Жизнь соло и в дуэте

— Нет! — рявкнул Элис, но получилось очень нелепо: слёзы закапали по щекам, нос покраснел, икота стучалась в горле, и, главное, лёжа в глупой позе животом на полу. — Никогда не отказывай человеку с пистолетом! — наставительно ответил Андрей Морозов, снова хватаясь за оружие и направляя глушитель в сторону омеги. — Ничего подобного, Ролло, ты не выстрелишь! Ты меня любишь! — Элис произнес эту чушь и тут же сам в неё поверил, настолько сильно, что начал успокаиваться. — Что ты делал сейчас тут, под кроватью? Прятался от полиции? — Нет. Во-первых, меня ищет Интерпол, а не обычная полиция, — начал альфа, вылезая из-под кровати, оба переговорщика сели по-турецки друг перед другом, пистолет лежал на полу между ними, дулом в сторону, на одинаковом расстоянии от обоих, как знак негласного доверия друг другу, — во-вторых, я просто полез за своей «секретной сумкой»: тут деньги, драгоценности, паспорта, оружие и патроны. Кроме всего прочего, — альфа махнул рукой в сторону серой спортивной сумки, совершенно ничем не примечательной, которую омега вообще никогда не видел в своём доме. — Хорошо подготовился! — осклабился Элис. — Вот почему ты отдавал мне все свои честно заработанные тугрики — это для тебя «капля в море»! — Ничего подобного! «Омега всему голова» — так говорил мой покойный о-папа. Он всегда забирал мою зарплату и всё, что нужно покупал нам обоим. Я так вырос в семье, что омега распоряжается альфой, детьми и всеми доходами. — Меня тут недавно «просветили» в какой семье ты вырос — в мафиозном клане — главой был твой дядя-альфа, кстати! — произнес омега и уселся поудобней, судя по всему разговор коротким не будет. — Да, семью не выбирают. Где родился — там и пригодился! — альфа тоже сел поудобнее, облокотившись на кровать. — Элис, ты понимаешь, что я другой жизни и не знал — одни мафиозные разборки, деление территории, закупки товара и тому подобные грязные делишки. О-папа всем командовал — единственный, кто смел, не соглашаться с главой «семьи», своим родным старшим братом — дядя вырастил из меня телохранителя и «специалиста» для решения всех его проблем. — Ты его наследник? Будущий глава клана? — поинтересовался Элис. — Нет, у него свой сын имеется омега и сволочь по совместительству — достойная смена. — Так ты поэтому ушёл? Править миром не дали? — Опять нет! Я жил как жил, продолжал не задумываясь, а потом вдруг прозрение, о-папа умер, теперь бы жить и жить — вся моя зарплата мне, а также наш куш, семейная часть имущества, жениться можно и детей заводить, так нет, я вдруг прозрел и отказался убивать очередного предателя. — Он был твоим другом? Или твоей любовью? — И снова нет, ты совсем сегодня не угадываешь — не твой счастливый день! — саркастично ответил Андрей, больше он добряка Ролло вообще не напоминал. — Так только в книжках бывает или в фильмах. Я того парня совсем не знал, просто подумал, что хочу для себя другой жизни, свободы. Мне было почти сорок — переоценка ценностей, переломный возраст, страх, неужели я так и проживу всю свою жизнь, убивая по приказам дяди незнакомых людей, которые мне ничего не сделали, шикарные омеги-проститутки как вознаграждение, нет друзей, семья как террариум единомышленников, нет своего угла… И вот захотелось простой нормальной жизни, где я был бы сам себе хозяином и господином… — альфа вздохнул, удобнее облокотился на кровать и продолжил, глядя вверх, в воображаемое небо, — Из мафии, а тем более самой значительной в России, так просто не выйдешь, надо подготовиться. Благо опыт был — выполнял дядины поручения за границей — умел прятаться, скрываться, распознавать слежку и всякое такое разное. Учителя у меня были самыми лучшими в нашей стране. — А ты не боишься, что мне велели тебя разговорить и задержать, и сюда уже едут бравые служители закона с наручниками? — улыбнулся омега. — Нет, тогда бы ты вёл себя иначе, — спокойно ответил «доморощенный» психолог. Он уже полностью успокоился и только хотел продолжать рассказывать историю своей жизни, все люди за сорок это любят, найти бы только благодарных и внимательных слушателей. — А может актёр из меня «так себе»? — омега вспомнил слова «костюма», произнесённые только сегодня утром. — Но ты же не совсем дурак, правда? Хотя бы не говорил бы мне этого сейчас? — альфа пододвинул пистолет к себе поближе. — Так на чем я остановился? А да, я пытался сдать своего дядю властям, но они настолько «спелись» задолго до этого, что полковник ФСБ, к которому я обратился, после моего рассказа сам лично пытался меня убить. Так что добровольной сдачи честным властям не вышло, и я покинул эту продажную страну. Приехал сюда, выбирал из парочки стран, где много нашего русскоязычного «брата». Устроился работать охранником, без знания языка обошлось. Через год набил морду одному важному альфе, слишком уж его метод работы походил на методы моего дяди Вити, и остался опять без работы. А дядя-то мой «любимый» искал меня, запросы посылал по всему миру через Интерпол опять же, типа я у него деньги украл. — А ты их украл? — спросил омега, кивая в сторону серой сумки. — Опять нет! Что-то ты совсем плохо обо мне думаешь, убийца да, наёмник да, но красть у семьи, я бы никогда не стал! Компромат на дядю собрал — это моё личное — все дела, которые я для него делал, концы подчищал и тому подобное. Думал, что это — моя защита от семьи, а выяснилось наоборот — за этой флешкой дядя Витя и охотится, а до меня ему дела нет. Закопал бы живого в могилу и дело с концом. — Я тебе зачем? Чего ты вдруг полез в группу знакомств? Продолжал бы себе скрываться, переезжать, убивать… — спросил Элис самое насущное. — Какой ты, — усмехнулся альфа, — язвительный сегодня! Ты должен был стать моим прикрытием. Легче всего скрыться в толпе, ищут альфу — волка одиночку или максимум со смазливым омегой, но на супружескую пару с двумя взрослыми детьми меньше обращают внимание. Начать новую простую до скучного жизнь, но всегда быть готовым удрать и бросить. Я заигрался, любовь твоя и детей ослабила защитные барьеры, и я был готов остаться с вами на всю жизнь — всё же хорошо было. Удачная пенсия для киллера. Но рассказывать тебе правду я не собирался. Как и защищать вас от своей бывшей семьи, хотя зачем вы им — слишком мелкие сошки. Моя спасательная сумка была всегда наготове, ещё с России: куча паспортов разных стран, куча евро и в долларах, парочка любимых пистолетов и ножи, метательные. А, да, и компромат на главу мафии, на семью и дядю. Всё, что смог достать или участвовал лично, включая наши личные встречи с президентом. Твои копейки тугриков ничего бы не добавили… Погоды бы не сделали. Поэтому и не брал! Элис сжался от боли, более сильной, чем физическая — от душевной. Очень хотелось плакать, но слёзы высохли, будто бы больше не было в теле жидкости, только смертельная сухость пустыни Сахары. — Что такое мафия, Элис? — спросил Андрей на полном серьёзе и тут же сам себе ответил: — Семья защищает своих, от правительства, безработицы, голода и войн. Используя других, которых никто не защищает, а я уже там родился и вырос. Это не был мой личный выбор, я только лет в пятнадцать понял, что не все семьи живут и работают так, как наша. И только в сорок — что это плохо и жернова этой мельницы перемелют и мою жизнь тоже, а другой у меня не будет, и я не вечен, значит срочно надо было что-то менять, так-то. Тебе этого не понять! — взгляд Андрея колол омегу, как тонкой иглой, но аккурат прямо в середину сердца. — А если бы у тебя был выбор, кого бы ты выбрал? Меня? — Какой выбор, Элис, не смеши меня? Выбрать тебя и умереть? — Но ты же хотел остаться с нами навсегда — «удачная пенсия для киллера» — ты сам сказал! — Теперь это невозможно, меня нашли, ваши схватят и передадут нашим на Родину, дяде Вите, чтобы разрезал на кусочки и каждый отдельно закатал в бетон, потом камнем в море… — А если не выдадут, я, кажется, кое-что придумал! Надо было давно это сделать… — Невозможно тут ничего придумать, не глупи! Просто отпусти меня и забудь, на самом глубоком внутреннем уровне, забудь! — приказал, как отрезал Андрей Морозов, а Элис вдруг ни к месту подумал, что такой серьёзный резкий Ролло ещё сексуальнее. — А может рискнём? — попросил омега. — Кем рискнём? Мной? Тобой? Или мальчишками? — зарычал Андрей, пустой разговор начал утомлять спешащего убийцу, альфа встал, схватил оружие и повернулся к серой сумке. — Прошу, дай мне ещё минутку! Только выслушай, что я предлагаю и сам решишь! — Вот теперь, мне действительно кажется, что ты тянешь время и пытаешься сдать меня своим, — альфа был страшен в гневе, глаза сверкали, как алмазы. — Нет никаких «своих», ты говоришь на нашем языке, живёшь тут много лет… Тут ты никого не убивал! Тут ты не преступник! — Но я и не могу остаться в твоём «тут» навсегда, дурачок! — Мы поженимся! И ты станешь гражданином, со всеми вытекающими отсюда привилегиями! — Я только что признался, что ты — моё прикрытие и я собирался вами пожертвовать… — альфа покачал головой будто не веря во всё происходящее. — Ничего подобного, не принижай себя! Ты сказал, что с нами ничего не будет! — Почему ты так хочешь меня спасти? — удивился Андрей. — Я люблю тебя, любил и всё ещё люблю! У нас всё получится! — теперь мысли Элиса точно оформились во что-то стоящее. — А вот и нет! Остановись, подумай, зачем тебе такой альфа? — Андрей развел руками, показывая на себя. — А «зачем» тебе было так хорошо вместе со мной эти четыре года? — Четыре года, три месяца и восемнадцать дней — я считал, сколько у меня выпало счастливых дней! Я тоже тебя люблю и мальчишек… Но я не готов умереть сегодня, прямо сейчас, самым жестоким в мире способом, только чтобы остаться с вами! Извини!