Я не хочу!

- Сынок, прости меня. - заикаясь начал отец. Вадим аж вздрогнул. - Надо же... мой отец способен попросить прощения? Впечатляет. - Всё, что между нами происходит - мужчина сел рядом. - это из-за твоей жизненной позиции. Ты считаешь, что все люди способны исправиться. Я же думаю, что наоборот. Нельзя доверять людям, сынок, они могут предать тебя в любой момент, поверь мне, я испытал это на себе. - Николай Степанович говорил серьёзно иногда посматривая на сына. Вадим увлёкся речами отца. - Посмотри на меня, сынок. Ты веришь мне? - Вадим в какой-то момент задумался, что у них всё может наладиться. Мальчонка ошибся, к сожалению. - Верю, отец... - Пойми меня, родной, я хочу, чтобы ты смог сам себя обеспечивать. Чтобы смог управлять людьми, так же складно, как это делаю я. - мда, от скромности чувак не помрёт. Вадим знал, что Николай Степанович затронет эту тему и покорно слушал. - Для этого тебе надо стать мужем этой женщины. Она Султанша, сможет научить тебя всему. - Но отец! Она же старуха! - И что с того? Слышал про неравные браки? Люди живут себе счастливо и не жалуются. - прокомментировал Николай Степанович, пытаясь с корнями вырвать из головы сына эту мысль. - Они женились по своей воле! - Ну и что? Я не прошу тебя с ней шуры муры крутить, хотя ты бы смог! Наберёшься опыта, разведёшься и уедешь спокойно. - Да? Спасибо, папочка! - обрадовался Вадим и накинулся на отца. Мужчина, в тот момент, ощутил покалывания в области сердца. Теплота и невинность сына расстраивали его, потому что он не может дать ему того же. Разучился. - Вставай и собирай вещи. Сабиха Ханым скоро приедет. - парень вздохнул и поспешил исполнить просьбу отца. Николай Степанович выбрал время, когда сын будет занят и взял со стола ключ от комнаты. Юноша услышал бренчание. - Пап? - заметив у отца ключи от своей комнаты, он побежал к двери, которую только, что закрыли у него перед носом. - Нет, папа, пожалуйста! - Я немного недоговорил, сынок. - бормочет «Тиран», поворачивая ключ. - Принять решение о разводе может только она. Ты всего лишь подчиняешься. - Я поверил, тебе отец. - ауч, больно Николаю Степановичу. Прямо в самое сердце мальчишка ударил. Ну ничего, пройдёт. - Так и было задумано. Вадим больше не слышал шорканье за дверью. Его отец ушёл, оставив сына с горькой мыслью о том, что даже родным нельзя верить. Но он знал, что только один человек никогда его не предаст. - Данёк, где же ты... - скулил наш герой. *** Даниил ехал в машине с Анастасией Петровной идумал о Вадиме смотрел в окно. Женщина устало крутила руль и смотрела на своего ребёнка через зеркало.  — Сына, что с тобой? Ты какой-то бледный. Всё хорошо?  — Всё нормально. — односложно ответил Гера. — Мам, как ты думаешь, этот «Тиран» когда-нибудь оставит Вадика в покое?  — «Тиран»? — не поняла женщина.  — Николай Степанович Шершень, мам.Доброе утро.  — Шершень - Тиран? — рассмеялась Анастасия Петровна. — Вадим придумал?  — Нет, мам, вообще-то я. Он подхватил.  — Я не одобряю. Прекрати его так называть! — Даня закатил глаза. — Он и так для нас много чего делает, а ты его грязью поливаешь. Бесстыдник!  — Мам, почему ты к нему так добра? — нервничал малой.  — Надо искать в людях и хорошие качества. Он на такой уж и плохой, как все о нём думают. — женщина переключила музыку. Герасимов решил не продолжать. Анастасия Петровна остановила машину у пятёрочки и одела солнечные очки.  — Я пойду в магазин. Ты со мной? — она достала из бардачка кошелёк.  — Не, мам, я не пойду. — юноша листал ленту инстаграмма. — Иди.  — Я скоро. Светловолосая вышла из машины и поспешила за продуктами, оставив у парня ключи. Её сын остался сидеть в машине. Парня сморила жара и он решил утолить жажду остатками маминого пива. Ну хоть не коньяк…  — Мама блин. Так и знал, что телефон оставит. — Герасимов взял в руки визжащий телефон. — Серьёзно? Бузова? Звонок поменяла бы. Парень взял трубку.  — Настюш, жду тебя в кафе. У меня для тебя хорошая новость. — маминого босса он всегда узнает. — Насть, ты слышишь? Даня мычит в трубку и сжимает кулаки.  — Золотая моя, с тобой всё хорошо? Я же обещал, что Вадим скоро уедет отсюда. Я всё устроил, красавица моя, мы скоро заживём, как и хотели. Ты, я и Даня. Уедем куда-нибудь. Куда ты хочешь? — у парня явно шок. Герасимов сделал глоток освежающего пива и решил начать разговор:  — Мамы нет. Она ушла. — с другого конца трубки лишь тишина. — Что? Думали, что никто ничего не узнает? Тайное всегда становится явным! Даже, если этой правде лучше не всплывать наружу.  — Малыш, мы с твоей мамой любим друг друга. Не делай ей больно. Молчи. Ладно? — Николай Степанович жутко перепугался и был готов пойти на любую сделку с сыном своей любовницы. — Ты слышишь меня, Даня?  — Что вы ей наговорили? Шантажировали? — парень шипел в трубку. Он был готов тут же сообщить отцу.  — Я уже сказал тебе, что я люблю её и никогда не причиню ей зла, а особенно тебе. Она не уедет без тебя так, что не глупи и собирай вещи. — Шершень жевал яблоко. Даниил усмехнулся.  — Она никуда не поедет!  — Сладкий мой, поедет и ты тоже. Приезжай с мамой в кафе и всё обсудим.  — Я расскажу отцу и все ваши планы вмиг улетучатся. — «Какой молодец. Браво.»  — Его смерть будет на твоей совести.  — Уж лучше бы я ушёл с мамой в магазин и не узнал об этом.  — Вообще-то на чужие звонки отвечать нельзя. Сам виноват. Может это и к лучшему. Вы с мамой очень дороги мне.  — Эти сказки моей бабушке рассказывать будете. Я уже не ребёнок и знаю, что буду жить без матери.  — Не будешь! Я же сказал, мы будем жить вместе, как и подобает счастливой семье. — Николай Степанович смотрел в окно и наблюдал за садовником.  — Мой брат, я так понимаю, вас не интересует? — в ответ немое молчание.  — Нет, конечно, ведь он тебе не родной.  — В каком смысле? — Даня поджал губы.  — Мне Настя запретила рассказывать тебе об этом. — заскалился Шершень зная, что мальчишка захочет узнать правду. — Я могу поговорить с ней, если ты поедешь сегодня с ней. Мы обсудим это вместе. — продолжил Николай Степанович, вертя в руках гелевую ручку.  — Не уходите от темы! Я с трудом сдерживаюсь не спалить вас отцу!  — Если он узнает, то разведется с твоей мамой, выбросит вас на улицу, а маленького брата оставит, а знаешь почему? Потому что, он его любит больше. — парень охеревал от наглого собеседника. — Как думаешь, почему он предпочёл взять ребёнка из детского дома? На другом конце трубки молчание и обида. На глазах слёзы. Не думаю, что нужно объяснять почему. Положив, всё ещё не выключенный телефон на другое сидение, Гара завёл машину. Услышав странные звуки, Николай Степанович поспешил убедиться, что с Даней всё в порядке:  — Что ты делаешь?  — Машину завёл. — прохрипел тот. — Вы знали, что я водить не умею?  — Быстро заглушил! — опешил Шершень, вскочив со стула. Он направился прочь из кабинета, панически следуя к своему Ягуару. — Убери руки от руля, дурачок! Подумай о матери!  — Раньше надо было думать. И не мне, а Вам. Адьёс, амиго. — Даниил сбросил звонок и надавил на газ. — Ору, неужели он думает, что я такой безбашенный?  — Сука! — Шершень выбежал на улицу и начал орать во всё горло. — Кирилл! Заводи машину! На крики сбежались несколько слуг. Они с неимоверным интересом наблюдали за этим балаганом.  — Что случилось? — спросил Кирилл, когда к машине подошёл Николай Степанович.  — Машину Насти можешь выследить? — протараторил обеспокоенный мужчина, садясь на переднее сидение.  — Эту машину ведь Вы подарили Анастасии Петровне. Её можно выследить…  — Так действуй! — перебил его нервный Хозяин. Закатив глаза, Кирилл решил больше не медлить и поехал за красной точкой на навигаторе. Анастасия Петровна заполняла целлофановый пакет яблоками, в тот момент, как её сын мчался в сторону отцовского дома. У женщины вдруг включился материнский инстинкт и она, положив продукты в тележку, пошла к собственной машине. Не обнаружив ни машины ни сына, она начала выбрасывать всё из своей сумки, чтобы найти телефон, но и его, тяжело дышавшая блондинка, на месте не обнаружила. Мимо проезжал знакомый ей Ягуар и она немедля побежала к нему. Так ведь всегда бывает в сериалах? Ну да, кто бы мог подумать.  — Тормози! — Николай Степанович открыл окно.  — Коля, мою машину угнали…- Анастасия Петровна захлёбывалась в слезах. — а в ней был Даня!  — Я знаю, что случилось. Садись, я знаю куда он поехал. — мужчина решил её успокоить. Блондинка открыла дверь и села в машину, трясущимися руками засовывая все вещи обратно. Николай повернул голову к любовнице. — Настя, успокойся. Машину не угнали, он сам уехал.  — Как сам? — вскрикнула Настя, — Ты нормальный?! Как мне успокоиться?  — Просто ответь мне! Он умеет водить? Он сказал, что не умеет.  — Вы говорили? — опомнилась женщина и удивлённо посмотрела на своего работодателя.  — Да. И он знает про нас. — с ледяным спокойствием ответил Николай Степанович, пристально наблюдая за красной точкой.  — Коля, что прости?  — Он взял трубку, когда я позвонил тебе. Ты не учила сыночка не отвечать на чужие звонки? — сердито процедил Николай.  — Что он сказал? — вздохнула она.  — Сказал, что не уедет с нами и расскажет обо всё твоему благоверному. — усмехнулся Шершень и переместил взгляд на своё кольцо. — Ты дашь мне гарантию, что он в здравом уме и никому не расскажет о том, что узнал?  — Он мой сын. Я знаю его, как облупленного. Коля, — Анастасия Петровна подвинулась к мужчине, дотронувшись до его плеча, — он поехал рассказывать отцу.  — Что нам делать?  — Либо он расскажет, либо мы перехватим его по дороге… — будто про себя проговорил Кирилл, объезжая машины. — Если мы свернём здесь, то сможем перехватить машину на выезде из кольца.  — Почему ты такой умный у меня? — улыбнулся Шершень и потрепал брата за волосы. Сказать по правде, их отношения спустя много лет изменились в лучшую сторону. Николай Степанович принял его, а тот и не хотел вражды вовсе. Хотя...возможно и хотел.  — Прошу, Кирюш, побыстрее! — умоляла обеспокоенная мать.  — Как прикажете, Госпожа Шершень. — усмехнулся водитель и прибавил газу.