Волшебство внутри нас

      Сакура воодушевлённо бродила по мэнору Учиха, с неподдельным интересом разглядывая убранство огромного поместья, в котором в данный момент они с Саске были одни, за исключением домашних эльфов, которые трудились над подготовкой праздника. День победы над Зецу из года в год отмечался всей семьёй широким застольем, и сегодня в мэноре соберутся все представители великого рода, отчего Сакуре было несколько не по себе.       Она находилась здесь уже три дня, однако только теперь ей удалось выкроить время на детальное изучение новой территории, где пробудет оставшееся лето. После успешной сдачи экзаменов Сакура провела несколько недель дома, пытаясь сказать родителям о приглашении Саске пожить у него, что поначалу те восприняли не шибко радостно. Однако после долгого разговора с Учихой-младшим, который решил принять удар на себя и заверить, что их дочери ничего не угрожает в стенах его поместья, гнев сменился принятием, подпитанным обещанием почаще наведываться в гости.       Спустившись по дубовой лестнице на второй этаж, Сакура заглянула в окно, из которого отчётливо виднелся сад со всевозможными кустарниками и растениями, что пестрили красными и синими оттенками — цветами рода Учиха. А посередине на сочной зелёной траве были расставлены столы, накрытые белоснежными скатертями, что вскоре будут украшены вкуснейшими угощениями. От мыслей о еде в животе предательски заурчало. Не удивительно, ведь Сакура толком не позавтракала, выпив с утра лишь стакан апельсинового сока. От грядущего застолья и скорой встречи с членами семьи Саске кусок в горло не лез, однако теперь она пожалела, что не запихнула в себя еду через силу, представив, как во время знакомства организм издаст подобный звук.       Впрочем, до момента икс ещё полно времени: официальная часть начнётся ближе к четырём, — поэтому Сакура решила прогуляться по особняку и немного ознакомиться с домом и, если получится, с многовековой историей Учиха. Ей давно известно, что Саске посчастливилось родиться в семье, что основана задолго до появления Хогвартса, однако Сакуре хотелось узнать как можно больше о родословной человека, с которым мечтала прожить всю жизнь.       Шагнув в сторону коридора, в котором ранее не бывала, она поразилась тому, сколько тут света, даже несмотря на тёмную отделку стен, — широкие окна открывали великолепный обзор на территорию огромного поместья. Заглядевшись на потрясающий вид, Сакура не сразу заметила портреты, которыми увешана другая стена. Пройдя чуть дальше, она с интересом вглядывалась в лица людей, так похожих друг на друга. Очевидно, все они принадлежали к роду Учиха, однако один из холстов, что был явно массивнее остальных, всецело привлёк внимание.       На нём был изображён мужчина лет тридцати, одетый в тёмно-синюю мантию и держащий в правой руке, что обвивала белая гладкая змея, волшебную палочку. Длинные иссиня-чёрные, несколько взъерошенные волосы обрамляли бледное лицо, на котором не было и тени улыбки, а бездонные мрачные глаза смотрели точно в душу, словно он стоял перед ней вживую. Сакуре мужчина казался до одури привлекательным и манящим — схожие черты с Саске виднелись за версту, ведь, когда она увидела его в первый раз, именно этот безразличный взор и аристократичная внешность без малейшего изъяна запали в сердце. Тогда несмышлёной одиннадцатилетней девчушке неимоверно захотелось узнать его поближе, после чего она окончательно и бесповоротно влюбилась в нелюдимого мальчика с закрытой от всего мира душой.       Сакура с интересом разглядывала белую змею, овивающую руку волшебника. Она знала, что некоторые Учихи змееусты, и, очевидно, этот мужчина тоже входил в небольшое число наделённых столь редким даром.       — Это Учиха Мадара.       Знакомый голос раздался над ухом, отчего Сакура тут же обернулась, встретившись взглядом с полураздетым Саске, который с утра отправился на тренировку, чтобы за время летних каникул не потерять форму. Точёное тело привлекло внимание: по рельефному торсу медленно скатывались бисеринки пота. Сакура сглотнула, прикусив нижнюю губу, — она видела его обнажённым столько раз, однако подобное зрелище всё так же вгоняло в краску. Поправив съехавшую лямку розового топа, Сакура отбросила неуместные мысли, сосредоточившись на имени волшебника с картины, что эхом отдалось в голове.       — Основатель рода Учиха, — продолжил он, решив, что подобная информация будет полезна. — Именно с его имени начинается наша родословная. И как ты, наверное, догадалась, он был змееустом.       Сакура вновь взглянула на портрет — желание узнать о семье Саске больше возрастало в геометрической прогрессии с каждым его словом. Вдруг ощутив спиной тепло его тела и крепкие руки, что сомкнулись в замок на её талии, она оторвала взор от холста и обернулась. В нос бросился запах древесного одеколона с ванильными нотками, смешанного с запахом пота.       — Расскажи мне побольше о своей семье, — попросила она, опуская голову ему на плечо. — Хочу знать вашу историю.       — Я сделаю кое-что получше, — прошептал он ей на ухо, проведя носом по тонкой шее, тут же привлекая внимание плавящейся в его руках Сакуры. — Отведу тебя в библиотеку.       Повернувшись с горящими глазами к Саске, она опустила руки на голый каменный торс, чуть сжимая пальцы и чувствуя подушечками горячую влагу. Сакура бы непременно хотела остаться с ним наедине, только он сказал о том единственном заветном, что манило ничуть не меньше, — кладезе знаний, где она могла отыскать ответы на многочисленные вопросы и даже больше, сполна погрузиться в историю становления великого рода Учиха и их бесчисленные тайны.       — У вас есть библиотека, и ты молчал? — возмутилась Сакура. — Идём скорее!       Чуть ли не прыгая от восторга, она довольно смотрела на улыбающегося её реакции Саске, который, казалось, совершенно не собирался никуда идти, игнорируя сиюминутное пожелание. И словно в подтверждение этим мыслям, Сакура ощутила его мягкие губы на своих и крепкие руки на спине, что прижимали теснее.       — Тебе не помешало бы сходить в душ, ты весь мокрый, — прошептала она сквозь поцелуй, что на секунду заставил забыть о существовании в поместье заветного уголка, который определённо станет её любимым.       — Присоединишься?       Ухмыльнувшись, Саске отстранился, не услышав никакой реакции на своё предложение, что на самом деле не считал удивительным, ведь стоило ему заикнуться о кладезе знаний, расположенном на первом этаже, — как все мысли Сакуры уже витали исключительно там. И, взяв её за руку, он направился в неизвестном ей доселе направлении, добавив:       — После моих слов про библиотеку, уверен, ты такая же мокрая, как и я.       — Саске!       Возглас, призванный пристыдить за вопиющую фразу, разнёсся эхом по коридору, отчего Сакура принялась оглядываться по сторонам, чтобы убедиться, что они действительно одни и никто не услышал ни её возмущения, ни смущающую фразу Саске. Хоть ей и было доподлинно известно, что Фугаку покинул поместье ещё утром, а кроме него здесь, как правило, никто не обитал, тем не менее у Сакуры, казалось, развивалась паранойя на фоне переживаний перед торжеством.       Однако когда они спустились по лестнице на первый этаж, Сакура осознала, что предчувствие её всё-таки не обмануло — на повороте в очередной коридор, что вёл от входа в дом к главной гостиной, они столкнулись с парой, которую Харуно не ожидала увидеть ближайшие несколько часов, отчего тут же принялась приглаживать немного растрёпанные волосы. Не успев привести себя в порядок утром, Сакура планировала заняться этим несколько позднее — ближе к празднику, чтобы сохранить свежий вид как можно дольше, и сейчас, стоя за спиной Саске, она чувствовала себя некомфортно от мысли, что её увидят практически в пижаме.       Две пары тёмных глаз уставились на них: мужчину Сакура узнала сразу — Учиха Итачи, старший брат Саске, который окончил Хогвартс, когда они переходили на третий курс, а вот девушка рядом с ним была ей совершенно не знакома. Её длинные чёрные волосы были гладко выпрямлены и красиво струились по открытым плечам. Спадая на грудь, часть блестящих локонов скрывала еле заметный узор на коротком бежевом платье. Бездонные глаза, как и у всех представителей знатного рода, обрамлённые пушистыми ресницами, с интересом разглядывали держащихся за руки Сакуру и Саске.       — Итачи, Изуми, — поздоровался Учиха-младший, пожимая свободной ладонью руку старшего брата. — Не ждали вас так рано.       Однако Итачи, очевидно, не пришлось по душе скудное приветствие, отчего он подошёл ближе, сгребая Саске в охапку и довольно улыбаясь. Искоса поглядывая на Сакуру, отчего она неестественно подняла кончики губ, он не скрывал радостных эмоций от долгожданной встречи с младшим братом. Вцепившись пальцами в края светлых шорт, Сакура надеялась, что её нелепый вид не сильно бросался в глаза.       — Опять ты со своими объятиями, Итачи, — недовольно промычал Саске, обнимая его в ответ.       Пусть он и выражал недовольство, но Сакура видела, что Саске и не пытался вырваться из цепкой хватки. Она слышала, что с тех пор, как Итачи устроился на работу в Отдел Тайн, их общение не было столь частым, отчего крепкие объятия близкого человека становились ценнее вдвойне.       Взгляд зелёных глаз встретился с тёмными омутами Итачи, который задорно подмигнул ей, взъерошив на макушке непослушные волосы Саске, отчего услышал его недовольное бурчание.       — Братец, тебе бы стоило принять душ, как-никак у тебя появилась девушка, — усмехнулся Итачи, разрывая крепкие объятия. Вернувшись к умилённо посмеивающейся Изуми, он приобнял её за талию.       — Без тебя знаю, — огрызнулся Саске.       Переведя взор на Изуми, он уже более приветливо кивнул, оглядывая их с ног до головы, уже подготовленных с скорому празднику.       — Ты, должно быть, Сакура, — заинтересованно вымолвил Итачи.       Подойдя ближе, он аккуратно выцепил её руку из крепкой хватки Саске, и, поднеся к губам, нежно коснулся мягкой ладони губами. Сакура неимоверно раскраснелась, подумав о том, что если все Учихи такие вежливые, то сегодня пальму первенства по смущению она непременно выиграет даже у застенчивой Хинаты.       — Да, — робко ответила она тонким голосом. — Очень приятно.       — Меня зовут Итачи, — представился он, не отпуская её ладонь. — А это моя супруга Изуми.       Обернувшись, он перевёл взор на жену, которая, мягко улыбнувшись, коснулась его плеча, призывая сбавить напор, заметив, что Сакура чувствовала себя несколько неловко.       — Ты слишком милая для моего брата, — усмехнулся Итачи, отчего услышал недовольное фырканье Саске.       Перехватив руку Сакуры, что старший брат никак не хотел отпускать, он притянул Харуно к себе. Она уткнулась носом в его торс, тихо посмеиваясь, что не укрылось от вездесущих чёрных глаз ни одного из присутствующих. Подняв на Саске влюблённый взгляд, Сакура улыбнулась, заметив его недовольное и немного смущённое выражение лица.       — Шёл бы ты, Итачи, — обречённо вздохнув, выдал Саске, — куда собирался.       — Я-то пойду, — и в доказательство своих слов Итачи коснулся спины Изуми, чуть подталкивая вперёд и следуя за ней, минуя недовольного младшего брата и Сакуру. — Но ты бы прислушался к моему совету, — дополнил он, в ту же секунду уловив непонимающий взор, и, по-доброму усмехнувшись, пояснил: — Помойся.       Повернувшись к Итачи, Саске смерил его убийственным хитрым взглядом, принимая вызов, и, крепче сжав в объятиях Сакуру, залившуюся хохотом вместе с Изуми, парировал:       — Мы непременно последуем твоему совету!       На что получил смачный толчок в грудь и осуждающий взор зелёных глаз, вмиг расширившихся от его фразы. Одобрительный взгляд Итачи, поднявшего большой палец, перед тем как скрыться за углом коридора, читался слишком явно. Почувствовав, как Сакура стукнулась лбом об его грудь, он успокаивающе погладил розовые волосы. Саске рад, что встретился с братом.

***

      Сакура взволнованно озиралась по сторонам, часто улавливая заинтересованные взгляды, обращённые к её персоне, — никогда прежде ей не было настолько не по себе. Сминая ладонями края бледно-зелёного платья, она не могла найти себе места в столь непривычном, давящем обществе — казалось, что все шушукались лишь о ней, буравя оценивающими взорами.       С самого начала торжества, когда все Учихи собрались в большом саду, Сакура ощущала себя чужой на этом празднике жизни. Пожалуй, единственное, что удерживало её здесь, — Саске, который всё время был рядом, не оставляя в одиночестве ни на минуту. Он познакомил её практически со всеми, однако ни с одним представителем великого рода они не проговорили больше двух минут: сухо обменявшись именами и справившись о важных событиях, расходились как в море корабли. Единственными людьми, с которыми она ощущала себя более-менее комфортно, оказались Итачи и Изуми. С последней Сакура периодически отлучалась в дамскую комнату, так как молодая Учиха слишком активно налегала на шампанское.       — Не переживай, они скоро привыкнут. — Расстегнув пару пуговиц на белой рубашке, Саске уверенно посмотрел на Сакуру, пытаясь разрядить гнетущую атмосферу.       Протянув ей хрустальный бокал красного вина, он сделал пару небольших глотков из своего, заметив, что Сакура отрицательно покачала головой, не сводя взгляда с толпы людей, которые, разбившись на кучки, что-то бурно обсуждали — каждый в своей нише. Они же стояли чуть в стороне ото всех за одним из небольших фуршетных столов, и Саске практически кожей чувствовал напряжение, исходящее от нервничающей Сакуры.       — Выпей, это должно немного успокоить, — настоял он. Она приняла напиток из его рук и, глубоко вздохнув, осушила бокал, услышав одобрительную усмешку Саске, который доселе внимательно наблюдал, как отец о чём-то говорил с Итачи, отчего Сакура решила проследить его взгляд.       По диалогу двух мужчин было почти незаметно, что они спорили, однако от того, что Саске стал немного напряжённым, она сделала именно такой вывод. Уж он наверняка отлично знал характеры обоих родственников. Сакура хотела спросить, что случилось, но посчитала, что в подобной ситуации ей и своих проблем достаточно, тем более причина разногласий могла быть абсолютно любая.       Саске облегчённо выдохнул, когда отец похлопал Итачи по плечу, после чего тот проследовал к подвыпившей жене, что-то прошептав ей на ухо.       Внезапно раздался звонкий гул — все тут же обратили внимание на Фугаку, который постукивал по фужеру десертной ложкой. Он сделал несколько уверенных шагов к центру сада и, дождавшись, когда гул стихнет окончательно, заговорил:       — Доброго времени суток, — раздался грубый, но громкий баритон. — Каждый год в этот день мы празднуем победу Ордена, что далась нам нелегко, чествуем павших от рук врага усопших: друзей, братьев, сестёр, детей, мужей. — На секунду остановившись, чтобы прочистить горло, он продолжил: — Жён. Мы празднуем мир! Так поднимем бокалы за то, чтобы он продолжался как можно дольше.       Фугаку сделал небольшой глоток, и его примеру последовали и остальные. Даже дети с интересом слушали речь главы рода и с удовольствием поднимали стаканы с соком, чтобы хоть немного походить на родителей и казаться взрослыми.       — Однако, — внезапно продолжил Фугаку, искоса поглядывая на Итачи, — в этом году лично у меня есть и иной повод для праздника.       Найдя взглядом Саске, который стоял рядом с Сакурой за одним из дальних столиков, он указал на него ладонью, отчего все присутствующие обратили взоры на них.       — Мой младший сын окончил Хогвартс, сдав экзамены по всем предметам на высший балл, — продолжил он, глядя Саске в глаза, и скупо, как умел, улыбнулся. — А также привёл в дом замечательную девушку, которая однажды станет одной из нас.       Сердце Сакуры пропустило удар — такого расклада она ожидала в последнюю очередь с учётом того, что за всё время, проведённое в поместье Учих, Фугаку обмолвился с ней лишь парой фраз.       — Добро пожаловать в семью, Сакура!       Земля медленно уходила из-под ног, она была уверена — если бы не Саске, который стоял позади, крепко обнимая, точно свалилась бы в обморок. Когда Сакура обрела равновесие, Учиха-младший шагнул вперёд, поравнявшись с ней. Он благодарно кивнул отцу и у всех на виду поцеловал ошарашенно улыбающуюся Сакуру в бледную щёку.

***

      Вечерело. Поток прохладного воздуха покачивал длинные розовые волосы Сакуры, сидевшей в одиночестве у бассейна на мягком лежаке. Она медленно крутила в руках бокал с шампанским, наблюдая за образующимися пузырьками, пытаясь отвлечься от уймы различных мыслей, что нескончаемым потоком крутились в голове. Сакура, несомненно, была рада, что Фугаку публично признал её членом семьи, однако чувство, что она всё ещё ему не шибко нравится, не покидало. Но, с другой стороны, Харуно понимала, что ему, как и Саске когда-то, нужно к ней привыкнуть, ведь, очевидно, холодность в характере Учихи-младшего передалась от отца и, чтобы лёд тронулся, должно пройти время.       — Сакура, — позади раздался знакомый приятный голос, — ты чего одна сидишь?       Присев на соседний лежак, Изуми опустила очередной бокал с шампанским на каменную поверхность и скинула с ног красные туфли на высокой платформе. Она свободно глубоко вздохнула, после чего перевела взгляд чёрных глаз на Сакуру, ожидая ответа.       — Саске отошёл поговорить с Итачи, и я решила подождать его тут — здесь так хорошо, спокойно, — призналась она, оглядываясь по сторонам.       — Саске тебя очень любит, — прошептала Изуми, искренне улыбаясь себе под нос. — Я даже немного завидую.       Сакура нахмурилась, совершенно не понимая её фразы и чему она могла завидовать, ведь рядом с ней такой мужчина, как Итачи. Харуно видела, с какой нежностью и уважением они относятся к друг другу, как он заботился о ней весь вечер: укрыл мягким тёплым пледом, когда похолодало, не давал перебрать с шампанским, с доброй улыбкой меняя шипучий напиток в её руках на воду. Однако в последнем он, кажется, преуспел не слишком хорошо.       — Но почему? — удивлённо спросила Сакура. — У тебя прекрасный муж, который любит тебя. Разве ты не счастлива?       — Что ты, — протараторила она, поспешив опровергнуть предположение. — Я очень люблю Итачи, признаться, я была влюблена в него с восьми лет, просто… — Изуми замолчала, словно слова застряли в горле. Потянувшись за бокалом, она сделала очередной глоток. — Просто Итачи очень хороший брат.       — Что ты имеешь в виду? — уточнила Сакура, отчётливо понимая, что она что-то недоговаривает.       — Прости, я… — Изуми мотнула головой, пытаясь трезво осмыслить ситуацию. — Не должна была этого говорить, это всё алкоголь.       Сделав ещё глоток, она поставила пустой фужер в сторону и уткнулась лбом в колени.       — Что ты имела в виду, говоря, что Итачи хороший брат? — переспросила Сакура. Отчего-то сердце тревожно забилось.       Изуми подняла задумчивый взгляд — сомнения одолевали душу. Она понимала, что не должна об этом говорить, но в роде Учиха ни одна тайна, о которой знали больше двоих, не жила долго. Рано или поздно Сакура всё равно узнает не шибко приятные обстоятельства её брака. Ей до безумия хотелось выговориться, хоть Изуми и понимала, что вываливать свои переживания на почти чужого человека несправедливо, ведь Сакура не виновата, что эта тайна косвенно затрагивала и её.       — Возможно, ты знаешь, что в Хогвартсе Итачи встречался с девушкой по имени Конан, — она начала издалека, мельком поглядывая на Харуно, которая отрицательно помотала головой. — Он был влюблён в неё до беспамятства и почти сделал ей предложение, пойдя наперекор наставлениям отца, пока однажды не услышал диалог Фугаку о Саске и его будущем.       Сакура сглотнула, поражённо распахнув глаза. Она догадывалась, к чему вела Изуми, но не думала её прерывать, надеясь, что ошиблась.       — Он должен был жениться на Шион, но Итачи поставил условие: если отец отстанет от Саске и даст ему свободу выбирать своё будущее самостоятельно, он женится на той, кого выберет Фугаку. И он выбрал меня, — закончила она.       Поджав губы, Изуми замолчала, уставив взгляд в мраморную плитку, боялась посмотреть на Сакуру и увидеть отвращение и ненависть в её глазах.       — И ты не знала? — сглотнув, отрешённо уточнила Харуно.       — Поначалу нет, — призналась она. — Но пару недель назад нечаянно услышала разговор Итачи и Шисуи. — Накрыв лицо руками, Изуми отчаянно вздохнула. — Прости, что вывалила это на тебя, просто, как оказалось, многие уже в курсе происходящего, и одна я, как ослепшая от любви дура, поверила во внезапно появившиеся чувства.       — Глядя на вас, я бы ни за что не поверила, что Итачи тебя не любит, — горько прошептала Сакура, обнимая покрывшиеся мурашками плечи руками.       Ей было до одури неприятно узнать столь отвратительную правду о том, как вершатся судьбы в семье Учиха. Она очень любила Саске, и осознание того, что они могли никогда не быть вместе, если бы Итачи не пожертвовал своим счастьем в угоду счастью младшего брата, казалось ей омерзительным.       — Наверное, он привык ко мне за эти годы, возможно, и смог полюбить, но…       Изуми резко замолчала, услышав позади приближающиеся шаги. Обернувшись, они увидели Итачи и Саске, направляющихся к ним, о чём-то увлечённо разговаривая. Взглянув на любовь всей своей жизни, Сакура грустно улыбнулась. Она понимала, что ей доверили тайну, однако хранить подобный секрет, наигранно счастливо улыбаться, зная, какой ценой ей досталось «долго и счастливо», ни за что не сможет.       — Спасибо, что выслушала, — напоследок прошептала Изуми и, поднявшись с лежака, направилась к мужу, мимолётно кивнув на прощание.       Глядя в их удаляющиеся спины, Сакура медленно подошла к Саске. Уткнувшись носом в его грудь, она пыталась всеми силами избавиться от свалившегося на неё груза — его тёплые объятия всегда помогали расслабиться, отрешиться от проблем, однако сейчас это совершенно не работало. Сакура хотела рассказать ему правду, но, возможно, не сегодня — Саске выглядел на редкость счастливым, а ей не хотелось портить ему настроение.       — Что-то случилось? На тебе лица нет, — уточнил он, обнимая в ответ. Мягко погладив Сакуру по голове, он приподнял её подбородок, заглядывая в расстроенные глаза.       — Услышала то, что предпочла бы никогда не знать, — прошептала она. — Пойдём спать?       Выпутавшись из крепких объятий, Сакура сделала шаг в сторону дома, однако тут же была притянута обратно. Серьёзный взгляд требовал правды, которую в данный момент было ужасно страшно и трудно озвучить.       — Поговорим завтра, хорошо? Я очень устала.       Саске тяжело вздохнул. Взглянув на тёмно-синее небо, усеянное яркими звёздами, он поджал губы, пытаясь собраться с мыслями и произнести вслух то, чего не могла сделать Сакура. Саске мог лишь догадываться, что она имела в виду, однако её присутствие наедине с подвыпившей Изуми и недавний диалог с братом расставили всё на свои места.       — Дело в договоре Итачи и отца?       — Ты знал? — Дёрнувшись в его руках, она ошарашенно посмотрела на Саске, совершенно не ожидая, что он мог спокойно смириться с жертвой брата.       — Да.       Саске смотрел на её изумлённое лицо, в котором виднелось море отчаяния и непонимания. Он мог её понять, ведь, когда сам обнаружил правду, ему впервые захотелось вовсе не иметь отца.       — Я узнал об этом в прошлом году, перед их помолвкой, — начал Саске, не сводя взгляда с зелёных глаз. — Поначалу я ужасно злился на Итачи за его единоличное решение, даже хотел расстроить свадьбу, — усмехнулся он, вспоминая свои метания из стороны в сторону. — Но потом мы поговорили, и… я даже в чём-то с ним согласен.       — Что ты имеешь в виду?       — Я бы тоже сделал для него что угодно: если бы он рассказал раньше, мы бы нашли выход.       Сакура нахмурилась, опустив руки ему на грудь. Ей были непонятны действия Итачи и странное отношение Саске ко всей ситуации: душу разрывало от несправедливости, ведь, если бы они поговорили до того, как всё зашло настолько далеко, не пришлось бы страдать как минимум двоим. Обида за Изуми больно уколола сердце — Сакура и представить не могла, что сделала бы, окажись в подобном капкане.       — И он действительно не любит её?       — Если бы не любил, не мучился бы сейчас от того, что не знает, как вернуть её доверие, — усмехнулся Саске, заметив грустный взгляд зелёных глаз. Женская солидарность заиграла в ней бурными красками.       Улыбнувшись краешком губ, Сакура была рада, что всё-таки оказалась права. Взявшись за руки, они медленно направились в сторону дома, где ей ещё предстоит потратить немало часов, чтобы переварить услышанную информацию. И, возможно, утром она поговорит с Изуми, которая непременно должна знать о настоящих чувствах Итачи.       — Слухи в нашей семье разлетаются быстро, — немного погодя констатировал Саске. — Поздравляю, Сакура, — ухмыльнулся он, увидев её непонимающий взор. — Ты почти Учиха.       Она опешила, резво хлопая глазами, пытаясь понять, не послышалось ли ей.       «Сакура Учиха», — проговорила она про себя, крепче сжимая тёплую ладонь Саске, довольно улыбаясь себе под нос. Вот бы вернуться на семь лет назад и успокоить маленькую девочку, которая исписывала свитки по краям, ставя своё имя и его фамилию в одну строку; которая плакала по ночам долгие годы от безответной любви; которая вытерпела, вынесла и сохранила столь светлое чувство, пронесла через долгие годы, пряча и утаивая. Вот бы вернуться и утешить тем, что её мечта обязательно сбудется.