Костик, Змей и Надувной Член

      За прошедшую неделю Олег Сергеевич в офисе не появлялся, что не было удивительно. Шеф напрягался в очередной деловой поездке. А все многочисленные служащие компании расслаблялись в его отсутствие, непринуждённо перемещались от кофейных автоматов к курилкам и обратно, атмосфера была максимально разряжена, и первые летние деньки не проходили даром – офисные барышни распустились как бутоны и щеголяли в цветочных платьях и босоножках, чего нельзя было представить, будь главный на месте. Костя в глубине души тоже был рад отсутствию своего Змея, всё-таки несколько дней, прошедшие с момента их эпичного расставания, за которые оба не попадались друг другу на глаза, могли кое-как успокоить первые эмоции и, возможно, позволили бы закончить всё без скандала. По крайней мере, он питал надежды, что теперь очередное заявление по собственному желанию, уже с понедельника лежавшее у Олега на столе, будет подписано тихо и без возражений. Костя не мог представить, что чувствовал бы, если б Олег приходил как обычно в офис, если б он пролетал мимо своим решительным шагом, игнорируя или, того хуже, испепеляя гневным взглядом. Кое-как работал, но первую половину дня неизбежно клевал носом: совершенно необъяснимая бессонница напала на него, как только он переехал с вещами в свою квартирку, и вот уже которую ночь он не спал нормально, ворочался и мучительно перебирал воспоминания, ходя по кругу. ***       Во все прошлые отъезды Олега всё было совсем по-другому. Он заваливал Костю десятками ироничных, нежных или похабных СМС-ок, Костя не оставался в долгу, отвечая то ласково, то ехидно, и пару раз они даже попытались устроить сеанс секса по СМС, пересыпая свои непристойные тексты фотографиями самого что ни на есть интимного содержания. Нельзя сказать, что тогда удалось достичь впечатляющих результатов, по большей части оба ржали и путались в буквах, но как бы то ни было, традиционную видеосвязь Олег не признавал, а СМС-ки всегда были его излюбленным способом выразить всё что угодно, от распоряжения по работе до пожелания спокойной ночи.       Как-то, когда Олег застрял в очередной поездке во Владик, часов в пять утра Костик проснулся от характерного звука пришедшего сообщения.        «ты где?» – без предисловий спрашивал Олег.        «у себя» – отбил Костик, имея в виду, что ночует в своей квартире. Он заехал вечером за чем-то, завозился, да так и остался ночевать там, раз уж всё равно предстоит спать одному.        «негодяй!»        «???»        «что тебя туда тянет-то?»        «ты следишь за мной?:)))»        «я скучаю =)»        «а у меня стояк»        «Костя! романтик, блять)))»        «хочешь романтики?»        «иногда не мешало бы»        «мне написать про разгорячённый жезл, жаждущий ласки?)))»        «нет! кошмар какой!»        «тогда так: я скрываюсь с головой под одеялом и спускаюсь к твоему паху…»        «какое одеяло, Костя? я на совещании!!»        «ОК. я скрываюсь у тебя под столом и опускаюсь на колени…»        «прекрати сейчас же! вокруг 12 мужиков и 4 тётки!!)))))))))»        «я расстёгиваю твои брюки, и ты стараешься не выдать себя…»        «паршивец! я отключаюсь. отомщу тебе, когда ты будешь на работе!»       Костя перечитал ветку диалога ещё раз, блаженно улыбнулся и, откинув телефон, сразу же вырубился до будильника.       А на работе под конец дня Костика ждал сюрприз, которого он предпочёл бы не получать. Как-то так сложилось, что он оставил свой айфон и пошёл за кофе, пока Вичка просматривала какие-то бумаги в его компьютере, по поводу которых она, коллега и приятельница, и прирулила к Костиному столу. Экран телефона озарился оповещением о пришедшей СМС-ке. Контакт гласил «Олег Москва», а в рамочке на тёмном поле, ничего не стесняясь, высветился текст самого сообщения. Вичка просто не могла не увидеть то, что было там: «итак: мой разгорячённый жезл жаждет твоей ласки!=)))»       Вичка проморгалась, вспомнила, что чужие письма читать не только не хорошо, а скорее даже совсем плохо, но непроизвольно её рука потянулась к экрану, и она, даже не оглядываясь на то, как далеко в этот момент может находиться Костик, провела пальцем по стрелке со словом «просмотреть». Тут же перед ней предстала вся ветка предшествующего диалога. Вичка ничего не могла с собой поделать, она коснулась экрана ещё раз, и ещё, прокручивая бесконечные столбики сообщений, где весёлые смайлики, изображения зверьков и кучек какашек чередовались со скабрезными текстами и, самое что невероятное, с текстами совершенно серьёзными, с информацией по знакомым проектам, по работе, по их общей работе. Вичка ошеломлённо смотрела на успевший погаснуть телефон, а Костя тем временем уже стоял у неё за плечом, и два стаканчика с кофе в его руках непроизвольно задрожали.       – Костя, прости… – Она обернулась, почувствовав, что тот стоит за спиной.       Костя молчал, не зная, что сказать.       – Скажи, это ОН? – не удержалась от вопроса Вичка, понизив голос и хватая растерянного коллегу за запястье. – Пойдём, покурим!       – Я не курю.       – Я тоже! Пойдём! – Она поволокла его в курилку, грозя расплескать и без того вибрирующие стаканчики. В курилке торчали двое, которых Вичка бесцеремонно заставила затушить сигареты и убраться, плотно прикрывая за ними дверь. Костя присел на скамеечку, как провинившийся школьник, и совершенно не знал, что говорить. Вичка с лёгкостью справилась с этой проблемой, она сама начала задавать вопросы как из пулемёта:       – Костик, этот Олег, это же наш Олег? Так? Ты спишь с НИМ?!       – То есть тот факт, что я в принципе сплю с мужиками, тебя забавляет меньше? – сказал и даже почувствовал какое-то мазохистское удовлетворение.       – Ну, этот факт не такой уж и неожиданный, – отмахнулась Вичка.       Костя округлил глаза:       – То есть как?       – Как-как? Никак! Расскажи мне, это ОН?       – Да, он, – спокойно сдался Костя.       – И давно?       – Да уж месяца три, больше даже…       – Так-так-так. – Вичка воздела глаза к потолку, подсчитывая что-то в уме. – Та-а-ак, у нас три месяца никого не четвертовали, не жгли на костре, не сажали на кол и даже не увольняли. Нам выплачивают бонусы и не говорят, что мы бездари и разгильдяи и что мы всем скопом угрожаем финансовому благосостоянию компании… Так-так… Константин! Срочно ответь ему!       – Что? Викуся, ты здорова? Что я должен ему ответить?! – Костю даже улыбнула такая суета подружки.       – Ответь ему! Что он там хотел? Про жезл, про ласку – всё ему ответь! Я выйду, хочешь? Я дверь с той стороны припру, а ты тут спокойно сиди-пиши! Костик, родной, это важно!       Глаза Вики при этих словах расширились, на щеках проступил румянец, Костя рассмеялся:       – Нет, дорогая, не надо выходить. Я сейчас при тебе отвечу. – Он быстро набрал текст и тут же отправил его. Через несколько секунд прилетел ответ. Костя посмотрел на экран, довольно ухмыльнулся и протянул телефон Вике.       – Ты понимаешь, что никто не должен об этом знать? – с коварной улыбкой спросил он, когда та прочитала два последних сообщения, и глаза её наполнились неподдельным ужасом.        «Поздравляю, ты спалил нас, Змей!»        «Виктории Владимировне горячий привет!»       – Вика, есть вопросы?       – Нет вопросов. Я – могила.       – А вот у меня есть. Интересно, каким образом некий факт, о котором мы говорили, стал тебе известен? – Костя перешёл в наступление.       – Ну, Костик, для опытной девушки не составит труда слепить несколько фактов и догадаться.       – А именно?       – Во-первых, ты одеваешься…       – Как?       – Ну… Скажем так: с изюмом. Во-вторых, ты следишь за собой, и, прости меня, но иногда видно, что у тебя депилированы даже руки, я стесняюсь представить, что там у тебя в остальных местах…       Костя покрылся малиновым румянцем и натянул манжеты как можно ниже.       – В-третьих, ты ни разу не щипал никого из наших дам за зад, и ты так плотоядно смотришь на нашего Горыныча, что в твоих предпочтениях сомневаться давно не приходится.       – Вика! – воскликнул ошарашенный Костя. – Да я вообще не смотрю на него на работе!       – Ну хорошо, хорошо! Ты плотоядно отводишь взгляд, но это ещё заметнее, конспиратор! Ну, и потом часы. Появились недавно. Это явно подарок. Ты бы не смог купить себе часы за, наверное, триста-сколько-то там штук…       – Четыреста, – поправил Костя.       – Это дорогой подарок от близкого человека. А с твоим ассортиментом друзей и родственников, остаётся предположить, что это подарок богатого любовника. Вуаля!       – Да, Викыч, женская логика не такое уж гиблое дело, – вздохнул Костик. – Я не хотел брать эти часы, но ты ж его знаешь, спорить с ним сложно… ***       Костя и правда подарком был ошарашен. В какой-то из выходных дней они за компанию прошвыривались по магазинам. Олег, который присматривал себе костюм для свадьбы Виталика и Мариночки, оказался изрядным барахольщиком. Они заходили в бутики, в которые Костя мог позволить себе заглянуть только в период тотальных скидок и, желательно, не у нас, а в Европе. Олег же такими мелочами, как цены, не интересовался, он выхватывал глазом что-то и быстро перечислял сбивающимся с ног девочкам-консультантам, что принести ему в примерочную. Костя, чтобы не оставаться в стороне, тоже что-то примерял по соседству с Олегом, они перешучивались через тяжёлые бархатные шторы и периодически выходили в холл примерочной, встречались перед большим зеркалом, отпуская взаимные комментарии относительно того, что нацепили на этот раз, кривлялись и снова скрывались каждый за своей занавесью. Это было весело. Потом девочки бежали, неся на кассу ворох чего-то, выбранного Олегом, а потом всё начиналось по новой в очередном бутике. Волна неконтролируемого шопинга вынесла их в часовой салон, красивые молодые мужчины с идеальной выправкой раскрывали стеклянные витрины, приносили всё новые и новые часы, ловкими руками в белых перчатках аккуратно надевали и застёгивали браслеты на запястьях посетителей. Стройные элегантные девушки подносили им кофе и шампанское. Костик в этот момент в первый раз подумал, что они с Олегом всё-таки выглядят со стороны как нормальная гей-пара. Он слегка поморщился этому внезапному озарению. Олег пытал его, какие взять часы. Странно, что ему были нужны ещё одни. Насколько Костя мог заметить, дома у него уже есть не меньше дюжины. Он склонялся к простым и элегантным, без намёка на роскошь, стальной корпус на стальном браслете, чёрный циферблат, эдакая спортивная классика. С ними Олег и отправился в итоге на кассу, пока Костя допивал свой кофе. Потом они уже традиционно ужинали в каком-то итальянском ресторане, а поздним вечером дома начался разбор сегодняшних приобретений. Бумажные пакеты летели на пол, на диван летели джемперы, шарфы, футболки, причём Олег раскидывал шмотки на две кучки, называя их «Это твоё» и «Это моё». Костя сразу начал напрягаться, узнавая в кучке «Это твоё» половину из того, что он сегодня примерял. В завершение всего Олег швырнул ему коробочку со словами:       – Лови! Это тоже тебе.       Костик поймал коробку с часами. Аккуратно положил её на диван и со вздохом произнёс:       – Мне ничего этого не надо, Олег. Ты меня спросил?       – Нет. А что?       – Ничего. Повезёшь всё обратно сдавать.       – С какой это стати?       – С той, что я это не покупал.       – Я покупал. И что? Тебе всё это идёт и нравится. – Олег беззаботно продолжал раскидывать покупки.       – Мне не нравится то, что ты платишь за меня. Ну ладно в кабаках – я уже смирился – тебя не перешибёшь, но это всё я не могу себе позволить, ты же знаешь.       – Малыш, я могу всё это тебе позволить.       – Олег, я не твоя содержанка. Ты хочешь унизить меня? – Костя начал злиться.       – Костя, ты дурак? Какая содержанка?! Я даже не понимаю, что тут может унизить? Мы хорошо провели день, весело пошопились, я купил то, что мне захотелось, и, если мне захотелось купить что-то и тебе, в этом нет ничего унизительного. Не стоит придавать глубинный смысл простым вещам, - Олег смягчил голос, приблизился к Косте и, взяв его за подбородок, легко прикоснулся поцелуем к плотно сжатым в обиженной мине губам.       – Ну, не дуйся, малыш, поцелуй меня!       Такой просьбе Костя долго не мог сопротивляться и ответил на поцелуй, смыкая руки в замок на шее беспечного любовника.       В очередной раз Олегу ничего не стоило развести Костика на секс и тем самым утихомирить едва зародившиеся волны недовольства. Как и всегда, тот вспыхивал сразу. Такой закрытый и не терпящий никаких проявлений даже безобидного флирта на людях, дома он превращался в совершенно бесстыжее и голодное существо, жадно отвечая на любое приглашение к ласке. Олегу было достаточно подойти и, едва прикоснувшись, опалить Костину шею своим дыханием, как тот уже выгибался, готовый перехватить инициативу и вдохновенно отдаваться в любом месте, где его застигла волна возбуждения. В квартире не осталось ни одной мало-мальски пригодной для соития поверхности, где бы это ещё не произошло. Ему самому казалось, что он навёрстывает всё то время, когда неделями мог строить планы добраться-таки до клуба и подцепить кого-нибудь для разового перепиха, а в итоге остаться дома и никуда не поехать.       Начав встречаться с Олегом, довольно скоро Костя понял, почему тот никогда не появляется на работе до полудня. Тотальная сова, он просто не мог разлепить глаза раньше десяти утра, и сподвигнуть его, традиционно выступавшего в их паре в активной роли, на эротические подвиги, когда он видел десятый сон, не было никакой возможности. Костик же, несмотря на практически ежевечерние заезды, утром неизменно просыпался с каменным стояком. Он не раз пытался приставать к дрыхнущему любовнику самыми наглыми способами, но даже мастерский минет, во всё остальное время служивший безотказно, утром обычно не работал. В своих попытках Костя был, как правило, обречён на провал: Олег, не просыпаясь, сгребал своего неуёмного «малыша» в охапку и приваливал конечностями так, что всю энергию тому приходилось потратить на то, чтоб высвободиться и, наконец, пойти варить себе кофе и сваливать на работу вовремя.       Накануне вечером Костик и правда был зол: за часы, за тряпки, за то, что его никто даже не спросил, не попытался понять, как он относится к таким вещам, и что ему может претить во всей этой странной ситуации. Он с пристрастием отыгрался на Олеге, вконец измотав его, и уснуть оба смогли, когда уже подступило утро. А проснулся Костик ещё до будильника, как всегда со своей, во всех смыслах стоящей перед ним, проблемой. Олег так соблазнительно раскинулся на простынях, тонкое одеяло сбилось и сползло куда-то к ногам, он лежал на спине, закинув одну руку и прикрывая глаза сгибом локтя. Костик поёрзал. Ну не дрочить же, в самом деле, при таком живом кадре рядом. Он погладил бронзовую грудь, обвел пальцем тёмный маленький сосок, придвинулся и полизал его, подул на влажный кружок, проверяя реакцию. Потом слегка прикусил. Единственной реакцией стало невнятное мычание. Костик спустился, проводя языком вниз по животу. Ноль эмоций. Он вздохнул, решив, что оставить так этот натюрморт он не сможет всё равно, аккуратно коснулся языком члена, который спал так же сладко, как и его хозяин, но как оказалось, не так беспробудно. Костя вобрал головку в рот, отзывчивая плоть моментально вздрогнула, а сам Олег только слегка шевельнулся, как нарочно отводя бедро в сторону и открывая Костику лучший вид. Через несколько минут неторопливого неглубокого минета объект Костиного внимания уже нетерпеливо подрагивал и был готов к новым свершениям, в отличие от своего спящего обладателя. Костя отстранился, одной рукой он медленно ласкал себя, другой – член Олега, растягивая удовольствие. Вид на гладкую, такую беззащитную во время сна промежность, возбуждал неимоверно. Поддавшись порыву, Костя вдруг потянулся к тумбочке, выдавил из флакона пару капель смазки, погрел её в пальцах и, поудобней устроившись у Олега между колен, аккуратно покружил большим пальцем вокруг его отверстия. Член спящего любовника снова требовательно вздрогнул, Костя начал чуть настойчивее двигать ладонью по стволу, помедлил пару секунд, надавил на колечко мышц и, почувствовав, что оно поддаётся, ввёл один палец на фалангу. Притормозил, прислушался, и на него накатило такое нестерпимое желание, что по всему телу прошла волна крупной дрожи. Он снова обхватил член губами и, еле сдерживая себя, добавил второй палец. Насколько возможно медленно, он ощупывал стенки прохода, поглаживал бугорок простаты, боясь спугнуть наваждение. Минуты тянулись бесконечно, Костик уплыл, забылся…       – Костя, – как раскат грома в ясное утро прозвучал слегка хрипловатый голос.       Костя замер, нависая над Олегом с членом во рту и пальцами в его заднице.       – Ты что там копошишься? – Олег подсматривал из-под согнутой руки за немой сценой ужаса застигнутого врасплох нарушителя границы. Костя выпустил член изо рта, тот влажно шлёпнул по упругому смуглому животу, пальцы сами собой выскользнули из горячей тесноты прохода.       – Прости, – еле вымолвил он.       – Что «прости»? Вставляй уже, и погнали, исследователь! А то так и я на работу опоздаю.       Костя чуть не свалился с кровати, метнувшись к тумбочке и доставая презерватив. Трясущимися руками раскатал его на себе и замер, словно ожидая подтверждения, Олег нетерпеливо качнул бёдрами навстречу:       – Ну же! Не спи, малыш!       – Что ты раньше-то не подкатывал? Я же видел, что ты хочешь, – с усмешкой поинтересовался Олег, потягивая горячий кофе и усаживаясь голым задом на кухонную столешницу.       – Ну… Я хотел. – Костя отчаянно смутился.       – Я, если честно, думал, ты мне гораздо раньше присунешь, с твоим-то характером и темпераментом.       – Я не предполагал, что на самом деле ты… эм-м-м… допускаешь такие повороты событий.       – Тю, напугал кота сосиской! – Олег хохотнул. – Малыш, я кто, по-твоему? Невинная барышня или, может, натурал-экспериментатор?       Олег соскочил с тумбы и трагически скривился, шипя, изображая театральную хромоту, глаза Кости испуганно расширились, но Олег, как ни в чём не бывало, щёлкнул его по носу и с усмешкой произнёс:       – Малыш, ты такой малыш.       Костя слегка обиделся. У него тут, можно сказать, мир чуть-чуть переворачивался, а этот Змей обстёбывает его совершенно циничным образом.       В то утро они впервые приехали на работу вместе и, ко всему прочему, вовремя. ***        «Это вообще было или мне всё показалось? Чёрт, пора переставать об этом думать». Вот уже неделя, как Костик ходил на работу рассеянный, глушащий последствия бессонницы литрами кофе, но всё равно зевающий, и без часов. Мало того, что в пылу ссоры он снял и вернул подарок, так он, собирая вещи, ещё и свои старые часы забыл у Олега.       Всю неделю пытался старательно избегать общения с Вичкой, но теперь она приближалась сама, явно с намерением поговорить по душам.       – И что всё это значит? – сразу начала она, едва затащила Костю в курилку и прикрыла дверь.       – Что именно? – устало поинтересовался тот, хотя прекрасно понимал, о чём пойдёт речь.       – Горыныч в командировке, а на тебя смотреть страшно. Обнять и плакать, Костик!       – Да ничего. Мы расстались, – выдохнул. Подробных расспросов не хотелось.       – Вот жопа! – воскликнула Вичка. – Я так и поняла!       – Женская логика? Часы? Что на этот раз?       – Да от твоей трагической физиономии кофе с молоком в аппарате скис! Что, он тебя…       – Нет. Я сам, – опередил Костик.       – Он тебя обижал?       – Нет.       – Бил?! – не унималась Вика.       – Да нет же! Что за глупости, Викыч? – Костя даже улыбнулся таким предположениям. Ещё бы, зная трепет офиса перед шефом, можно догадаться, как они представляют его в домашней обстановке – скорее всего, с хлыстом и плёткой. – Я сам ушёл. Собрал вещи и свалил, ещё и нагородил кучу гадостей.       – Но почему?!       – Не знаю, дурак, наверное, потому что, – он впервые озвучил то, в чём не признавался даже себе. Да, дурак. Очевидно.       – Ну ты больно-о-ой, Костя! – протянула разочарованно Вика. – Подцепить такого мужика! Богатый, красивый! Ещё и ебливый наверняка! – Костя слегка опешил от такой прямоты. – Да на него все бабы наши слюнями капают, а ты! Как ты мог?! Сам! Ну, сейчас начнётся! Полетят клочки по закоулочкам… Он же нас всех заимеет теперь…       Вика раздосадовано вздохнула, а Костик невольно подумал, что его личные проблемы в глазах приятельницы меркнут перед надвигающимися на офис тучами.       – Чего ж тебе надобно, старче? – промолвила она. – Не понимаю… как так? ***       Костя и сам не понимал, чего ж ему надобно. Второй и последней каплей, переполнившей чашу его оскорблённого самолюбия, стал тот факт, что Олег выбрал-таки костюм для свадьбы лучшего друга. И купил. Два. Себе и Косте. По точно такому же сценарию, как и в первый раз с часами, купил два космически дорогих, по Костиным меркам, костюма, а вечером вручил карточку от своего счёта, выпущенную на Костино имя. Как казалось Олегу, наличие свободных средств должно позволить Костику платить за себя и избавить его от неловкости в магазинах и ресторанах.       Костю переклинило, он вспылил.       – Да как же ты не понимаешь! Мне наплевать, как это выглядит со стороны! Мне интересно, что ты сам думаешь об этом! Ты что, покупаешь меня?!       – Блять, оставь эти свои заскоки!       – Ах вот! – Костя понимал краем сознания, что нелепо цепляется за слова, но его несло. – Я уже и блядь!..       – Знаешь что? Ты истеричка. Я в жизни не платил за секс! Мне с удовольствием дают и бесплатно. – Олег снисходительно ухмылялся.       – Ну так что ж ты меня решил облагодетельствовать? Ебал бы бесплатно, как всех! Или это оттого, что я так охуенно отсасываю? За это можно накинуть?!       – Ну, знаешь, это, определенно, неплохой бонус к нашим отношениям! – Олег сохранял спокойствие, надеясь ещё перевести всё в шутку.       – А-а-а, так у нас отношения?! А какие у нас отношения? Можно поинтересоваться? – Раскрасневшийся Костик остановился и засверлил глазами своего визави, который по-прежнему безмятежно сидел и покручивал на столе перед собой стакан с виски.       – А что, у нас нет отношений?       – Не знаю! Я прихожу на работу, где должен работать, и вижу своего любовника, который меня строит, а прихожу домой – там мой начальник, и я с ним трахаюсь! Я сколько раз просил – ну подпиши ты заявление! Нет же! Ты мне за вредность, что ли, приплачиваешь?!       – Костя, успокойся, пожалуйста. Я попроще, видимо, устроен. Я вот, хоть убей, не понимаю, что ты ищешь в жопе мозги?.. – Олег уже и сам понял, что сказал что-то, за что сможет ухватиться его не по делу возбудившийся малыш.       – Вот именно! Нет там мозгов. Только жопа! – подхватил Костя.       – Это была метафора.       – Очень меткая, кстати!       – Чего тебе не хватает, Константин? Можешь сказать через рот?       – Не знаю, Олег Сергеевич. Всего много. Даже слишком. Но чего-то не хватает! Есть в тебе хоть капля уважения? Или думаешь, все берут деньгами?       – Дал бы я тебе просраться, чтоб мозги прочистить. – Олег, начиная раздражаться, с силой оттолкнул свой стакан, и тот поехал по столу, расплескав часть янтарной жидкости.       – Нашёл себе мальчика! – бухтел Костя, швыряя свои вещи в небольшую дорожную сумку.       – Не льсти себе, «мальчик»! Тебе тридцать лет, а ведёшь себя на пятнадцать.       – Вот, может, в пятнадцать я был бы тем, кто тебе нужен. Почему ты считаешь, что можешь содержать меня, как сопливую девчонку?!       – Ну, тебя же не возмущает, что Виталик содержит твою подружку Мариночку! – подколол его Олег.       – Это совсем другое! Они пара, она его невеста!       – Ну, уж прости, Костя, я не могу на тебе жениться! – Олег уже повысил голос, ирония вышла злой.       – Ха-ха-ха! – гневно продекламировал Костя, выскакивая за дверь.       Олег сорвался с места и ринулся за ним, ещё не понимая, что он собирается сделать: то ли остановить, то ли отвесить затрещину:       – И ты, между прочим, на мне тоже! – проорал он плавно закрывающимся дверям лифта, вернулся в гостиную и со всей дури швырнул попавшийся под руку недопитый стакан из толстого хрусталя об каменный пол. ***       Костя вернулся из кухни, похлебав без удовольствия успевший остыть чай. В его тёмно зашторенной комнате на часах всё те же зелёненькие циферки показывали уже полшестого. Он опять не спал всю ночь. Хорошо, что сегодня суббота. Можно прокатиться, попытаться развеяться, может, завтра удастся заснуть. Хотя всё-таки придётся купить какой-нибудь валиум, иначе потом будет просто не выйти на работу. Да ещё и Олег должен вернуться из поездки, надо быть готовым к предстоящему нервному понедельнику.       Днём Костя никуда не поехал, но твёрдо решил не ложиться, даже если начнёт клонить в сон. Может, это поможет уснуть предстоящей ночью.       В шесть вечера его телефон издал характерный звук, сердце булькнуло и спустя мгновение зачастило. Он стоял посреди небольшой комнаты и сжимал телефон в кармане домашних штанов. За всю неделю, с тех пор как Костя хлопнул дверью, а Олег уехал в командировку, между ними не было ни единого СМС, ни звонка, ничего. С каждым днём Костя всё яснее понимал, что и не будет. С чего бы сейчас вздрагивать? Куча спама, реклама такси, клубов и магазинов – СМС могло быть любым, но это сообщение, действительно, пришло от Олега:        «Костя, я хочу знать, в чём я не прав»       Вот так. И Костя словно ждал этого вопроса, словно ответ на него крутился на языке всю неделю, моментально ответил:        «Ты должен был просто дать мне знать, кто я для тебя»       Тут же пришел отчет о доставке и всё. Больше ни звука, ни слова в ответ.       Телефон улетел под диван и до позднего вечера тихо там пролежал.        «Прости, ты ничего мне не был должен»        «Я кретин, социопат и интроверт с кучей комплексов и тараканов»        «Я не привык к отношениям и не умею быть не один»        «Ты не простишь, просто знай, что я извиняюсь»        «Подпиши моё заявление, и больше ты меня не увидишь»       Костя в отчаянии строчил сообщение за сообщением, боясь разреветься. Ведь даже после того, что он устроил, Олег ни в чём не обвинял и просто спрашивал, в чём не прав ОН сам? Может быть, он ещё хотел что-то понять, что-то исправить?        «И я люблю тебя, хоть это и не важно»       Вывалив в десятке сообщений всё то, что он не смог бы сказать в лицо, Костик закрутился в кокон одеяла и, стараясь успокоить бешеный пульс, принялся убеждать себя, что ждать ему больше нечего. Как всегда, разрушал всё, чего касался. Всё нормально.       Настойчивый звонок в дверь вывел из оцепенения. Костя не понял, удалось ли ему поспать хоть сколько-нибудь времени, вроде бы и не спал, но на часах светится пять утра.       От неожиданности он подскочил на кровати, переступил через скомканное одеяло и побежал открывать, даже не подумав, кого принесло в такую рань.       За дверью на залитой солнцем площадке, прислонившись плечом к косяку, стоял Олег. Костя поморщился от света, но за долю секунды успел отсканировать его с ног до головы. В простой футболке, не свойственных ему почти классических джинсах, руки в карманах, волосы не уложены, хмурый, между бровей явственно проступила усталая складка, нечитаемый взгляд чёрных глаз.       – Паршиво выглядишь, – после долгой немой сцены наконец произнёс Олег, совершенно бесцветным голосом. – Зайти можно? Костя молча посторонился, пропуская нежданного гостя в квартиру, закрыл за ним дверь и поплёлся следом. Олег почему-то, минуя кухню, сразу прошёл в спальню и уселся на край кровати. Костя стоял напротив, в одних домашних штанах, еле державшихся на тазовых косточках, и не знал, что говорить. Еле выдавил из себя после паузы:       – Ты же должен был завтра…       – Ну, пораньше получилось… Ты похудел.       Снова пауза.       – Я тебе сообщения отправлял, ты не читал? – неловко поинтересовался Костя.       – Одно получил, потом телефон сел. Дай зарядку, кстати. – Олег, не дожидаясь ответа, сам потянулся к изголовью, где на тумбочке извивался шнур, вечно воткнутый в розетку. – Насчёт того, что я должен был дать тебе знать…       – Олег, ты ничего не должен, это всё бред и истерика, – Костя торопливо перебил, но тут же сам запнулся, поджал губы и уставился в сторону, как будто стойка с дисками в этот момент была самым интересным в комнате.       – Так, ты опять ревёшь?! Вот же бестолочь! – Олегу пришлось встать, с усталым вздохом подойти к съёжившемуся Косте и обнять его за плечи. – Трудный ты, котик.       С тумбочки, один за одним, как горох, посыпались сигналы пришедших сообщений.       – Твои СМС-ки? Хочешь удалить, пока я не прочитал? Костя отрицательно замотал головой, уткнувшись лбом Олегу в плечо.       – Подойди к окну, малыш.       Костя стоял как вкопанный, даже не находя в себе сил поднять руки. Олег развернул его лицом к окну, мягко подтолкнул вперёд, сам раздёрнул плотные шторы и принялся наблюдать. Минуту Костя пребывал в оцепенении, потом стал оседать на пол, уцепился руками за подоконник, и плечи его беззвучно затряслись. Сперва Олегу показалось, что тот всё-таки ревёт, но ещё через мгновение раздался хохот, и Костя повалился на пол, не в силах сдержать ругательств:       – Пиздец, Олег! Манипулятор хренов! Что это?! Мне теперь точно придётся переехать к тебе – я же не смогу тут жить!       – Ну, да, – расплылся в довольной улыбке Олег.       Номер определённо произвёл впечатление. Причём не только на Костю. Несколько традиционных для столь раннего утра собачников и дворник в рыжем заляпанном жилете с интересом наблюдали за тем, как над детской площадкой посреди двора раскинулась незатейливая растяжка, обрамлённая жирной гирляндой из розовых шариков. Надпись крупными буквами гласила: «Костя, я люблю тебя! Змей». А над всем этим умопомрачительным в своей безвкусице произведением возвышался, приветливо покачиваясь на ветру, прикреплённый канатиками к детскому теремку, огромный, этажа в два, не меньше, надувной фаллос с глазками и улыбочкой на головке, больше похожей на шляпку гриба.       – Где ты это взял? – утирая слёзы, хохотал Костя.       – Привёз из Тайланда когда-то, но его придётся вернуть. Я этот хуй Виталику подарил, а теперь вот напрокат взял. Привет твоему утреннему стояку.       – Ты что, всё это сам?       – Вот ещё! Специально обученные люди! – В противоположном углу двора виднелась припаркованная газель с яркой рекламой на боку, предлагавшей надуть всё что угодно, в частности, шары для детских праздников. – Виталик руководил, а я, между прочим, одиннадцать часов летел, с пересадками, в эконом классе! – Олег назидательно воздел палец к потолку.       – Какой же ты сноб, Олежа, я тоже тебя люблю! – Костик поднялся с пола, потянул Олега, увлекая его на кровать, завалил на себя, сразу опоясал ногами, прижимаясь всем телом, с силой притискивая руками. Признания в любви слетали с его губ, перемежаясь с поцелуями. Ещё полчаса назад он не мог представить, что будет так, что ему ещё когда-то придётся сгорать в невероятных, жарких, заставляющих забыть обо всём объятиях единственного за всю жизнь любимого человека. Что станет возможным когда-нибудь сказать вслух о своей любви, которая уже давно заняла всё пространство внутри и снаружи, что признание не будет постыдной последней чертой, а окажется чем-то приносящим искрящееся, неизведанное наслаждение.       – Малыш, стоп, стоп! Мне надо в душ! – Олег с трудом отстранился.       – Не надо, не сейчас, пожалуйста, Олег, не останавливайся! – шептал Костя.       – Нет, надо, я с дороги… Я быстро, малыш, дождись меня, я тебя люблю…       Выйдя из душа через несколько минут, Олег обнаружил тело, свернувшееся калачиком поперёк кровати, обе ладони уютно сложены под щекой, на лице совершенно безмятежное выражение, русые ресницы подрагивают, отбрасывая тень на усталые веки. Олег слегка потрепал Костика за штанину, за плечо, провёл по волосам, обозвал спящей красавицей, при этом не забыв обозначить себя принцем, и устроился рядом на узком краешке кровати. Яркое солнце заливало всю спальню, и в его лучах Костя впервые за всю неделю глубоко и беспробудно спал.