Вопреки всему

— Твою мать.. Прямо перед Малфоем на каменный пол холла с громким хлопком упала навозная бомба, заляпав идеальный парадный костюм юноши брызгами вонючей массы. Мимо пронесся полтергейст, с диким хохотом показывая толстыми пальцами на обескураженного молодого мага. — Слизерин в дерьме, Слизерин в дерьме! — с этими словами шальной Пивз исчез в потолке. Драко стоял перед чуланом в полном шоке, с еще колотящимся от недавнего оргазма сердцем, с прокусанной губой и взъерошенными волосами, и гудящей от алкоголя и недавнего порыва страсти головой. Перед глазами все плыло, и молодой маг с трудом осознавал что происходит. Воздух коридора был наполнен тягучей смесью, состоящей из запахов ароматических ламп, восковых свечей, фейерверков, пунша, гвоздики и имбиря, а теперь, вдобавок ко всему этому дурману, от начищенных до блеска ботинок Драко исходила вонь драконьего дерьма. Малфой почувствовал приступ тошноты, и, заткнув нос рукой, из последних сил совладал с собой, вытащив из внутреннего кармана костюма волшебную палочку. «Экскуро» — прошептав заклинание, юноша сразу почувствовал себя лучше. Тошнотворный запах мгновенно испарился, ровно как и виновник, его источавший. Прислонившись к стене, Малфой глубоко дышал, пытаясь отогнать накатывающую на него дурноту. Прикрыв рукой дверь чулана, где все еще находилась Грейнджер, Драко оглядел пространство коридора на предмет наличия в нем студентов. Вокруг было довольно темно, часть факелов была потушена, и маг невольно отметил, что чулан был расположен в неплохом месте — дверь была едва заметной, и отлично камуфлировалась с соседствующей ей стеной. Стукнув пару раз по дереву, и давая таким образом понять Гермионе, что все чисто, Малфой быстрыми шагами двинулся в сторону подземелий, ослабляя на ходу воротник. Грейнджер находилась в тесном чулане и ждала сигнала Драко. Головокружение не отпускало растрепанное сознание гриффиндорки, когда она, абсолютно голая и безмерно счастливая, просто стояла, прислонившись к стене нагой спиной. Кожа горела огнем, на плечах и шее пылали яркие следы от губ Малфоя, и Гермиона сжимала ноги, которые от напряжения и страстного секса еще била мелкая дрожь. Наощупь найдя на полу ледяными пальцами свою палочку, ведьма восстановила свое разорванное платье. Облачившись в черный атлас, Грейнджер почувствовала, как сильно бьется ее сердце, как пылают щеки, а между ног все еще сохранялось ощущение сладостной истомы. Услышав стук руки Драко о дверь, Гермиона поняла, что можно выходить. Аккуратно отворив створку, она выглянула наружу — все спокойно. Напоследок шепнув заклинание, очищающее чулан от всех возможных последствий их с Малфоем страсти, взъерошенная волшебница поспешила в свою Башню. * В гостиной Гриффиндора было шумно — ребята продолжили празднование Дня Всех Святых, вернувшись полным составом сюда из Большого Зала. Старшекурсников попросили покинуть главное помещение Замка и разойтись по своим гостиным из-за безобразия, учиненного Пивзом после того, как разбушевавшийся полтергейст был случайно освобожден из чулана Малфоем. Драко и Гермиона провели там около получаса, но за это время взбалмошный дух уже успел навести порядочный хаос, летая по всему Замку и разбрасывая без разбора навозные бомбы на случайных студентов. Апофеозом глобальной обиды Пивза на кучку неизвестных, осыпавших его и Аргуса Филча драконьим пометом, стал взорванный праздничный навесной потолок, украшавший Большой Зал. Обрушившись на столы визжащих учеников кучей тыквенных голов Джека-о-лютерна, фигурок ведьм, животных и других украшений к Хэллоуину, лопнувшая материя покрыла толстым слоем пыли, осколков и десятками поломанных свечей все горизонтальные поверхности помещения, сделав дальнейшее пребывание там совершенно невозможным. Стараниями Макгонагалл студенты младших и средних курсов были немедленно отправлены в кровати, а старшекурсникам было велено сидеть в своих гостиных и следить, чтобы младшекурсники не нарушили приказа, и не шатались по коридорам. Не найдя среди присутствующих в Зале старост Гриффиндора и Слизерина, Минерва не на шутку рассердилась, и поручила Эндрю Гейлу, как самому ответственному ученику, срочно разыскать Малфоя и Грейнджер, и привести их в кабинет директора. Гейл кивнул и быстро отправился на поиски парочки, пока ученики толпами тянулись из Большого Зала в Главный Холл, расходясь далее по назначенным им помещениям, под чутким руководством оставшихся двух старост Алиссы Мэй и Скотта Престона. Гриффиндорцы, уже изрядно уставшие и частично протрезвевшие, уютно расположились у пылающего в гостиной камина. Часть ребят, во главе с Роном, играла в волшебные шахматы, а другие старшекурсники, вместе с Симусом, Дином, Гарри и Джинни сидели на ковре и, потягивая глинтвейн, хохотали, вспоминая свою недавнюю проделку. — Я давно не видел Гермиону, кстати, ее ведь искал Гейл? — Поттер периодически оглядывался, ожидая вот-вот увидеть старосту своего факультета. — Думаю, она у себя в Башне. — Джинни, конечно, догадывалась, что Грейнджер и Малфой занялись чем-то поинтереснее, чем исполнение поручения Макгонагалл, но не подавала виду. — Мне кажется, она немного перебрала.. — Что-то она долго.. — Гарри забеспокоился, а не влетело ли подруге от руководства Школы за то, что она выпила, разбавленный по вкусу Симуса, напиток из общего котла. — Как все-таки здорово, что наша староста Гермиона. Своя девчонка! — Финниган отправил в рот шоколадную лягушку, похлопав себя по животу. — И не говори, дружище. — Дин Томас разливал из котелка остатки глинтвейна. — А Пивз-то конкретно обиделся на нас. Преподы в шоке. — ребята хохотнули, вспомнив какая началась суета в Большом Зале. — Смотрите, вот раскроется ваша шуточка.. — Кормак подошел к ковру, где сидели друзья, и опустил взгляд на огненную макушку младшей Уизли. — Разве что ты разболтаешь? — Симус погрозил рукой сокурснику. — Больно надо! Ваши детские шалости меня не волнуют. Я как-то давно вырос из всего этого.. — возразил Маклагген, и едва заметно дотронулся пальцем до волос Джинни. Обойдя девушку, Кормак уселся на потертый диван, спихнув с него заспанного пятикурсника. Взяв бокал с огневиски, залпом его осушил. Крепкий высокий парень пьянел медленно, и ему хотелось немного отвлечься от мыслей о красивой девчонке, сидящей рядом. * — Это совершенно возмутительно. Что я вам говорила в начале Бала? — профессор Трансфигурации находилась в высшей степени возмущения, когда она быстро шла рядом с Алланом Брентоном в его кабинет. Директор поручил профессорам Флитвику и Брикману навести порядок в Большом Зале, пообещав им вознаграждение за доставленные хлопоты в первом часу ночи. Завхоза Филча, как пострадавшую ранее сторону, решили не трогать, тем более, что при уборке от сквиба и его ручной швабры пользы было мало. — Вы правы, Минерва, сегодня произошло что-то совершенно выходящее из рамок. — Брентон покачал головой, на ходу запахивая темную мантию, наброшенную поверх твидового костюма-тройки. — Я недооценивал возможности этого полтергейста. Нужно хорошенько подумать, как нам быть с ним дальше. — К сожалению, выгнать его из Замка мы не в силах. Он живет здесь не одну сотню лет, и не подчиняется никому из преподавателей. — Макгонагалл нервно сжала губы, пытаясь вспомнить, когда в последний раз Пивз выходил из-под контроля. — Призраки и духи являются полноправными обитателями Хогвартса, и с этим мы действительно ничего не можем поделать. Впрочем, возможно, Министерство и способно что-то предпринять.. В понедельник свяжусь с мистером Клэем. — Думаю, стоит сообщить им. — поддержала его идею Макгонагалл, попутно махая палочкой, чтобы устранить в коридоре последствия мелких взрывов полтергейста. — Не понимаю, с чего он так разбушевался? Конечно, он и раньше вел себя довольно активно, но сегодня просто что-то невероятное. — Вы обязательно выясним это. Прошу вас, Минерва, проходите. — они подошли к горгулье, закрывающей вход в кабинет директора, и когда статуя отодвинулась, Брентон пропустил вперед Макгонагалл. — Благодарю вас. Надеюсь, Эндрю Гейлу удастся быстро найти Грейнджер и Малфоя. Сегодня я искренне разочарована этими двумя. — с горечью в голосе ответила профессор. * Молодой маг спешил к Башне префектов. Не найдя в гостиной гриффиндорцев их старосту, и будучи выпровоженным не самым ласковым образом из их гостиной, самолюбивый Эндрю Гейл устремился прочь, на ходу прикидывая, где, помимо своей Башни, может находиться Грейнджер. По обыкновению заучка и скромница, сегодня она поразила его, представ перед всей Школой в довольно откровенном наряде. Не особо углубляясь в размышления на счет причин, побудивших Грейнджер выглядеть сексуально, Гейл все же отметил, что эта девчонка была весьма хороша собой. Никогда до сегодняшнего дня не рассматривая выскочку-гриффиндорку как женщину, Эндрю был приятно удивлен. Подойдя к небольшой винтовой лесенке, ведущей в Башню старост, Гейл остановился, подумав, что нужно, наверное, как-то оповестить о своем присутствии хозяйку. Однако вспомнив, что Макгонагалл поручила ему срочно найти Гермиону, юноша решительно поднялся по ступенькам, и громко забарабанил кулаком в дверь. — Грейнджер, ты здесь? Открывай, срочно! Прислонившись ухом к двери, маг не услышал никаких звуков с другой стороны. Нахмурившись, снова постучал. Спустя пару минут отошел от двери, и уже было начал спускаться обратно по лестнице, как замок щелкнул. — Гейл?.. На пороге стояла удивленная и растрепанная Грейнджер, в одном шелковом халате и мягких тапочках. Эндрю развернулся к девушке, невольно скользнув взглядом по ее голым коленкам. К его удивлению, Гермиона совершенно не смутилась, появившись перед ним в таком виде. — Тебя срочно ищет Макгонагалл. Вас с Малфоем не было в Большом Зале, когда нужно было выводить учеников. — увидев испуганные глаза гриффиндорки, юноша продолжил: — Пивз взорвал потолок, и всех учеников младших курсов было приказано вывести в их спальни. Старосты должны следить за тем, что происходит. Последнюю фразу Гейл произнес с заметным осуждением, и Грейнджер почувствовала, как у нее запылали щеки. Внимательные глаза слизеринца буравили ее взглядом, как будто видя ее насквозь. — Я.. поняла тебя. Спасибо, я сейчас оденусь и подойду. — В кабинет директора. — добавил маг. — Да.. — Гермиона выглядела сконфуженной. — Кстати говоря, где Малфой? Мне пойти поискать его, или ты знаешь, где он? — Эндрю Гейл, в отличие от других студентов, был внимателен к деталям. Ведьма застыла на пороге, в растерянности сжимая в ладошке стальной ключ от двери. — М-м..нет. Я не знаю, где Драко.. Малфой. — во рту мгновенно пересохло. — Грейнджер.. — тихо добавил Эндрю, и подошел к ней ближе. Гермиона в удивлении и неловкости подняла на юношу взгляд. — Вам нужно лучше конспирироваться. — Не понимаю, о чем ты.. — осипшим голосом произнесла волшебница. — Лично мне все с вами ясно. Но в любом случае, меня это не касается. А сейчас будь так любезна — найди Малфоя сама, и передай ему все сказанное мной. С этими словами староста Слизерина развернулся и быстро сбежал по лестнице, исчезая в темноте коридора. Гермиона ощутила на щеках пылающий стыд. Вот ведь влипла. Без промедления и зазрений совести Грейнджер направилась прямиком в гостиную Слизерина, чтобы сообщить Драко о том, что кажется, сейчас их ждет нагоняй от руководства Школы. Быстро спустившись по ступеням в подземелье, Гермиона сразу же натолкнулась там на Блейза Забини, тискающего в углу когтевранку. От неожиданности замерев на месте, она все же обратила на себя внимание парочки, вспомнив, что она староста, и громко кашлянув. Забини лениво оторвался от губ зардевшейся девчонки и ехидно оглядел Грейнджер. Не имея никакого желания вступать со слизеринцем в возможные пререкания относительно нарушения им дисциплины, Гермиона оповестила Блейза о необходимости сейчас же разыскать Малфоя и передать ему, чтобы тот явился к мистеру Брентону в кабинет. Кажется, Забини сразу понял всю серьезность ситуации, и кивнул, оставив когтевранку ненадолго одну. С облегчением вздохнув, Грейнджер поспешила в Директорскую башню, в красках рисуя в воображении свое скандальное снятие с должности префекта. ------------ — Явились, голубчики! Минерва вскочила со стула, едва Драко и Гермиона переступили порог кабинета директора. — Доброй ночи, господа. — мистер Брентон встал из-за стола, и обойдя его, прислонился поясницей к стопке книг, по обыкновению наваленной среди других бумаг. — Потрудитесь объяснить профессору Макгонагалл и мне, где вы оба были, когда в Большом Зале произошел взрыв. Грейнджер испуганно переводила взгляд с сурового профессора Трансфигурации на директора, и чувствовала, как в горле лихорадочно колотится сердце. Что же им сказать?.. А вот Малфой уверенно и даже с вызовом смотрел на своего крестного — мужчина, кажется, действительно был немного не в духе, но юношу удивлял тон, в котором Брентон с ним говорил. После всего, что произошло, он едва ли может что-то требовать от Драко. Возможно, просто красуется перед Макгонагалл? — Я не считаю нужным объяснять причину моего отсутствия в Зале. Я могу быть там, где захочу. — нагло ответил молодой маг. Гермиона похолодела, ожидая услышать в ответ шквал негодования. Но на ее удивление, этого не произошло — директор отвел глаза, медленно развернувшись к своему столу, а Макгонагалл просто непонимающе вскинула брови, сменив еще недавно сердитый взгляд на немного испуганный. — Прошу вас, Минерва, оставьте нас. — тихо произнес Аллан. Профессор попыталась было что-то возразить, но затем передумала, и молча проследовала к выходу, бросив на прощание на Грейнджер уставший и разочарованный взгляд. Ведьма зажмурилась, испытав стыд и непонимание. Тело била мелкая дрожь, и девушка плотнее куталась в мантию, пытаясь согреть в ней свои холодные руки. Она умоляюще посмотрела на Драко, лицо которого было абсолютно спокойным. Внезапно Гермионе стало не по себе от ледяного взгляда, который юноша направил на директора. Что между ними происходит? Почему он так смело отвечает Брентону? Прошла пара минут, прежде чем Аллан вновь заговорил. — Вы тоже можете быть свободны на сегодня, Грейнджер. Гермиона распахнула глаза. Малфой коротко кивнул ей, и девушка в полном смятении отступила назад, к двери. — Я скоро приду. — шепнул ей Драко, и она коротко кивнула. — Доброй ночи, мистер Брентон. — тихо пропищала гриффиндорка, и исчезла за дубовой дверью. Директор присел на стул с высокой резной спинкой и устало потер глаза. «Должно быть, сейчас не слишком подходящее время, чтобы беседовать с мальчиком на эту сложную тему, но, возможно, именно сегодня мы могли бы лучше понять друг друга..» Тугую тишину кабинета нарушил храп Армандо Диппета, который поворочался на своем портрете. Смешной звук немного разбавил напряжение, царящее между двумя волшебниками, и мистер Брентон укрепился в желании поговорить с младшим Малфоем начистоту. — Драко.. — мягко начал он. — Что бы ни происходило между нами ранее, хочу напомнить, что сейчас я являюсь Главой Хогвартса. И, думаю, здесь будет уместна некая субординация. — Что за чушь? — Малфой сдвинул брови и яростно шагнул вперед. — С какой стати я должен подчиняться вам? Может, вам напомнить причину, по которой я не желаю видеть вас до конца своих дней?! Аллан Брентон внимательно посмотрел на юношу. Дерзкий, самовлюбленный, и не понимающий.. Как его отец. — Я думал, ты это перерос. — честно ответил мужчина. — У меня нет ни малейшего желания обсуждать с вами мой возраст и мою жизнь. То, что вас назначили директором Хогвартса, ничего не меняет между нами. — Малфой остервенело дернул плечом. — Очень жаль. Мне бы очень хотелось донести тебе причину моего поступка. Ведь ты уже взрослый, Драко и должен понимать.. — с сожалением добавил мистер Брентон. — Я ничего вам не должен. Спокойствие моей семьи для меня святое. Точнее то, что от нее осталось. Я более не намерен никогда обсуждать с вами эту тему. — лицо Малфоя побагровело, и на его лбу выступила напряженная венка. Резко развернувшись, молодой маг быстро пересек кабинет, и выскочил за дверь. В лицо ударила свежесть — окна в коридоре были распахнуты настежь, и холодный ветер свободно гулял по ночному Замку, постепенно остужая пыл Драко. Он снова ненавидел — это ужасное, давящее, рвущее его изнутри омерзительное чувство вновь накрыло сознание юноши и он ощутил дурноту — внутренности буквально выворачивало, заставляя его громко и сухо кашлять. Чувство, которое он не испытывал так давно — последние несколько недель он был счастлив, как никогда ранее. И вот теперь.. снова. Громко выругавшись, Малфой отправился в Башню к Грейнджер. Увидеть ее снова, обнять, зарыться в ее волосы, ощутить ее запах — только она могла успокоить его, отвлечь от дурных мыслей, хлещущих со всех сторон его усталое сознание. Он нуждался в ней. Взлетев по лестнице, Драко забарабанил кулаком по дереву. Испуганная Гермиона распахнула дверь, увидев на пороге всклокоченного Малфоя. Его вид сильно обеспокоил девушку, и она поспешила завести его внутрь, крепко закрыв дверь на ключ. — Что произошло? Драко?.. Едва он услышал ее голос, смог дать волю своим эмоциям. Схватив первую попавшуюся книгу, швырнул ее на пол, от чего Грейнджер подскочила на месте. Она попыталась дотронуться до Малфоя, но он оттолкнул ее, и, подойдя к окну, прислонился предплечьем к холодному камню стены. Прижавшись лбом к своей руке, на которой была выжжена Черная Метка, бесшумно зарыдал. * Волшебник средних лет трансгрессировал к воротам Малфой-Мэнора. Темная фигура мужчины бесшумно появилась перед молчаливым особняком, на мгновение бросив вспышку света на дорожку из мокрого камня. Мужчина был одет в черный тренч, поверх которого была наброшена мантия, а на голове мага была черная шляпа с небольшими полями, сдвинутая на лоб по самые глаза. Руки были облачены в дорогие кожаные перчатки, и в одной из них была зажата волшебная палочка, с зажженным на конце древка огоньком. С неподдельным любопытством вглядываясь в довольно сильно изменившийся ландшафт вокруг знакомого ему дома, волшебник сделал пару шагов вперед, по направлению к особняку — раньше он появлялся здесь довольно часто, и мог без приглашения зайти в дом, где он всегда был желанным гостем. Сейчас же Мэнор был погружен в полное безмолвие, и хмурая ноябрьская тишина окутывала темные холмы и лес, окружающий поместье. Густой туман стелился вдоль холодной земли, касаясь полов мантии гостя. Зажженные уличные фонари тускло освещали каменистую дорожку, ведущую к резным воротам. Маг подошел к темной решетке и провел рукой по влажному металлу — заклинания не было. Легко пройдя сквозь железные прутья, мужчина увидел небольшой симпатичный сад, выдержанный в классическом английском стиле — с аккуратно подстриженными цветочными клумбами и изящными дорожками из природного камня. Высокие фонари освещали периметр сада уютным желтым светом. Тихими шагами мужчина пересек расстояние до дома и остановился перед его широким крыльцом. Последний раз он был здесь летом — поздним вечером, когда Люциус Малфой покончил с собой в своем кабинете, его друг, узнав о случившемся, одним из первых прибыл в поместье через гостевой камин. Волшебник не мог не поддержать Нарциссу, хотя и понимал, что его присутствие в тот вечер рядом с ней было несколько двусмысленным.. Мужчина шагнул к входу в особняк и остановился в нерешительности, медленно подняв палочку. Огонек на конце древка осветил витиеватый узор на дорогом черном дереве, из которого была выполнена дверь. Взгляд колдуна скользнул по красивому серебряному дверному молотку, выполненному в виде головы змеи. Внезапно дверь отворилась. Светловолосая женщина, кутаясь в кашемировую шаль, тревожно вглядывалась в темную фигуру, стоящую перед ней на пороге ее дома, с зажженной палочкой в руке. — Добрый вечер, Нарцисса. — тихо произнес незнакомец. Услышав его голос, она ахнула, мгновенно узнав его обладателя. Мужчина немного приподнял подбородок, и волшебница увидела такие знакомые ей губы. Серые глаза с едва заметным прищуром проницательно смотрели прямо на нее, когда маг поднял голову. — Здравствуй, Аллан.. — прошептала вдова Малфой.