Невозможное возможно

\\• хогвартс - кабинет директора •// Спустя мгновение все оказались в кабинете Дамблдора с его серебряными приборами, библиотекой и портретами директоров Хогвартса, которые не стыдясь аплодировали прибывшим. - Министр магии мистер Фадж просил передать, что хочет поприсутствовать на пиру в честь окончания учебного года, - последнее, что сказал в этой суматохе смог передать Дамблдору один из портретов. Через пять секунд все: Сириус, поддерживающий Гарри, Гермиона, Рон, Невилл, Луна, поддерживающая Джинни, и, конечно, сам Дамблдор, стояли посреди кабинета директора Хогвартса и оценивали произошедшее. Дамблдор начал что-то говорить, но Гермиона, не слушая, поманив за собой Луну и Сириуса, направилась к выходу. Портреты прежних директоров и директрис неодобрительно заворчали. Гермионе было все равно, она продолжила свой путь, сказав лишь: - У Джинни сломана лодыжка, профессор, Гарри получил смертоносное заклятие прямо в сердце и остался жив, им необходимо в больничное крыло. Я провожу, вдруг понадобится помощь. Тем более, мне самой нужно зайти к мадам Помфри за успокоительным, слишком много потрясений на сегодня. Целительница уже ждала их. Она не удивилась, увидев Гарри, просто молча указала на кровать. Сириус принялся устраивать крестника, а мадам Помфри обратилась к девушкам: - Усадите её сюда, мисс Лавгуд, - она указала на соседнюю с Поттером кровать, протянула Луне стакан, - выпейте это, и можете остаться здесь до утра. Луна выпила зелье и заняла соседнюю с Джинни кровать. - Что до Вас, мисс… - начала целительница, - я Вас не помню. Кто Вы? - Гермиона Лестрейндж, - ответила девушка, - ранее Вы знали меня под фамилией Грейнджер. Мадам Помфри ахнула: - Это так неожиданно. Я все поняла, выпейте это, - протянула Гермионе пузырек, - и оставайтесь здесь. Гермиона выпила зелье. - А можно мне не оставаться? – спросила девушка, теряя сознание. Зелье оказалось снотворным и успокоительным в одном флаконе. Гермиона проснулась на следующий день рано утром. Это был последний день учебного года. По традиции должен состояться пир, но ей совсем не хотелось никуда идти. Она встала, оделась, оставила записку мадам Помфри, взбила подушку Гарри, поправила одеяло Луны, поцеловала спящую Джинни в лоб и вышла из больничного крыла. Девушка направилась к озеру. Она всегда шла туда, когда было тяжело и хотелось подумать в одиночестве. "Что происходит?", "Моя мать - Беллатриск Лестрейндж, я этого не знала, черт, что со мной не так?" - мысли крутились в голове Гермионы словно в бешеной центрифуге. Девушка не до конца понимала происходящее вокруг и свое место в этом перевернутом с ног на голову мире. Она - аристократка, чистокровная волшебница, которая прожила в семье маглов большую часть своей жизни, училась на гриффиндоре и терпела унижения от слизернской элиты. Она просидела под дубом у озера все утро полностью погружена в размышления и разговоры с собой. Затем только направилась в Большой зал. Девушка успела к самому началу пира. Гарри и Джинни понимающе улыбнулись подруге. Гермиона вернула свою новую улыбку на манер матери и села возле них. Пир начался. Директор сказал об успехах этого учебного года, пожелал всем удачных каникул. После чего перешел к событиям в Отделе Тайн. Каждому их участнику присуждалось по двести баллов. Следующим объявлением было то, что Долорес Амбридж больше не будет преподавать Защиту от Темных Искусств. Это ученики встретили дружным гомоном. Далее заговорил Фадж. Он также поздравил студентов с окончанием учебного года, заявил об оправдании Сириуса Блэка, о массовой поимке Пожирателей. - А особенно опасных последователей Сами-Знаете-Кого, таких, как Беллатриса Лестрейндж, Юлиан Нотт, Люциус Малфой и Питер Петтигрю ждет более жесткий суд, нежели прочих арестованных. На этих словах Гермиона ощутила внутри неконтролируемую ярость, злость очковой коброй вставала у неё в душе. Точно также выглядели Драко Малфой, и Теодор Нотт. Последний случайно встретился глазами с Гермионой и очень удивился, но быстро скрыл это за обычной скучающей маской. После Фаджа Дамблдор вновь взял слово директор. - Всем вам, уважаемые обитатели Хогвартса, известно об одной из наших лучших студенток, воспитаннице факультета Гриффиндор, Гермионе Грейнджер, - заговорил он, слизеринцы хмыкнули, - она вчера также явилась непосредственной участницей событий в Отделе Тайн. После её не стало, - директор сделал паузу. Все притихли, кто-то ахнул, Макгонагалл схватилась за сердце. - Но не стоит беспокоиться, - беспечно продолжил Дамблдор, - я имею в виду, что выяснилось, что эта девушка является не магглорожденной, а дочерью Беллатрисы и Родольфуса Лестрейнджей, следовательно, чистокровной волшебницей, - зал затих, - мисс Лестрейндж, выйдите сюда, пожалуйста. Гермиона поднялась с места и направилась к преподавательскому столу. Студенты разных факультетов и курсов смотрели на неё с удивлением и ужасом одновременно. Малфой ахнул, Нотт чуть наклонил голову. - Итак, мисс Лестрейндж, - нарушил молчание директор, - я предоставляю Вам право выбора факультета. Вы можете остаться на Гриффиндоре, можете же перейти на Слизерин, который заканчивали Ваши родители. - Благодарю Вас, сэр, - прохладно ответила та, - но я предпочту остаться на своем факультете. Изменилось мое имя, моя внешность, но характер остался прежним, почти, - последнее слово она добавила про себя, - а потому я не вижу смысла в смене факультета. - Что же, выбор Ваш, мисс Лестрейндж, - проговорил Дамблдор, - теперь попрошу Вас занять Ваше место. После пира Гермиона решила поговорить с Ноттом, а потому направилась в сторону стола факультета Слизерин. - Эй, Грейнджер, прости, Лестрейндж, подожди, - услышала она за спиной знакомый голос. - Ты что-то хотел, Малфой? – не оборачиваясь, спросила она. - Э-э-э-э-э… - замялся тот, - ну, выходит, мы с тобой родственники… - Да, и что? – оборвала его Гермиона. - Я хотел извиниться за все предыдущие годы нашего общения. Мы можем начать все заново, Гермиона? - Думаю, да, Драко, - смягчилась девушка, - а теперь, извини, у меня есть дело. Теодор! Нотт обернулся, услышав зов. Гермиона сразу перешла к делу: - Прости за беспокойство, не мог бы ты сообщить мне дату слушания дела твоего отца, пожалуйста. Я хочу помочь… - Зачем тебе это, ты не обязана, - совсем как отец, ответил Тео. - Я могу доказать его невиновность, - продолжила Лестрейндж, - и не забывай, я воспитанница Гриффиндора. Думаю, последнее объясняет все. - Спасибо, Гермиона Лестрейндж, но я справлюсь и сам, не глядя на собеседницу, произнес Теодор, - всего хорошего. И он скрылся из виду. - Нотт не любит признавать свою слабость, - подал голос Драко, - он сознается только в последний момент. - Спасибо, Драко, но я все же пойду, меня ждут, - проговорила Гермиона, увидев ждущих её Гарри и Сириуса, - удачных каникул, кузен. - И тебе, кузина, - ответил Малфой. Они разошлись. Уже сидя в поезде, Гермиона рассказала обо всем Сириусу и Гарри. Они молча выслушали её. - Гермиона, - сказал Сириус после минутного молчания, - думаю, ты действуешь верно. Я на твоей стороне, знай это. А дату слушания дела Нотта можно узнать в Министерстве и вмешаться, если есть доказательства. Что скажешь, Гарри? Поттер кивнул, говоря, что также поддерживает Гермиону во всем. Лестрейндж благодарно улыбнулась обоим. А поезд все мчался по рельсам, везя своих пассажиров в Лондон.