Сквозь пространство и время. Часть 2

      tomandandy — Air       Путь к Стране Дождя пролегал через чащу леса, поглощенного ароматом дождя и терпкими нотками хвои. Темно-зеленые плащи покрылись мелкой изморосью, а земля под ногами стремилась замедлить двух путников, бредущих в кромешной тишине. Настроение не задалось с самого утра. Лениво топая за напарником, Асура мечтала, чтобы им преградила дорогу какая-нибудь группа нукенинов — всяко лучше, чем поглядывать на постную морду красавчика.       — Давно спросить хотела: ты вообще смущаешься? Злишься? — она вновь посмотрела на идущего впереди Итачи. — Или, может, тебя что-то бесит?       Но ответа, как и в другое время, не последовало. Итачи ничего не ответил, лишь мысленно закатил глаза. Вслух говорить не хотелось, но в данный момент его до жути раздражал непрекращающийся словесный поток, льющийся со стороны напарницы. Да вот загвоздка — заткнуть ее не выйдет, как бы он не хотел. По его расчетам, в Амегакуре они должны прибыть только завтрашним утром. На целый день они отставали от Наруто и Саске, и за это следовало поблагодарить… Кого же? Естественно его чересчур вспыльчивую напарницу, которая решила вступить в словесную перепалку с пьяной швалью из Танзаку. Слово за слово, и Асура уже махает клинком направо и налево, с пеной у рта защищая честь своего отца. Лишь чудом удалось оставить город целым. А им после всего произошедшего пришлось совершить довольно большой крюк, чтобы просто замести следы.       — У тебя в запасе есть другое выражение лица? — Асура запрокинула голову назад, и лицо оросило холодной водой. — Улыбнись, жизнь…       Тут она замолчала, тяжело вздохнула. Хотела бы Асура сказать, что жизнь прекрасна, однако язык не поворачивается выдать полную брехню за правду. Жизнь действительно была счастливой в детстве, а после с их глаз содрали розовые очки и жестоко окунули в чан с человеческим дерьмом.       И когда мы стали такими жестокими?       Девушка поправила капюшон и чуть ускорилась, чтобы догнать Итачи.       Под ногами хлюпала раскисшая дорога, было душно, а еще изредка побаливала пятая точка, на которую Асура шлепнулась, когда свалилась с мокрой ветки. Вот тебе и шиноби, который не может сконцентрироваться на предстоящей миссии и думает лишь о том, как бы поскорее вернуться домой. Переговоры ее ничуть не интересовали — всем и так ясно, кто выйдет победителем в этой войне. И Асура до сих пор не улавливает смысла в действиях отца. Почему он медлит? Давно бы приструнил всех Каге, да и Какурезато в том числе. Однако их деревня заняла крайне подозрительную позицию ненападения… Не понимает.       Поравнявшись с Итачи, Асура закинула руки за голову и постаралась идти в точности, как и мужчина ее сердца.       — Ты просто не умеешь расслабляться, — меланхолично заметила.       Первые несколько секунд лицо парня оставалось неизменным. А потом он тихо хмыкнул и едва нахмурил тонкие брови.       — Кто сказал? Я отлично провожу время в парке…       — Уточек кормя? — бросила с издевкой. — Ита-кун, ты же не старый дед, чтобы развлекать себя такой глупостью. Вот доживешь до восьмидесяти… А сейчас тебе нужно другое. Неужели глубоко внутри не взыграл бунтарский характер?       Впереди показалась граница леса. Кустарники с пышными ветвями закрывали долину, переходящую в пологий холм.       — Су, я — шиноби. Этого мало?       — Да с тобой вечно так! — девушка вскинула руки вверх, отчего глаза парня заиграли слабым любопытством. — Скукотища…       — Ну и что, по-твоему, я должен делать? Каждый вечер посещать бар?       Укор в свой адрес Асура встретила краснеющим лицом. Она потупилась, зажевала нижнюю губу, испытывая ни с чем не сравнимое чувство стыда.       — Я же извинилась…       На мужском лице проступила тень улыбки.       — Су, пойми: быть шиноби…       — … значит испытывать лишения ради блага своей деревни, — без тени сарказма и веселья продолжила, и на сей раз ее голос вобрал больше серьезности. — Я это отлично понимаю. Но разве тебе никогда не хотелось расслабиться как простому человеку. Погулять, подурачиться?       — Ты на свидание меня хочешь пригласить?       Асура запнулась о мелкий камушек и едва не повалилась наземь.       — Я?! — от ее визгливого крика в небо взмыло несколько птиц. — Да ты что?! Придумаешь тоже, — схватилась за быстро колотящееся сердце и выдохнула всё напряжение и страх, что скопились в груди. Итачи на ее реакцию говорить ничего не стал, но в самый последний момент ей показалось, будто уголки его губ приподнялись. — А ты бы сходил?       Учиха остановился в паре шагов от лесной границы и несколько секунд молчаливо разглядывал бегающие глаза напарницы. Ребенок, подумал он.       — Если тебе…       Но Асура договорить не позволила. Она вышла чуть вперед, схватилась за ветки и, перед тем как скрыться в листве, сказала тихим голосом:       — Я хочу знать именно твое мнение, не обремененное какими-то обещаниями.       Силуэт напарницы стал отдаляться, а брошенные напоследок слова будто пригвоздили его к земле. Сознание требовало сделать шаг, но что-то в груди мешало, не позволяло уйти без ответа на собственные чувства. Итачи просочился сквозь листву и вместе с девушкой прошел на открытое пространство. С гор задувал морозный ветер. Изумрудные колосья травы пригибало к земле, и складывалось впечатление, словно они оказались посреди зеленого моря.       — Через неделю в столице будет проходить фестиваль фонариков. Не составишь мне компанию?       Асура в ответ кисло улыбнулась, встречаясь с парнем глазами. Ну конечно, она составит ему компанию — как напарница, в которой всё никак не хотят видеть девушку.       — С удовольс…       Внезапно Итачи подал знак, призывающий молчать. Выражение его лица стало непробиваемым, и Асура немедля взялась за катану, что находилась под плащом. Следующие несколько минут она сканировала местность на наличие опасности, осматривала всё Шаринганом, попутно двигаясь за напарником. Довольно скоро появились чьи-то голоса. Источников чакры было несколько. Один довольно сильный, а все остальные постепенно затухали. Запах смерти Асура учуяла практически сразу, однако в этой гремучей смеси затесалось что-то еще.       Забравшись на холмик, Асура тотчас нашла ответ.       Меньше чем в километре от них развернулась кровавая баня. Колосья травы превратились в серый пепел, улетающий вместе с ветром. Опаленные ошметки тел разбросало по сторонам, кровь просачивалась в разрыхленную землю, по которой бродил единственный выживший. И, кажется, виновник всего произошедшего.       — Вы кто такие? — блондин встал возле оторванной женской головы и недобро сузил глаза, когда в поле зрения появились чужаки.       На лбу блестела покрытая кровью пластина, с перечеркнутым знаком. Итачи мысленно перебрал известные ему досье на нукенинов, но ни одно из них не подходило под портрет юнца. Не припомнит он преступника с похожими навыками из Ивагакуре.       — Устраним его? — Асура крепче взялась за катану. — Какузу просил всех нукенинов ему отдавать.       — Сейчас он нас не волнует.       Итачи отвернулся и зашагал по холму в западном направлении. Асура поправила капюшон плаща и с небольшой заминкой побежала следом. Безразличие с их стороны мгновенно распалило злость в голубых глазах блондина. Он возмущенно нахмурился.       — Я с вами разговариваю, хм!       — Мы с тобой и так отстали от Наруто и Саске, — пояснил Итачи, когда Асура оглянулась на место смерти. — Лучше поторопимся.       Оставлять такую опасность позади было нелогично, кто знает, какие сюрпризы им преподнесет человек с перечеркнутым хитай-ате. Асура в последний раз бросила взгляд на изувеченные обгорелые тела людей, а потом немного ускорилась. Об опасности ее предупредили внутренние демоны, когда в радиусе пары метров возникла чужая чакра. Хватило нескольких секунд, чтобы развернуться на сто восемьдесят градусов. По выставленной катане потекли отблески света. Шаринган успел зацепить трех белых птичек, которые со скоростью света понеслись в их сторону.       Итачи метнул три куная. Оружие попало прямо в цель, и в паре метров над головами раздался взрыв. Ударная волна врезалась в защитный барьер. Обезумив от ярости, Асура уничтожила свой же фуин и в считанные секунды материализовалась посреди человеческих ошметков.       Нога проехалась по кишкам, утопая в кровавом месиве.       — Сбрендил?! — Асура гневно прорычала, смотря в упор на блондина. — А если бы нам руку оторвало или голову?!       Незнакомец странно ухмыльнулся, и перевел изучающий взгляд на Итачи, чья рука теперь крепко держала Асуру за локоть.       — Тогда бы вы стали частью моего искусства… хм.       От слов, сказанных таким спокойным голосом, Итачи бросило в холод. Он долго смотрел на трупы людей, борясь с желанием покарать убийцу. Напарницу трясло. Ее колотило от злости, ярости, она перестукивала зубами, точно цепной пес, которого сейчас останавливала лишь его рука. Отпустит — и от блондина не останется даже пятна.       Взгляд гения примерз к покоцаной пластине. Убитые были из Ивагакуре, как и стоящий перед ними психопат. А если этот человек призван помешать предстоящим переговорам? Мы не можем так рисковать.       Когда в голове устаканилась мысль об убийстве, а улыбка незнакомца стала ненавистна, Асура внезапно закричала. Выпустив катану из рук, она рухнула на колени и скрюченными пальцами зарылась в волосах, губами бормоча всякую несусветицу. Итачи коснулся ее плеча. Тело напарницы пробирала сильная дрожь, а ее сильная аура отчего-то слабела с каждой секундой. Под ложечкой засосало, и глубоко внутри засело нехорошее предчувствие. Даже блондин перестал улыбаться, тревожно поглядывая им куда-то за спину.       Через мгновение Итачи перевел туда взгляд. С холма вся долина была как на ладони. Просторная, ломящаяся в зелени. Вначале ничего не происходило, было лишь странное чувство, будто в лесу прячется что-то ужасное. На лбу проступила испарина. Только спустя долгие минуты Итачи понял, что вокруг стало чересчур тихо. Больше не слышались птичьи трели, а ветер словно притих перед надвигающейся неизвестностью.       — Су, как себя чувствуешь? — с тревогой посмотрел на притихшую девушку.       Асура сидела среди раздавленных кишок и развороченных костей, опустив голову. Она едва покачивалась и очень тихо бормотала. А ощущение опасности стремительно нарастало. Итачи бросало от одной мысли к другой — что предпринять? Спасать напарницу или встретить это нечто из лесу? А вдруг там прячется что-то настолько ужасное, что они найдут свою могилу прямо здесь?!       Сглотнув, гений потянулся за танто. Но только пальцы коснулись лакированных ножен, как вдруг весь мир для него замер. Воздух превратился в вязкую липкую субстанцию, и все чувства притупились, стоило из лесу показаться этому «нечто».       Пошатывающаяся тень вышла из-за деревьев. Ее движения были странными, какими-то неестественными. Слипшиеся в крови и грязи волосы покачивались в такт шагу, столь слабому, что показалось — вот-вот и человек падет.       Первой из оцепенения вышла Асура. Она вскочила с земли и тут же замерла, не в силах больше двигаться. Глаза остекленели вмиг, и с губ сорвалось лишь одно:       — Ка… сан.       

Tokisawa Nao — EXPLORER

      Тень медленно повернула к ним голову.       В следующий момент она неуклюже бросилась вперед, резко развернулась и единственной рукой поставила блок кунаем. По ушам резанул острый свист. Из леса вырвалось облако изрезанных листьев, а вместе с ним в лицо понеслась катана. И была она такой длинной, словно бескрайней, что Асура от неожиданности вскрикнула.       Сноп искр ударил в лицо, когда столкнулась сталь двух клинков. Лезвие катаны пронеслось возле уха тени, резануло по коже, срезало несколько волосинок. Из тонкой царапины выступила капля крови. Пришлось сделать шаг в сторону, чтобы уйти из зоны поражения. А катана так же быстро исчезла в лесу, как и появилась.       Сердце Асуры заколотилось как ненормальное. Как только к ней вернулась возможность двигаться, она рванула вперед. Итачи крикнул что-то в спину, однако всё вокруг неожиданно затопил нарастающий стрекочущий звук. Тень шагнула назад. Тут же из лесу выскочил силуэт второго человека, в ком Асура и все остальные узнали самого Райкаге.       Эй подпрыгнул в воздух. Давление чакры подскочило до запредельных отметок. Его тело окутало синим покровом из молнии, которую он направил прямо в тень.       Асура испуганно округлила глаза, осознав, что попросту не успеет.       Рисунок в глазах Итачи сменился на более сложный.       Мгновение продлилось мучительно долго, прежде чем весь мир погрузился в грохочущий гвалт.       На месте удара, куда прицелился Райкаге, образовался неглубокий кратер и пошел ветвистый рисунок трещин. Деревья смело ударной волной, и лес на добрые сотню метров сровнялся с землей, став грудой никому ненужных щепок.       Асура превратилась в статую, еще не до конца понимая, что сейчас произошло. Она очутилась возле ног Итачи, вокруг которого образовалась броня Сусаноо. Первые секунды сознанием повелевала паника. Ничего не видно, мысли обрывочны и крутятся вокруг одного единственного вопроса: где? Куда подевалась мама?!       А потом сбоку от себя она замечает тот самый силуэт, пришедший из лесу. Темно-синее хаори, накинутое поверх короткого кимоно и таких же темных штанов, развевалось подобно рваному флагу. Волосы трепал ветер. Вместо лица неизменная маска решимости, тот же холод во взгляде — и такие любимые глаза, которые она каждую ночь встречала в кошмарах. Асура не верила собственному зрению, убеждая себя, что это всего лишь галлюцинации. Но тяжесть руки на спине была вполне реальна.       Изанами разжала пальцы единственной руки, и девушка безвольной куклой рухнула на землю. Легкое столкновение привело все мысли в норму. Нет — это реально!       Мама вернулась!       — Это кто?       Блондин встрепенулся и тревожным взглядом забегал по лицу самого Лидера Акацуки. Вдоль позвоночника пронесся неприятный холодок. Он громко сглотнул, смахивая с глаз длинную челку.       — Я…       — Неважно, — Изанами отвернулась и вновь посмотрела на Райкаге. Секундой позже рядом материализовался Раса. — Итачи, готов послужить на благо деревни?       Броня Сусаноо испарилась. Гений клана Учиха взял в руки танто и решительно встал возле Изанами.       — Учитель.       — Я тоже пойду с вами!       Асура бросилась за катаной, но в простом желании помочь Лидеру, побыть с мамой ее остановил могильный, промерзший до костей голос:       — Остаешься здесь. Только наблюдаешь.       — Но…       Выражение лица Изанами резко изменилось, ее глаза почернели, и аура превратилась в опаляющее облако, от которого хотелось сбежать как можно скорее. Она развернулась к дочери всем корпусом.       — Я сказала: ждать здесь.       Больше не встретив сопротивления, Изанами прошла к валяющейся катане в лакированных черных ножнах. Тебя мне не хватало, усмехнулась она и забрала свое оружие. Изорванное хаори упало поверх убитого человека. Асура отступила в сторону, когда мимо нее прошла мама. Сердце вздрогнуло при взгляде на отсутствующую правую руку. И как эта упрямица собралась сражаться?! Да против них выступают сами Каге! Тьма заблокирована, сама Лидер не в лучшем состоянии, словно только недавно вышла из выматывающего боя!       «— Пусти! Прошу…»       У подножия холма Изанами притормозила и на секунду обратила взор на дочь. Взгляд потеплел. Но в следующий миг она отрешилась от чувств и влезла в личину Лидера. Бой предстоял не из легких.       — Каков наш план? — Итачи встал сбоку, разглядывая соперников.       Эй и Раса о чем-то переговаривались и вступать в бой явно не спешили. Внезапная атака из лесу очевидно никому из них не принадлежала. Тогда кто чуть не убил их Лидера? Кого им опасаться из засады?       — Выиграть немного времени, — Изанами бросила на гения короткий взгляд. Тот нахмурился. Время? Но для чего? — В открытый бой не лезь, только прикрывай мне спину.       Ножны затерялись в высокой траве, и Лидер в два счета преодолела расстояние до врагов. Оживший под ногами Расы песок материализовался в три острых копья, которые затем повисли в воздухе. Эй хрустнул кулаками, смотря на появившуюся перед ними девушку. Поток наэлектризованного воздуха пронесся над светлой макушкой, Изанами пригнулась корпусом к земле, рывком подскочила к Казекаге. Земля пошла мелкой дрожью. Немногим позже оттуда вырвалась стена древесных корней, ставшая чем-то вроде преграды между Райкаге и ней.       Здоровяк стиснул зубы и кулаком нацелился в стену. Однако в следующий момент ему пришлось уворачиваться от верткого Учиха, чьи глаза пылали ярким огнем. «Шаринган!» — прорычал он, и всего за мнимые секунды тело мужчины покрылось трескучим синим покровом. Итачи успел лишь заметить, как враг совершает рывок…       Какого?!..       Глаза расширились от недоумения, когда позади возникло давящее чувство. Итачи развернулся вокруг своей оси, и танто врезалось в стальной наруч, опоясывавший запястье Эя. Мужчина презрительно фыркнул. Скорость, с которой он совершил ответный удар, была сравнима с той, что принадлежала Шисуи или Минато. Краем глаза Итачи лишь увидел, как Лидер оказалась рядом с Расой — а потом уже ему пришлось уйти в глухую оборону в попытке хоть на мгновение столкнуться взглядом с Райкаге.       — Откуда такая скорость? — Асура раскрыла рот, Шаринганом наблюдая за боем Каге и напарника. Казалось, что с каждой минутой скорость и сила Эя увеличиваются в геометрической прогрессии. Он двигался как молния, за которой не поспевало даже клановое дзюцу. Ногти разрывали кожу ладоней, но ей оставалось только наблюдать, как родные люди ввязались в неравный бой.       Тем временем Изанами пыталась подобраться к треклятому Казекаге. Она кувырком уходила от волн золотого песка, блокировала их древесными корнями, когда чертова техника Расы забиралась с тыла, грозя пронзить ее насквозь. Каждый раз катана проносилась в нескольких сантиметрах от мужского лица, однако затем приходилось уворачиваться и снова отступать.       Прищурив похолодевшие глаза, Изанами шуншином ушла на пригорок и мельком посмотрела на то, как Итачи успешно отвлекает Райкаге на себя.       Свое оружие она вогнала в землю. Песок взметнулся вверх и с двух сторон волной обогнул Казекаге, устремляясь к замешкавшейся цели. И на что рассчитывает девчонка, попав в такое невыгодное положение? Раса с презрением наблюдал, как враг рвет жилы, лишь бы приблизиться к нему. Его песок ничто не сможет пробить, и Лидер должна понимать, в какое безвыходное положение попала.       Внезапно долину изрезала туча корней. Они вырывались отовсюду, тонкие, толстые, заостренные на концах. Древесные кольца разваливались по земле, забивали собой всё пространство. Росли могучие деревья — летели щепки. Немного растерявшись, Раса уничтожал вражескую технику песком и каждый раз отскакивал в сторону. Попытка уйти в воздух закончилась неудачей: прямо в платформу из песка влетел корень, чуть не лишивший его головы. Теперь и Райкаге приходилось следить за тем, чтобы не быть нанизанным на корягу.       Асура выскочила на макушку холма. Способности сенсора, да и сам Шаринган отмечали необычные метаморфозы в округе: отчего-то сила Казекаге начала слабеть!       Да быть этого не может!       Раса сконцентрировал всю имеющуюся чакру, но песок отказался слушаться его. Золотистая волна поднялась и… тотчас обрушилась в траву! Неужели девчонка обладает теми же техниками, что и Хаширама?!       Уголки женских губ вытянулись в зловещей ухмылке.       Изанами выдернула катану и медленной походкой двинулась к Казекаге.       — Вы были слишком самоуверенны, Раса-сама, — произнесла она, когда до онемевшего Главы Суны оставалась пара шагов. — И смотрели только на меня…       Мужчина проследил за ее взглядом, и внутренности сковало ледяным морозом. Алое свечение расплывалось у него под ногами, выстраиваясь в сложный сдерживающий фуин. Тело не слушалось, очаг чакры будто заморозили. А в голове набатом стучала одна единственная мысль: как ей удалось? Неужели девчонка обладает знаниями в фуиндзюцу?       — Нет, Раса, — будто прочитав его мысли, мотнула головой. — Я не специалист в этой области. А вот мой муж…       Словно по щелчку древесные корни превратились в труху, и позади Казекаге материализовался сам Нагато Узумаки.       Асура подпрыгнула на месте и заверещала что есть мочи, радостная.       Сформировав броню Сусаноо, Итачи чуть не примерз к тому месту, где только что стоял. Несущийся к нему поток молнии, как, собственно, и сам Райкаге, исчезли в другом мире, а на их месте возник злой как черт Обито. Было видно, что желваки на его лице ходят ходуном. Губы превратились в тонкую линию, и лишь одному Шинигами известно, в чей адрес направлена эта ярость.       — Я не понял, — Обито перенесся к дочери и что есть силытреснул по макушке. — Ты какого черта забыла посреди боя?!       — Да я… — залепетала она и переглянулась с напарником, ища у того защиты. — Я…       Тут словесное блеяние пресеклось, стоило Асуре посмотреть на маму. В порыве чувств она через всю долину, лишь бы прикоснуться к собственному богу.       «— Еще не время, Су», раздалось в голове, и Асура одновременно с Изанами посмотрела на изрытую лесную полосу, погрязшую в изломанных ветвях.       А ведь чувство, словно кошки скребут на душе, никуда не пропало. В памяти всплыло воспоминание, как неизвестный чуть не проткнул ка-сан насквозь. И холодок в ее глазах подтверждает: битва еще не окончена.       — Зецу! — по долине прокатился громкий голос Лидера. Она подала еле заметный жест Нагато, а затем прищуренным взглядом уставилась вглубь чащи. — Больше нет смысла скрываться. Уйти тебе никто не даст…       Последние слова она прошептала, и вслед по небу пополз бледно-розовый купол, изрезанный письменами и замысловатой вязью символов. Асура восторженно ахнула. Покров отрезал их от окружающего мира на многие-многие километры. Мелкие капли дождя облепили их тюрьму, и непогода осталась снаружи, куда так сильно мечтал попасть нукенин из Ивы. Весь бой он не смел пошевелиться, страх оказаться в центре внимания Лидера Акацуки стал всепоглощающим. А теперь он заперт в клетке с этим чудовищем! Да еще и тремя Каге!       — Лучше бы я сидел дома… — проблеял себе под нос и, развернувшись на пятках, понесся в противоположную от происходящего ада сторону.       Обито проследил за ним до леса, после чего перенесся к дочери.       Продлилась долгая минута. Изанами неотрывно смотрела в одну точку, ощущая на себе ледяной взгляд Расы. Воцарившаяся тишина бесила. В висках пульсировала кровь и страх, что всё проделанное было напрасно. На каждый вдох ее сердце отвечало грохочущим раскатом. Только бы сработало…       — Но и ты, Лидер, загнала себя в ловушку.       Через поваленное дерево переступил человек. Нагато и Обито недоуменно переглянулись, откуда он здесь?       — Думаешь, эти люди помогут тебе выжить? Ты бессильна, — надменно продолжал, вышагивая к своим врагам. Чем ближе он становился, тем ярче разгоралась злость внутри Асуры. Чем громче становился голос, тем глубже Итачи погружался в тяжелые воспоминания того дня, когда не стало лучшего друга… И руки маленького отото окропились кровью.       Изанами довольно хмыкнула и ребром ладони поразила Казекаге в подключичную артерию. Отключившись, тот рухнул на землю, а девушка сошла с места и начала медленно двигаться к своей цели напрямик. Нагато и остальных она пригвоздила тяжелой аурой. Катана приятно оттягивала руку. Сердце колотилось точно взбешенное, и глубоко внутри пританцовывали черти, жаждущие того, о чем она грезила последние несколько лет. Сколько смертей пришлось пережить, сколько слез она выплакала и крови пролила, чтобы достичь той самой цели. Пол жизни потрачено — и так много времени потеряно ради одного убийства. Но сегодня она исполнит свою миссию… Она убьет болезнь, что отравляет жизни многих.       — Не думай, что этот купол меня остановит.       Кроваво-красные глаза полыхнули ярким огнем. Глубоко внутри посмеялись.       — А кто собрался бежать, Зецу?       Изанами остановилась в сотне метрах от врага, точнее паразита, что живет за счет других людей. И на сей раз это чудовище решило завладеть довольно сильным противником…       — И чего мы медлим? — Обито активировал Мангекьё, не без удивления разглядывая самого Орочимару, одного из трех саннинов, чья половина тела оказалась захвачена черной живой массой. Вот что значит работать не с теми.       Саннин всеми силами пытался освободиться от бывшего «союзника», но чужая воля оказалась в сто крат сильнее. Бессильно приходилось наблюдать за ценными экземплярами, которых он, возможно, уничтожит собственными руками. И получит Риннеган Нагато, и Мангекьё двух Учиха. А после…       — Даже не думай, что ты получишь кого-нибудь из них, — Зецу грубо осадил мысли тела. Один только взгляд на Лидера вызывал в нем лютую ярость. Он ненавидел ее, презирал и считал самой гнусной падалью, которая когда-либо могла появиться на земле. Решение овладеть силой Изанами и ее дочери стало той роковой ошибкой, из-за чего теперь хотелось уничтожить целый мир. Пусть вселенные разрушатся и насытятся кровью людей.       Убьет, уничтожит. Раздавит как блоху, на которую он потратил столько времени и усилий…       — Сегодня ты умрешь, Лидер.       Тигр, змея, собака, дракон. Зецу в теле Орочимару хлопнул в ладоши, и долину окатило волной ветра. Обито инстинктивно увел дочь к себе за спину, Итачи активировал клановое доудзюцу, а Нагато приготовился поглотить любую технику, гадая, к чему решил на сей раз прибегнуть Зецу. Барьер вокруг них настолько мощный, что сможет сдержать даже Девятихвостого, что уж говорить о воле Кагуи.              — Повтори, пожалуйста, чей ты призыв?       Нагато глотнул побольше воздуха и мысленно порадовался, что сейчас сидит в собственном кресле. Посреди кабинета откуда ни возьмись материализовался говорящий волк с повязкой через правый глаз. Еще минуту назад Узумаки готов был прогнать возможного шпиона. Но лишь одно упоминание, одно имя заставило мужчину повременить с таким опрометчивым шагом.       Волк недовольно рыкнул, обнажая чуть пожелтевшие клыки, с которых капала слюна.       — Я — призыв Изанами Узумаки-Мацураси. И она попросила передать послание. Если ты, двуногий, и дальше собираешься меня перебивать, я просто уйду.       Мужчина вскочил с кресла и чуть на весь кабинет не закричал, когда животное поднялось на все лапы.       — Постой! Я слушаю… Слушаю.              Соверши невозможное и при это спаси семью.       Теперь послание жены виделось исключительно в таком свете. Отрезать себя от остального мира было наилучшим ее решением за последние два года. Теперь хоть близлежащие деревни останутся целыми, а его родина и дальше будет утопать в нескончаемом дожде.       Облако дыма постепенно развеялось. Изанами едва дернула бровью, оставаясь бесстрастной к происходящему, но внутри разверзлась буря, всколыхнувшая с глубин воспоминания прошлой жизни. Она так долго не вспоминала о прошлой себе, пыталась уничтожить слабую и никчемную девчонку, что не могла дать отпор своим врагам. А сейчас это самое прошлое вылезло из могилы… Или это дар богов? Возможность отомстить за маленькую Изанами и ее несбывшиеся мечты?       — И что это за сброд… — голос говорящего прервался, и его мертвый взгляд залип на глазах Нагато.       Несколько секунд мужчина молчал, а после снял со спины гунбай и каму.       Оказаться на одном поле сражения с самим Мадарой Учиха, да еще первыми Каге деревни Скрытой в Листве показалось Обито не то что самоубийством — чистым безумием, которое однозначно делят Изанами и Зецу на двоих. С Расой и Райкаге они бы еще хоть как-то справились. Но как одолеть трех лучших шиноби истории?!       — Твоя чакра… — Тобирама с прищуром уставился на Изанами. — В тебе чувствуется…       — Сила Сенджу, — перебила его и вновь уставилась на Мадару, который теперь смотрел лишь на Узумаки с его божественными глазами. — Когда-то мне пересадили клетки Хаширамы. Но сейчас это не должно никого волновать.       Изанами силой мысли призвала древесные корни, возводя высоченную стену между ними и возрожденными Каге. Рядом тут же оказался Нагато. Мощным фуином он подкрепил единственную заслонку, чтобы выиграть для остальных немного времени.       — Я могу создать брешь в куполе, чтобы вы сбежали. А я попытаюсь остановить их.       — Чушь не пори, — осадила его командным голосом, на что мужчина удрученно усмехнулся. — Если это призывные души…       — Я могу отправить их обратно в жерло к Шинигами.       Слова жены приободрили Нагато, и в его глазах появилась непреклонная уверенность, что этот день они наконец завершат всей семьей.       — А мы чем можем помочь?       Свалить и не мешать, мысленно рыкнула Изанами, однако потом в ее мысли затесалось кое-что другое. Она задумчиво повернулась лицом к дочери и спустя недолгую минуту размышлений кивнула сама себе.       — Вместе с Обито сними фуин, блокирующий наши силы. Тогда у меня… нас, — девушка ненадолго замолчала, переводя взгляд с Обито на Нагато, — появится шанс закончить этот порочный круг.       Без лишних слов Обито схватил дочь под локоть и с помощью Шарингана ушел к себе в измерение. Не прошло и мгновения, как преграда на пути к богам шиноби прорвалась, и к ним шагнул Мадара Учиха.       Изанами посмотрела мужу в глаза, улыбкой пожелала удачи и шуншином перенеслась к своей главной цели. Призывные души она всецело доверяет Нагато. Ведь сегодняшний день обязательно закончится смертью.       С поля боя уйдет лишь один.       Глаза двух врагов встретились, и Зецу в теле Орочимару криво улыбнулся. На сей раз он не упустит мерзавку из лап. Она познает все муки ада, прежде чем отставит этот мир навсегда.       

To be continued…