Возлюбленная демона

      Томоэ проснулся в комнате, лёжа на кровати. Лунный свет падал прямо на его лицо. В комнате никого больше не оказалось. «Это комната... Это же комната Сакураи! Но что я тут делаю, разве я не должен лежать на улице в грязи?» — подумал демон и услышал лёгкое сопение, а затем и кратковременный скулёж. Эти звуки доносились с пола. От своего любопытства лис наклонился и посмотрел на источник шума. Девушка лежала на полу в одной ночнушке, открывающей ключицы, свернувшись калачиком. Одна из лямок слетела и полностью оголила тело, подол был задран и показывал всю прелесть нижнего белья. Под головой лежала кофта вместо подушки, а рядом стояла большая чаша с водой, на краю которой лежала марлевая повязка. — Ясуко, ты... — прошептал Томоэ поднимаясь с кровати, — как же ты смогла. Лис поцеловал её в щёчку и, взяв на руки, уложил на кровать, накрыв при этом одеялом. Демон поправил лямку, прикрывая соблазнительную часть. Метка очень красиво сияла ярким золотым светом. Томоэ положил руку на светящийся знак. По телу пробежало тепло. — Она так прекрасна. И что мне не понравилось в ней тогда? — еле слышно пробормотал лис. — Чёрт, она такая соблазнительная, — демон начал опускаться к ранее оголенной части тела. Проведя длинными острыми ногтями по ключицам, Томоэ посмотрел на глаза спящей Сакураи. Они говорили, что их обладательница крепко спит. Рука демона спустила лямку открывая всю прелесть обнаженной груди. Демон довольно облизнул губы. Развратные мысли так и лезли в голову длинноволосого и через некоторое время взяли вверх. Блондин аккуратно оказался сверху тела Ясуко. Рука демона заскользила по мягким, бархатистым и нежным бугоркам. Лис почувствовал, как сердце внутри девушки забилось в бешеном ритме. Томоэ опустил голову к уху девушки. — Что, не спится, кошечка? — прошептал демон, проведя языком по краю уха и прикусив мочку. — Отстань, пожалуйста, — открыв глаза сказала Сакураи, отстраняя от себя блондина, упираясь кулачками в его грудь. — Зачем ты меня отталкиваешь? — спросил демон, пакостно улыбаясь. — Давай поиграем. Я очень хорош в этом. — Не надо, Томоэ, — отталкивая от себя лиса, произнесла брюнетка. — Надо, — сказал демон, пальцем массируя промежность и прижимаясь к девушке ещё сильней. Ясуко, не выдержав ласку лиса, невольно застонала. Томоэ наклонился к губам брюнетки, ловя тихие, ничего не значимые для него стоны. — Милая, я хочу чтобы ты стонала громче, — сказал демон, а затем стал посасывать кончик высунутого языка Сакураи, при этом проникая осторожными движениями внутрь, стараясь не поранить стенки промежности своими длинными ногтями. Горячий воздух стал обжигать лицо демона, и блондин оторвался от языка. Девушка кое-как сдерживала громкие стоны и заменяла их на частое дыхание. — Почему ты не стонешь громче? — спросил лис, ускорив движение пальцев. — Нет, не хочу, не надо, прошу, — простонала брюнетка. — Но почему же, кошечка? — вкрадчиво спросил Томоэ, щёлкнув пальцами, создав тем самым воздушную подушку, из-за которой не было слышно ничего. — Потому что ты насилуешь меня, а я хочу по собственной воле. Ещё я несовершеннолетняя, да и родители могут услышать. — Не переживай, я сделал так, что нас никто не услышит, и ты не забеременеешь, переспав со мной, а то, что ты хочешь по собственной воле, меня не волнует. Я хочу тебя и всё, — произнёс блондин, вынимая пальцы. — Прошу не надо, — прокричала девушка и кулаком ударила в грудь демона. — А я сказал, что хочу, и точка, — сняв с себя изящное одеяние и накинув сверху одеяло, сказал Томоэ. — Пожалуйста, нет! — заплакала Сакураи, но на её слезы демон даже не обратил внимания и продолжал тихо нашептывать в ухо. — Ясуко, я уже очень возбужден и хочу слиться с тобой. Почему же ты не хочешь почувствовать меня? — шептал блондин, трясь вставшим членом о промежность. — Ты только представь себе, как нам будет хорошо. Представь, какое наслаждение будет для нас обоих, какая сладость, а какие ощущения будут в наших телах. Соглашайся, киска. — Нет, не хочу! — закричала брюнетка, но было уже поздно — демон был внутри. Девушка стала бить руками по его груди, но Томоэ только закинул их за голову и продолжил очень грубо входить в Ясуко. Толчки за толчками давались с каждым разом больнее и больнее, ведь это был её первый раз, да и демон, не жалея сил, входил как можно резче. Сакураи уже была вся заплаканная, голова жутко болела, но на это она не обращала внимания,потому что куда больнее было ниже.

* * *

Томоэ насиловал брюнетку несколько часов подряд. Девушка была на грани жизни и смерти. Демон не прекращал своих движений и не замедлялся на протяжении всего времени, но вот один последний толчок, и внутри девушки стало тепло. Блондин откинулся на спину и тут же уснул. Ясуко поднялась с кровати: в глазах всё темнело, голова кружилась. По ногам стекала кровь вперемешку с мужским семенем. Сакураи, шатаясь, на ощупь брела на кухню, пытаясь достичь стола с лежащим на нем кухонном ноже. В глазах пестрило и, чтобы рассмотреть, как лежит острый предмет, пришлось приложить немало усилий. Рассмотрев у ножа ручку, она взяла его в руку и приложила к венам на левой руке. Боль в душе и теле была до того сильной, что спасла девушке жизнь. Ясуко выронила из руки нож, проведя по венам не лезвием, а пустотой воздуха. — А что, если вдруг я умру от него, пострадает кто-то другой. Ну нет, умирать так вместе! — пробормотала Сакураи, с грохотом упала на колени и попыталась подобрать дрожащими руками нож. Когда прибор оказался в руках Ясуко, то девушка, опираясь на косяки и стены, поднялась на ноги. Шатаясь и запинаясь, брюнетка вернулась к себе в комнату, где на кровати спал демон. Девушка взяла ручку ножа в обе руки и подняла его над грудью Томоэ, — прямо над его сердцем — которое было черство, как камень, и холодно, как лёд. Уши лиса пошевелились, его глаза открылись. Ужас прошёлся по всему телу. Демон смотрел на стоящую рядом с ним Ясуко, но взгляд Томоэ был куда пристальней на нож, направленного в его сердце. Сакураи смотрела на него с каким то безумством в глазах. Лис пытался не делать резких движений, да и вообще старался не шевелится. Томоэ понимал, если он сделает хоть какое-то движение, то его сердце будет обречено, и вернуться в свой мир ему никогда не получится. Девушка закрыла глаза. — Я не дам, чтобы от тебя пострадал кто-то ещё, а раз уж умирать, то вместе, но первый будешь ты, — прошептала Ясуко и подняла нож ещё выше, чтобы наверняка проткнуть его грудную клетку. Глаза блондина сузились от страха. Томоэ был готов на что угодно, только не на свою собственную смерть. Нож дрогнул с места, демон рывком руки перехватил основную руку, в котором держалась рукоятка. Сакураи испуганно распахнула глаза и одной рукой опустила кухонный прибор, у которого на данный момент была роль холодного оружия. Не растерявшись, Томоэ схватил девушку за другую руку и, завалив на кровать, оказался сверху неё и направил нож, ещё не так давно направленный на него, на Ясуко. Лис смотрел на Сакураи глазами, переполненными яростью. — Ты на кого руку подняла, смертная?! — закричал демон, забыв про защитный слой воздуха. От крика лиса в комнате, где спали родители, что-то закопошилось. — Чёрт побери, я же совсем забыл про защитный слой. А ну иди сюда! Блондин сдёрнул Ясуко с кровати и быстро подняв ту на ноги поднёс нож к её шее. В комнате появились родители девочки и пришли в неистовый ужас. Отец Ясуко хотел было предпринять какие-нибудь меры, но тут же осёкся. Его быстро поставили на место. Лис дал понять, кто здесь главный, и что лучше не рыпаться на него или их дочь будет в числе мёртвых, а если повезёт, то, напротив, в живых. — Не стоит меня злить ибо я перережу вашей дочери глотку, а мне, поверьте, ничего не стоит это сделать, — прошипел демон. — Быстро открывай окно, — крикнул Томоэ на Ясуко и швырнул ту к окну, а сам защищался ножом. Родители стояли в недоумении, совсем не понимая происходящего. — Кто ты такой, клоун? — крикнул отец девочки. — Нет, я не клоун, — произнёс блондин. В это время Ясуко открыла окно. Лис поспешно и изящно забрался на него и встал в полный рост. — Я демон, — стоя на фоне полной луны и сверкнув своими лиловыми глазами, ответил Томоэ и швырнул на пол нож. — Спокойной ночи моей подчиненной. — Сволочь, — закричала брюнетка. — Не сволочь, а демон, — спокойно поправил лис. На улице поднялся сильный ветер, развевая длинные серебристые волосы Томоэ. — Ещё раз спокойной ночи, моя рабыня, — произнёс длинноволосый и исчез в лучах лунного света. Родители впервые в жизни обняли свою дочь и стали её успокаивать вместо того, чтобы кричать.