Вопреки всему

      Палочка выскользнула из рук Грейнджер, с тихим стуком упала на каменный пол. Гермиона замерла, крепко зажатая в объятиях Драко, в полном шоке потеряв контроль над своими, еще секунды назад решительными действиями. Ее рука была все также крепко зажата его кистью, но девушка ее почти не чувствовала. С трудом понимая что происходит, Грейнджер нерешительно коснулась предплечья Драко и почувствовала как он крепче ее обнял. Еще один прилив жара. Губы Малфоя настойчиво забирали ее сознание, всю, без остатка девичью сущность, и она медленно осознавала, что летит в пропасть. Обжигающее дыхание Драко, вперемешку с запахом огневиски и ароматом терпкого парфюма полностью уносили Гермиону из реальности, сердце колотилось, готовясь вот-вот вырваться из груди, колени подкосились и девушка полностью отдалась во власть юноши. Оторвавшись от манящих губ, Малфой тяжело дышал, обдавая лицо и шею Грейнджер новой порцией огня и алкоголя. Пару мгновений спустя он снова впился в ее рот, но лишь ненадолго, и спустя секунду быстро скользнул языком чуть ниже, опускаясь на шею. Запах ее тела сводил с ума, кружил и без того пьяную голову, заставлял хотеть большего, сейчас же. Отпустив руку Гермионы, которая уже не сопротивлялась его настойчивым движениям, прижал девушку к стене, зарылся лицом в ее ароматные волосы. Желание разгоралось все больше, заставляя юношу полностью отдаться своему инстинкту. Он бессовестно лапал Грейнджер, исследуя ее стройное тело, хватал за грудь, и, запустив пальцы под узкую юбку, нащупал бедро, уводя руку глубже, желая добраться до сокровенного места. С губ Гермионы сорвался тихий стон, и Малфой вернулся к ее рту. Ощущая вкус ее влажного языка, к которому девушка робко дала ему доступ, Драко ухмыльнулся про себя: «Скромница». На время отпрянув от ее лица, юноша сфокусировал туманный взгляд на ее ресницах — глаза Грейнджер были прикрыты, и пушистые волоски трепетно дрожали, напоминая крылья молодой неопытной бабочки. Гермиона медленно открыла глаза и их взгляды встретились. Тусклые огни факелов слабо освещавшие коридор, отбрасывали совсем мало света, но его глаза она увидела сразу. Холодная сталь, затуманенная пеленой внезапного желания, медленно возвращала девушку из вихря страсти, скрутившего все ее существо, в реальность. Грейнджер растерянно смотрела на Малфоя. — Что. что это было? — осипшим голосом прошептала она. Малфой медленно отпустил ее, тяжело дыша и с трудом осознавая что только что произошло. Нерешительно оттолкнул желанное тело, отступая назад. — Я пьян. Не льсти себе, Грейнджер. И забудь. — с этими тихими словами юноша нетвердой походкой двинулся прочь. В ушах звенело, мысли путались. Черт, он явно перебрал. *       Гермиона смогла заснуть лишь к утру. Вернувшись в гостиную ночью, она была просто ошарашена случившимся в коридоре. Сославшись на усталость, под удивленные взгляды друзей девушка поднялась к себе, игнорируя вопросы. Спасибо Джинни, которая обо всем позаботилась — спускаясь наутро к завтраку, Грейнджер отметила что в гостиной полный порядок. В голове гудело, и Гермионе пришлось три раза переставлять будильник, чтобы наконец оторвать голову от подушки. До завтрака оставалось еще около получаса, в Башне Гриффиндора было пусто и тихо, все отсыпались после вчерашней вечеринки и не спешили вставать. В помещении было прохладно, Джинни предусмотрительно открыла на ночь окно. Гермиона подошла к оконной раме, и глубоко вдохнула свежий сентябрьский воздух. В сознании настойчиво прокручивались вчерашние события, как кинопленка снова и снова, заставляя девушку нервно кусать губы. Губы, которые сегодня ночью были в полной власти Драко Малфоя. Он взял то, что пожелал быстро и без промедления, чем абсолютно сбил с толку Грейнджер. Она не могла понять как это могло произойти. Неужели ему достаточно выпить лишнего, чтобы послать к черту все свои чистокровные замашки и вот так запросто зажать ее в углу, не боясь быть увиденным? «Чертов Малфой! Что он себе позволяет?!» — в голове Грейнджер скакали мысли, перемешиваясь, заставляя ее то нервничать, то злиться. Она подошла к трюмо и оглядела себя в отражении. Глаза были немного припухшими после пары часов сна, но остальное было вполне в норме. Привычными движениями палочки Грейнджер уложила взъерошенные волосы, и повернувшись чуть вбок, ее взгляд упал на красный след на шее. След от его губ. — Вот черт! Репаро! — недолго думая, произнесла восстанавливающее заклинание и кожа мгновенно посветлела. — Что-то еще осталось разбитым? — послышался голос Джинни. Гермиона обернулась, мгновенно покраснев. — А. да, тут пара мелочей. — напустила на себя отстраненный вид. — А что, многое было разбито? Джинни хохотнула. — Ну, было очень весело. — Спасибо вам еще раз за этот праздник, для меня никогда ничего подобного не делали. Надеюсь, ребята никому не рассказывали о вечеринке? — ага, а сама сболтнула Малфою. — Обижаешь, подруга. — Джинни подошла к зеркалу и внимательно стала изучать свое лицо. Перевела взгляд на Гермиону. — А что случилось вчера? Грейнджер чуть похолодела, стараясь сделать выражение лица невинным. — Ты о чем?.. — Ну ты вчера пошла прогуляться, а потом пришла довольно помятой. Ну-ка рассказывай! Свидание?! — Уизли подошла ближе, лукаво улыбаясь подруге. — Нет, просто последний коктейль был явно лишним, и я не рассчитала свои силы. Надо было остановиться уже на первом. — Грейнджер ловко соврала. — Поплохело мне, Джин. Я совсем не умею пить. — она убедительно развела руками. — Ох, ну. понятно. А сейчас ты как? — Сейчас уже все в порядке. И очень хочется есть. Никто не идет на завтрак? — Гермиона оглядела по-прежнему пустую гостиную. — Позже подтянутся. Зато сможем спокойно поболтать о нашем, о женском. Грейнджер покосилась на Джинни — стоит ли рассказывать ей о случившемся? Она доверяла младшей Уизли, но пока не была уверена, что готова делиться с ней таким личным. Тем более, что Грейнджер сама не знала что с ней происходит, и как теперь вообще реагировать на Малфоя.       Спускаясь в Большой Зал, Гермиона волновалась. По пути им встречалось немного учеников, в коридорах и Главном Холле было довольно пустынно, все хотели поспать подольше в выходной день. Грейнджер прихватила с собой методическое пособие для старост, которое ей так и не удалось толком изучить вчера, и это ее раздражало, ведь сегодня уже первое патрулирование, и она должна была уже как два дня назад узнать все нюансы. Что же она за староста такая, которая думает черт знает о чем?! Эти мысли подстегнули девушку, и она решительно направилась к столу Гриффиндора в Большом Зале, с твердым намерением за оставшиеся до завтрака двадцать минут прочитать от корки до корки всю методичку. Джинни засеменила за ней. — Доброе утро, мисс Грейнджер, мисс Уизли. — Профессор МакГонагалл поприветствовала учениц. — Здравствуйте, профессор! — Мисс Грейнджер, напоминаю вам, что сегодня в 19 часов начинается ваше первое патрулирование. Вы будете проводить его вместе с Эндрю Гейлом, старостой факультета Слизерин. Пожалуйста, подойдите в мой кабинет в 10.30, я выдам вам список рекомендаций. Хорошего дня. — Минерва кивнула обеим, и поспешила к Преподавательскому столу. — Хорошо, Профессор. — ответила Гермиона. Она не ожидала, что ее сразу поставят в пару со слизеринцем, но постаралась не придавать голосу оттенка волнения. Впрочем, кандидатура Гейла ее более чем устраивала. Он импонировал Гермионе своей тягой к изучению нового, отличным знанием всех предметов, он был, как и Гермиона, одним из лучших на своем курсе. Им наверняка будет о чем поговорить, если, конечно, у него нет предубеждений на счет крови. Девушки уселись за полупустой стол Гриффиндора и Гермиона сразу раскрыла свою методичку, стараясь не смотреть на стол Слизерина. Краем глаза она все же заметила, что Малфоя за столом нет, и испытала существенное облегчение, наконец, погрузившись в чтение. Джинни листала свежую газету, которую ей только что принесла сова. Через пятнадцать минут к столу Гриффиндора начали подтягиваться заспанные сокурсники — Рон широко зевал, даже не стараясь прикрыть рот рукой, а Гарри был вполне бодр, слушая болтовню Симуса о том, что на следующую вечеринку он придумает что-то еще более забористое. Невилл притащил свое чудное существо в горшке, активно советуясь с ребятами относительно имени для него. — Я такой голодный! — Рон с аппетитом начал накладывать себе в тарелку свежеобжаренный хрустящий бекон и яичницу-глазунью, попутно размазав по столу один желток, упавший с вилки. — Как всегда, Рон. — Джинни закатила глаза и продолжила читать женскую колонку в газете. — После вчерашнего особенно! Симус, я чувствую себя отлично, и даже голова не болит! — Рон сиял, пытаясь устранить последствия своей криворукости со стола, но еще больше размазывал желток. — Я очень рад. — Финниган широко улыбался, наливая себе тыквенного сока. — У меня появилась новая идея, как сделать эффект от коктейля еще более впечатляющим.       Было около десяти утра, когда в Большой Зал вошел Малфой. Он нес в руке свежий выпуск «Ежедневного Пророка», где Рита Скитер в очередной раз навыдумывала всякой ереси о нем и его семье. Драко был зол. На дуру Скитер, на Грейнджер, на самого себя. Что за трэш он творил вчера вечером?! Голова гудела, но перед глазами отчетливо выплывали картинки из коридора Гриффиндора — юбка Грейнджер, ее проклятые губы, которые он пожирал, словно оголодавший за год без секса юнец. О чем он только думал? Слава Мерлину, их никто не застукал! А иначе не отмыться ему от насмешек всю оставшуюся жизнь. Впрочем, насмешки волновали его сейчас меньше всего, а вот этот непонятный, внезапный порыв просто не давал покоя. Малфой пытался оправдать себя тем, что сильно выпил, но тут же понимал насколько это было смешно. Грейнджер прочно засела в его голове, и алкоголь тут не при чем. Драко не понимал, и это злило его больше всего. Быстро проходя мимо стола Гриффиндора, он чуть повернул голову в сторону старосты факультета, которая сосредоточенно изучала очередную дурацкую книжку. И выглядела она тоже по-дурацки. Как обычно. Подойдя к своему месту, Малфой звучно шмякнул газету перед Блейзом Забини. — Э. Доброе утро. — мулат сразу уловил посыл. — Разве? Ничего доброго не вижу. — буркнул Драко, плюхнувшись на скамью напротив друга. — С самого утра портят настроение. — Эй, ты чего? Из-за этой дуры что ли? — Малфой уставился на Забини, впрочем, сразу же испытал облегчение, увидев что тот кивает на «Ежедневный Пророк». А, это он о Скитер. Показалось. — Классно же посидели вчера! И Пэнси понравилось. — Блейз хохотнул и похлопал Драко по руке. — Отвали, Блейз. — Малфой был не в настроении слушать сальные шуточки мулата. Да, он задал сегодня жару в спальне с Пэнси, представляя на ее месте Грейнджер и ее чертову задницу в узкой юбке. Пары минут страсти в коридоре Гриффиндора было достаточно, чтобы Драко вошел в кураж на полночи. «Мне пора в психушку». После того как Гермиона, наконец, оторвалась от интересного чтива и бросила взгляд на Слизеринский стол, она поняла, что спокойному утру конец. Голова снова заполнилась переживаниями и немыми вопросами, вытесняя из уставшего мозга только что прочитанные методические рекомендации. Глянув на часы, Грейнджер встала из-за стола. — Ребята, я пойду к МакГонагалл на собрание. Увидимся. — и направилась к выходу из Большого Зала. — Удачи, Гермиона! — помахал ей в след Гарри. Малфой мрачным взглядом проводил удаляющуюся фигуру Грейнджер и увидел, что Гейл последовал за ней. «Неужели уже спелись? Два книжных червя» — губы Малфоя скривились в показательном отвращении, словно он пытался донести самому себе, как ему противна эта картина. Аппетит мгновенно покинул Драко и только что положенный на тарелку салат вызвал у него тошноту. Он залпом осушил стакан с холодным тыквенным соком, стараясь успокоиться. Чего он опять завелся? Резко встал, бросив салфетку на стол. — Пойду прогуляюсь. * После недолгой беседы с Профессором МакГонагалл, Гермиона и Эндрю получили инструктаж для первого вечера совместного патрулирования и теперь заполняли небольшую анкету. — Помните, что ваша основная задача — следить за дисциплиной учеников на уроках и вне учебы. — напомнила и.о. Директора. — Также вы должны строго следить за тем, чтобы после 21 часа в коридорах не было никого из учеников без уважительной причины. Мистер Филч плохо справляется в последнее время с поставленной ему задачей. — Все ясно, Профессор. — Эндрю Гейл был предельно собран и внимателен. — Пользоваться палочкой для поддержания дисциплины можно лишь в исключительных случаях. — продолжила Профессор. — Старайтесь не допускать конфликтных ситуаций. И я очень надеюсь. — на этом слове МакГонагалл сделала акцент, — что ваши факультеты уже начнут, наконец, сотрудничать на равных, уважая друг друга и избегая ненужных ссор. Грейнджер и Гейл переглянулись — Эндрю смотрел на девушку немного свысока, и его взгляд ничего не выражал. — Для этого вы поставили нас в пару, Профессор? — Совершенно верно, мистер Гейл. И прошу вас не злоупотреблять вашей должностью. Привилегии старост не дают вам право расслабляться. Перед вами стоит ответственная задача и на вас, как на лучших учеников своих курсов, возлагаются большие надежды. Помните об этом. А сейчас вы можете быть свободны. — Минерва махнула палочкой в сторону двери. — Спасибо, Профессор. — Гермиона взяла свою сумку и двинулась к выходу. Гейл последовал за ней. — Не опаздывай Грейнджер. Ровно в 20 часов ты должна быть у входа на третий этаж. — Эндрю обогнал девушку и поспешил восвояси. — Взаимно, Гейл! — Гермиона нахмурилась. Можно подумать, она когда-то опаздывала. * Вечер первого патрулирования старосты провели довольно спокойно. Гермиона увлеклась новыми для себя задачами и почти не вспоминала о Малфое. На следующий день, в воскресенье, ученики посетили Хогсмид, наведались в небольшую лавочку к Джорджу Уизли — после смерти брата он решил открыть магазинчик поближе к Хогвартсу. В Косом переулке почти не было покупателей, ведь его основными клиентами были ученики, а раз они все в Хогвартсе, то и перебираться нужно поближе к Замку, быстро просек Джордж и уже через неделю открыл свою лавочку в Хогсмиде. Ученики, сочувствующие утрате Уизли, старались чаще что-то покупать у хозяина, выражая таким образом свою поддержку. Впереди Хэллоуин и Рождество, и Джордж придумывал новые штуки для праздников. Симус и Дин Томас активно подбрасывали свои идеи, в особенности по части пиротехники, ведь в этом Финнигану не было равных.       Постепенно ученики вливались в учебный процесс, у седьмого курса была довольно насыщенная программа — начали работу профильные курсы, профессора проводили семинары, в Хогвартс приглашали отличившихся выпускников прошлых лет, активно строящих карьеру в Министерстве Магии, чтобы они могли поделиться своим опытом. Гермиона была загружена учебой каждый день с самого утра, стараясь достойно справляться со всеми заданиями. Она посещала большинство дополнительных занятий, находя в каждом что-то интересное и три раза в неделю патрулировала Замок в компании Эндрю Гейла. К своему удивлению, Гермиона довольно быстро с ним поладила — их интересы были во многом схожи, они оба были целеустремлённы и амбициозны, и плюс ко всему, Гейл был абсолютно равнодушен к вопросам крови. Для него были в приоритете интеллект и способности окружающих его людей. Впрочем, пытаясь пару раз заговорить с Эндрю на отвлеченные темы, Гермиона была немного раздосадована — юноша подчеркивал, что не хочет отвлекаться на пустую болтовню, так как хочет построить карьеру в Министерстве Магии и все свои умственные силы направляет на учебу и разговоры по делу. Хоть он напрямую и не распространялся о своих академических достижениях, Гермиона знала, что их у него немало. Через какое-то время Грейнджер привыкла проводить патрулирование почти в полном молчании, изредка перебрасываясь с Эндрю фразами «по делу». Ее это не напрягало, а наоборот, ей было спокойно и даже приятно находиться в его компании. Нарушителей дисциплины было мало, очевидно, что большинство учеников были также загружены учебой, МакГонагалл постаралась составить расписание таким образом, чтобы свободного времени оставалось не так уж много. Так прошел почти весь сентябрь. На улице с каждым днем становилось все холоднее, ученики начали укутываться в плащи и пальто. Гермиона любила выйти после обеда во двор, и сидя на деревянной лавочке, пить свой любимый тыквенно-коричный латте, листая книгу. Несколько раз она встречала Малфоя, он почти всегда был в компании Пэнси Паркинсон и Блейза Забини. Несколько раз Гермиона ловила на себе взгляд Драко, и когда их глаза встречались, Грейнджер пыталась понять, что она чувствует к этому юноше. Он безусловно похорошел, Гермиона часто видела восхищенные взгляды младших учениц, провожающих Малфоя. Паркинсон регулярно вешалась на него, а он в ответ лениво обнимал ее за талию, и в эти моменты Грейнджер отводила глаза. Перед глазами всплывали картинки, их с Драко образы в коридоре Гриффиндора. Сейчас Гермиона злилась, что не оттолкнула тогда Малфоя, что позволила ему так бесцеремонно вторгнуться в свое интимное пространство. Ей было стыдно признаться самой себе, что она бы хотела это повторить. Она никому не рассказала о случившемся, но каждый раз при виде Малфоя, обнимающего Паркинсон, перед ее глазами всплывал тот коридор и их с Драко тела в порыве страсти. «Между нами ничего не может быть. Пора покончить с этими глупостями.»