Сквозь пространство и время. Часть 2

      Обито прошел сквозь стену заброшенного дома. Передняя часть была полностью разрушена, окно выбито, а деревянные обломки пола погребены под сыпучим песком. Солнечный свет пробивался через дыры в потолке. В темном углу, куда не добирался дневной свет, проглядывался силуэт человека.       В заброшенном селении близ Сунагакуре поселилась вечная тишина. И только ветер чувствовал себя здесь полноправным хозяином, вздымая в раскаленный воздух столбы пыли.       — От Лидера нет вестей уже третий день. Тебе что-то известно?       Голос кукольника застал Обито врасплох. Сердце екнуло от страха. Вернувшись к телесному образу, он выискал в полутьме глаза Сасори.       — Так и вы не в курсе, где она…       Надежда узнать местоположение любимой осыпалась в прах. Изанами не объявлялась в гостинице уже третий день. Детям Обито упорно твердил, что мама сейчас занята, а сам в это время изводился вопросом, куда она могла уйти. Никакой записки, никакого намека. Вот человек был, еще вчера улыбался и говорил, что жизнь скоро наладится, а уже сегодня его существование, кажется, кануло в небытие.       — Ждем до вечера. Если не объявится, начинаем поиски. Я отправлюсь к Нагато.       Сасори бросил взгляд на воронку, где исчез Учиха. Спустя секунду в здание закралась тишина. Кончики пальцев отчего-то покалывало. Что за странная метаморфоза стала его донимать? Неужели о себе дало знать забытое чувство… страха?       

…

      Джузо приставил ко лбу ладонь. По небу плыл одинокий сгусток облака. Солнце нещадно сжигало пустыню и близлежащую деревню раскаленными лучами, и в каждом глотке воздуха чувствовался скрипучий песок. Мечник скривился от недовольства. Почти месяц они торчат в этой пустыне, а каких-то подвижек или намека на драку не предвидится, наверное, в ближайшие пару лет.       Одежда неприятно липла к телу, изводя еще сильнее.       Асура оттянула промокшую насквозь футболку, опираясь о валун. Денек выдался жарким, по разговорам местных, сегодня погода побила температурный рекорд. Жарко. И скучно.       — Лапушка, как там у мамы твоей дела?       Девочка лениво разлепила веки, и взгляд невольно упал на большой меч. Хотела бы она сейчас потренироваться, да только сил нет даже пошевелиться. Точнее, она этого ни за что не сделает, иначе прогонит слабое ощущение прохлады.       — Нашел, у кого спросить, — фыркнула она, медленно закрывая глаза. — Ка-сан меня игнорирует, а я же чувствую, как она переживает за нас. Так нельзя… Мы не маленькие.       Слабая улыбка заползла на лицо мечника. Поправив крепление с мечом, он подошел к девочке и от души потрепал ее по волосам. Асура тут же замахала руками.       — Станешь матерью, вот тогда поймешь ее страхи, — щелкнул по носу, держа на лице улыбку. — Передай, что мне нужно переговорить с Лидером. Буду ждать у северной стороны деревни.       — Боюсь в ближайшее время она не сможет.       Мечник замер у входа в пещеру.       — Почему? — в голосе послышалась плохо скрываемая тревога.       — А ты разве не в курсе: ка-сан отправилась обратно в деревню. Ее Ка… ге вызвал.       На последних словах Асуру прошибло холодным потом. Пальцы на руках одеревенели, и горло сдавило от нахлынувшего страха. Но виду она не подала.       — Да? — Джузо почесал затылок, а после как-то нервно улыбнулся. — Видимо информацию до меня не успели донести. Значит дай понять, когда она появится, хорошо, лапушка?       — Да без проблем.       Улыбку Асура держала до того, как мечник скрылся из виду. Потом она резко вскочила с холодного пола и прыгнула в открывшийся разрыв. Конечно! Не донесли! Кого они обманывают?! Она ведь чувствовала последние три дня, что с мамой произошла какая-то беда. А то-сан ее убеждал в обратном, вешал лапшу на уши… Лицемерил прямо в лицо!       Оказавшись в мире теней, девочка рванула к пещере, где надеялась увидеть глупую маму. По отвесным скалам, спеша как можно быстрее оказаться в своем втором доме, она забралась на самый верх, спрыгнула на уступ. Ноги стали заплетаться, а в глазах собираться слезы. Асура прошла в пустую пещеру и быстро закрыла рот ладошкой, чтобы не сорваться на плач. Еще не время разводить истерику — Лидер действительно могла отправиться к отцу.       

…

      Нагато задумчиво потирал виски, просматривая очередной отказ Райкаге пойти на мировое соглашение, когда в центре комнаты появился пространственный разлом. Дела в Резиденции моментально отошли на второй план. Мужчина распахнул глаза, и на языке застыл немой вопрос.       Минутой позже на пол рухнула обессилевшая дочь. Из носа ручьями потекла густая кровь, живот свело такой судорогой, что захотелось выблевать недавний завтрак. Асура оперлась ладошками и несколько секунд пыталась собрать разрозненную реальность по кускам. На задворках сознания она услышала, как в стенку ударилось кресло, а потом ее вздернули с пола и закричали прямо в лицо:       — Тебе же запретили такие скачки делать! Куда мать смотрит?!       В расплывающемся силуэте она узнала отца. Значит правильно перенеслась, не ошиблась, не ушла в другой мир…       — То… -сан, скажи, что она здесь! — вцепившись в одеяние Каге, Асура с мольбой посмотрела в могущественные глаза отца. — Скажи, умоляю!       — Иза?..       Сердце сжалось, и мужчина подхватил оседающую дочь.       — Я ее нигде не чувствую… — из глаз ручьями покатились слезы. — Она пропала…       Нагато крепко обнял Асуру и пустым взглядом уставился в окно. Пропала? Его супруга исчезла?! Но куда?       

…

      Сасори толкнул хлипкую дверь и едва не зарычал от злости. На кровати, завернувшись в темно-синий плащ, лежал их пропавший Лидер. Как он раньше не додумался проверить это место. Переступив порог временного убежища, кукольник решил встать прямо у входа, а то ненароком отравит чертову девчонку, чтобы неповадно было пропадать и ставить всю организацию на уши.       — Мы тебя по всей деревне ищем, а ты здесь прохлаждаешься. Могла бы предупредить, что будешь отдыхать.       Лишь спустя минуту тишины тело под плащом зашевелилось. Изанами приоткрыла заспанное лицо, вызвав у кукольника новую волну злости. Он поджал губы и мысленно сделал пометку отравить ее еду. Может неделька паралича отучит Лидера быть у себя на уме.       — Не понимаю твоего раздражения, Акасуна, — Изанами присела на кровати и широко зевнула, не удосужившись даже прикрыть рот. — Не знай тебя, могла бы подумать, что ты напуган.       Сасори аж скривился от ее слов. Вытащив запечатанный свиток, он бросил его через всю комнатушку. К слову, на убежище эта развалюха походила довольно слабо. Три метра в длину и пять в ширину. Из мебели одна лишь кровать да стол. Сам домик располагался на границе со страной Дождя, защищенное самыми сильными фуинами. Только он и Лидер знали о расположении этого убежища, и больше никто.       — Ерунды не городи. Я к тебе с докладом, — кукольник прошел к столу и резким движением одернул тряпку, служившую шторой.       Изанами, поймав свиток, тут же забилась в самый угол, спасаясь от яркого ослепляющего света.       — Почему не к оригиналу?       — Ориг… — Сасори резко повернулся лицом к девушке, ощутив, как внутри что-то ухнуло. — Постой, так ты клон? А где тогда настоящий Лидер?       Свиток свернули обратно. Воздух в домике, казалось, за секунду стал плотным и холодным. Изанами несколько минут молчаливо таращилась в одну точку, а после ударила кулаком по стене.       С потолка посыпалась пыль.       — Я ее не чувствую, — рыкнула она. — Черт!       Сасори рванул было к Лидеру, но на ее месте осталось лишь белое облако дыма. И теперь у него нет ни единой зацепки, куда она могла уйти. Им остается только ждать.       

***

      Где-то в Сунагакуре       Изрезанную одежду скинули со стола и невольно отошли на шаг назад. Мир вокруг остановился. Еще ни разу в жизни Орочимару не доводилось прикасаться к чему-то столь загадочному. Словами нельзя описать его эмоции, его восхищение и радость от момента, что вскоре все тайны мироздания окажутся в руках простого смертного.       Он жадно втянул носом отсыревший воздух.       — В тебе содержится такое могущество, — возбужденно зашептал, не отрывая взгляда от подопытной, — ты бы могла править целыми мирами!       А ей приходится лежать на разделочном столе и вовсю корить себя за слабость.       — Да вот на досуге подумываю, может пора уже захватить ваш поганый мир? А то мерзости в нем развелось.       Изанами отвела взгляд к потолку. Навевает воспоминания. Камера, полное отсутствие окон и конечно же ее личный палач. Но сейчас роли внезапно поменялись — на сцену вышел змеиный саннин… Как она могла не учесть Орочимару? Догадывалась ведь, что эта змея может работать с Зецу!       Прикрыла глаза. Перед внутренним взором вспыли последние часы свободы. Она раз за разом прокручивала момент своего похищения, но всё равно не могла понять, где просчиталась. Может когда решила взвалить на себя все проблемы?       Гордая, независимая. А еще чертовски глупая, раз считает, что может справиться со всем в одиночку!       Запястья и лодыжки ныли, перетянутые тугими ремнями. Тьма молчала, забравшись на самое дно ее черной души. Изанами не могла даже ногой пошевелить, тело не слушалось, очевидно ее отравили или вкололи паралитик.       Как же быть?       От мыслей ее отвлек странный шорох за дверьми. Орочимару заметно оживился, что совершенно не понравилось Лидеру. Она глянула на маленькое окошко в двери, и вскоре там показался Кабуто.       — У нас для тебя есть небольшой сюрприз…       Орочимару впустил помощника внутрь, и сердце матери забилось в паралитическом припадке: на руках висело бессознательное тело Наруто.       — Даже пальцем не смей его трогать, — прорычала сквозь зубы. — Разорву на куски.       — Не волнуйся, мальчонку мы не собираемся убивать… — саннин подошел к столу, куда она была прикована, накрутил на палец локон волос и шепотом заговорил на ухо: — Нам нужен только его биджу.       Удар. Изанами на мгновение перестала чувствовать нить, которая связывала ее сознание с реальностью. В глазах больше не горело злости, ярости, они были полны отчаяния.       — Ты… хочешь выпустить Девятихвостого?! — сиплым голосом спросила, пока Якуши приковывал Узумаки к соседнему столу.       — Я хочу войны, Лидер-сама.       Голос говорящего послышался со стороны единственного входа. Изанами бросила туда взгляд, и за секунду ее одолело жгучее желание разрушить Суну до последнего кирпичика. Демоны внутри зашевелились, стоило им почувствовать появление Казекаге.       Мужчина, заложив руки за спиной, застыл в проходе.       — Только сообща мы сможем устранить угрозу в виде вашей деревушки. Вы очень долго стояли у нас поперек горла. Райкаге нужно сказать только «фас», и он хоть сейчас объявит вам войну. А вот Цучикаге всё не может решиться… Глупец. В мире не должно существовать такого очага опасности. Риннеган и Акацуки… Вы угроза для существования.       — Это Ваши бредни, Раса, — Изанами повернула голову к Наруто, мысленно умоляя того проснуться. — Мы хотим мира.       Сердце стало обливаться кровью, когда ее мальчика привязали такими же ремнями. Изанами еле сдержалась, чтобы не завопить и не заплакать. Как она допустила такое?! Это же ее сынок, ее мальчик!       — И где гарантии, что завтра или через месяц Ваши головорезы на нападут на мою деревню или на кого еще? Мы не можем доверять такому агрессору, как Вы.       Сквозь пелену отчаяния пробился размеренный голос Расы, вырвавший с глубин самое темное, что пряталось в теле девушки. Лицо Изанами застыло в маске холодности, а голос показался лязгом металла:       — А не боитесь, что ваш кружок самоубийц раздавят как муравьев?       Раса посмотрел на двух «ученых».       — В любой другой ситуации мы бы не стали действовать так опрометчиво. Разрыв силы налицо… — мелькнувшая на губах улыбка совершенно не понравилась Лидеру. — Но как думаете, Лидер-сама, что предпримет НагатоУзумаки, когда узнает о смерти любимой жены? Что сделает горем убитая дочь?       — Они… сорвутся… — почти беззвучно прошептала, и в этот момент ее жизнь посыпалась точно карточный домик. У Изанами перехватило дыхание, когда до нее наконец дошел смысл всего. — Асура…       Стеклянный от ужаса взгляд устремился во тьму, откуда на нее смотрело два горящих желтых огонька. Свет лампы лишь вскользь касался белой стороны существа, но его Изанами узнает даже в кромешной тьме.       Свой главный кошмар она никогда не забывала.       — Здравствуй, Лидер.       

***

      С заходом солнца пустыню накрыло огненно-золотистое марево, и удушливая жара пошла на спад. В воздух вернулась прохлада, только о ней уже больше не мечтали. Саске спрыгнул возле брата, что стоял на крыше высотного здания, и по его встревоженному лицу Итачи понял абсолютно всё.       Вслед за Лидером пропал Наруто Узумаки. Совпадением это нельзя назвать — их точно похитили. И если раньше Итачи был полностью уверен в мотивах Зецу, то сейчас в голове возникло немало вопросов и страхов. Зачем похищать Джинчурики? Почему именно сейчас? А если к этому причастен Казекаге? Тогда и до войны недолго им осталось.       — Мы обыскали каждый уголок этой чертовой деревни! — младший Учиха пнул камень. Стоявшая неподалеку Сакура порвалась его успокоить, но затем поняла, что у самой не осталось сил держать эмоции в узде.       — От Обито не слышно ничего, Асура ушла никому ничего не сказав…       — Асура тоже пропала? — Шисуи подлетел к девчонке и, получив короткий кивок вместо ответа, едва сдержался, чтобы не чертыхнуться. Вот тебе и защитник! Не углядел за дочерью любимой. — И что будем делать?       Итачи не ответил, поскольку сам не знал, как следует поступить в сложившейся ситуации. Местоположение Зецу ему сейчас неведомо, а ждать возвращения Обито и остальных они не могут. Вдруг Наруто попал в беду и сейчас ему требуется их помощь?..       Но если мы поступим опрометчиво, это может привести к новой войне… Что же предпринять?       — Вернемся к Какаши, — в предложении Сакуры каждый Учиха нашел зерно правды. Действительно, сперва нужно понять, что известно наставникам. Может Наруто уже вернул…       — А куда все подевались? — прошептал Итачи.       Словно в подтверждение его слов вдоль зданий пролетел песчаный вихрь. Окна домов были наглухо закрыты, а все лавочки свернули деятельность еще до захода солнца. Больше не слышался детский смех, а заместо разговоров им оставили подозрительную тишину. Деревня утонула в безмолвии.       — Возвращаемся в гостиницу, — приказал Шисуи и уже хотел перепрыгнуть на соседнее здание, как вдруг земля под ними разошлась сильной дрожью.       Землетрясение в пустыни?       — Поторопимся, — мысли остальных Итачи озвучил тихим голосом, прокручивая в голове один из самых жутких дней своего детства.       Но сдвинуться с места ни один из них не успел — внезапно по деревне растеклось едкое чувство надвигающейся смерти. Волна странной энергии прошла сквозь их тела, превращая гениев в застывшие статуи. Оба не смели пошевелиться. Прошлое проникло в их сердца. Неужели события тринадцатилетней давности повторяются?       Солнечные лучи скрылись за горизонтом.       Северную часть деревни накрыл звериный рев — а после каждый узрел, как в небо тянется сам Девятихвостый Демон-Лис.       

Несколькими минутами до этого

      Наблюдая, как Орочимару, склонившись над телом ребенка, заканчивает последние приготовления, Зецу ласково, насколько позволяло его черное естество, перебирал распущенные волосы Изанами. Губы замерли в ухмылке. Как долго он ждал этого момента. Один шаг — и тогда многие мечты станут реальностью. Ка-сан возродится, мир изменится с ее возвращением, но этого бывший Лидер уже, к сожалению, не увидит.       — За столько лет я понял одну вещь: ты ошибка. Потраченные на тебя усилия не стоили того. Ты сорвала мой план. И я отплачу тебе во много раз больше…       Изанами бессильно лежала на столе и смотрела, как ее ребенка готовят к верной смерти. Вернувшаяся чакра оказалась бесполезна перед препаратом, которым ее накачали. На холодный камень скатывались редкие слезинки. Она ведь так много сделала, чтобы оградить семью… Почему судьба не оставляет хотя бы их в покое? Или… это ее личное наказание — наблюдать, как страдают любимые?       Да лучше сразу умереть, чем быть угрозой для детей!       — Как обстоят твои дела в воспитании младшего поколения? Вижу, ты наладила отношения с дочерью… Но так ли сильна ее вера в тебя?       Одеревеневшие пальцы попытались сложиться в кулак, только и сейчас это оказалось невозможно. Она по-прежнему слаба.       — Людьми так просто управлять, особенно когда они морально разбиты. А твою смерть Асура-тян не переживет, — Зецу схватил Изанами за подбородок и грубо повернул ее голову к себе. — Как только ты сдохнешь, я заберу ее и отдам ка-сан в качестве подарка. А всех оставшихся детей буду убивать медленно… Начну, пожалуй, с Гаары… Сперва он останется без глаз и всех конечностей…       Борись! Борись, ничтожество!       Стиснув зубы, Изанами воззвала к своей силе. Ток чакры постепенно усиливался, а ремешки, что стягивали ее, до кровавых отметин врезались в кожу. Она должна выбраться, на кону стоит слишком дорогая плата.       — Нам пора уходить, — Кабуто коснулся плеча Орочимару, когда сдерживающая печать Узумаки закрутилась в черную бездну.       Задерживаться в деревне больше не стоило. Саннин приказал ученику развязать Лидера, а сам повернулся обратно к ребенку, чтобы собственными глазами узреть появление Девятихвостого.       Создав скальпели из чакры, Кабуто перерезал ремешки со стороны ног и поспешил к голове Лидера.       Колебание воздуха вокруг нее он списал на близость Джинчурики.       На секунду его одолело сомнение, стоит ли вообще оставлять в живых такое чудовище. Сейчас Изанами бессильна, ему хватит одного надреза, чтобы закончить ее существование.       Лезвие приставили к подключичной артерии. Кабуто сглотнул и поднял глаза на саннина. Это ведь станет предательством по отношении к нему. Орочимару так сильно мечтал заполучить тело девушки. Но я могу освободить наш мир от такой угрозы.       Сглотнув, Кабуто внезапно понял, что Изанами смотрит на него не моргая и неотрывно. Ее жуткие глаза были пусты, а лицо похоже на маску мертвеца. Один надрез!       Земля под ногами задрожала, и в следующий момент изо всех щелей поползли древесные корни. Острые, тонкие прутья устремились к Кабуто и саннину. Последний, ощутив угрозу, выхватил Кусанаги и одним махом разрубил древесные корни. Однако натиск на этом лишь усилился. Изанами стискивала зубы, из последних сил черпая чакру в источнике. Пораженный, Кабуто выпрыгнул в коридор и громко крикнул наставнику, что времени больше не осталось.       Орочимару метнул взгляд на стекающую демоническую чакру, которая в любой момент могла добраться до девчонки. Стоило поспешить, иначе эксперименты с тьмой закончатся даже не начавшись. Клинок рубанул вихрь корней. Саннин подлетел к столу, куда была прикована Изанами, однако схватить ее за руку он попросту не успел. Внезапно в то место врезался огромный коготь.       Изанами рванула последний ремешок и кубарем скатилась на пол. За ней потянулась кровавая дорожка из крови и ошметков мяса. Она отпрянула к стене, а полуслепой взгляд застыл на бурлящей массе из чакры, что выползала из ее ребенка.       Это мой ш-ш-шанс!       Саннин дернулся в сторону Лидера.       Волосы на затылке встали дыбом, и он ловким прыжком ушел от железного песка. Сверху, в разломе потолка, появился никто иной как Сасори Красных Песков со своей знаменитой марионеткой. Через секунду в помещение спрыгнул Джузо, метя огромным мечом в то место, где только что стоял Орочимару. Теперь же там зияла глубокая воронка.       — Чертова змеюка! — выругался мечник, однако мысли о саннине мгновенно смылись другой проблемой.       Помещение стремительно заполняла демоническая чакра. Вскоре здесь станет совсем жарко, а если они промедлят хоть секунду, свою могилу им долго искать не придется.       — Бива, не спи! — сверху раздался сердитый голос кукольника, который тем временем пытался спасти Наруто из-под верной смерти.       Нити чакры закрепились на теле юноши, вот только затем они испарились точно вода в адском пепле. В коконе демонической чакре зародился гортанный смех.       Демон проснулся…       Сасори нервно сглотнул, когда Наруто поглотила чакра Девятихвостого. Думать о последствиях им придется позже, сейчас стоило самим убираться отсюда. Джузо присел на одно колено возле Лидера и невольно переглянулся с напарником. Под правой рукой девушки собралась лужица крови. Рука отсутствовала. Теперь место культи обволакивала пелена тьмы, не позволяя сосуду потерять еще больше крови.       — Уходим, — прошептал Акасуна.       Через минуту они уже перемещались по крышам заброшенного квартала, надеясь поскорее убежать от эпицентра бури. Однако далеко уйти им не позволила сама Лидер. Внезапно для Бивы она спрыгнула с рук и кубарем полетела в пространство между зданиями. От падения ее спас вовремя подоспевший Сасори. Он подхватил ее нитями чакры и резким движением метнул на соседнюю крышу.       Наглотавшись пыли, Изанами вскочила на колени.       — Где… где мои дети? Их надо найти.       Приземлившиеся рядом акацуки застыли. Голос девушки дрожал, жуткие, всегда холодные глаза смотрели в никуда. Разбитая и сломленная… Сломанная.       Сасори присел возле Лидера и кончиками пальцев коснулся культи. Мышцы и куски мяса висели разорванными лохмотьями. Кровотечению препятствовала шипящая тьма. Еще никогда он не видел Изанами такой… жалкой. По ее лицу скатывались слезы, а он испытывал жгучее отвращение к ее слабости.       От мыслей кукольника оторвало звериное рычание. Он оглянулся и увидел, как над заброшенным кварталом поднимается Девятихвостый. Под его мощными лапами рушились обветшалые постройки, воздух и земля сотрясались от растущего давления. Сердце сжималось от странного чувства тревоги — что им делать с этой проблемой?       — Умоляю… спасите! — тут Изанами вцепилась в его плащ, и ее отчаянный взгляд заставил Сасори отбросить сомнения. — Если… Ес… Я же не смогу без них… О…       — Лидер, заткнись, — перебил ее, решительно смотря прямо в глаза. — Мы спасем каждого.       Всхлипнув особенно громко, девушка упала головой к нему на плечо и на выдохе шепнула:       — Я надеюсь на вас.       Оба акацуки встретились взглядами. Права на ошибку нет. Они либо оправдают надежды Лидера, либо этот мир погрузится в бесконечную тьму.       Разбитую горем мать уже ничего не остановит.       

***

      Обито ударился лопатками о стену, и в следующую секунду его припечатал разъяренный Узумаки.       — Она сказала, что отправится к тебе, — спокойным тоном заговорил Учиха, не позволяя страху просочиться в свой голос. Посреди кабинета, на полу, сидела их полуживая дочь. С самого появления в Резиденции она больше не проронила ни слова, будто оцепенела от мысли, что никто не знает, куда подевалась их Лидер. Обито и сам хотел разрушить мир до основания, чтобы отыскать любимую. Однако сейчас эмоции лишь навредят: они обязаны сохранять холодный рассудок.       Скинув с себя руки главы деревни, он добавил:       — Я не привык подвергать приказы Лидера сомнениям.       Но Узумаки его уже не слышал. Возле уха впечатался кулак, и бледное лицо мужчины перекосило от ярости.       — Ты должен был проследить за ней! Я просил тебя, Учиха! Просил! Что в мои…       Внезапно со спины повеяло пустотой. Оба разом посмотрели на Асуру. А потом их пораженные взгляды сместились на открывшийся портал.       — Куда собралась? — Нагато отпустил брюнета, сердитой бурей надвигаясь на родную дочь.       — Я ее снова чувствую!       Кабинет заполнил радостный крик. Асура вскочила с пола и сразу же юркнула в пространственный разлом. Узумаки порвался было остановить ее, но пальцы схватили воздух. Дочь ушла.       — В Суну, — божественные глаза загорелись неистовой злостью. — Живо!       

…

      Выпрыгнув из портала, Асура на нетвердых ногах приземлилась посреди площади. Лучащиеся радостью глаза потемнели, и на лице застыла маска ужаса. Огонь. Разрушенное селение… Девочка вздрогнула, когда позади с треском обрушилось здание. Что же случилось, почему всё затянуто дымом?       Перед внутренним взором пронеслись воспоминания восьмилетней давности. Как бы Асура не пыталась, она не смогла забыть, ни горящую Коноху, ни раздавленных под обломками людей. Она помнит, как много крови лилось по земле, когда кучка напуганных, брошенных детей бежала вслед за Лидером.       Неужели прошлое повторяется?!       — Что п-про… исходит?       Асура сделала неуверенный шаг вперед и чуть не поскользнулась на гладкой поверхности. Шаринган пораженно осмотрел пятно черного зеркала, застывшего на песке. Легкие раздирал обжигающий воздух. Нервно сглотнув, девочка дернулась в сторону переулка. Нужно искать маму и остальных.       Но дальше пройти она не смогла. Внезапно за стеной тумана появилась тень, которая начала медленно расширяться. В горле забился отчаянный крик. Асура застыла как вкопанная, когда из завесы, в паре метров от нее, приземлилась звериная лапа. Давление чакры припечатало ее к земле, и внутренние демоны заверещали об опасности и срочной необходимости убегать. Вот только Асура больше ничего вокруг не замечала. Ужас от мысли, что она смотрит на самого Девятихвостого, проник в саму душу. Это же… биджу ее брата. И если он сейчас здесь, значит Наруто…       Над головой сверкнули когти, метившие прямо в ребенка. В последнюю секунду возле нее появилась тень. Девятихвостый ударил в землю и гневно оскалился, ничего не заметив на месте воронки. Он посмотрел в сторону убегающего шиноби. Затем его внимание сместилось далеко за пределы деревни, где чувствовалась омерзительная сила Лидера.       — Он будто чувствует твое присутствие…       Сасори отпустил тяжелый вздох, когда защитную стену пробили мощным ударом. В разломе появилась морда Девятихвостого. Его полный ненависти взгляд ощущался прямо отсюда.       — Лидер, тебе сейчас лучше уйти в призывной мир. Мы…       — Наруто…       Держась за оторванную руку, Изанами вскочила с песка и попыталась шагнуть в сторону деревни. От самоубийства ее одернул кукольник, сомкнув пальцы на локте и грубо оттащив назад, чтобы упрямица посмотрела в его ледяные от злости глаза.       — Куда собралась? Ты не в том состоянии, чтобы сражаться!       Будто в назидание за все грехи перед ними материализовался отряд Анбу. Через секунду их окружили со спины, отрезая любые пути отхода. Пластина с эмблемой Песка отбрасывала лунные блики. Лицо каждого было закрыто маской, а появившееся в руках оружие не оставило сомнение, что это не эскорт в безопасное место.       Время для переговоров давно прошло.       Меньше чем за секунду Сасори распечатал свиток с марионеткой Третьего Казекаге, и в стоявших позади людей полетела туча острых игл из железного песка. Пока шиноби Песка не успели отреагировать, он быстро активировал вторую марионетку, которая мгновенно окатила людей ядовитым облаком.       Тем временем Изанами рванула к отряду впереди. Безжизненный взгляд неотрывно следил за маячившей вдалеке фигуре Лиса. Каждое движение давалось с неимоверным усилием. Она бежала как в молоке, даже мысли отказывались двигаться в правильном русле. Наруто схватили. Кого они еще покалечат, кого отберут у матери?!       — Берегись!       Сасори в считанные секунды оказался возле девушки и одним рывком унес ее с линии удара. Волной их отнесло вниз, оба кубарем скатились по бархану. Ошметки человеческих тел разнесло во все стороны. Рядом упала голова несчастного, чьи стеклянные глаза уставились на Лидера.       Не отдавая отчет своим действиям, да и не задумываясь даже о последствиях безрассудства, она снова поднялась на колени. И на этом ее попытки окончательно пресеклись.       Сонную артерию пережали, и мгновением позже в руки кукольника упало бессознательное тело Лидера. Он вздохнул, вытаскивая очередной свиток, но теперь запечатывающий, для трупов и ценных образцов.       Я выполню данное обещание.       Положив Изанами на раскрытый свиток, кукольник бросил взгляд чуть в сторону.       Из воронки появилось двое.       Не успел Нагато коснуться земли, как ноги уже несли его к телу жены. Обито в свою очередь не смог сделать даже шаг, стоило увидеть состояние любимой.       — Какого черта…       Дрожащие пальцы с особой осторожностью приподняли культю. Нагато задохнулся от эмоций, остекленевший взгляд забегал по замазанному кровью лицу. Удары сердца раздавались где-то в висках.       — Она жива, пришлось обездвижить, чтобы не натворила глупостей, — пояснил Сасори, что сразу привели мужчин в хрупкое состояние покоя. — Сейчас у нас есть проблемы похуже.       Обито проследил за взглядом кукольника, который теперь смотрел на движущегося к ним Девятихвостого.       — Кто? — стало единственным, что прорвалось сквозь плотно стиснутые зубы. Желваки на лице заходили ходуном. Убьет, размажет по стенке того, кто осмелился причинить такие страдания семье. Никто не уйдет от ответственности.       — Орочимару… Зецу… И… Казекаге.       Риннеган вспыхнул опасным блеском. Скатившаяся на лицо челка скрыла потемневшее лицо Узумаки. Он прижал к себе тело жены и легко коснулся губами ее лба. Их преступление не останется безнаказанным, ангел…       

…

      Только почувствовав под ногами твердую опору, Асура осмелилась повернуть голову к своему спасителю. Из груди тотчас вырвался вздох облегчения.       — Где… где мой братик? — отчаянно взвыла, смотря в сосредоточенные глаза Шисуи.       Тот поджал губы и молча кивнул на Девятихвостого Демона-Лиса. Девочка зажала рот ладошкой, чтобы подавить рвущиеся наружу всхлипы. Но слезы удержать не смогла.       — Мы его остановим, не плачь, — Учиха задорно потрепал ее по волосам. — Я чувствую чакру Нагато и Обито. Так что скоро Наруто будет с нами.       Услышанное казалось правдой, и Асура хотела верить его словам. Рукавом она вытерла лицо, потом огляделась по сторонам. Деревня лежала в руинах. Места, где она только сегодня пробегала, теперь были погребены под грудой обломков. Но людей поблизости не ощущалось. К небу тянулся черный дым, лунные блики танцевали по застывшим лужам черного стекла.       — Навевает воспоминания…       Асура мысленно согласилась с Шисуи и крепко сжала его руку.       — А ты не знаешь, куда подевались осталь…       Остальные. Семья. Любимые братья и сестры. Даже ненавистный Итачи, к которому она всегда относилась почему-то предвзято. Они были частью ее сердца, теми, на кого всегда можно положиться, не страшась утратить такое хрупкое доверие. Они всегда были… И Асура каждый день отгоняла от себя мысль, что эта прекрасная пора может когда-нибудь закончиться.       Слова заклокотали глубоко внутри, растворяясь в рвущемся наружу крике.       Тело Шисуи дернулось раз. От уголков рта покатились капельки крови. Взгляд медленно пополз к груди, где почему-то стало пусто.       Глаза остановились на еще бьющемся сердце. Чья-то рука выскользнула из тела, и ноги перестали держать увядающую душу. Глухой удар о землю выбил его сознание в темноту. Шисуи посмотрел по сторонам. Как же холодно и тихо… Хоть бы вспомнить ее голос, чтобы он вывел его к свету.       Жизнь стремительным потоком полетела вдаль. Счастливое детство, верность деревни и одна встреча, которая навсегда изменила мировоззрение воина. Шисуи потянулся рукой к образу Лидера, и та, улыбнувшись, обхватила его ладонь своими пальцами.       И чудовища бывают человечными.       А еще такими, что за их улыбкой ты готов пойти в настоящий ад.       Не страшно сделать шаг вперед, не страшно умирать с мыслью, что ты сумел признаться, ведь ее улыбка останется с ним навсегда…       Я люблю Вас, Лидер. Спасибо, что подарили мне это светлое чувство. И… спасибо за семью.       — Бе… ги… С… у…       На губах запузырилась кровь, но последние слова улетели восвояси, застыв в глазах гения серебрящейся печалью. Асура распахнутыми глазами смотрела на труп Шисуи. Не верит, не верит, не верит! Он не могут умереть! Этот человек не мог так просто уйти…       — Имото с… Спаса…       Девочка заторможено перевела глаза к знакомому голосу. Нет, она не может поверить, что это всё реально. Колени подкосились, и она бессильно упала вниз. Плечи опустились, демоны кричали, разрывали ее душу, приказывая выпустить их. Но… сил не осталось, чтобы бороться за собственную жизнь.       — Бр-ратик, ты зачем это сделал? — бесцветно прошептала, смотря на Саске.       Остывшее сердце упало к ногам уже погибшего Шисуи. Младший Учиха хотел закричать, хотел схватиться за кунай и убить себя в самое сердце. Крики и проклятия вибрировали в горле, но сейчас он мог лишь безвольно подчиняться сущности, которая овладела его телом и разумом.       Правая сторона его тела криво ухмыльнулась.       — Это расплата за ошибки твоей матери, Асура-тян, — каждое слово Зецу протягивал в сладком предвкушении. Наследница Лидера у него в руках, сломленная и разбитая. До возвращения ка-сан осталось сделать последний рывок.       Потянувшись к девчонке рукой Саске, Зецу внезапно почувствовал невероятную жажду крови. Земля под ногами просела, давление с каждым мгновением усиливалось, пока он не узрел появление своей смерти.       Нагато материализовался в паре шагов от него, загораживая собой дочь.       Глаза шиноби искрились несдерживаемой яростью. Зецу попятился и хотел уже пуститься в угрозы, как вдруг тело мальчишки насквозь пробили чакроприемником. Чужое сознание стало вытеснять его, овладевать каждой клеточкой захваченного тела. Если так пойдет и дальше, ему конец!       — Я всё равно уничтожу вашу семейку!       Яростно прорычав, Зецу отслоился от ребенка. Его бесформенное тело, походящее на черную массу, начало втягиваться в крышу здания.       — Итачи! Используй Мангекьё! — рявкнул Нагато, когда вслед за ним появился старший брат Саске.       Но добиться его внимания было уже невозможно. Зецу исчез, а Итачи так и не смог оторвать взгляд от мертвого тела Шисуи. Окружающий мир посерел. В голове набатом стучали слова учителя. «Войн больше не будет! Мы очистим этот мир от жестокости». Тогда почему он сейчас смотрит на труп лучшего друга? Почему видит страдания братишки?       Вернуть его в реальность удалось только ударом под дых. Нагато схватил гения за грудки, оторвал от земли и гневно зашипел прямо в лицо:       — Дочь мою забрал и живо из деревни!       После этих слов Итачи кивнул. Он не помнил, как подошел к Асуре, как взял ее на руки и как потом бежал далеко за пределы деревни, где собрались остальные. Он помнил лишь одно — это заляпанный в крови протектор, который успел забрать с головы Шисуи.       В пункте сбора их уже дожидался Обито. Суна погрузилась в гробовую тишину, больше не слышалось ни звериного рева, ни треска разрушающихся зданий. Пустыня молчала. И только очнувшаяся Изанами беззвучно рыдала над телом Наруто, которого осторожно прижимала к груди. Каждая клеточка его тела, лицо, шея, руки и туловище были покрыты ужасными ожогами, не совместимыми с жизнью. Над братом корпела Сакура, вкладывая всю чакру в лечебную технику.       И разве это чудовища? Разве может такой монстр, как Лидер, рыдать над телом сына? Неужели всю свою жизнь он был слеп, не замечая настоящее зло?       Появившийся клон Нагато потребовал разместить на песке плащ, а после бережно уложил туда Саске. Торчавший в груди чакроприемник пропал, но мальчик был без сознания.       — Здесь Шисуи, — запечатанный свиток он передал Изанами и, не дожидаясь ее реакции, растворился в облаке дыма.       — Что он собрался делать?       Итачи уставился на Обито, когда тот подошел забрать отключившуюся Асуру.       — Объявляет войну Сунагакуре но Сато.       С этими словами акацуки посмотрели на разрушенную деревню, над которой висела почти незаметная точка. Казалось, на секунду мир застыл. Нагато холодным взглядом окинул некогда дружественное селение. Нет пощады и сочувствия тем, кто навредил семье. Они хотели мира, они отказались от насилия и своего прошлого. Никто не желал становиться агрессорами.       Но их вынудили.       Давление силы резко усилилось. Мужчина развел руки, и Риннеган вспыхнул ярким пламенем.       — Божественная кара.       Целый мир утонул в раскатистом грохоте его ненависти. Они познают ту же боль, что и он когда-то. Пришла пора переделать этот мир и сделать его безопасным.       Он выжжет всю заразу.       Ты еще познаешь все муки ада, Зецу.              Черная тень выплыла под сенью раскидистого дерева. На секунду взгляд золотистых глаз устремился туда, где осталась его последняя надежда вернуть ка-сан. Зецу яростно прорычал и в два счета ушел под землю. Он обязательно отомстит Лидеру и его семейке. Не вернет ка-сан — тогда просто выпотрошит каждого, кто дорог этой девчонки. Их битва еще не окончена.              В центральном убежище Сунагакуре царил сущий хаос. Казекаге стоял в отдалении от шумной перепуганной толпы жителей и устало потирал переносицу пальцами. Как же много сейчас поставлено на карту, он чувствует, что плечи трещат от взятой на себя ответственности. Если выбранный путь заведет его в тупик, все эти люди, его надежды навсегда канут в пустыне.       — Казекаге-сама, есть новости.       Наконец-то. Раса поднял взгляд на подошедшего члена Анбу.       — Деревня полностью уничтожена. Враги ушли через портал. Опасность миновала.       Чего он и дожидался. Настал момент действовать. И действовать так, чтобы навсегда избавиться от опасности в виде новоиспеченной деревни нукенинов.       Его голос зазвенел от металлических ноток, и каждый, кто слышал своего главу, затаился перед страхом не увидеть будущее:       — Разошлите послание во все страны и скрытые деревни. Мы объявляем войну Нагато Узумаки и организации «Акацуки».