- Папа Питера?

Вы когда-нибудь погружались в океан отчаяния? Океан настоящего безумия. Океан, полный боли. Задыхались от того, что никак не можете исправить ситуацию, которая приносит вам очень много страданий? Понимали, что это безысходность? Тони Старк понимал. Прямо сейчас. Сидя у кровати ребёнка, который не был ему сыном, однако был гораздо больше, чем «как сын», он понимал, что так виноват. Когда он проснулся и от души обматерил мужа, то боялся услышать, что ребёнка больше нет. Однако… Медицина*, спасибо тебе, что Питер жив. Но… Паутинка больше не… Паутинка? Тони знал, что Питер будет ненавидеть его за то, что случилось, и он хотел бы оттянуть этот момент настолько, насколько возможно. Мстителей, к слову, в палату пока что не пускали.

***

— Пап? — Питер! — мужчина подскочил к нему и не знал, за что схватиться, — Питер, малыш! Ты ужасно напугал меня… Да всех нас! — Ты в порядке? Тебя не задело? Старк готов был расплакаться. Ребёнок просто невероятный. — Ты справился, милый. Всё хорошо, — он аккуратно сжал руку без капельницы. В этот момент в палату вошёл врач. — Ух, уже проснулся, чемпион? Это хорошо. — Я думал, что Брюс… — начал было Тони. — Мистер Беннер хороший доктор, но точно не для таких операций. Итак, — он присел на стул с другой стороны от Тони и взял в руки больничную карту, — Анализы хорошие, парень. Ни заражений, ни осложнений или другой бяки. Проверим-ка твои рефлексы, да? Расскажи как себя чувствуешь, — он поднёс к глазам парня небольшой фонарик. — У меня всё болит, — от этих слов гений вздрогнул, — Но ведь это нормально, правда? — Конечно, — доктор убрал фонарик и что-то написал на листе, — Это нормально. У всех так. Следи за пальцем, ладно? Угу, молодец. Сколько видишь? — Три. — А сейчас? — Семь. — Отлично! Сейчас мне придётся поколоть тебя такой вот небольшой иглой. Будет больно — говори. Тони замер. К огромной радости для Старка (и не только) — Питер чувствовал все свои конечности и мог шевелить пальцами. — Что ж. Полежи-ка ещё полдня, потом сделаем МРТ, хорошо? — врач улыбнулся, — Мистер Старк?.. — Да-да, выйдем. В коридоре было пусто. — Немыслимо, но мальчик перенёс таковую травму с наименьшими потерями. Точно пока ничего не могу сказать, нужно динамику просматривать, но ни о каких тяжестях, больших нагрузках и речи быть не может. Позвоночник слаб — Питер должен будет пролежать ещё как минимум три дня не вставая с кровати. А то и неделю. Потом можно будет передвигаться с помощью коляски, и если всё будет хорошо, то через три недели он сможет ходить сам. Три недели это очень маленький срок. И это только при лучшем раскладе. Конечно, ему нужен будет массаж и другие процедуры, но в целом — он неплох. — Он не сможет быть Человеком-Пауком? — надежда всегда умирает последней. — Что вы? Об этом и речи быть не может! То, что Питер сможет ходить — чудо! Нередко при таких травмах не помогает ничего, и люди полностью парализованы без возможности голову повернуть, а тут! Старк коротко поблагодарил доктора и зашёл назад в палату. — Голоден? — Да, безумно. Я готов съесть целого слона, — хихикнул парень. — Пятница, слышала? Нам нужен слон, — усмехнулся Тони. — Поняла, босс. — А почему тут только ты? — Остальных не пускают, они слишком эмоциональны, а ты всё ещё нестабилен. Но конца операции ждал Роджерс, — фыркнул гений. — Думаю, что он скоро придёт. — Я так рад, что ты в порядке, папа. Потерять ещё и тебя было бы для меня… Слишком больно. [Пс от автора: это ты ещё про «финал» не знаешь, малыш. Суки режиссёры убили его прямо на твоих лапках] Тони задохнулся. Хотелось рыдать и совсем не хотелось думать о том, как мальчик его возненавидит. — И ещё я очень рад, что нужен тебе, несмотря на то, что я больше не Человек-Паук. — Так ты что, знал? — Старк нахмурился и едва испуганно взглянул в глаза мальчика. — Я услышал, — юноша грустно улыбнулся, — У меня всё ещё есть мой слух, да и другие «примочки» сохранились. Я испугался, что… Перестану быть нужным, — промямлил он, нервно сгибая теребя пальцы. — Оставь свои руки, милый, — Тони расцепил их, — Ты просто невероятный. Я думал, что ты будешь меня ненавидеть за это… Но мне и в голову не приходило, что ты можешь думать, будто перестанешь быть нужным! Да, сначала ты был нужен мне как Человек-Паук, но Питер, это было так давно, что я уже и не вспомню. Ты мой ребёнок, и я очень люблю тебя. Я молился, чтобы ты выжил. Иной расклад убил бы и меня. Мальчик тихо всхлипнул, — Возможность быть Человеком-Пауком менее важно, чем возможность быть сыном. Я сделал всё правильно. И я не жалею об этом. Ведь я смогу ходить… Разве это не здорово? Старк аккуратно обнял мальчишку и поцеловал в макушку, ощущая на своей спине ладошку Питера. У них с Роджерсом, блять, самый невероятный ребёнок из всех. — Доброе утро, — в палату вошёл Стив с большим подносом, — Вы оба не завтракали, так что поедите сейчас. Питер, дорогой, я так рад, что ты в порядке, что ты жив. Я так переживал! Не смей больше так пугать, сынок, — мужчина поставил поднос на тумбу и поцеловал парня в лоб, аккуратно поглаживая кудри. В конце концов — Старка не зря считают гением наравне с Менделеевым, Ньютоном и другими выдающимися учёными.

---

*Меня одну бесит, что вечно господа благодарят?