Страшно отдавать свою жизнь другому?

— Нет! Я сказал, нет! - послышалось из другого конца комнаты буквально через две минуты разговора по телефону. Салли повернулся к Джонсону и стал подходить к нему, внимательно рассматривая его, наклонив голову в бок и слушал, что ему говорит голос по ту сторону телефона. Его голубые глаза застыли в непонятной и пугающей эмоции. Но когда расстояние между ним и Ларри составляло всего метр, он зажмурился, потряс головой и отвёл взгляд в сторону. — Ну не внушает он доверия. Тем более я с ним даже не знаком. Я понимаю, что у вас проблема, но я тут при чем. - говорил Сал, блуждая по комнате. Следующие десять минут была мертвая тишина, прерываемая лишь резкими вдохами Ларри, когда Фишер бросал на него кроткий взгляд. Его глаза были какими-то... железными. Был какой-то странный блеск, будто вызванный злостью. Подобный шатен наблюдал каждый день, но только в глазах Тодда. А цвет самих глаз поменялся на сероватый. — Хорошо, переубедила. - сказал Сал, закатив глаза. Он подошёл к Ларри и протянул ему телефон. — С тобой поговорить хотят. Джонсон поднёс к уху телефон и услышал голос Азарии, окликивающий его. — Да. - ответил на зов шатен. — Я решила твою очередную проблему. Будешь сегодня и завтра ночевать у этого прекрасного молодого человека. — Ого. Ты смогла уговорить кого-то, приютить у себя незнакомого человека? — Он просто должен мне. Я помогала ему моделей для фотосессии найти, когда ему они нужны были на учебе ещё года два назад. — Огромное тебе спасибо! Чтоб я без тебя делал? — Это ты ему спасибо скажи. - произнесла Азария и положила трубку. Ларри отдал телефон Салу и, улыбнувшись, сказал ему: — Спасибо. У того в ответ раскраснелись щеки, а глаза снова стали голубыми. Он кивнул головой и пожал руку Джонсона, которую тот протягивал. — Так, посиди немного, а я пока аппаратуру уберу, и поедем ко мне. Хорошо? —Да, конечно. Пока Фишер убирал световые приборы, они с Ларри успели разговориться. Фотограф узнал, в каком городе живет его новый знакомый, какую-то часть его модельной жизни и ещё некоторые мелочи. А про себя Сал рассказал лишь то, что по мимо фотографий увлекается рисованием и по просьбе Ларри пообещал показать свои работы. Когда все было расставлено по местам, парни направились к лифту, продолжая разговаривать. С каждой минутой они узнавали друг о друге все больше. Они пошли к ближайшей станции метро и через сорок минут уже поднимались в квартиру Фишера. Хозяин отомкнул дверь и открыл ее, приглашая жестом руки Ларри войти. Тот медленно зашёл внутрь, а за ним и Сал. Шатен разулся и медленно шёл по прихожей, осматриваясь. По вещам и обуви в этой комнате он понял, что его знакомый живет один. Дальше была гостиная. Здесь ничего необычного. Небольшой диван, телевизор, журнальный столик, окно с большим подоконником, на полу ковёр. Потом Фишер повёл его в соседнюю комнату, это была спальня. Там была кровать, комод с одеждой, а над ним зеркало, письменный стол с разложенными на нем листами бумаги, одна из стен завешана фотографиями самых разных моделей. Знаменитых и не очень. — Это твои любимые? - поинтересовался Джонсон. — Нет, это те, кого я фотографировал. — Ого! Ларри с интересом рассматривал фотографии и среди них нашёл даже людей, на которых хотел быть похожим или добиться такого же успеха. Потом он подошёл к столу, но Сал обогнал его и собрал все лежащие там бумаги в стопку, спрятал их за спину. Какая-то неловкая тишина повисла в комнате из-за столь близкого нахождения друг с другом. Они смотрели в глаза друг другу, что только добавляло неловкости этому моменту. — Это только зарисовки. На них не стоит смотреть. - сказал он, отталкивая одной рукой Ларри.