Терапия

Еще одна-две главы. И Финал...

Пока Локи спал, девушка быстро собралась и покинула темницу, не в силах больше оставаться в его компании. Ей просто необходимо было сейчас побыть одной, к тому же надо было прочитать письмо из Альвхейма. Семьи у нее не было с самого раннего детства, поэтому ее так легко и приняли в ряды валькирий. Отец погиб спустя пару месяцев после рождения девочки, мать сгинула в пустынях Свартальфахейма, а дядя давно жил в Альвхейме и не выказывал никакого желания забрать ее к себе, изредка отправляя ей бесконечно длинные письма или навещая раз в пару лет. И вот теперь, судя по всему, и он прослышал о ее «похождениях» и запоздало вспомнил о своих кровных обязанностях. У Гиердис не было ни малейшего желания вскрывать конверт, но она чувствовала, что в письме будет что-то важное, то, что может изменить ее жизнь, в последнее время катившуюся под откос с бешеной скоростью. С Локи было хорошо, но он – все еще пленник, и никакая магия его оттуда не вызволит без разрешения Всеотца, а это случится только при каких-то экстраординарных событиях. Да, его способности вернулись, но этого все еще недостаточно. К тому же, Локи признался, что его заклинание вытягивает из Гиердис все силы, а это… Это может привести к тому, что она может и не дожить до того момента, как трикстер наконец сумеет преодолеть преграду. Гевульф был странным ученым, так страстно увлеченным своей работой, что не замечал ничего вокруг. Он мог сидеть в своей лаборатории целыми сутками, порой забывая и про еду, и про сон. Поэтому валькирия и рада была, что они редко общались, что в детстве, когда после смерти родителей, ее хотели поручить Гевульфу, он отказался. Потому что рано или поздно он бы про нее забыл, с головой уйдя в свою науку. Но, несмотря на непростые отношения, они старались поддерживать связь и обмениваться письмами. И сейчас он спрашивал о ее самочувствии, все ли хорошо, стоит ли ему приехать. Долго рассказывал о своей работе, хотя прекрасно знал, что она все равно ничего не поймет, ну а в конце письма, по традиции, приглашал ее к себе. А что, было бы неплохо – раз жизнь в Ванахейме не сложилась, а из Асгарда она готова сбежать в любую минуту, лишь бы больше не терпеть этого безумца в подземелье. Вот уж действительно, любовь зла – полюбишь и бога обмана в золоченом рогатом шлеме. Наконец Гиердис нашла в себе силы переодеться и пройтись прогуляться, а то слишком долго она сидела взаперти. Странно, что никаких вестей от Сиф или Всеотца не было, в прочем, так даже лучше. Но стоило ей подумать об этом, как на пороге ее покоев встретил слуга с приглашением пройти на внутренний двор, где сейчас шли тренировки молодых воинов. Больше асгардец ничего не добавил, так что валькирии пришлось, недоумевая, последовать за ним. Единственное, чего она опасалась, что там она могла встретить Эберхильда. - Привет! Ну надо же, кого я вижу. – Вольштагг приветственно развел руками. – Неужели тебя отпустили из темницы? – Он весело хохотнул и, приобняв валькирию за плечи, повел ее к леди Сиф и Фандралу, которые с открытой галереи наблюдали за практиковавшимися воинами. - Скажу по секрету: я сбежала. – Улыбнулась Гиердис и помахала друзьям, сминая в кармане платья письмо от дяди. - Тогда мы вынуждены тебя наказать хорошим настроением. – Лукаво подмигнул ей Фандрал, но ему пришлось отвлечься, чтобы разнять воинов на площадке, которые затеяли потасовку. – Эй, отставить! - Тебе нужно больше бывать на воздухе, а то я опасаюсь в скором времени не досчитаться одной валькирии. – Сиф взяла девушку за руку и легонько толкнула ее плечом, улыбаясь. – Ну что, не надумала вернуться к нормальной жизни? - Пока нет. Но я прочитала письмо из Альвхейма, которое ты мне передала в день моего приезда. - Альвхейма? – Переспросил Вольштагг, подумав, что ему послышалось. - Там живет мой дядя. Мы с ним очень редко видимся, но он в каждом письме приглашает погостить у него, надеясь, что я откажусь. Что обычно и происходит, но сейчас… Я не прочь снова сбежать. – Улыбка сползла с ее лица, стоило вспомнить все, что произошло за последние несколько месяцев. - Радужный мост практически восстановили, так что в скором времени у тебя есть шанс навестить родственничка. – Пожал плечами Вольштагг, подзывая к себе слугу. – Все Девять миров нуждаются в нашей помощи, мы получаем донесения о набегах мародеров, стычках между племенами, так что альвы не откажутся от присутствия среди них валькирии из Асгарда. - Подожди, я ведь еще ничего не решила, это так, мысли вслух. – Она глубоко вздохнула, окинув долгим взглядом площадку для тренировок. – Да и кто меня отпустит. Честно говоря, я немного запуталась. Ох уж эта королевская семейка. – Покачала Гиердис головой, и асгардцы рассмеялись, не заметив, как к ним вышел Тор. - А что с нами не так? – Полушутливо рассердился громовержец, когда все вздрогнули от неожиданности и оглянулись. - Стоит с вами связаться, как вся жизнь идет наперекосяк. – Девушка развела руками. – Впрочем, наверно, мне не стоит жаловаться. Кстати… - Я только что проводил Эберхильда обратно в Ванахейм. Я как раз тебя искал, нужно поговорить о том, что он рассказал. - Не стоит ему верить. Даже если Локи нашел какое-то там заклинание, он лишен магии, все это знают. - И ты готова провести все оставшееся время там внизу, в темнице? Ты же губишь себя заживо, лишая любого шанса на… - На нормальную жизнь? – Криво усмехнулась Гиердис, твердо глядя на рыжеволосого толстяка. – Нет, сударь мой Вольштагг, это не про меня. К тому же, ты, как отец семейства, должен понять, что… - Он тебе не семья! – Воскликнула Сиф, негодующе глядя на сестру. – Неужели ты не понимаешь? - А у тебя все упирается в кровное родство? – Огрызнулась Гиердис и пошла к ступеням, спускавшимся во внутренний двор, где продолжали тренироваться на мечах воины. – Впредь я очень прошу вас всех больше не затрагивать эту тему. Это только между мной и Локи, вас, даже Тора, это не касается. Как и мое здоровье. – Бросила она напоследок и оглянулась на друзей, которые только сконфуженно переглянулись. – Вольштагг, от всей души поздравляю с будущим пополнением в семье. Это просто чудесная новость. – И валькирия скрылась среди воинов, направляясь ко входу в дворцовый парк. - Сиф, ну зачем ты снова? – Вольштагг принял из рук слуги поднос с едой и пристроил его на широком каменном ограждении. – Девочка влюблена, это самое главное. - Это не девочка, а одна из валькирий. И моя младшая сестра. Я никогда не поверю, что Локи так просто сдался и прекратил попытки сбежать. И тем более я не верю, что он ее любит. - Мне кажется, ты не веришь в сам факт, что валькирия способна так безрассудно влюбиться. – Фандрал вернулся с площадки, протягивая девушке кубок с вином и многозначительно улыбаясь. - А для тебя, друг мой Фандрал, это уже слишком избитое слово, судя по количеству разбитых сердец, которые ты оставляешь за собой. – Вступился за Леди Сиф Одинсон под дружный смех товарищей. - Я дарю им счастье. – Красавец блондин развел руками, пожимая плечами. – Такой уж я. Эти воины уже готовы, осталось дождаться, когда достроят Радужный мост. Больше компании прекрасных дев люблю только жаркую битву. – Он мечтательно вздохнул, опустив руку на эфес шпаги и приосанившись. - Боюсь, нас ожидает нечто куда хуже и глобальнее, чем просто парочка заварушек на границе. – Вздохнул Вольштагг, уплетая запеченную курицу. – Так что надо успеть насладиться жизнью заранее. Гиердис быстрым шагом шла по дорожке, щедро присыпанной гравием. Она была сыта по горло этими бесконечными нравоучениями и беспокойством со стороны друзей. Девушка сама прекрасно все понимала, и от постоянного напоминания, что Локи ее обязательно предаст, лучше на душе не становилось. Надо бы вернуться к нему, а то еще обидится, что она ушла без предупреждения, но она так устала постоянно подстраиваться под его настроение. Идея уехать в Альвхейм с каждой минутой казалась ей все более привлекательной, хоть все равно несбыточной. Гиердис решила немного прогуляться, чтобы привести мысли в порядок, да и просто подышать свежим воздухом, размяться, понимая, что постоянное нахождение в темнице сыграло свою роль на ее здоровье. Она быстро отгородилась от мысли, что виной тому – только заклинание, потому что все еще хотела наивно верить, что Локи ее не бросит, стоит ему найти способ сбежать. А Эберхильд… Его появление снова выбило у нее почву из-под ног, а ведь она только успокоилась, только начала принимать как должное, что все хорошо. Да, девушка видела то заклинание, которое Локи пытался от нее спрятать. И не раз она проводила ночи в библиотеке, пытаясь разгадать, как же оно действует. Если бы у валькирии было больше времени, она б разобралась в этом, может, сама бы начала заниматься магией, чтобы хоть немного обезопасить себя от коварства Локи… Но, кажется, время на исходе, и вот-вот грянет гром. Локи проснулся с тревожным ощущением, что грядут очень плохие события. Гиердис рядом не было, так что еще оставалось время как следует обдумать дальнейшие действия. Он прекрасно помнил сон, который ему послали Норны о том, что ждет Асгард в будущем, но для себя окончательно решил, что не желает в это ввязываться. Все эти глупости о том, что он поможет спасти Девять Миров от разрушения, что они с Гиердис связаны – чушь собачья, а все вокруг явно сходят с ума. Заклинание готово, а это означает, что уже сегодня они наконец смогут осуществить задуманное. Суть его была в том, чтобы в центре темницы создать энергетический разрыв, через который можно будет пробраться в один из Девяти Миров. По времени они будут очень ограничены, к тому же, такой прыжок отнимет очень много сил. Значит, надо найти Гиердис и предупредить, чтобы она как следует отдохнула. Да и вообще, лучше позвать ее к себе, чтобы не вызывать подозрений, ведь все уже привыкли, что валькирия сутками напролет пропадает в темнице. На мгновение Локи даже задумался о словах Тора, о том, не стоит ли ему отпустить девушку, ведь сейчас она обречена всю жизнь сидеть в заточении вместе с трикстером. Но как он мог отпустить ее?! Она ведь принадлежит только ему, и никто не смеет покушаться на единственное, что еще у него осталось. А еще ему надо было разобраться с поганцем Ингваром, к чьим цепким ручонкам и прицепились сначала вещи Гиердис, а затем и обрывки заклинания. Ну ничего, родственник Яфнехара еще сыграет свою роль в блестящей постановке Локи. Обратная дорога в Ванахейм казалась бесконечно длинной. Гиердис не стала его слушать, она вообще кардинально изменилась, что невозможно было узнать в этой тени ту прежнюю жизнерадостную девчонку. Обозленная, мрачная, отчаявшаяся – не так выглядят девушки после возвращения к любимым. Эберхильда жгла черная острая обида и горечь, поездка оказалась бессмысленной, ведь валькирия и слушать его не стала, не задумываясь, какая опасность ей грозит. Воин пустил коня шагом, задумчиво разглядывая пустынную дорогу. Буквально за несколько месяцев он пережил столько различных эмоций, что сейчас они словно бы закончились, истлели от этого жара, что поглощал его день за днем. Да, Фрейр отправил его на границу с отрядом отбивать набеги мародеров, но даже жестокая радость битвы не могла хоть ненадолго усмирить его. Эберхильд все пытался привести себя чувство, уговаривая, что негоже ванахейскому воину, правой руке короля, так убиваться из-за какой-то девчонки, которая бросила его ради преступника, ётунского бастарда, возомнившего себя царем невесть каких земель. Внезапно он закашлялся, чувствуя, словно сотни маленьких коготков раздирают его горло в клочья. Спешившись, воин припал на колено, прижав руки ко рту. Сомнений не было – его отравили или прокляли, а кто еще был на такое способен, кроме Локи? А трикстер сам стоял рядом бесплотным невидимым призраком и злорадно смеялся, громко, надрывно, от всей души. Ох, как хотелось бы пнуть этого жалкого ванахейца под ребра, заставить его ползать в пыли, но увы, на такое Локи был не способен в своем положении. А Эберхильд, тем временем, стерев кровь с губ, с трудом поднялся и вскочил на коня, помня, что через несколько километров вверх по дороге должен быть отряд его воинов, которые должны ему помочь. Локи только, дурачась, помахал ему вслед рукой, зная, что до вечера славный ванахеец не доживет. - Локи, скажи мне, расскажи здесь и сейчас всё, что ты задумал. – Гиердис подошла к стеклу, внимательно следя за своим принцем. – Я больше не могу гадать, опасаться, что не проснусь утром, или что ты сбежишь один, без меня. Пожалуйста, докажи, что всё действительно так, как ты обещал мне. – Она специально не стала подходить ближе, преступать черту, чтобы у него не было возможности дотронуться до нее, обнять, окончательно лишив воли. - Это сложная магия, я не смогу… - Я не дура, а ты, если постараешься, сможешь подобрать термины попонятнее. – Огрызнулась валькирия, скрестив руки на груди и отступив на шаг. - Я тебе все расскажу только в том случае, если мы окажемся по одну сторону от стекла. – В тон ей прошипел трикстер, буравя девушку тяжелым взглядом. – Ты же знаешь, меня не переспорить. Гиердис тяжело вздохнула и прижала ладони к лицу, горестно всхлипнув. Потом медленно отняла руки от лица, провела пальцами по волосам, крепко зажмурив глаза. - Будь проклят тот день, когда я вернулась в Асгард, когда Всеотец назначил мне такое наказание. – Она зашла в клетку и замерла, наблюдая, как Локи осторожно приблизился, примирительно подняв руки. – Ты словно какого-то зверя приветствуешь. - А ты и есть зверь. – Он обнял ее, с нескрываемым удовольствием зарывшись лицом в ее волосы. – Мой волк, который опять пытается показать характер. - А нечего было приручать. – Буркнула девушка ему в плечо, расслабленно вздохнув и обняв его в ответ. – Я все еще жду объяснений. - Это надолго. Кстати, сегодня ты останешься здесь, и это даже не обсуждается. – Локи увлек ее к кровати и усадил, сам расположился на полу, взяв девушку за руки. – В первую очередь я хочу тебе объявить, что через несколько часов мы покинем Асгард. Я надеюсь, раз и навсегда. - Что?! – Гиердис подскочила было на ноги, но трикстер заставил валькирию сесть назад и принялся массировать ее ладони. - Ты хотела все узнать, так будь добра сиди смирно. Это заклинание очень сложное, на него нужно очень много сил, это правда. Моих бы не хватило, вот я решил привлечь и тебя, чтобы наверняка все получилось. Суть в том, что создается разрыв в пространстве и энергии, типа портала, очень нестабильный и кратковременный. - Ты можешь выбирать место, куда выходит другая сторона портала? - Если б все было так легко… Мы попадем на границу Свартальфахейма, то еще местечко, но выбирать не приходится. - Неважно. У нас точно получится? – Она наклонилась и поцеловала его в лоб, устало поведя плечами. - Надеюсь. Я уже ни в чем не уверен. Раз уж рассказывать… Помнишь, как неожиданно Один переменил свое решение и вызвал тебя из Ванахейма? - Да, я до сих пор не понимаю, зачем Норнам это понадобилось. – Она потянула его за руки и заставила сесть рядом. Забралась с ногами на кровать, устроилась у него под боком, не выпуская его ладоней. - Накануне они отправили мне видение, или сон, не уверен точно, что это было… В общем, я увидел будущее, то будущее, в котором наша попытка сбежать провалилась, и ты осталась в Ванахейме. - И? – Гиердис поймала себя на шальной мысли, что сейчас хотелось совсем не разговаривать. Они со всеми этими проблемами забыли, как же это хорошо – просто быть вместе, наслаждаться друг другом. От легких прикосновений его тонких пальцев к волосам девушки Гиердис чуть не мурчала от удовольствия. - И вернулись темные эльфы, пытались уничтожить мир, меня Тор вытащил из темницы, чтобы я ему помог, в итоге мы всех спасли. За «заслуги перед родиной» меня освободили от наказания и даже сделали правой рукой моего внезапно помудревшего братца… - Он поморщился, припоминая тот жуткий сон, который так был похож на реальность. - А я? Если тебя освободили, разве ты не мог… - А ты вышла замуж за Эберхильда. – Наигранно равнодушно произнес Локи, отвернувшись. - Что?! Да что за бред, нет, ну не может быть такого! – Она села прямо, с возмущением глядя на трикстера. – Почему? - Ты меня спрашиваешь? – Горько усмехнулся Локи, привлек ее к себе и поцеловал в макушку. – Мне запретили связываться с тобой каким-либо образом, потом выяснилось, что Всеотец поставил тебе ультиматум – если ты вернешься в Асгард, то меня запрут обратно в темницу. Прошло несколько лет, и на коронацию Тора прибыла делегация из Ванахейма. - Пожалуйста, скажи, что ничего не изменилось, и в этот раз нам действительно удалось сбежать. - Ну, ты была готова. Если бы не одно «но»… - Локи оглянулся и как-то странно посмотрел на девушку, которая уже удобно устроилась на его плече. Почему-то было сложно озвучивать самое главное. – Твой ребенок. Гиердис снова отстранилась и непонимающе взглянула на трикстера, помотав головой, не веря собственным ушам. - Ты хочешь сказать… Мой и Эберхильда ребенок? – Валькирия недоверчиво поморщилась, окинув рассеянным взглядом клетку. – Но… Как же… - Вполне логично, раз у тебя не было возможности вернуться в Асгард, а я не мог попасть в Ванахейм. Жизнь ведь не остановилась, надо было продолжать. - Но… - Девушка, плюнув на всю хваленую гордость валькирий, пересела ближе к нему и обняла, положив голову ему на грудь. – Пожалуйста, не допусти, чтобы это случилось. Локи только погладил ее по голове, поморщившись, ведь он знал, что ни при каких обстоятельствах она выйти замуж за Эберхильда не сможет. По крайней мере потому, что ванахейца к этому моменту уже давно не будет в живых, но об этом Гиердис пока знать необязательно. - Постараюсь. И, кстати, у нас еще есть время. – Под заливистый смех девушки Локи повалил ее на кровать, покрывая ее лицо поцелуями. И пусть у нее почти нет шансов безболезненно преодолеть границу между мирами, по крайней мере, последние часы они проведут вместе. - Ты точно готова? Может получиться и так, что мы никогда не вернемся. – Он полностью сосредоточился на шнуровке ее платья, наглым образом усевшись на нее сверху и не позволяя пошевелиться. - Ну и ладно. – Она пожала плечами, пытаясь перестать смеяться. – Локи, с таким лицом обычно в библиотеке сидят, а не девушек раздевают. – Гиердис все хохотала, пытаясь скинуть с себя трикстера. - Я только начал. – Пробормотал он, наконец расправившись с застежками, и теперь с довольным видом наблюдал, как ткань под его напором легко скользит по коже девушки. – О, как я обожаю это.– Он наконец взглянул ей в глаза, нависнув над ней сверху. - Так ты не ответила. - А смысл сейчас сомневаться, когда мы так близко к цели? Ради чего мне оставаться в Асгарде? Иногда ты такой дурак, честное слово. – Она успела перехватить его руки, пока он чего-нибудь не натворил. – Локи, я отказалась от счастливой семейной жизни в Ванахейме ради того, чтобы торчать тут, с тобой в клетке. Думаешь, сейчас я начну сомневаться? – Гиердис схватила его за отвороты рубашки и притянула ближе, выдохнув. – Могу счесть за оскорбление, если учесть, сколько я из-за тебя вытерпела. Так что… - Трудно продолжать говорить, когда тебя так властно целуют. Одежда с легким шелестом падала на пол, а яркий свет камеры потускнел после щелчка пальцев хитрого мага. У них есть еще пара часов, а потом кто знает, когда они еще смогут насладиться уютом и теплом. Из Свартальфахейма выбраться можно, но это будет гораздо сложнее всего, что им пришлось пережить до этого. - Пора одеваться, осталось немного. – Локи лежал на боку, скользя подушечками пальцев по ее оголенному телу. Девушка сонно потянулась и устало вздохнула, потерев глаза. Сейчас она была бледнее, чем обычно, под глазами синяки, руки мелко дрожат, слабость сковала все тело. - И кто говорил, что надо было отдохнуть, а? После такого надо бы еще пару часов сна. – Усмехнулась Гиердис и села на кровати. – Ты уверен, что Один тебя не подозревает? - Даже если так, через полчаса нас здесь не будет. – Он внимательно вгляделся в ее лицо, пытаясь оценить, стоит ли рисковать затеей, чтобы Гиердис тоже смогла пройти сквозь портал. Ведь, если в этот раз план опять провалится, то Всеотец предпримет всё, чтобы их разлучить. Ну или посадит валькирию в соседнюю камеру, чтобы они знали, что рядом, но не могли даже коснуться друг друга. - Я люблю тебя. – Помедлив, наконец Гиердис озвучила эту мысль просто как факт, не требуя ответной реакции. Она приняла это как само собой разумеющееся, ведь что толку ждать от бога обмана искренности. – Просто прими это как должное. – Не глядя на Локи, валькирия поднялась и принялась одеваться, сосредоточившись на ткани. Трикстер прикрыл глаза и позволил себе спокойно, счастливо улыбнуться, и тепло разлилось внутри, успокаивая натянутые нервы. Слова так и рвались с губ, но в самый последний момент Локи сумел перебороть себя и встал с кровати, притянув девушку к себе и снова поцеловав. Он в жизни не говорил никому ничего подобного, всю жизнь прятался за шутками и сарказмом, ложью и цинизмом. Но, ведь если ты – бог озорства и обмана, это не значит, что ты не способен на сильные искренние чувства. Для открытия портала требовалось всего ничего – прочитать заклинание и пролить пару капель крови. Никаких странных символов на стенах, свечей, амулетов. Просто несколько слов, жизненная сила и надежда на удачу. Они стояли рядом, держась за руки, когда свет пару раз моргнул, и стекло содрогнулось с густым тяжелым звоном. Посреди комнаты в воздухе пошла рябь, потом едва видная щель метра полтора в высоту появилась и медленно начала расширяться. Гиердис неожиданно почувствовала дикую усталость, ноги подкашивались, но она держалась, крепко схватив руку Локи. Когда портал открылся достаточно, чтобы можно было пройти, они переглянулись, сияя счастливыми глазами, предвкушая, что буквально через пару мгновений покинут эту ненавистную клетку. - Стой! – Внезапно двери темницы распахнулись, и внутрь быстрым шагом прошел Всеотец, а за ним поспевал Тор с молотом наперевес. - Давай, скорее! – Локи, держа девушку за руку, шагнул ближе к порталу. - Не смей! – От взмаха копья Одина стекло темницы пошло трещинами и медленно растаяло в золотом свечении. Тор замахнулся Мъёллниром, а портал с тихим гулом начал сужаться. - Иди! – Гиердис толкнула Локи в сторону разрыва между мирами, в одно мгновение решившись на безумный шаг. – Иди же! – Со слезами на глазах последний раз поцеловала его и со всей силы толкнула его в портал и отвернулась, лишь бы не видеть, как трикстер исчезнет в другом мире. Всеотец не успел и шагу вступить за порог клетки, как внезапно раздался резкий хлопок, и белоснежный свет затопил темницу, заставив царя и его сына прижать ладони к глазам. Рука Гиердис выскользнула из его ладони, и Локи затянуло в портал, до безумия больно сжимая и растягивая, словно пропуская через жернова мельницы. Потом он почувствовал резкий рывок, и его швырнуло на безжизненную землю Свартальфахейма. Отплевываясь от песка, Локи с трудом поднялся на ноги и оглянулся, надеясь, что зрение его подводит. Нет, к сожалению, глаза трикстера не обманули – он выбрался. Он наконец на свободе! Один.