. — Я надеяться, что ты вернуться быстрее.» — «Крепись, — сказал коротко Хохмач. — - Никакие раны тебя не остановят. Меня не остановили, и тебя — ни в коем случае.» Я, хоть и был очень расстроен, что теперь буду бесплатной рабочей силой, но я не буду унывать. Пусть завтра мне будет сложно, но не надо грустить. Расстаемся с прошлым и будем гордо смотреть в будущее. Не будем жалеть о прошлом, а станем строить будущее. И будем стараться больше не совершать ошибок. Жизнь на то и жизнь, чтобы совершать ошибки, исправлять их и совершенствоваться. Я вспомнил свои же слова. — «Смотрите на ошибки, как на способ выявить свои слабости и узнать, как переступить через себя и загладить их или научиться чему-то новому, — говорил Реджинальд своим ученикам. — Ошибаться всем дано. Самое главное — вовремя остановиться, исправиться и стремиться к совершенству. Примите своих демонов и заботьтесь о том, чтобы они и ангелы жили в равновесии.»