Когда тебя не было рядом, я задыхался.

      Николь рассказывала свою историю, а Диего молча слушал. Он не мог поверить, что такая хрупкая девочка, столько пережила. Сколько боли в ее серых глазах. Просто невыносимо. Ему хочется подбежать к ней и укрыть ее в своих объятиях и никого не подпускать. Показать, что ее любят, по настоящему. Что он не бросит ее. Больше никогда.

***

       Вдруг, на улице раздается сильный шум и грохот. Все мигом выбегают из дома. Посреди двора появилось какое-то синее свечение, а точнее…портал? Все не понимали что происходит и что это представляет из себя? Черная дыра? Временная аномалия? Непонятно.       — Все встаньте за мной! — вскричал Лютер.  — Да, вставайте за нами! — парировал Диего.       Откуда не возьмись выбегает Клаус и бросает огнетушитель в этот так называемый «портал». Ничего не происходит, поэтому он, с криком о том, что надо бежать, встает за семьей. За какие-то пару секунд, свечение исчезло, а на траве показался мужчина, а точнее мальчик.       — Я один вижу маленького Пятого? — недоумевающе спросил Клаус. И вправду, на траве стоял Пятый как ни в чем, не бывало. Но, ему все еще было тринадцать. Несмотря на то, что прошло шестнадцать лет.       — Черт! — выругался он, осматривая себя и тут же исчез.       — Мммда…так себе встреча после стольких лет, — произнесла Николь, все еще смотря в небо, где недавно был синий «портал».

***

      — То есть, ты был в будущем?       — Да Лютер, был в будущем. Это что, так непонятно? — язливо говорил Пятый. Он рассказал о том, что решил путешествовать во времени, но спустя несколько прыжков все обернулось провалом и он застрял в будущем.  — И как оно, это будущее?  — Дерьмовое.  — Я же говорил, — с улыбкой подметил Клаус.  — Все. У меня нет времени на эту ерунду, — твердо сказал Номер Пять и переместился в пространстве.       — Пятый остался все тем же Пятым, — с досадой в голосе произнес Первый и почесав затылок ушел из кухни. Потихоньку, все разошлись по дому. Одна Николь осталась на кухне вместе с Грейс.       — Николь, дорогая. Не хочешь-ли чаю? — спросила Грейс, мило улыбаясь. — Нет мам, спасибо. Я наверное пойду в комнату. — А, хорошо. Отдыхай, — улыбнулась она и пошла заниматься своими делами.

***

      Николь проходила по коридорам и вспоминала детство. Эх, а ведь ее не было с ребятами большую часть времени. Они часто тренировались вместе, но ее обычно не было на совместных тренировках. Отец тренировал ее одну. Но все было тщетно… Как бы сэр Реджинальд не старался, у него не получалось научить контролю Восьмую. Поэтому он посчитал идею с клиникой хорошей. Ах, если бы это было так.

***

      — Пятый? — тихо спросила Ник, заходя в комнату и видя, как мальчишка ходит по своей комнате постоянно бурча что-то себе под нос.       — Чего тебе? — недовольно обернулся Пятый. Восьмая немного смутилась от его резкого тона брата. Все же, она немного отвыкла от него, за все это время. Она вообще отвыкла от всех.       — Да так, хотела спросить как самочувствие, — начала она, виновато опуская глаза вниз, Пятый заметил это, но ему было все равно. У него нет времени на синтементальность сестры.       — Все замечательно, спасибо, — он натянуто улыбнулся и пристально посмотрел на нее. «А она толком не изменилась. Все та же малышка Харгривз. Интересно, как она жила после моего исчезновения» — подумал он, но вытрехнул эти мысли у себя из головы, но все же спросил, более мягким тоном:  — А у тебя, как дела? Девушка не ожидала что он спросит. Вообще, вроде как он первый кто спросил как у нее дела.  — Да, нормально, в принципе, — пролепетала она, на что Пятый повернулся к стене и начал рассматривать ее.        Вдруг, у Ник появилось острое желание узнать, что будет в будущем.  — Пятый.  — Да?       — А, будущее. Что там будет? — мальчишка посмотрел на нее, а потом опустил взгляд на пол и от него начало исходить чувство печали, потери.       Невольно, она заглянула в его воспоминания, от чего ей стало невыносимо больно и она вскрикнула. Ее будто ошпарило кипятком или стукнуло током. Пятый испугался и подбежал к ней.  — Ник? Николь, что случилось? — удивленно спросил он, не понимая поведения девушки.  — Т-т-там, разрушения. К-конец всему живому, — с ужасом в глазах произнесла она, чувствуя, что конец близок. Конец всему.  — Как ты узнала? То есть, с чего ты взяла, — исправился он, все еще не понимая, как она узнала? Ведь, этого не может быть. Не могла же она пролезть к нему в мысли. Или же…могла?  — Я, я увидела это в твоих воспоминаниях. Это страшно, ужасно страшно. Боль, разрушения…это же близко, да? — дрожа и со слезами, она смотрела на Пятого, ища в его глазах надежду на лучшее.  — Восемь дней. Конец через восемь дней.