Терапия

Честно говоря, я сама не ожидала такого поворота, но затягивать и запутывать сюжет не буду :)

По их обоюдному, но так и не озвученному, соглашению Гиердис приходила каждый день на несколько часов, забиралась в кресло с очередной книгой. Что в это время делал Локи, ее совершенно не интересовало, порой она ни одного взгляда не кидала в сторону его клетки. Всеотец больше не пытался наладить контакт с приемным сыном, валькирию к себе на допрос не вызывал, словно совсем забыл про этих двоих. Локи казалось, что он начинает сходить с ума от бездействия: все книги перечитаны, мебель ломать не получилось – заколдованная Всеотцом, она восстанавливалась на следующее утро, строить коварные планы по захвату миров надоело. Еще через неделю заточения трикстер все-таки нашел себе развлечение: он поставил себе цель вывести валькирию из себя любыми доступными ему способами. Так что Гиердис очень удивилась, когда придя однажды, она обнаружила трикстера не в его излюбленном углу кровати с книгой в руках, а сидящего вплотную к стеклу с диковатой ухмылкой на губах. - Доброе утро. – Немного удивленно произнесла она, по привычке направляясь к своему месту. Кресло, небольшой стол с искусно украшенной лампой, гора книг вокруг – не самый плохой вариант для наказания. - Доброе? – Негромко протянул Локи, чуть склонив голову набок, скрестив руки на груди. Без своего обычного одеяния, отделанного кожей и металлом, в простой зеленой рубашке он выглядел обманчиво безобидно. У него было много времени накануне после ее ухода, чтобы придумать достаточно методов действовать ей на нервы. Валькирия непонимающе посмотрела на него, но пожала плечами – кто знает, что творится в его безумной голове. - Ты, верно, считаешь меня сумасшедшим? - Да нет, что ты. Все твои поступки говорят об исключительном благоразумии. – Едко произнесла девушка, повернувшись к нему спиной, разглядывая книгу в своих руках. – И неужели тебе нравится такое читать? Скука смертная. – Она вернула в общую кучу талмуд об истории холодного оружия в каком-то отдаленном районе Свартальфахейма. - Никогда не знаешь, что может пригодиться. – Надменно произнес он, не сводя с нее пристального взгляда, прекрасно понимая, как это нервирует. - Угу. – Она тоскливо вздохнула и обернулась, смерив тяжелым взглядом стеклянную темницу принца. - Грустно? Что ж ты такого натворила, что тебя приставили следить за мной? – Локи решил на время оставить идею издеваться над девушкой, хотелось просто поговорить о чем-нибудь, отвлечься. Чтобы потом знать болевые точки, на которые можно надавить сильнее. Гиердис подозрительно посмотрела на трикстера, который, если честно, с трудом скрывал свою хитрую ухмылку. Она прекрасно понимала, что ей потом аукнется, Локи ей все нервы выкрутит, но уж лучше хоть какое-то общение, а то от этих книг она готова выть от тоски. - Я ослушалась приказа своего начальника. – Помедлив, она подошла ближе и опустилась на небольшую скамью напротив. - Это я слышал. В чем заключался твой проступок? – Как ни странно, его тихий голос успокаивал натянутые нервы, располагая собеседника к себе. - Тебе официальную часть или правду? – Хмыкнула девушка и потянулась к блюду с фруктами, стоявшему рядом на столике. - Даже так… Я правильно понимаю – Всеотец не знает, что произошло на самом деле? – Он заинтересовано подался вперед. - Ну… - Она замялась, решая, можно ли такое рассказывать Локи или нет. – В Асгард прислали официальное донесение. - Ясно. Расскажи, все равно других занятий не предвидится. - Что-то мне подсказывает, что я об этом еще пожалею. Ну что ж… Уже полгода я была на службе в лагере на границе Асгарда, которая ближе к Ванахейму. Там был один воин… - Гиердис остановилась, задумавшись. - О, это уже интереснее. – Иногда трикстер был действительно невыносим. - Я его даже не видела. Он получил тяжелое ранение и умирал, и его смерть была кому-то выгодна. Моей обязанностью было проводить его в Вальгаллу, но… Его ждет великая судьба, он принесет славу и процветание своему государству, я не имела права прерывать его жизнь. Но мой командир считал иначе, получив вознаграждение от недоброжелателей того воина. - Я не понял, а почему наказана ты? – Усмехнулся Локи, заранее зная ответ. - Потому что это только одна сторона медали. – Горько добавила она и резко подняла голову, встретившись взглядом с принцем. – Яфнехар когда-то был достойным асгардцем, но сейчас… Еще та гниль. - Он сделал что-то еще лично тебе, о чем ты не можешь говорить вслух, что-то постыдное. - Его дикая усмешка стала еще шире, словно он услышал что-то очень приятное. Девушка смерила его выразительным взглядом, но не стала комментировать. - Попытался. За что и получил тяжеленным столом поперек позвоночника. Был бы смертным, сразу б сдох. Естественно, он не мог об этом инциденте доложить Всеотцу, поэтому рассказал только свою часть. - А ты? Ты же могла рассказать обо всем, его бы с позором прогнали, ты бы избежала наказания. - Объявить во всеуслышание, что какой-то стареющий вояка приставал ко мне? – Она коротко рассмеялась, чуть откинувшись назад. – Это же позор на всю жизнь! - Сиф знает? - Да. Относится ко мне, как к неразумному детенышу, постоянно цепляется… Словом, старшая сестра. Кому как не тебе это понять. - У нас нет ничего общего. – Отрезал Локи и, резко поднявшись, ушел в дальний угол комнаты, усевшись с книгой на кровать, всем своим видом показывая, что разговор закончен. - Ой, да пожалуйста. – Фыркнула валькирия и радостно вскочила навстречу слуге, который внес огромный поднос. Набрав себе еды, валькирия устроилась в своем углу, найдя наконец книгу по вкусу. Стражники застыли у входа в стеклянную клетку, ожидая, пока прислужник расставит принесенную еду на столе и бегло приберется. Трикстер даже бровью не повел, что заметил присутствие кого-либо в своих покоях, сам себя коря за неожиданную вспышку гнева. Любое упоминание о брате или событиях в Мидгарде все еще отзывалось в нем острой болью и стыдом от поражения. - Ну что, есть успехи? – Только по прошествии двух недель Всеотец наконец вызвал Гиердис к себе, и то слушал вполуха, погрузившись в какой-то пергамент перед собой. - Эм, как сказать. Он уже перестал делать вид, что меня нет. – Пожала плечами валькирия. - Что-нибудь говорит? Про события в Мидгарде, про Тора, про своих союзников? - Ни слова. Будто ничего не было, и его несправедливо посадили в клетку. – Для себя валькирия уже решила, что не будет докладывать о каждом шаге Локи, а уж тем более о том, что он ей иногда рассказывает. Совсем крупицы, незначительные мелочи, но это уже что-то. Неразумно подрывать только возникшее доверие доносом Всеотцу. - Чего я и ожидал. Теперь ступай и постарайся его расположить к себе, насколько это возможно. Гиердис молча поклонилась и покинула приемный зал в полнейшем смятении. Она все никак не могла понять, зачем Один все это затеял, ведь глупо надеяться, что она сможет как-то помочь или, что совсем абсурдно, исправить Локи. По пути в темницу на выгнутой широкой лестнице она встретила Сиф и Вольштагга, которые увлеченно о чем-то спорили. - О, вот и наша преступница. – Беззлобно улыбнулась валькирия. – Ну что, как успехи? У Гиердис был такой несчастный вид, что асгардец не выдержал и звучно рассмеялся, радушно потрепав ее по плечу так, что у нее колени подкосились. - Прекрасно. Прошу меня простить, я уже опаздываю. - Подожди, уж он точно никуда не денется. Расскажи, что у вас там вообще происходит? Он что-нибудь рассказывает? Может, про Тора? - Я ничего не могу сказать, Всеотец запретил обсуждать этот вопрос с кем-либо. - Ты просто скажи, он в порядке? – Встрял в разговор Вольштагг. – Тор хоть виду не подает, но мы же все знаем, как он беспокоится. - Единственное, что могу сказать… Ему явно живется лучше, чем нам всем. – И она, проскользнув между асгардцами, поспешила в темницу, не забыв по пути заглянуть на кухню. - Опаздываешь. – Заметил Локи, даже не оторвав взгляда от большой пыльной книги, которую держал на коленях, попутно делая какие-то записи на листках бумаги. - Меня задержал Всеотец. – Гиердис с довольным видом уселась напротив, поставив рядом на столик небольшое блюдо, закрытое металлическим колпаком. – И еще я встретила Сиф и Вольштагга, которые справлялись о твоем самочувствии. Кажется, им просто хотелось посплетничать. И я заглянула на кухню. – С видом победителя она подняла крышку, и на блюде оказался большой кусок шоколадного торта. – Это моя единственная слабость. – Усмехнулась девушка и потянулась за ложкой. - И что он сказал? - Ничего. Честно говоря, я и не стараюсь понять его Великий Замысел, ведь он есть в каждом его поступке. - Это сарказм? – Он наконец поднял голову и улыбнулся краем рта. - Да что ты, чистейшая правда. – Она с нескрываемым наслаждением отправила в рот кусок торта и прикрыла глаза. – Кому-то надо миры захватывать, а мне для счастья нужен лишь кусок хорошего шоколадного тортика. - Издеваешься? - А? Нет! – Еле выговорила она с набитым ртом. – Хочешь, я могу послать на кухню, чтобы и тебе принесли? Эти торты на весь Асгард славятся! Не пожалеешь. - Честно говоря, иногда я готов согласиться с Сиф. – Закатил глаза принц и небрежным движением отложил книгу. – У тебя отвратительный характер. - Ну, знаешь ли! А я вот уже к тебе почти симпатией прониклась, так ты каждый раз все портишь. Да ты и сам не подарок, знаешь ли. - Ты сделала, что я просил? Настала очередь Гиердис закатить глаза и с грустью отложить тарелку. - Да, куда ж я денусь. - Ты могла отказаться. – Он пожал плечами и поднялся с кресла. Бледный, волосы взъерошены, под глазами круги – и не скажешь, что он уже которую неделю сидит взаперти. - А ты мог бы и не умничать. – Буркнула валькирия и тоже поднялась на ноги. – Что мне делать? - Если хочешь научиться магии, тебе придется делать все, что я скажу. И не делай такое лицо, становишься похожа на того смертного, которого я из окна его собственного дома выкинул в Мидгарде. - Тебе никто не говорил, какой ты очаровательный собеседник? А еще бог обмана. – Не удержалась она и скривила губы в усмешке. - На детей не обижаюсь. – Парировал он и подозвал ее поближе. Возможно, если бы кто зашел сейчас в зал, то сильно удивился увиденному: Локи и Гиердис стоят друг перед другом с закрытыми глазами, совсем близко, между ними лишь стекло, и что-то тихо шепчут. Но не стоит думать ничего лишнего: Локи просто стало скучно, он решил попытаться обучить валькирию хотя бы азам магии. Это была попытка номер… Какая-то.